Ты мой фетиш

Слушать крики и ругань Рика не самое желанное занятие. Морти неприятно поморщился. Полёт протекал уже больше четырёх часов, но неугомонный и злой Санчез продолжал орать, не закрываясь ни на секунду. — Если бы ты в очередной раз не обосрался, Морти, я бы давно достал эти долбанные семена, — продолжал вопить дед, делая короткие перерывы только на то, чтобы набрать новую порцию воздуха и продолжать орать. Голова шла кругом, но Морти спокойно сидел, облокотившись, всматриваясь в пейзажи через лобовое стекло. Таким образом прошло ещё два с половиной часа, но тарелка наконец прибыла на родную планету. Уставший парень вышел из корабля и хотел уже направиться к выходу из гаража, как учёный схватил его за локоть, притягивая к себе. — Я не закончил, — он зло посмотрел в глаза внука и твёрдо решил продолжить выносить ему мозг, — так вот… Посыпался новый град ругательств. Смит закатил глаза и решил направится к выходу, проигнорировав Рика. Но он так просто не сдался и шёл следом за внуком, выливая на него порции мата. Так продолжалось ещё полчаса, до того самого момента, пока у Смита не задёргался глаз. «Да сколько ж можно» — парень откровенно бесился от настойчивости своего деда и еле сдерживался, чтобы ему не вмазать. Рик повсюду преследовал его и даже тогда, когда парень решил спрятаться от него в туалете, продолжал орать под дверью, даже не думая замолчать. В какой-то прекрасный момент ниточка терпения Морти оборвалась. Он как ни в чём небывало поплёлся в комнату, только рядом с ним шёл Санчез, не затыкаясь, продолжал предъявлять факты, почему Морти Смит самый тупой организм во вселенной. Не торопясь поднявшись по лестнице, Смит вошёл в свою комнату. Учёный ничего не подозревая зашёл за ним, что и стало его ошибкой. Рик прошёл вглубь комнаты, не переставая что-то бурчать, а парень прикрыл дверь, щёлкая замком. Когда до Санчеза дошёл звук морального ограничения свободы, он наконец замолк и повернулся в сторону внука. Морти опустил голову, закрывая глаза чёлкой, не давая учёному заподозрить что-то неладное раньше времени. Медленно, словно голодная змея он приблизился к Рику вплотную, поднимая голову и в упор смотря в глаза. Не успел бедняга даже что-то сказать, как небольшая рука схватила его за запястье и с невероятной силой потащила к кровати. Толкая учёного на постель, Смит залез рукой в карман, доставая железные наручники, моментально приковывая ничего не понимающего дедушку к изголовью. Рик похлопал мягкими ресницами и уставился на внука, явно ожидая разъяснения. Его не последовало. Смит с каменным выражением на лице забрался на кровать, нависая над Санчезом. Взволнованные серые глаза встретились с мутными карими. Учёный сглотнул, собираясь начать диалог. — Ну и как это всё понимать, пёс? — голос не был уверенным и громким, в нем присутствовали нотки волнения. Морти наклонился к его уху, сильнее вдавливая тело в матрас и негромко проговорил: — Я тебя затыкаю, Рик, — прошелестел голос, от которого у Рика пробежали мурашки, а в голову накатывали новые волны страха. Морти забрался пальцами в голубые волосы, пропуская их через пальцы, слегка оттягивая. Когда рука остановилась на затылке, парень притянул голову Санчеза, прикасаясь своими губами к его. Глаза учёного расширились. Он попытался возразить, мыча что-то внуку в губы, но Смит не обратил на это никакого внимания. Разжимая челюсти языком, он продвигался вперёд, наслаждаясь мягкостью чужих губ. Хоть Рик и был заядлым наркоманом и алкоголиком, но губы были очень сладкими и парню сносило крышу от приятного вкуса во рту. Проходясь языком по розовым дёснам, Морти медленно и даже лениво изучал тёплый рот учёного и просто кайфовал от приятных ощущений. Рик лежал не двигаясь, до сих пор не до конца разобравшись, что, почему и зачем. Когда у Смита закончился воздух, он к радости Санчеза оторвался от его губ, соединяя их языки прозрачной нитью. Учёный продолжал тупо пялится внука, думая, где он «так» научился орудовать языком. До этого времени он считал Морти тупым девственником, который даже слово «секс» без смущения сказать не может, а тут такой неожиданный сюрприз. У всех бывают свои секреты и у парня был свой. Смит облизнул губы, на которых ещё оставался привкус Рика и похабно улыбнулся. Наконец мысли мужчины перешли в нужное русло. Медленно, но верно, Санчез начал закипать быстрее, чем чайник на огне. Мало того, что только что его собственный внук засосал его, как последняя порно-звезда, так ещё и приковал к кровати и непонятно, что ещё собирался делать. Бровь учёного поползла вниз, придавая его выражению лица взбешённый вид. — Ах ты мелкий педик, — зарычал учёный, дёргая закованными руками, — а ну отпусти меня, урод малолетний! Я тебе по роже надаю, что больше не посмеешь ко мне на километр приблизиться. Ручонки тебе оторву и будешь знать, как их распускать. Рик бесился и гремел закованными руками, намереваясь выбраться. Лицо Морти вновь приняло безразличный вид. Он поднял руку и отвесил мужчине звонкую пощёчину, оставляя заметный алый след. — Кто тебе разрешал открывать рот, шлюха? — Смит схватил Санчеза за щёки, с силой надавливая и приближая его лицо к себе, — ты будешь говорить, когда я тебе скажу, — он сдавил учёного ещё сильнее, наверняка оставляя синяки, — пока ты прикован к этой кровати, я буду трахать тебя до потери пульса, — он повернул его лицо, шелестя на ухо, — этой ночью ты будешь делать всё, чтобы сделать мне приятно, а не то тебе будет больно. Парень наконец расслабил хватку, давая чужой голове опуститься на подушку. Смит решил не медлить и просто разорвал водолазку на теле дедушки, даже не удосужившись снять с него верхнюю одежду. Учёный сглотнул горький ком. Он не узнавал своего Морти. Где тот маленький мальчик со светящимися от радости глазами, когда Рик показывал ему своё новое изобретение или возил на другую планету на новые безбашенные приключения? Его ли это Смит, который сдирает с него одежду и хочет воспользоваться для своих нездоровых потребностей? Рик в первые в жизни чувствовал неуверенность и гложущий его липкий страх будущего. Пока учёный пребывал где-то не в этой реальности, парень опустился ближе и припал губами к его шее. Резкий укус вернул Санчеза обратно, заставляя его неприятно выдохнуть. Покрывая шею укусами, заставляя голос под ним болезненно вздыхать, Морти спускался ниже. Смит покрывал всё пространство бледной кожи яркими следами, не оставляя даже кусочка чистой территории. Его руки водили по хрупкому телу, очерчивая привлекательную фигуру. Пальцы пересчитывали выступающие рёбра, иногда поднимаясь выше, к рукам и спускались обратно. Поцеловав впалый живот, парень поднялся обратно к лицу Рика. Несвойственно нежно, парень поцеловал мужчину в уголок рта, а следующим прикосновением накрыл его мягкие губы, увлекая в новый поцелуй. — Ты такой сладкий, — прошептал Морти, проводя по шелковистым волосам и заглядывая в серые глаза. Учёный промолчал несколько секунд и грубо выплюнул: — А ты, псих ёбаный. Учёный прикусил себе язык. «Блять». Он сказал быстрее, чем подумал. Аккуратное перебирание волос, сменилось мёртвой хваткой, оттягивая голову мужчины назад, причиняя дискомфорт. — Значит вот ты как, а я хотел быть нежным, — прорычал Смит, вдавливая Санчеза в кровать, — я научу тебя манерам. Мужчина почувствовал твёрдый стояк, упиравшийся в него и шумно сглотнул. Морти положил руки на бёдра жертвы и прижался ещё ближе, буквально заставляя поверхность прогибаться под тяжестью тела. Ладони поползли выше и опустились на пряжку ремня. Расстегнув, Смит стащил штаны вместе с нижним бельём с тела снизу и отбросил ненужные тряпки в сторону. Парень потянулся к рядом стоящему комоду и выудил из ящика тюбик смазки, кидая его рядом с головой учёного. Рик до сих пор не мог поверить, что сейчас его лишит девственности задницы, его же внук. Просто не укладывалось в голове. Когда Морти снял с себя последние вещи гардероба, Санчезу стало не на шутку страшно. Тонкие руки задрожали, а лоб покрылся холодной испариной. — М-Морти, м-может ещё раз всё обсудим и… — с заиканием попытался возразить учёный, но Смит заставил его замолчать, посредством накрывания рта ладонью. — Тихо, не надо ничего говорить, я тебе не разрешал, — проговорил парень, второй рукой уже набирая большое количество смазки на пальцы. Когда прохлада коснулась запретной зоны, тело Рика выгнулось, сопротивляясь, в попытке увернуться. Морти оторвал руку от лица учёного и прижал этой рукой его к постели. Рука более уверенно коснулась входа, сразу проникая одним пальцем. Санчез всхлипнул и взмолился: — М-Морти, я прошу тебя… — начала шептать жертва, но Смит не дослушав его, всадил внутрь второй палец, — М-М-Морти-и, одумайся. — Всё, больше не могу сдерживаться, — парень резко вынул пальцы и сменил их на свой возбуждённый член. Тугой вход не жаждал принимать нечто таких размеров, когда он даже толком не растянул его. Смиту было плевать. Сейчас им двигали животные инстинкты, а здравый смысл отошёл на второй план. Кого сейчас волновало, как будет больно его дедушке? Морти это точно не интересовало, ему было нужно засадить Санчезу по самые яйца, чувствуя нереальное удовольствие. Через силу, парень начал проталкиваться внутрь. Учёный глотал ртом воздух, пытаясь хоть немного расслабиться и уменьшить адскую боль, разрывающую его изнутри. — А-аах, — вскрикнул мужчина, когда член зашёл до конца. Из глаз текли слёзы, скатываясь по щекам, капали на подушку. Было больно, ужасно больно. Рик глубоко вдохнул, стараясь привыкнуть к болезненным ощущениям, как из него вытолкнули весь воздух одним движением изнутри. Морти сделал первый толчок. Рот Санчеза открылся в немом крике. «Господи, спаси меня». Второй толчок. Боль не проходила, а только усиливалась с каждым новым движением. Ствол заходил медленно, с силой раздвигая стенки кишечника, причиняя адскую боль. Медленный ритм постепенно сменился на быстрый и резкий. В какой-то момент, Рику показалось, что кишка не выдержит и порвётся, унося его в преисподнюю, если такая существовала. Морти втрахивал податливое тело в матрас, наслаждаясь жалобными всхлипами и стонами, облизывая губы от нереальных ощущений. «Узкий, такой узкий. Как же хорошо». Послышался гортанный рык, больше напоминающий животный и тёплая жидкость наполнила учёного изнутри. Он молился, всем существующим и несуществующим богам, чтобы внуку этого хватило, и он отпустил его. Но великий ум ошибся дважды. Морти отодвинулся от дедушки и прошёлся по его телу взглядом. Из отпадной и к тому же приятно узкой задницы вытекало его семя, раздвинутые ноги пробивало мелкой дрожью, а всё тело было украшено багровеющими засосами и кровоточащими укусами. А его лицо… Смит поднял взор и встретился с туманными глазами. Прекрасное личико покрылось сильным румянцем, заплаканные глаза смотрели ненавистно и остервенело, по подбородку стекала слюна, а рот хватал воздух, выдыхая облачки тёплого пара. Такого даже в самой захватывающей порнухе не увидишь. Морти облизнул пересохшие губы. «И даже не скажешь, что ему уже седьмой десяток пошел, слишком сексуален». Смит приблизился к дрожащему телу. Санчез отпрянул, но, замечая, что руки тянулись к наручникам, успокоился. Смит отстегнул одну руку и отсоединил его от изголовья. Как только мужчина собрался подняться с кровати, он резко повалил его обратно, застёгивая затёкшие руки за спиной. — Куда это ты, моя сладкая шлюшка? — промурлыкал парень, прижимая локтем к постели и обводя взглядом оттопыренную попку из которой продолжала вытекать белая субстанция, — я же сказал про всю ночь, а прошёл минимум час. Мы ещё не закончили. Хватая учёного за волосы, он стащил его с кровати, скидывая на пол. Услышав негромкий выдох парень сел обратно, маня жертву пальцем. Мужчина повинуясь поднялся и подошёл вплотную к Морти. — На колени, — твёрдый тон не давал право на непослушание. Опустившись на колени, учёный опустил голову в пол, не смея посмотреть в глаза напротив. Смит схватил его за подбородок, поднимая голову вверх. Усмехнувшись, щекотливым движением проведя по лицу, зарылся пальцами в взъерошенные волосы, притягивая голову к своему паху. — Соси, — приказал парень, пользуясь своими доминированием. Санчез послушно открыл рот. У него не было выбора, Смит не давал его. А ведь он любит Морти. По-своему любит, хоть никогда не скажет об этом в открытую. Он эксплуатировал его как хотел, но в душе хранил, как хрупкую фарфоровую статуэтку, которую боялся разбить, но противореча самому себе каждый раз оставлял на ней трещины. Смит толкнулся в его рот, вызывая рвотный рефлекс, который мужчина чудом сдержал, чтобы не выдать на обзор содержимое желудка. Он аккуратно прошёлся языком по стволу к головке, слегка надавливая, вызывая одобрительный стон. Не до конца заглатывая, учёный начал сосать, выбивая из владельца звериные рыки. Рука легла на его затылок, беря инициативу, составляя ритм. Морти опустил взгляд и сразу об этом пожалел. Старательно заглатывающий член рот, выглядел слишком потрясающе. Губы, обхватывающие плоть, скользили быстро и мягко, увлекая взгляд. По его подбородку стекала новая порция слюны, а иногда в поглядывающих вверх глазах, читалось сильное смущение и стыд, которое он старательно скрывал, опуская глаза. Последние несколько толчков и не вытаскивая изо рта, Смит излился прямо в учёного. — Глотай. Санчез молча всё проглотил, не проронив ни капли. Морти схватил его за скованные руки, затаскивая на кровать, наваливаясь сверху. — Скажи честно, где научился? — прошептал парень, водя пальцем по грудной клетке Рика, — это было невероятно. — Приходилось иметь дело, — хрипло подал голос мужчина, не без боли отмечая, что сидеть и говорить ему будет трудно. — Ммм, я хочу второй раунд, — ехидно говорил парень, переворачивая ослабевшие тело на живот, оттопыривая привлекательный зад, — слишком мне понравилось. Он положил руки на ягодицы, надавливая и массируя их. — В этот раз я постараюсь нежнее. Смит продолжал лапать булочки Санчеза и удивляться их упругости и привлекательности. Когда ему наскучило, он поцеловал правую половинку и полез пальцами в знакомый проход. Пальцы проникли без проблем, почти не причиняя дискомфорта владельцу. Рик только выдохнул и спрятал лицо в простыне, желая, чтобы это наконец закончилось. Разминая стенки сфинктера, Морти наслаждался открывшимися видами. В Рике легко скользили три пальца, что стоило отметить размер Смита, который так хорошо растянул его. Когда пальцы вышли, а к тёплому входу придвинулся знакомый гениталий, Санчез жалостливо всхлипнул, давая слезам позорно стекать по щекам, а телу дрожать от бессилия. Парень, не обращая внимания на приступ истерики, до конца вошёл, блаженно простонав. — Слушай, — он лёг сверху, нашёптывая на ухо, не переставая двигаться внутри, — только пару часов назад, ты орал на меня, как на пятилетнего провинившегося ребёнка, а теперь ты захлёбываешься в слезах, принимаешь мой член в себя и сладко стонешь, как последняя проститутка. Иронично правда? — в этот момент Морти сменил угол проникновения, находя «ту самую» точку, заставляя тело под собой захлебнуться воздухом от наслаждения, — ох, что я нашёл. А если вот так… Рик непроизвольно прогнулся в спине, поддаваясь назад, насаживаясь самостоятельно. Он начал сходить с ума, если нашёл в этом какой-то кайф, но тело действовало само, не спросив разрешения мозга. Блаженная точка пульсировала, прося больше наслаждения, но парень, заметив это, прекратил толчки. Учёный разочарованно выдохнул. Возбуждение тёрлось о простынь, прося скорой разрядки, но плоть внутри не двигалась, не давая расслабиться. — Скажи это Рик, — прошелестел бархатный голос, — скажи, что хочешь, чтобы я тебе засадил, заставил дрожать от оргазма. Просто скажи и ты получишь всё, что захочешь. — Засади мне, М-Морти, прошу тебя, — прошептал хриплый голос, прежде, чем приятно вскрикнуть. Смит бодро задвигался, заставляя громко стонать, произнося заветное имя и двигаться на встречу, утопая в волнах наслаждения. Ещё пару мгновений и учёный бы кончил, забрызгивая простыню своей спермой, но коварный Смит вышел, оставляя только догадки, зачем. В следующую минуту, Морти аккуратно поднял, лёгкое как пушинка, тело Санчеза и усадил на колени лицом к себе. Приятная тяжесть давила на бёдра, возбуждая ещё сильнее. Послышался щелчок и одна рука была на мгновение свободна, чтобы снова застегнуться, только теперь впереди. Смит поднял кольцо рук и забросил себе на плечи, разрешая себя приобнять. Мужчина недовольно заёрзал, требуя продолжения. — Просто хочу смотреть на твоё милое личико, — коротко поцеловав Рика в губы, Морти прижал ствол к тёплому входу. Опуская руки на мягкие булочки, слегка сжимая, он осторожно опускал учёного вниз. Санчез прикусил губу, привыкая к новой позе, приятно отмечая, что в ней ему гораздо комфортнее, чем лицом в простыне. — Давай сам, — промурлыкал парень, утыкаясь в тонкую шею и вдыхая приятный запах травяного геля для душа. Мужчина, не ожидав такого предложения на мгновение замер, но сориентировавшись сделал пробное движение вверх-вниз. Сразу найдя нужный угол, он опустился повторно, сладко выдыхая. Сделав пару толчков, Рик осознал, что слишком слаб, чтобы самостоятельно двигаться. — М-Морти, м-можешь помочь, пожалуйста, — выдох с мольбой подействовал на Смита моментально. Схватив Санчеза за зад, он медленно насадил его поглубже, выбивая сладостный стон. Короткие ногти царапали нежную кожу на спине, а голова откидывалась назад, воспроизводя возбуждающие звуки. В комнате было душно, а в воздухе летали вздохи и жаркие просьбы, от самого обворожительного, для Морти, существа во всей Мультивселенной. Повалив учёного на спину, заставляя раздвигать ноги ещё шире, парень вдавил лёгкое тело в кровать, попадая по приятной точке. — М-Мо-орти, ах, ммм… — громкий стон заполнил помещение. Отверстие, сжимая со всех сторон, заставило Смита с искрами перед глазами кончить следом, заливая тело до краёв. Отдышавшись, Морти с эротичным звуком покинул приятную тесноту и устало опустился рядом с новоиспечённым любовником. Тело учёного до сих пор потряхивало от противоречивых ощущений. Было очень унизительно и хорошо одновременно. Тёплые пальцы переплелись с прохладными, заставляя мужчину повернуть голову в бок, смотря на довольное лицо: — Я люблю тебя, Рик Санчез, — счастливо проговорил парень, сжимая руку учёного посильнее, передавая своё тепло и ему. — И я тебя, — прошептал Рик прежде чем провалиться в глубокий и приятный сон.