Монолог

      -Привет, — весело произнесла девушка, усаживаясь в позу лотоса напротив своей собеседницы, — я бы извинилась, что так долго не приходила, но сомневаюсь, что ты это заметила. Мда… и потом, я совершенно потерялась во времени, знаешь ли. После того, как этот придурок Ланс разбил Кристалл (ты же помнишь Ланса, не правда ли? Конечно помнишь, я уверена в этом. Или нет? Вы вообще были знакомы? Или ты общалась только с Леем? Кстати, он умер, но об этом позже расскажу), смена суток происходит слишком хаотично. Нет, я не против, но как-то сложно постоянно адаптироваться к таким частым и неравномерным переменам.       Девушка замолчала и, рассеянно сорвав травинку, сунула ее кончик себе в рот. Она довольно часто сюда приходит. И рассказывает. Точнее жалуется. Из мёртвой Ивони вышел потрясающий собеседник — ни споров, ни критики, ни упрёков — ничего. Она не перебивала, всегда внимательно слушала (не то чтобы у нее был хоть какой-то выбор).       Нельзя сказать, что она любила Ивони или сожалела о её смерти — в конце концов та пыталась её убить — однако в какой-то момент девушка обнаружила себя около могилы (ну как могилы — обугленного ствола дерева), яростно пинающую кустик чахлой травы. А потом внезапно начала говорить. Обо всем и ни о чем. Просто вываливать поток бессвязной информации, перескакивая с пятое на десятое и возвращаясь к одному и тому же по несколько раз. И, как и обещали все эти брошюрки с рекламами психологических консультаций, ей действительно стало легче. Она отдавала себе отчет, что это не совсем нормально. Но понятие «норма» к ней давно уже было не применимо.       -Даже похороны Икар проходили в полдень. Хотя планировались на закате. Для пущего эффекта. Но я опять перескакиваю, верно? Все началось… да, скорей всего все началось с этой чертовой Мэри-Энн. Как в сказке про Алису. А, ты же не знаешь… Хотя Эзараэль (помнишь его, да? Именно он тебя сжег заживо) и рассказывал, что у вас это не сказка, а самая настоящая быль, но на Земле история про Алису — девочку, провалившуюся в кроличью нору и попавшую в страну чудес — всего лишь детская сказка. Так вот, там была такая же Мэри-Энн — немного тупенькая, немного несообразительная… Хотя, может она просто не нравилась Алисе? Поэтому та про нее так отзывалась? Возможно… Я опять отвлеклась, да? Или нет. Нет. Пожалуй, все началось, когда мы решили вернуться на этот остров — Меморию. Мэри-Энн была всего лишь предысторией. Не очень, интересной, если честно. Просто двинутая сука. Интересно, она такой была изначально или стала после того, как начала детей жрать? В смысле, кем надо быть, чтобы вернуться сюда, после того как вернулась домой? Можно я махнусь с ней местами не глядя? Меня — домой, а она пусть тут тусуется, коль ей так приглянулся этот мир? Малолетняя идиотка. — девушка раздраженно выдохнула, — хотя возможно, у нее просто поехала крыша, Все же она сюда попала в довольно раннем возрасте. Неудивительно, что она хотела вернуться. Но я снова отвлеклась. На этом острове призрак дракона, умерший еще до жертвоприношения, заявил мне, что я — аэнжел. Ну, которые нынешние демоны. Здорово, правда? Из расы тех, кто отказался себя приносить в жертву ради «всеобщего блага». И я, блин, их поддерживаю. Мне вот просто интересно, что такого вы натворили, что люди решили ваш геноцид устроить? Ну, кроме того, что жрали девственниц. Кстати, девственность в те времена теряли лет в 11 — 12, то есть, вы пожирали детей, да? А потом стали обижаться, когда люди (или конкретно Мэри-Энн) начали жрать ваше потомство. Что за дискриминация? С другой стороны, я согласна, человечество способно само себя истреблять на фоне различия вероисповеданий, рас и наций… но. Вы же свалили в средние века. Как бы можно было иммигрировать куда-нибудь на другой континент, если уж так припекло. Потом у вас есть магия, в чем проблема отгородиться от людей каким-нибудь куполом на каком-нибудь острове? Или архипелаге? И вас бы там фиг кто достал.       Девушка перевела дыхание, облизала пересохшие губы и продолжила.       -Но нет, вы решили пойти по пути наименьшего сопротивления и наибольшего геморроя и создать новый мир. Мир для волшебных существ. Не для всех, конечно. Кстати. Я тут вспомнила. Знаешь, с чего вы решили свалить в новый мир? Потому что ученик фениксов выдвинул предположение или сделал предсказание (что на мой взгляд одно и тоже), что люди пойдут войной на вас. Просто вдумайся. Ученик третьей по силе расы сделал предсказание. И вы решили создать новый мир, принеся в жертву две сильнейшие расы. Так и начнешь верить в теории мировых заговоров. Точнее не мировых. Ну, ты поняла. О чем это я? Ах да, я — аэнжел. И знаешь, оказалось, я не единственный представитель этой вымершей расы. Как-то слишком много ископаемых существ на квадратный метр. И все, главное, в Гвардии Эль сгруппировались. Так знаешь, кто еще? Ну конечно знаешь. И знала до меня. Правильно — Лейфтан. Парень, которого я… любила? Симпатизировала? Не знаю. Мне сейчас сложно точно определить чувства, которые я к нему испытывала. В смысле, он казался чем-то незыблемым — второй человек в Гвардии, сильный, спокойный… А оказался тем еще психопатом. Просто вдумайся — он хотел создать новый мир, возможно воскресив аэнжелов, принеся Элдарию в жертву. Также как и волшебные существа принесли в жертву его предков. Ну, по крайней мере именно так я поняла его план. Возможно, что-то я упустила. Знаешь ли, не каждый день узнаю, что сплю с серийным убийцей с манией величия и диким комплексом Бога.       Девушка замолчала, уставившись пустым взглядом в никуда.       -Знаешь, он умер. Пожертвовал собой, чтобы сдать Ланса. У них какой-то хитрый договор был — ни один не мог сдать другого без вреда для собственного здоровья. Вот он и сдал. И умер. И… блин, я немного растеряна — как мне реагировать на все это. То есть с одной стороны — он предатель, убил кучу народу, косвенно разбил Кристалл и все такое. С другой — ну… я привыкла к нему. Пойми меня правильно, в этом постоянно меняющемся мире, где я чужая, он… защищал меня? Помогал мне. И сначала. И потом. Я была (и остаюсь) единственным представителем его расы — его надеждой на естественное возрождение аэнжелов. Как-то все это… сложно что ли? Непонятно. Неправильно. Такие сильные чувства ко мне — это действительно пугает.       Она вцепилась себе в волосы, раскачиваясь из стороны в строну и продолжая бормотать.       -И кроме всего прочего, я безумно боюсь. Знаешь, да, и фениксы, и драконы дали мне свое благословение. И каждый, КАЖДЫЙ, мне прямым текстом намекнул, что считает меня спасительницей Элдарии. Я боюсь. Господи, как же я боюсь. Если они действительно сделают из меня чертового мессию и распнут ради спасения мира, никто же не заступится за меня! Потому что мой единственный защитник мертв — я сама сдала его Мико. То есть косвенно виновна в его смерти. А взамен они убьют меня. Лей хотел создать новый мир, уничтожив этот. А они спасут старый мир, уничтожив мою жизнь. Также как уничтожили память обо мне на Земле. Просто легким движением руки. Особо не задумываясь о последствиях. Хотя… что значит для них моя жизнь против их жизней? Я ведь тоже особо мешкать не буду — если представится возможность, сразу же свалю отсюда. Однако возвращаться домой я тоже боюсь. Я не уверена, что вернется тот самый человек, который уходил. В конце концов чему я тут научилась? Врать, убивать, калечить и пытать. Вряд ли мне это пригодится при устройстве на работу, ты так не думаешь? У меня нет документов, денег, меня никто не помнит, меня не существует. Возможно, они этого и добивались? Чтобы я добровольно с ними осталась и пожертвовала собой ради них? Типа все равно больше ничего ни в этом мире, ни на Земле меня не держит, так почему бы и не сделать благое дело?       Она перевела взгляд на обугленное дерево.       -Наверное, мне пора идти. Я сбежала после смерти Лейфтана — привести мысли в порядок, побыть одной и все такое. И думаю, меня уже ищут. Не знаю, приду ли я снова. Слишком быстро стали развиваться события, я не всегда успеваю за ними. Кажется, все вокруг проносится словно карусель, а я стою и только хлопаю глазками. А даже если и приду, то не уверена, что приду именно я. Все же меня так качественно обрабатывают, что иногда мне действительно кажется, что только я могу спасти Элдарию. И только пожертвовав собой. Мне страшно, Ивони. Правда страшно. Даже больше, я постоянно испытываю животный ужас. И ничего не могу с этим поделать.