Давай до конца

— Господин Эльдман.  — Господин Сакамаки.  — Вы что, знакомы?  — Да. Он работает на моего отца. Уже очень давно. А вы что, тоже знакомы?  — Это наш отец…  — Отец?! То есть как?!  — Очень просто. Я ушёл из семьи очень давно. На то была причина.  — Какая?! Ты бросил нас! Ты бросил свою жену с двумя детьми на руках! Одну! И даже не пытался нам помочь! Мама умерла из-за тебя! Ты… ты бросил… нас… — Лина залилась слезами.  — Лина…  — Убирайся… Исчезни, как сделал это много лет назад… Уже поздно строить из себя папочку…  — Прежде чем я уйду, я хочу рассказать тебе причину, по которой я покинул вас.  — Какая же должна быть причина, чтобы уйти из семьи?!  — Вы были маленькими и многого не помните, но это случилось из-за того, кто я. И твоя сестра такая же как ты.  — О чём ты говоришь?..  — Я понимал, что такое возможно, но шанс был очень мал. Я любил вашу маму, любил вас, но… В пять лет у Оливии впервые проявились способности, которые она унаследовала от меня. Я понимал, что в этом случае не смогу остаться с вами. Мне пришлось уйти. Я считался все эти годы в поисках решения. И я наконец нашёл выход.  — А каких способностях ты говоришь?  — Эвелина, ты, возможно, этого не знаешь, но твой отец феникс. Редчайшее сверхъестественное существо. Один из великих магов. Именно по этой причине он не мог быть с вами. Два феникса не могут долго быть вместе. Один из них в конечном итоге просто исчезнет, без следа.  — Так же, как он исчез до этого. — я вмешалась в разговор. — Этот дар у него явно в крови.  — Оливия, мне очень жаль, что всё так обернулось. Но теперь я знаю решение.  — Честно говоря, мне нет дела до твоих решений. Ты бросил нас. Так почему же мы до сих пор тебя слушаем.  — Уверена, что не хочешь выслушать?  — Более чем.  — А что, если твоя дочь окажется фениксом? Что будешь делать тогда?  — Ты сам сказал, что фениксы очень редкие существа. Так почему же тогда все три поколения будут с этот магией?  — Закон подлости: беда приходит оттуда, откуда и не ждали. — Я… всё равно для неё лишь оболочка матери… Меня связывает контракт, по условиям которого я являюсь для неё никем. — В каком смысле? — отец явно не ожидал услышать что-то подобное. — Эвелина умирала, и у меня не оставалось другого выбора. Я согласилась на суррагатное материнство, чтобы спасти её жизнь. А где ты был в этот момент? Искал решение для того, чтобы вернуться к нам? Тебя не было рядом. Ты даже не пытался с нами связаться. Ты не был с нами, когда умерла мама, когда Лина попала в больницу, когда я пыталась сделать всё, только чтобы она поправилась. Ты просто бросил нас, а теперь решил, что мы встретим тебя с распростёртыми объятиями? Этого не будет. — Даже не хочешь узнать, какое решение я нашёл? А как же твоя дочь? — Она не моя… Повторю ещё раз, этт был лишь контракт и ничего более… — А что на это скажет твой «деловой партнёр»? — мужчина обратился к брюнету. — Это и правда был контракт… Эти слова больно кольнули сердце. В висках застучал пульс, а в ушах послышался звон. Разум твердил, что иного и быть не могло, но сердце вторило совсем другое. Оно надеялось, что всё это не правда. — Мне жаль, что вы услышали это. — Можно Вас на минутку, господин Сакамаки? — Конечно. Они вышли из палаты. Я смотрела вслед брюнету, а в глазах начали скапливаться слёзы. Лина заметила это и обняла меня. — Лив… Почему ты плачешь?.. — Я… Лина… Мне больно… Мне очень больно… — Может тебе не следовало пока вставать? Роды были тяжёлые и выматывающие. Тебе следует отдохнуть. — Нет… Моё сердце болит… Оно разрывается на части… — Только не говори мне, что… — Да… И я не знаю, что мне теперь делать… — А ты говорила ему об этом? — Нет… Я не могу ему сказать… Нас связывает контракт… И ничего более… — А как же она? — Лина кивнула на малышку, что сейчас проснулась и тихо ворочалась из стороны в сторону. — Уже проснулась? — я подошла к девочке. — Иди-ка ко мне, малышка. Проголодалась? Я протянула палец к её личику и хотела коснуться щёчки, но малышка перехватила его своей маленькой ручкой и сжала. Моё сознание будто переместилось в пространстве и времени. Я видела разные образы и людей, лица которых не знала, но было чувство, что это когда-то уже происходило со мной. И вот поток образов наконец стабилизировался. Я увидела себя: такой же, как сейчас. Рядом был Рейджи. Мой живот давал понять, что уже через пару месяцев родится ребёнок. Атмосфера и одежда явно были не современными. Я видела своего отца. Всё такого же, ни капли не изменился. Он всегда был рядом. Но в конечном итоге мне становилось всё хуже и казалось, что всё хорошее подходит к концу. Состояние оставляло желать лучшего. Я не успела даже родить ребёнка. Чувствовала эту жгучую боль, будто выгорала изнутри. По моим щекам без остановки лились слёзы, а Рейджи и отец были рядом. Их лица мрачнели с каждой секундой. А на лице отца вдруг появилось осознание: я — такая же, как он. Но было слишком поздно. От моего тела осталась лишь горстка пепла, что разлетелась с порывом ветра. И меня внезапно вернуло в реальность. Я смотрела на маленькую девочку на своих руках и плакала. Я не могла понять, что только что увидела. Сердце сжимало с большей силой. Казалось, что ещё немного и оно просто взорвётся от этого давления в груди. — Оливия, что с тобой? — только сейчас я заметила дикое волнение в глазах сестры. — Я не знаю… — Ты не откликалась очень долго. Я волновалась. — Ты меня звала? — Да. Несколько раз. Что случилось? — Я не знаю. Где отец? — Они всё ещё не вернулись. — Сколько времени прошло? — Минут двадцать. Ты правда не слышала? — Ни слова. Кажется, она тоже феникс. Я не знаю, что случилось, но она что-то сделала. У меня были странные видения. — Что именно она сделала? — Просто схватила меня за палец и крепко держала. — А что ты видела? — Отца… Рейджи… И свою… смерть… — В каком смысле свою смерть? — Я не знаю. Это была я, но совсем в другое время, будто это была моя прошлая жизнь. Очень-очень давно… — Но как такое возможно? — Я не знаю. Может отец сможет ответить? — Если всё то, что он говорил, правда, тогда вполне возможно. Но его всё ещё нет. И в этот момент в палату вернулись Рейджи и наш отец. На лицах не было никаких эмоций. Не знаю, о чём они говорили, но, кажется, разговор был не из приятных. Я не стала медлить и решила спросить открыто. — Отец, это моя вторая жизнь? — Что ты имеешь ввиду? — С момента твоего рождения у тебя была только одна семья? — К чему эти вопросы? — Я кое-что видела. Малышка показала мне. Не знаю как, но благодаря ей я видела что-то похожее на прошлую жизнь. Ты был со мной. Всё время. А потом я умерла. Это правда было? — Дочь показала тебе это? — Да. — Что именно ты видела? — Я видела себя с животом месяце на седьмом, Рейджи рядом с собой и тебя. — Что? — он явно был в шоке. — Ты что-то знаешь, верно? — Вы знали, господин Эльдман? — Знал о чём? О чём вы двое говорите? — Ты знаешь о чём. Я переродилась. Поэтому ты не хотел повторения истории и ушёл. Я права? — Оливия… — Скажи мне правду… — Да… Ты переродилась… И могла снова погибнуть. Я не хотел видеть твою смерть ещё раз. Твоя мама в прошлой жизни не пережила роды, поэтому я в одиночку вырастил тебя. Тогда я не знал, кто я такой, потому и был беспечен. Я был так рад видеть тебя счастливой. Вы оба… были так счастливы… Но я всё это испортил… — Ты ведь сказал, что один из фениксов в итоге умрёт, если они будут рядом? А как определяется, кто из фениксов умрёт? — По силе. Ты была очень сильна. Сильнее меня. Что тогда, что сейчас. Но беременность оставила тебя, так как ты стала ответственна всем телом за маленькую жизнь внутри тебя. По этой причине ты и погибла. Это должен был быть я. — Но что теперь? Какой способ ты нашёл? Как избавился от этого? — От чего? — Ты сказал, что нашёл способ, благодаря которому теперь можешь вернуться и не навредить ни себе, ни мне. — Да. Видите ли, феникс — магическое существо, поэтому может делать то, на что другие не способны. Но никто из них не знает, что они были созданы для того, чтобы посвятить свою жизнь человеку. При появлении на свет, каждый феникс получает способность к перерождению. Но плата слишком велика. И лишь заключив сделку с человеком, феникс получает освобождение от этих «оков», что были у него при рождении. — Выходит, что мне нужно просто заключить сделку? Но что в таком случае я должна буду делать? — Это зависит от того, с кем ты включаешь эту сделку. Человек сам решает, что ему нужно, а феникс лишь выполняет его желание. Можно сказать, что мы почти как Джинны, вот только желание у человека всего одно. — У меня ещё один вопрос. Как она показала мне прошлое? Фениксы и на такое способны? — Не все. Это редкий дар. Она пророк. Потому и смогла показать тебе что-то подобное. И мне кажется, что она показала не только твоё прошлое, но и своё. Это дитя… что в прошлой жизни, что в этой… ваш ребёнок. — Лина, поможешь мне? — я обратилась к сестре. — В каком смысле? — Ты можешь заключить со мной сделку. И тогда… Хотя… Это всё не важно… Я всё равно не смогу быть с ней… Тогда мы уедем, как и планировали. Я найду нам дом, и мы будет там счастливы. Так ведь? — Можете оставить нас ненадолго? — Эвелина посмотрела на мужчин. Те кивнули и вышли из палаты. — Ты уверена, что хочешь этого? Не думаешь, что будет больно расставаться? — Мне уже больно. А так мы сможем начать всё заново. Вдали ото всех. — Я думаю, что ты не хочешь этого. У тебя своя жизнь. Я не хочу её портить… — Что за глупости ты говоришь? Когда ты мне жизнь портила? — Из-за меня тебе сейчас больно. Та авария… сподвигла тебя на всё это. Пока ты была связана с ним контрактом и спасала мою жизнь, сама не заметила, как он стал тебе дорог. Я знаю, что ты его любишь. И я хочу, чтобы ты была с ним счастлива. — Ты сама слышала его слова… Он подтвердил, что это был лишь контракт… — И ты с этим согласна? Разве сама не замечала, как он заботился о тебе? — Всё это было во время беременности и действия контракта. Он получил всё, что ему было нужно. — Оливия Тревино. Я желаю заключить с Вами контракт. Моим желанием, которое требует исполнения, будет Ваш брак с Рейджи Сакамаки и ваша счастливая жизнь. — Что ты делаешь?.. — Пока смерть не получит вас. Это моё единственное желание. Исполните его и будьте счастливы. В этом случае буду счастлива и я. — Лина, ты… Из открытого окна проник ветерок. Он слыхал занавески и перебил пряди волос. Я смотрела в глаза сестры, которая улыбалась мне широкой улыбкой. Две тонкие нити обвились вокруг наших запястий и соединились в одну. На руке каждой появился странный след, будто браслет, который немного светится. — Ты хоть понимаешь, что я не смогу исполнить твоё желание? — Что ж, тогда я останусь несчастной до самой смерти. — Лина… — Я люблю тебя сестрёнка, поэтому и желаю тебе счастья. В палату вернулись мужчины. Отец был в шоке, когда увидел на наших запястьях свидетельство о заключении договора. — Чего ты пожелала? Эвелина, ты хорошо обдумала желание? — Да. Я осознанно сделала свой выбор. Я хочу видеть счастье своей сестры больше всего на свете. — Что именно ты попросила? — Узнаете, когда желание будет исполнено.