04__All_Right
17 февраля 2020 г., 13:30
Пробуждение Хонсока нельзя было назвать приятным – утро началось непозволительно рано со споткнувшегося о его ногу по пути в туалет Шинвона. Последовала непродолжительная возня с отпихиванием на пол полусознательного тела и попытки доспать хотя бы пару часиков, не очень удачные. Чуть позже его чуткий сон нарушили голоса снаружи, слишком громкие, чтобы их можно было просто проигнорировать, перевернувшись на другой бок. Хонсок с усилием оторвал голову от подушки и огляделся. Яркие лучи солнца сквозь заляпанные краской стёкла освещали спящую вповалку на двух матрасах груду тел: Хёнгу обнимал единственное одеяло, Усок раскидал свои лапищи на Шинвона с Юто и сопел заложенным носом. О его заразности все благополучно забыли ещё вчера. Звуки посторонних на крыше и не думали стихать, нужно было вставать и разбираться с происходящим, что бы там ни было. Хонсок дополз до выхода, почёсывая живот, и прямо так и застыл с рукой под футболкой.
– Здорово, – Чангу с лучезарной улыбкой обернулся на лязгнувший замок, – мы тут у вас одного Усока потеряли.
– Если ты про то двухметровое существо, которое захватило половину нашей квартиры, то вы его вряд ли сейчас добудитесь, – хмыкнул Хонсок.
Всё его внимание было приковано в сторону от сияющей физиономии Чангу к сидящему на скейтборде в отдалении Йенану. Тот встрепенулся и вскочил, замотал блондинистой головой изумлённо и неверяще.
– Просто мы договорились пойти кататься вместе, а потом он посреди поединка с финальным боссом сказал, что срочно должен отлучиться, и сиганул в окно туалета на первом этаже, – Чангу обеспокоенно покачал головой.
– Мы думали, он бредит из-за температуры, – Йенан сконфуженно улыбнулся, – как удачно, что ты оказался здесь, хён.
– В любом случае, можете забирать своё недоразумение и дать мне выспаться по-человечески в свой законный выходной, – отрезал Хонсок, игнорируя факт их знакомства, и с широким зевком направился обратно к родной кроватке.
Дверь он закрывать не стал – пусть себе делают, что вздумается. Хоть костёр разводят с ритуальными плясками. Сна не было больше ни в одном глазу, но это казалось лучшим способом избежать назойливого внимания Йенана, который теперь бросал растерянные взгляды в его сторону, пока Чангу обследовал помещение на предмет нахождения Усока. Если наивный китаец думал, что ему обрадуются и примут с распростёртыми объятиями, то у Хонсока были для него плохие новости. Прошло несколько лет с их последней встречи, но обида в его сердце всё ещё оставалась незакрывшейся, пусть зарубцевавшейся раной. Он ничего не забыл, как и не сумел простить тот факт, что его единственный близкий человек просто исчез в один прекрасный момент, когда был нужнее всего. Если Йенан не понимал или хотел делать вид, будто ничего между ними не произошло, то Хонсок не собирался превращать их случайную встречу в счастливое воссоединение. Теперь, когда он сам изменился до неузнаваемости, призраки прошлого не должны были его волновать. Но они волновали.
Разбуженный Усок заспанно щурился на пришедших за ним старшекурсников и хриплым басом умолял Чангу отпустить его. Тот реально не сразу понял, что чересчур увлёкся тасканием за щёки милейшего гигантского ребёнка. Усок потёр опухшее лицо и покосился на лежащих по обе стороны от него друзей. Ну и устроили же они вчера весёлую ночь. Надо было собрать себя по кускам и свалить, пока хёны из общаги не перебудили всех.
– Привет, – Хёнгу со стоном разлепил глаза и уставился на посторонних в помещении, – а не пошли бы вы нахуй?
– А может ты с нами? – Чангу не готов был разъяснять, что с удовольствием бы отправился в это увлекательное путешествие кое с кем из данной кровати.
– Да, го вместе на досках погоняем! – встрепенулся Усок, ободрённый новой идеей, – можем ещё Юто с собой позвать, отличная же тема, – часть с хуями он проигнорировал напрочь.
***
На спортивной площадке было пустынно, как и полагается утром выходного дня. Чангу несколько удручённо поглядывал на неразлучную троицу младших ребят – он ведь специально придумал идею со скейтами, чтобы провести время с Усоком. Йенан порядком загрузился и едва ли мог поддержать друга. Ему не давало покоя недоумение насчёт Хонсока, который вдруг отнёсся к нему, как к пустому месту. Было... больно? И непонятно, где именно болело. Лицо Хонсока выглядело невыносимо родным и знакомым, однако сам он был отчуждён и холоден, словно другой человек. Между ними не произошло ровным счётом ничего, Йенан скучал и грустил всё прошедшее время, но не решался первым идти на контакт. Усоку с недосыпа всё казалось ирреальным, слишком ярким: бездонное ясное небо, голубые кеды Хёнгу, его собственная красная куртка. По ощущениям, сегодня его уже не лихорадило, зато нещадно хотелось покурить после напряжённой гонки с Юто. Он добежал до сидящего в углу площадки с телефоном в руках Чангу и плюхнулся на землю, привалившись к чужой спине. – Хён, есть зажигалка? – свою Усок похерил где-то в общежитии и очень страдал по этому поводу. Чангу покопался в карманах и тоже закурил, блаженно щурясь на припекавшее солнце. Было уже довольно тепло, прямо-таки комфортно, да и Усок, сопевший над ухом заложенным носом, будоражил кровь, стучавшую в висках. Он совсем разомлел и решил, что вот оно – самое подходящее время. – Усок-а, – Чангу повернулся к парню и чуть не столкнулся с ним нос к носу – Усок сидел сильно сгорбившись. – Хён? – младший открыл рот, выпуская наружу струю дыма. Он был таким красивым и так близко, до мурашек просто. Чангу случайно забыл все слова на известных ему языках. Это было необдуманно, глупо, безрассудно – взять и поцеловать его в приоткрытые губы на глазах у всех присутствующих. Коротко и быстро, Чангу едва успел ощутить прикосновение к чужой коже. Усок отпрянул с немым вздохом, он чуть было не упал на спину, но в последний момент смог опереться руками позади себя и удержать равновесие. Недоумение и паника в его глазах говорили сами за себя. Выпавшая из рук сигарета одиноко дотлевала на темно-сером покрытии площадки. – Прости, я подумал, что ты не будешь против, – Чангу с усилием улыбнулся, но голос его дрожал, – ничего серьёзного, просто вдруг захотелось. Оправдываться тоже было глупо, Усок дико вылупился на него и вскочил на ноги. Чангу не успел больше ничего придумать в своё оправдание, потому что младший сбежал со всей скоростью, но которую были способны длинные ноги, мимо растерянных ребят. – Что ты блять сделал с нашим Усок-и? – Хёнгу ногой отбросил скейт и налетел на виновного, сверлящего пустоту растерянным взглядом. – Я... я не думал, что он так резко отреагирует, – кулак парня, сжимавший ворот футболки, мешал Чангу изъясняться внятно. – А его забыл спросить сначала? – глаза Хёнгу сверкали холодной яростью, – или с твоим самомнением можно вести себя как тупой кусок говна? Думаешь, всё позволено? – он занёс над головой напряжённо сжатую руку и так же резко впечатал её в сетчатое ограждение за чужой спиной, – разбить бы тебе ебало, да твой фанклуб меня проклянёт. Оглушительный грохот металла никак не стихал в ушах, даже когда они остались вдвоём на площадке, и Йенан встревоженно тронул Чангу за рукав. Он потерял суть произошедшего, потому что ничего толком не видел, а объяснять было некому. «Господи, что я вообще сделал?» – Чангу поднял взгляд на недоуменное, обеспокоенное лицо друга, и у него задрожали губы. «Я что, виноват, что он мне нравится?»***
Шинвон обнаружил Усока под пожарной лестницей, когда выносил только что грунтованный холст сушиться на свежем воздухе. Тот агрессивно шмыгал носом и не решался зайти внутрь. Не то чтоб ему оставалось куда ещё пойти – не в общагу же. Зрелище было весьма печальное: скрюченное худое тело, капюшон на пол лица и дотлевшая до фильтра сигарета в тонких пальцах. Беда с этими детьми, как бездомные котята – пригреешь одного, а он с собой ещё более проблемных притащит. – Пиво будешь? – заботливая мамка из Шинвона была явно на троечку. – А есть? – встрепенулся Усок, прекращая изображать нахохлившегося птенца. Пиво на разные случаи жизни в этом доме находилось всегда, а случалось что-то с особой регулярностью. Усока удалось-таки выманить из темного угла, теперь он сидел на видавшем виды диване, подтянув к груди несуразно огромные ноги, и жадно пил из горла. Поесть ему сегодня ещё не посчастливилось, и пустой желудок возмущённо напоминал об этом ноющей болью. Говорить не хотелось, хотя Шинвон не заставлял, терпеливо ожидая, что парень сам соберётся с силами. Внутри Усока кипели противоречивые чувства. Для него, воспитанного в обычной традиционной среде, поступок Чангу выглядел как предательство. – Понятия не имею, что случилось, но выглядишь ты неважно, – прочистил горло Шинвон, не выдержав гнетущей тишины, – по своему опыту, могу разве что заметить, что, скорее всего, оно того не стоит. – Он выдержал паузу и оглядел мальчишку с ног до лохматой головы, – из дома ты сбежать не мог, тогда что? Проблемы на любовном фронте? – Ебать проблемы, конечно, – Усок угрюмо рассмеялся, – хён, а ты случайно тоже не из этих самых? А то живешь здесь с толпой мужиков, о девушках ни слова не говоришь. – Вот оно что, – протянул Шинвон задумчиво. Надо же, малыш гейскую панику словил. Это интересно. – Чем блять надо было думать, чтобы такое сделать? – младший невольно поморщился, – он очень классный парень и всё в таком роде, но это же мерзко. К отношениям в принципе Усок относился с опаской. А насчёт гомосексуальных отношений у него сложилось ещё более негативное мнение, которым он и поделился с Шинвоном. Ничего нового, впрочем, не рассказал. Страшно, стрёмно, противно, мама не одобрит... – А ты бы попробовал, – пожал плечами Шинвон, – бывает неплохо. – Так ты тоже считаешь меня пидором? – Усок посмотрел на него, как на умалишённого. – Расслабься, никто тебя из-за одного поцелуя с парнем не заклеймит, – одной бутылки пива для ясности сознания явно было недостаточно, – смотри на вещи проще, что ли. Это всего лишь новый опыт. «К которому ты, скорее всего, не готов», – добавил про себя Шинвон. Для него было загадкой, как этот ребёнок с его резким неприятием «пидоров» души не чаял в Хёнгу и даже не думал сопоставить очевидные факты. Возможно, он считал это нормальным и естественным, пока дело не касалось его самого. Возможно, боялся своих собственных чувств и открещивался от них, как мог. – Я не хотел его ранить, – грустно пробормотал Усок себе под нос, – просто очень испугался и... это всё равно неправильно, – он поднял глаза на старшего, очевидно ища поддержки. – Всё хорошо, ты ничего плохого не сделал. Мужчина неуклюже обнял его, не удержался и ущипнул за тощую задницу. Громко дышавший ему в шею Усок тоненько вскрикнул. Домогательства со стороны ржущего Шинвона были такими же дурацкими, как и он сам. Зато несерьёзными – тут сомнений не оставалось.
