Драбблы по Волейболу: Ацуму Мия

Первое, что освоила Маки в их отношениях — то, что никогда и никому, особенно Цуму, нельзя говорить о его сходстве с Осаму. Никогда. Путать — тем более. Это было что-то наподобие табу, как бы глупо и смешно это ни звучало, ведь фактически они однояйцевые близнецы. Но судя по тому, что Ацуму игнорирует её вот уже на протяжении четырех дней, не отвечая на сообщения и не беря трубку, обиделся он знатно. А ведь все начиналось довольно таки безобидно…

***

Нишида проснулась под трель надоедливого будильника, наивно полагая, что она успеет все сделать, ведь только… Черт! Уже девять утра, а они с Цуму договорились встретиться в полдень ровно. Зная некоторые перфекционистские наклонности своего парня, девушка поспешила встать и начать приготовления к выходу в божий мир. Так как, по сути, была очередь Маки ехать к своей второй половинке, ей надо было поторапливаться. Ехать из Осаки в Кобе* было в принципе недолго, но врождённые медлительность и неуклюжесть брали вверх и тормозили девушку. Даже элементарный поход в душ и выполнение всех утренних ритуалов гигиены занимали не от пятнадцати до двадцати минут, как у обычных людей, а от получаса до целого часа. Прикинув про себя, что к одиннадцати она выйдет из дома и в метро доберется до Кобе примерно за полчаса, девушка неспешно побрела в сторону санузла. Свои длинные черные волосы Маки собрала в небольшой хвост, тем самым обеспечив себе удобную чистку зубов. Наконец-таки, закончив все приготовления и одевшись потеплее (на улице не разгар лета, а совсем наоборот, середина декабря!), Нишида покинула свое гнёздышко, направившись в сторону станции метро.

***

В воскресенье было много народа около торгового центра «Нарита», где Маки должна была встретиться с Мией. Неспешно поднимаясь по эскалатору на второй этаж, где располагались различные магазины, девушка уже подняла голову в поисках сердечного друга. Хоть часы и показывали без двадцати полдень, Маки была почти уверена, что Мия пришел, ибо это он из них двоих всегда приходил на пятнадцать или двадцать минут раньше. Тем более сегодня они встречались в его городе. Когда она уже добралась до второго этажа, взгляд девушки цепляется за стоящих около магазина с пёстрым названием «Koton» два одинаковых (ну серьезно!) силуэта. Сомнений, конечно, не было, что это братья Мия, очевидно, стоящие и ждущие её: точнее один из них ждёт Нишиду, а второй, видимо, просто шёл мимо. Если бы не разные куртки — Маки никогда это не произнесёт — она бы и не поняла, кто из них кто, а их главная отличительная черта — волосы — были скрыты под одинаковыми черными шапками. Ацуму всегда ходил в куртке густого темно-красного цвета (по крайней мере, при ней), поэтому, совершенно не думая, Нишида подошла сзади к ожидаемому близнецу в красном пуховике и обняла со спины, показывая, насколько сильно она скучала. Произошло все слишком быстро. Девушка даже опешила, когда обнимаемый близнец с широко распахнутыми глазами, развернувшись, посмотрел на нее. Видимо, Осаму не ожидал таких вот объятий. Как только Осаму посмотрел в лицо Маки, она поняла, что совершила непоправимую ошибку; по крайней мере она чувствовала себя так, будто предала свою страну как минимум. Мия, который Цуму, увидев ошибку своей девушки, зло скрипнул зубами и, буркнув что-то вроде: «Аа, значит, ты пришла к Саму» — развернулся и ушел в сторону эскалатора, спускающегося вниз. — Может, ты все-таки отпустишь меня и пойдешь за этим идиотом? — похоже, Маки так и застыла от шока, обнимая Осаму сзади. Быстро убрав руки, она начала оправдываться. — Осаму… Это… Извини… Я подумала, что ты Цуму… Куртка. Лениво закатив глаза, парень остановил бубнящую девушку и лишь спокойно проговорил: — Этот придурок любит брать мои вещи и не возвращать, а теперь иди за ним, чтобы он не напридумал себе всякие глупости. Наблюдая за бегущей в сторону эскалатора девушкой своего непутёвого брата, Осаму лишь коротко вздохнул. — Даже выходной умудряются мне испортить, будто будней мало.

***

Вспоминая все это, Маки рухнула в свою кровать и прикрыла глаза. Цуму она все же не успела догнать. Спортсмен, чтоб его. И, как говорилось ранее, уже четвертый день шёл игнор со стороны любимого, пропади он пропадом, парня. Ревновал Цуму и раньше, но, очевидно, ревность к собственному брату была другой. Совершенно другой, оно и понятно. Близнецам, наверное, бывает очень обидно, когда их путают. Тем более это же Ацуму, который хоть и выглядит самоуверенным, но является собственником в какой-то степени. Хотя, если так подумать, она же не виновата, что у обидевшегося имеется тупая привычка надевать куртку братца и приходить на все их свидания именно в ней. Да, так и есть! Пусть сам и извиняется. Но девушка про себя зареклась, что никогда больше не будет их путать, ибо это такая морока!

***

Была пятница, а значит, что у старшей школы Инаризаки трёхчасовая тренировка после обеда. Имея авторитет сильной волейбольной команды, школа давала некоторые поблажки в виде освобождений от послеобеденных уроков в пятницу. Конечно, с учётом того, что оценки игроков выше среднего. Прогулять свои уроки было не лучшей идеей. Маки чувствовала, что дома ее, возможно, ожидает взбучка от родителей, но сейчас было крайне важно помириться с одним упёртым и ревнивым волейболистом. Все же он был ей небезразличен. Про освобождение девушка отлично знала. Спасибо, конечно, Цуму, который постоянно жужжал о нем в начале. И теперь, стоя у дверей спортивного зала номер два, Нишида переминалась с ноги на ногу, неуверенно держа ручку, но так и не открыв злосчастную дверь. Она ещё не знала, что скажет Мие при встрече и как его уверит, что это было глупое недоразумение. Пока девушка размышляла обо всем этом, сзади раздались тихие шаги, и, обернувшись на их источник, Маки встретилась лицом к лицу с капитаном волейбольного клуба Инаризаки. — Шинске-сан… — Нишида. Ты к Ацуму? — после кивка девушки капитан с серьезным, но слегка замученным выражением лица продолжил: — Не знаю, что произошло между вами, но я уже устал от постоянных перепалок близнецов. Они, конечно, и раньше ругались, но сейчас их ссоры переходят все границы. — Да… Извини, Шинске-сан. Думаю, это все из-за меня, — Нишида, неловко улыбнувшись, уставилась на капитана. — Тогда реши этот вопрос сейчас же. Пошли. Девушка прошла вслед за Китой внутрь здания и на шум закрывающейся двери обернулись все члены команды. Тренера пока что не было и волейболисты тренировались самостоятельно. Завидев свою девушку, Ацуму нарочито сильно ударил по мячу, выполняя свою убийственную подачу, будто и не замечая Нишиду. И это уже начинало раздражать Маки. — Ацуму, к тебе пришли. — Уверены, что ко мне? Может к Осаму? Вот гад! Она специально ради него прогуляла уроки, а он даже не смотрит в ее сторону. Не хотела она доводить себя до такого состояния, ой как не хотела, но он не оставлял выбора. — Или ты сейчас идёшь со мной и мы все нормально обсуждаем, или ты действительно пожалеешь, что я твоя девушка, а не девушка Осаму! Ацуму вздрогнул, да и не только он. Казалось, от ее голоса появились трещины на стенах спорт зала, а вся команда начала внимательно наблюдать за медленно и с опаской идущего к девушке Мией, думая каждый про себя, что на этот раз он конкретно попал. Но это же Мия. Нельзя было не заметить лёгкую ухмылку. Выйдя к пустому школьному двору (у всех на этот момент были уроки), пара села на скамейку рядом с небольшим садом. Прежде чем Маки успела раскрыть рот, Мия, опередив ее, проговорил своим будничным, беззаботным тоном: — Ну и о чем ты хотела поговорить? — Не делай вид, что ты тут невинный ангел, Мия. Ты знаешь, о чем мы должны поговорить, — Маки с раздражением смотрела на фальшиво удивлённое лицо парня. — О, точно. Мы же должны поговорить о том, что моя девушка обжималась с моим братом. — Во-первых, не драматизируй. Я его обнимала максимум пять секунд. Во-вторых, ты тоже виноват, нечего было постоянно надевать куртку Осаму. Ты будто специально в тот день другую куртку надел. — Я бы надел красную, но Саму, — он как обычно укоротил имя брата, значит немного успокоился, — заставил снять, вот и надел свою. Но это не оправдывает того, что ты меня спутала с этим тупицей. Как можно нас путать?! — Нет, не успокоился. Что ж, видимо, придется начать их мелодрамное воссоединение все же ей. Глубоко вздохнув и ухмыльнувшись уголками губ, девушка коснулась щеки Ацуму, поворачивая его лицо к себе, тем самым заставляя смотреть прямо в свои зеленые глаза. — Да, признаю. Это моя оплошность. Вы с ним совершенно не похожи. Как я могла спутать тебя с ним? Ты намного очаровательнее и красивее него, — видя ухмылку и злобное, но, вот козёл, самодовольное лицо, Маки решила окончательно поднять его спесь: — И даже намного лучше играешь в волейбол. С Ацуму часто бывало трудно. И хоть казалось, что его легко можно провести, Маки отлично знала: у Мии всё идёт по сценарию, составленному им самим. И она даже не удивится, если он и ее извинения предвидел, так что это притворно поднятое настроение после слов Нишиды — лишь очередной шаг к их примирению. Почему притворное? Потому что у Мии Ацуму оно было поднятым ещё со второго дня, когда восемь пропущенных и три сообщения в почте высветились на экране его телефона. Уже с того момента он запланировал её — да, именно её — потрясающие извинения. Хотя даже осознание того, что все произошедшее в воскресенье — случайность, выводило из себя; Осаму все же бесил больше обычного, и надо признать: тот удар по голове брата во время подачи был специальным. Когда он смотрел в глаза своей девушки, то в очередной раз подметил про себя, что эта красота принадлежит ему и только ему. Лицо Ацуму украсила улыбка, говорящая что-то вроде: «И кто тут лучший? Я лучший, кто бы сомневался». «Это типичный Цуму. Он запланировал идеальный план, а Маки отлично притворилась, что попала в его удочку. Идиллия. Они стоят друг друга», — подумал Осаму, наблюдая за игриво целующейся парочкой через открытые настежь окна. Вслух он произнёс только: — Отвратительно.