сирфим

      Монастырь поклонения Великой Матери.       Здесь всегда царил покой и гармония. Сюда принимали всех без исключения. Сироты находили здесь дом и получали образование, калеки и немощные — еду и иногда крышу над головой. Братья Великой Матери проповедовали путь Мира и Света.       Еллиалис был одним из тех, кто жил здесь. Высокий и изящный, с длинными, абсолютно белыми волосами, что вились крупными кольцами, закрывая спину полностью. Его глаза красивого орехового цвета были пусты и мертвы... Он был слеп, но это практически не мешало ему... Живя здесь около десяти лет, Елли научился использовать оставшиеся чувства: слух, осязание, обоняние, чтобы суметь себя защитить. Сначала ничего не получалось, но его наставник — по совместительству бывший солдат личной императорской стражи, а также его единственный друг — брат Фаррисис был непоколебим.       Вот и сегодня юноша тренировался на парных кинжалах, определяя соперника по дыханию, запаху пота, по шуршанию мягкой подошвы на снегу... Отсутствие зрения обостряло остальные чувства до предела. Шорох справа... Елли чувствовал, что соперник отошёл от него на несколько метров вправо, заставляя опустить руки с оружием вниз... и тонкая острая игла воткнулась в ствол дерева, царапнув Фаррисиса по плечу, оставляя неглубокую царапину.       — Молодец, Елли, с каждым разом ты находишь меня быстрее, кроме того ты почти идеально обращаешься с иглами, но и про кинжалы забывать нельзя. Ты открылся, и это давало возможность убить тебя, ты понимаешь? Хотя ты мог использовать свои крылья, всё же относишься к расе Сирфимов как-никак.       — А что мне это даёт? Кроме крыльев, я ничем не отличаюсь от вас, обычных людей. К тому же они появляются в момент эмоционального напряжения владельца. Поэтому многие из нас принимали специальные настойки, чтобы держать свой разум в вечном напряжении, и это тоже убивало, даже сильнее, чем всё остальное.       — От нас, да, но есть и другие... — Фаррисис смотрел прямо в мёртвые глаза друга, затем тяжело вздохнул, — драконы и наги, которые охотились на вас во все времена.       — Одни огромные крылатые ящерицы, другие — большие змеи... и мы...       — Но только во второй ипостаси. В конце концов, можешь использовать стихию, к которой ты привязан, и древнюю магию рун. Поглощая любое заклинание, направленное прямо, превращая его в руну, которая в несколько раз увеличивает мощь этого заклинания, нанося просто немыслимый урон. Ни одна раса не может из простого «огненного шара» превратить в «адское пламя», почти не прилагая усилий и не тратя свой магический запас. А еще вы могли комбинировать некоторые их виды, создавая нечто иное. Именно за эту способность вас сначала попытались сделать рабами, превращая фактически в бесправный скот.       — Нет, это не совсем так. Мы тратили свой магический потенциал, чтобы развивать заклинание внутри руны. Чем оно сложнее, тем больше уходило сил, но даже это не спасло нас почти от полного уничтожения, как расы. Сам знаешь, что большинство моих сородичей решило, что лучше умрут свободными, чем быть в вечном рабстве, плодя врагов, всё-таки использовали нас, как инкубаторов. Ну, а комбинация — тут свой подход нужен, должен чувствовать, что можно смешивать, а что нельзя. Мне и так хорошо, правда, я совру, если скажу, что совсем этим не увлекаюсь. У меня есть руны, наполненные заклинаниями, но мне приходится сложнее... Тут нужно не просто знать, необходимо видеть, сколько магии ты вливаешь в руну, иначе она треснет от переизбытка, а заклинание, что находилось внутри, либо растает, либо разнесёт всё вокруг. Мы ведь превращаем заклинания не сразу, нужно время. — Еллиалис смотрел вперёд. Кинжалы уже заняли привычное место в ножнах, которые крепились сзади на спину, в районе поясницы. — Ладно, пойдём, нас сейчас ужинать звать будут, — произнёс он, уверенно двигаясь в сторону общей столовой. Фаррисис только покачал головой, глядя вслед своему другу...       Ночь не приносила должного облегчения. Елли раз за разом видел тот сон, где погибает его род, где его лишают зрения, нанося заклятье Ослепления. Как выбрасывают через портал в Чащу непроходимого леса... Собственный крик вырвал юношу из сна. Грудь тяжело вздымалась, в горле пересохло, глаза открыты. Елли, не видя, смотрит в потолок, пытаясь успокоиться. Привстав, он потянулся к графину, что обычно стоит на низком столике, но рука нашла лишь пустоту.       — Так, неужели забыл? — Снова провёл рукой над столом — пусто. Осторожно встав с постели, юноша привычным движением взял своё оружие, с ним он чувствовал себя увереннее. Выйдя во двор, Елли прислушался, что-то ему не нравилось, словно тишина была какой-то не такой... Сконцентрировавшись, он обострил слух и обоняние по максимуму. Ветер донёс до него запах гари со стороны деревни, что стояла у подножья горы, на которой располагался храм.       Еллиалис знал, где находится сигнальный колокол, поэтому поспешил к нему. Тревожный звон раздался в ночной тиши, подобно грому, но это не спасло. Ворота были выбиты и небольшая армия головорезов ворвалась во двор монастыря, круша всё на своём пути. Первый посмертный крик разорвал тишину, а затем начался ад: крики боли братьев, звон оружия, запах дыма. Елли хотел броситься на помощь, но понимал, что в этой какофонии звуков ему будет сложнее ориентироваться. Юноша прислушивался к происходящему, не замечая, как позади него возник один из захватчиков. Глухой удар по голове, и он медленно осел на деревянный пол колокольни. Не успев...       Голова раскалывалась, сознание медленно возвращалось, принося с собой новую головную боль, от чего Елли чуть слышно застонал. Рядом скрипнул отодвигаемый стул, раздались тяжёлые шаги... ближе... кто-то подошёл к нему. Еллиалис повернул голову, как он считал, на того, кто стоит рядом. Ни звука. Что ему или им надо? Последнее, что он помнил, — крик Фаррисиса, а затем сознание от него ускользнуло.       — Я... где я? — Юноша смотрел вперёд, но ответа не последовало. — Пожалуйста, не молчите, я... — Признаться в своём недостатке врагу — хуже не придумаешь, но если его тюремщику запретили с ним говорить, то Елли либо от жажды, либо от голода умрёт. — Я вас не вижу, так как слеп, поэтому прошу вас, говорите.       — Ты не видишь? — Голос грубый и низкий, с нотками удивления. — Но глаза у тебя нормальные.       — Заклятье Ослепления, слышали о таком? — И, не дождавшись ответа, он продолжил: — Это когда лишают зрения, умерщвляя глаза. При этом их оболочка полностью сохраняется, но глаза перестают видеть, словно свет резко погасили. — Скрип несмазанных дверных петель заставил Елли вздрогнуть. Шаги. На этот раз более лёгкие, но при этом более опасные.       — Я слышал часть разговора, — голос молодой, приятный, — но это придётся проверить, и молись вашей Матери, чтобы это была правда.       Куда его вели, Еллиалис не знал, только ощущал холод на запястьях от браслетов, что сдерживали его магию, и тупую ноющую боль в голове, но упорно продолжал считать шаги. Семь, восемь, девять... Судя по количеству шагов, коридор не очень длинный.       Снова скрип открываемой двери, судя по голосам и эху, что здесь разносится, это скорее всего большой зал. Запах дыма и жареного мяса коснулся носа, заставляя невольно втянуть его сильнее.       — Эйрис, что случилось? Зачем ты привёл пленника? — Этот голос... Елли поёжился, стало страшно, голос истинного убийцы, без эмоций, абсолютно равнодушный.       — Он утверждает, мой лорд, что слеп, хотя глаза его целы. — По чуть проскальзывающим мурлыкающим ноткам понятно, что этому парню нравится тот, чей голос не допускал даже намёка на эмоцию.       — Правда?       В зале наступила тишина. Еллиалис чувствовал, что взгляды теперь прикованы к нему, но как бы он не боялся, он достойно встретит свою смерть. Снова шаги, правда, на этот раз уверенные, чёткие, остановились в нескольких сантиметрах, дыхание на коже — видимо, рассматривают. Это длилось недолго, но Елли оно показалось вечностью.       — Да, не соврал, действительно слеп.       — Что вы сделали? — тихий голос Эйриса, заставил Елли напрячься.       — Ничего. Применил магию солнечного блика, если бы он соврал, то моргнул от яркого света, что светил прямо в глаза. Но он не шелохнулся, даже когда перед ним блик внезапно вспыхнул и потух. Ну что же, жаль, конечно, но придётся пару монет сбросить, или продать какому-нибудь уроду. Всё равно не видит, а так тот, глядишь, ещё и приплатит. — Смех неприятно резанул по ушам, заставив Елли скривиться. — Что, детка, не нравится? Завтра мы отведём тебя на рынок и посмотрим, сколько сможем выручить за твоё красивое лицо. Увести!       Всю ночь юноша пролежал на холодном полу в клетке. Хорошо, что хоть попить дали, правда, браслеты оставили, но и без них он ничего сделать бы не смог, для этого ему нужны руны, а их вблизи не наблюдалось. Уснуть удалось только под утро, и то всего на пару часов. Окатив холодной водой, от чего он стал мёрзнуть ещё сильнее, возле ног приземлился какой-то предмет. Елли на ощупь нашёл его, это оказался свёрток с одеждой.       — Оденься, мы же не хотим, чтобы ты сдох раньше времени.       В свёртке обнаружилась тёплая рубаха и штаны, к тому же плащ и пара сапог. Наконец-то Елли хоть немного, но согрелся.       — Выходи, мы выезжаем!       Запах свежего, морозного утра. Елли вздохнул полной грудью, вслушиваясь в звуки природы, не замечая, что за ним наблюдают.       — Наслажждайсся, пока можжешшшь.       Этот голос, боги, так это наг! Почему Эллиалис вчера его не заметил? А значит, шансов на побег нет, остаётся только смириться. Наги всегда отличались молниеносной реакцией и скоростью, а также виртуозным владением двуручным боем на мечах. Здесь, как говорится, без надежды на спасение, тем более, что свою истинную форму сирфимы могли принимать только в момент эмоционального напряжения. Звук цепей слева отвлёк, кроме того голоса, что явно работорговцам не принадлежали, значит, наг не один. Стало действительно противно.       — Значит, вы работорговцы? — Елли смотрел куда-то вперёд, чувствуя, что наг всё так же стоит позади него, опаляя своим дыханием его кожу.       — Да... а ты красив и пахнет от тебя... — Наг шумно втянул воздух, почти прикасаясь носом к шее Елли, от чего по его телу прокатила неприятная дрожь. Хотелось вырваться, но он стоял стойко. — Смелый...       После чего юношу подвели к повозке и помогли подняться, цепляя его браслеты к общей цепи.       Два изматывающих дня работорговцы им давали только пить и кусок хлеба, видимо, чтобы сил не было сбежать. Наг дважды подъезжал к их повозке, и каждый раз Елли охватывало неприятное чувство тревоги, когда тот в упор смотрел на него, словно он что-то решал для себя, тут же отъезжая.       Большой город встретил их шумом наполненных улиц. Повозка остановилась, зычный голос нага приказывал всем готовиться, дверь со скрежетом открылась, цепь натянулась и тут же ослабла.       — Выходите. И без сюрпризов! — Снова молодой голос Эйрима. — Ты, слепой, посиди пока там, с тобой Вожак хотел поговорить. Что встали, уроды? Вперёд! — Еллиалис, судя по ощущениям, остался один. Повозка снова покачнулась — кто-то залез в неё. Юноша сидел тихо, повернув голову в сторону, как ему казалось, двери. Лёгкое касание к щеке заставило его дёрнуться, глядя куда-то в сторону.       — Ты красссивв... Дай сссоглассие быть моим, и будешшшь купаться роскошшши. Согласись делить со мной ложе и я подарю тебе свободу. — Шёпот нага опалял ухо, заставляя ёжиться от холодка, что пробежал по спине от его голоса. Елли почувствовал, как рука нага обняла его, осторожно поглаживая, скользкий и длинный язык прошёлся от уха до шеи, оставляя влажную дорожку. — Ну же, сладкий, дай сссоглассие. — Носом наг ткнулся в местечко за ухом. — Как же от тебя пахнет, так и хочется прямо здесь разложить...       Елли не знал, что делать, ему было противны его прикосновения, но и какой ему хозяин попадётся — неизвестно...       — Нет! Иллюзию свободы — вот что ты мне подаришь. Я лучше сдохну под пытками, чем с тобой лягу, к тому же неизвестно, что будет, если я тебе надоем, а, рептилия? — решительно проговорил юноша, скидывая руку нага с колена, и его тут же схватили за горло. Острые когти царапали кожу, сдавливая. Шипение рядом, но Елли только смотрел вперёд своими мёртвыми глазами.       — Я найду для тебя такого хозззяина, что сам умереть захочешь... — угрожающе произнёс работорговец и, не дождавшись ответа, кинул Елли на пол. После чего вышел из повозки, оставляя того одного.       Невольничий рынок, пожалуй, одно из самых страшных мест. Еллиалис и представить не мог, что окажется здесь, да ещё в роли товара. Он чувствовал на себе взгляды проходивших мимо людей, драконов, нагов... Всех тех, кто пришёл сюда за новым живым товаром. От существ, которые стояли рядом с ним, отчётливо пахло страхом... и не мытыми телами. К тому же, судя по скупым словам их надсмотрщиков, это это жители той разгромленной деревни, что стояла у подножья...       — Сколько? — властный голос раздался возле Елли неожиданно, от чего тот вздрогнул, цепь натянулась, заставляя податься вперёд. Чувствуя, что его очень тщательно рассматривают, юноша заставил себя стоять спокойно, не отводя глаз. — Он слеп?.. И магически одарён?..       — Да, госссподин, но его красота... сссмотрите какие волосы, фигура. Разве отсутствие зрения у этого юношшши может исспугать такого госсподина, как вы? — Голос нага такой слащавый, что даже во рту появился приторный привкус. — Магический потенциал у него небольшой, можете не волноваться.       — Я возьму его... но если что, я из-под земли тебя найду, Салисш, ты меня знаешь. Даю за него десять золотых и ни золотым больше.       — Пятнадцать золотых. Смотрите какая фигура, к тому же он девственник, у него даже женщщины не было.       — Хорошо. Двенадцать. И это моё последнее слово.       — По рукам.       Еллиалис чувствовал, как его отстёгивают от основной цепи. С рук сняли кандалы и тут же одели новые. Сбоку послышался звон монет, а затем юношу больно дёрнули, заставляя двинуться.       — Идём, чего встал? Мне тебя ещё отмыть нужно, чтобы сыну дарить. Ну и вонь. — Елли молчал, цепь, которую держал его новый хозяин, не давала потеряться, а как этого хотелось. — Тебе повезло, человек, — сказал так, словно неприличное слово произнёс, — быть личным рабом дракона.       Юноша же так не считал, кроме того этот впереди идущий не понял, что Еллиалис — не человек, а значит, есть шанс, нужно только раздобыть руны... Вскоре запах немытых тел и гнилых овощей исчез — хозяин с рабом вышли с невольничьего рынка. Пахнуло грозовой свежестью... Портал! Елли знал, что такой способ перемещения не каждый может себе позволить, а значит, его купил очень богатый Дракон.       — Сейчас мы окажемся дома, тебя приведут в порядок, а вечером я представлю твоему истинному хозяину. И молись своему богу, чтобы ты понравился хозяину, иначе... — Дракон не договорил, давая простор для фантазии Елли. Раздался еле слышный хлопок, тело словно на мгновение потеряло опору... — Вымыть, накормить! Приготовить к званому ужину, в честь прибытия моего старшего сына с границы!       И снова его куда-то повели, но на этот раз шли молча. Купальня встретила их смехом и визгом купающихся, здесь пахло ароматными маслами и водой.       — Стар!!! — Эхо прокатилось по помещению, топот босых ног и всплеск. — А ты пока раздевайся, скамья там. — Лёгкий ветерок от взмаха руки сопровождающего коснулся щеки. Рядом кто-то появился, судя по дыханию, он спешил оказаться здесь.       — Вы звали? — Елли почему-то казалось, что этот голос должен принадлежать очень красивому парню.       — Вот. — Цепь снова дёрнули. — Привести в порядок, он должен стать подарком старшему сыну хозяина. Вещи рабу потом принесут.       — Ясно. Раздевайся, чего смотришь? Или помочь? — Ехидный голос парня, явно рассматривавшего его. Еллиалис обернулся в ту сторону, куда ветерок дунул, и вытянул руку вперёд, пытаясь нащупать скамью, что должна была стоять здесь. Или нет?.. Первый шажок, и снова рука пытается найти искомое. — Что ты делаешь? — О, сколько удивления, даже ехидства почти не слышно.       — Ищу скамью, на которую мне указали, но так, как я слеп, то приходится наощупь, — спокойно ответил юноша, делая ещё шажок. Пальцы наткнулись на стену, что-то тёплое коснулось второй руки, и его потянули в совершенно другом направлении.       — Вот скамья. — Рука парня отпустила его руку. — Сделай небольшой шаг вперёд, только осторожно.       Скамья была каменной и очень удобной, Елли раздевался медленно, но его и не торопили. Наконец штаны упали к ногам, неуклюже переступив через них, он замер. Хотелось прикрыться руками, ведь явно чувствовал, что его рассматривают.       — Ты действительно красив... Ладно, пойдём мыться, у нас ещё столько дел. — Еллиалис почувствовал, как тёплая рука парня снова обняла его. Повели куда-то вглубь купальни. — Меня Старр зовут.       — Еллианис, но можно проще — Елли.       Юноша думал, что ад на земле он уже прошёл, но, как оказалось, ошибался! То, что делали с ним в купальнях, — вот где настоящая пытка. Его мыли, расчёсывали, натирали, удаляли, скребли, мазали... и через пару минут всё это смывали.       — Ну вот, теперь ты не просто красив, а очень красив. Ладно, теперь пойдём, я тебя накормлю, а затем мы тебя оденем, как надо.       Вечер наступил, принося с собой новое волнение. Елли одет в одну прохладную скользящую ткань, что повязали ему вокруг бёдер, чем-то скрепляя, оставляя одну сторону открытой, это хорошо ощущалось при ходьбе. На руки ему надели браслеты и, судя по лёгкому покалыванию, блокировка против магии работала на «отлично». Волосы собрали в свободный пучок, закалывая двумя палочками, правда, Старр что-то туда всё же вплёл... На ногах тоже браслеты, которые издавали приятный мелодичный звон.       — Ну вот и всё. Ты готов, — голос Старра был таким довольным, что невольно представилось, как парень руки потирает от удовольствия и предвкушения. — Пойдём, нас уже ждут.       Еллиалиса трясло в ознобе, осознание происходящего лавиной обрушилось на него, заставляя цепенеть. Он раб, наложник, почти бесправное существо.       — Я вижу, что Старр постарался на славу. — Голос немолодого Дракона, который купил его этим утром, звучал удовлетворённо. Юношу, видимо, осматривали, а он стоял ни жив ни мёртв.       Всю церемонию Елли чувствовал на себе злые и завистливые взгляды присутствующих, пока даритель говорил речь...       — Благодарю тебя, отец, за подарок, я его принимаю. — Елли вскинул голову. Такого завораживающе-красивого голоса ему ещё не довелось слышать. — Подведите его ко мне. — И снова юношу куда-то ведут, боги, как тяжело быть слепым. Сильные руки сжали подбородок, заставляя поднять голову вверх. Дыхание на коже... — Страшно?.. Я чувствую, твоё дыхание немного сбито, а сердце бьётся маленькой пичужкой. Захочу — и ты умрёшь прямо здесь, не пожив толком, не увидев этот мир и его яркие краски, — проговорил сын Дракона.       — Мир я и так не увижу... слеп... Да, мне страшно, ведь я в незнакомом месте, которое толком исследовать не удаётся. Я ведь даже не знаю, в каком нахожусь городе, в каком доме. Могу утверждать с уверенностью только то, что вы богаты, причём, судя по порталу, что открыл ваш отец и купальням, в которых успел побывать, сказочно... — слова Елли говорил тихо, но твёрдо, чувствуя, как ослабевает хватка на подбородке, но продолжая смотреть вверх и прямо, как он считал, в глаза этого дракона. В зале стояла мертвая тишина, все слушали их диалог.       — Ты прав, я богат, очень. Тебя проводят в моё крыло наложников, постарайся не потеряться, слепыш, — продолжил незнакомец с таким чарующим голосом.       Тонкий свист метательного ножа заставил Елли напрячься, времени на раздумье не было... Юноша рукой быстро нащупал на голове одну из деревянных заколок, которые удерживали его волосы, резко выхватил её и одним движением, ориентируясь только на звук, сумел метнуть влево... Тихий звон, и удивлённый возглас дал понять, что нож отклонился от траектории. Звук металла о камень, и юноша облегчённо вздохнул, значит, никого не задело, можно выдохнуть. Через мгновение в зале началась настоящая паника: раздался крик, полный ужаса, топот многих ног, — это сводило с ума. Еллиалиса кто-то толкнул, видимо, стража, или кто там Дракона охраняет? Его тоже не оставили без должного внимания: Елли почувствовал, как большая ладонь обхватила его тонкое запястье, заставляя куда-то идти за ведущим. Вскоре шум стал смолкать, а идущий впереди и не думал останавливаться, Елли едва успевал за быстрым шагом своего вожатого. Хлопок закрываемой двери, и руку отпустили.       — Как догадался, куда летит нож? — Боги голос... Елли даже глаза закрыл, хотя и не сильно ему это помогло.       — По звуку. Мои слух, обоняние, осязание немного лучше вашего, так организм компенсирует отсутствие зрения. Да и я развивал нужные навыки в Монастыре почти десять лет... К тому же в зале была тишина, поэтому и услышал... как-то так... — неумело закончил Елли, глядя куда-то перед собой. В комнате — или где они находились — было довольно прохладно, поэтому его начало намного потряхивать. Сбоку скрипнул стул, но Елли не шевельнулся, продолжая стоять там, где оставили.       — Ты не наг... но и не дракон. — Тихие шаги, Дракон встал за спиной. — Да и человеком ты не пахнешь. Кто ты?       — Полукровка, сир. — Юноша знал, что обманывать нехорошо, но по-другому нельзя.       — Хорошо. — Тепло исчезло, оставляя после себя толику разочарования. — Жить ты будешь там, где указал ранее, проводника к тебе приставят, пока не изучишь... дом, скажем так: это будет своего рода благодарность.       — Зачем я вам?       — Ради забавы. Ты забавный, с тобой скучно не будет. Ты, как новая зверюшка, с которой играть ещё интересно и ломать жалко, пока не наиграешься. А теперь тебя проводят в твои покои. Свободны. — Лёгкие шаги рядом, и знакомое прикосновение руки. — Старр!       — Пойдём, я провожу. Жить тебе предстоит там же, где и мне, — ведя Елли по коридору, начал рассказывать Старр. — Можешь выбрать комнатку рядом со мной. Правда, в крыле ещё пятеро живут. Милсиш — наг, попал сюда за долги семьи, и является нынешним фаворитом нашего хозяина. Характер у него отвратительный, поэтому старайся не реагировать на его издёвки и шутки, хорошо? Если что, я буду рядом. Ну вот, пришли.       — О, подарок прибыл. — Юноша почувствовал на себе чей-то прожигающий взгляд. — Да, правда, красив и... слеп, какое разочарование, но и в этом есть плюс: не будешь знать, кто тебя имеет. — Говоривший громко рассмеялся, ему тут же вторили по крайней мере ещё трое.       — Милсиш, отвали. — В голосе Старра явно звучало раздражение и что-то едва уловимое. — Отстань от него.       — Старр, сколько раз повторять? Пока я тут главный, вы подчиняетесь мне, к тому же не забывай, я фаворит его величества. — А сколько в его словах высокомерия и презрения, что Елли стало не по себе. Обстановка накалялась, нужно было что-то делать.       — Старр, ты хотел мне комнатку показать, заодно помочь её освоить, — напомнил Елли, мягко поглаживая его по руке, и посмотрел в сторону. — Кроме того, я ещё не ел...       — Прости. Пойдём, конечно, — извинился Старр.       Снова его куда-то ведут, но через пару метров остановились.       — Тут лестница на второй этаж, десять ступенек. Вот перила. — Старр положил руку Елли на что-то холодное и металлическое. — Попробуй, считая их, подняться сам, но если что, я прямо за тобой.       Первый шаг. Нужно почувствовать твёрдость ступени, перенося свой вес. Пальцы сжимают перила сильней. Рука продолжает скользить по перилам вверх, ноги осторожно ощупывают ступени... шесть, семь, восемь, девять.       — Всё, добрались, а ты молодец, нам сюда, — похвалил Старр юношу. Тот почувствовал, как тёплая ладонь вновь накрыла его руку, дыхание коснулось уха. — Они следили за нами... и, по-моему, немного разочарованы, что ты справился. Милсиш, когда его привели сюда, вообще дикого зверёныша напоминал, всего пугался. Еду складировал под подушкой. Ох и ругался тогда Филм, наш управляющий! Пришлось брать над нагом шефство, а затем он начал меняться... пока не превратился в это.       — Он тебе нравится? — тихо спросил Елли, ощупывая дверной проём. Дверь здесь больше ширму напоминала, только сдвинуть её нельзя было, но складывалась так же.       — Раньше... да. — Старр смотрел, как Еллиалис проводит рукой по стене, двигаясь вперёд. — Но затем... Короче, я сам виноват, и сильно, давай не будем об этом. Осторожно, там тумба, а через пару шагов кровать. Не знаю, стоит говорить про светильники?       Елли продолжал пальцами изучать пространство, что на неопределённый срок станет его домом, и наткнулся на что-то деревянное и высокое.       — Что это? — поинтересовался юноша, рукой скользнув по полированному дереву вверх.       — Небольшой шкаф для одежды, над кроватью несколько полок. Ещё в комнате стоят столик и пара стульев.       — Расскажи мне о хозяине. Какой он? — Нащупав кровать, Елли осторожно сел на край, шуршание рядом дало понять, что Старр тоже присел, беря юношу за руку вновь, но это нисколько не смущает.       — Высок, строен, отличный воин... и замечательный правитель. Истинный дракон, сильный и красивый. У него чёрные волосы с золотыми прядями под цвет чешуи, смуглая кожа, янтарные глаза. Ну, а характер... если будешь делать то, что он просит, то и подарками не обидит. Кстати, пойдём, скоро обед принесут, точнее, ужин, а затем спать. Тебе нужно отдохнуть.       Прошла неделя. За это время Елли неплохо изучил пространство, где жил, но Старр всё равно всегда был рядом, и это помогало. Милсиш при каждом удобном случае задевал его, правда, больше словами. К правителю юношу пока не вызывали, да он и не рассчитывал, до сегодняшнего дня. Осторожно постукивая металлической палочкой — той, что подарил ему Старр — он двигался в сторону купален один. Это был своего рода тест. Весь дворец ему всё равно не изучить, но основные направления... Кто-то перегородил ему путь, и как не старался Елли, обойти не получалось.       — Кто вы и что вам нужно? — спросил юноша. Он смотрел вперёд.       — Ну-у-у... ессли тебе угодно, то Милссишш. — Бархатный голос нага словно окутывал Елли. — Пытаюсь понять, почему он с тобой так возится? Да, ты красив, но я не хуже, а где-то даже лучше. — Мягкое скольжение... хвоста? Значит, Милсиш принял свою истинную форму, это сильно осложняло дело.       — Так я вроде и не претендую на место фаворита его величества. — Елли старался, чтобы голос его не дрожал, когда юноша почувствовал, как вокруг его ног оборачивается первое кольцо хвоста. Подсечка... и Елли упал на спину, больно ударившись головой, а его трость откатилась в сторону.       — О, Змей отец, как ты бессспомощен... — Дыхание нага совсем рядом, значит, он наклонился. — Я слышшалл, ты был братом Великой Матери. — Послышался треск рвущейся ткани. В голове от удара до сих пор шумело, не давая сосредоточиться. — Красссив... мне будет прриятно, тебя иметь... — Эти слова заставили Елли напрячься. Наг тем временем начал своё «путешествие» с ушной раковины юноши, лизнув её языком, а его руки зафиксировал над головой, что делало Елли ещё более беспомощным, ноги сдерживал хвост Милсиша.       — О... от... отпусти-и меня, — запинаясь, попросил Еллиалис. Дыхание сбито, предательская дрожь желания. Как Елли ненавидел себя за это. Когда наг языком приласкал один из сосков, то свободной рукой сжал стоящее колом достоинство, начиная ласково поглаживать. Тело юноши выгнулось от удовольствия, только сознание не хотело с этим мириться, сопротивляясь до последнего. — Не-е-ет... Милсиш, не надо. Старр меня искать будет. — При этом имени, рука сжала запястья ещё сильнее, причиняя боль.       — Не будет, к нему в купальню сам правитель пожаловал... понимаешшь... — Наг пальцем коснулся входа в его тело, чуть надавливая, и это вконец отрезвило Елли, словно ледяной водой окатили. Нужно что-то срочно делать! Мозг работал лихорадочно, но ни одной стоящей идеи не было, а палец тем временем погрузился на фалангу, причиняя небольшой дискомфорт, и медленно двинулся обратно.       — Как у тебя там узко и горячо... — прошептал наг, лизнув Елли в шею.       Юноша понимал, что его сейчас просто поимеют, наг тем более уже лёг на него полностью, ослабляя захват хвоста. Этого вполне хватило, для того, чтобы согнуть ногу в колене и нанести удар. Судя по оханью и ослаблению захвата рук, юноша попал туда, куда нужно. Теперь осталось закрепить результат. Резко освободив руки и не видя, заехать в морду нагу... Кулак впечатался во что-то твёрдое, хватка исчезла, и вместе с этим раздалось приглушённое проклятье. Нужно отскочить немного дальше, выигрывая место для манёвров. Шипение раздалось слева. Елли не успел среагировать, его грудь оцарапали. Он чувствовал, как царапины пульсируют, а кровь тонкими струйками устремляется вниз, но это ничего. Снова шуршание, но на этот раз тише, раздалось позади. Елли сделал отскок вбок. Снова резкий порыв ветра, и плечо обожгло, заставляя припасть на одно колено. Все чувства юноши обострены до предела, но в бою с нагом даже видящий не всегда побеждает. Неожиданно на шее Еллиалиса сомкнулись длинные пальцы с острыми когтями. Он ругал себя последними словами, чувствуя, как хватка становится сильнее, а в голове зашумело от нехватки воздуха...       — Не смей!!! — голос Старра разрушил тишину, заставляя вздрогнуть. — Отойди от него, Милсиш, быстро!!!       Юноша почувствовал, как пальцы, душившие его, чуть ослабли, позволяя вздохнуть, пусть и неглубоко.       — Не-е-ет... смотри, какой он беспомощный, как старается выжить, как борется за свою жизнь. — Сколько яда в словах нага. — Ты ведь отказал, когда я пришёл к тебе, рассстоптал меня, но я сильный. А сейчас я на твоих глазах поимею этого мальчика, ты ведь так к нему привязался. — Елли, не теряя времени даром, пока Старр отвлекает Милсиша, постарался отцепить руку нага со своей шеи, но наг на это только рассмеялся, сжимая чуть сильнее. — Ай-ай, как нехорошо. — Язык вновь прошёлся по плечу юноши, слизывая кровь. — Вкусный... девственный.       Сильный порыв, и Елли почувствовал, что может свободно двигаться, тело нага больше не удерживает его. Дрожащими руками Еллиалис постарался найти трость, не обращая внимания на боль. Шипение сбоку, и снова порыв ветра. Елли не знал, что происходит, судорожно рыская руками по полу. Трость нашлась в нескольких метрах. Осторожно вставая с её помощью, он повернулся в ту сторону, откуда слышались удары, запахи крови и возбуждённых тел.       — Хватит... прошу вас, хватит... — Слёзы очертили дорожку на щеке, капая на пол, но юноша этого не замечал, продолжая стоять посреди коридора. Голый побитый, дрожащий, со спутанными волосами, и слезами на глазах, что лились уже непрерывным потоком. — Хватит!!! — Его крик прорезал тишину, заставляя драку на время стихнуть. Елли чувствовал, что взгляды двух существ направлены на него, и тихо попросил: — Прошу вас, хватит. Вы так только хуже делаете... поймите...       — Браво! — Медленные хлопки прозвучали оглушающе. Еллиалис вздрогнул, но продолжал стоять, зная, что на него смотрят. — Молодец, Милсиш, я горжусь тобой. Ты сделал всё, как я просил, даже я слезу пустил. Старр... ты тоже не подкачал. Думаешь, твоя любовь к Милсишу — тайна? Нет. Далеко нет. Впрочем, как и его к тебе.       Как не было горько, но Елли понимал всю комичность ситуации, и от осознания этого становилось ещё горше. Он чувствовал себя грязным, словно в отхожее место головой воткнули. Тут же вспомнились слова Дракона, о том, что юноша теперь его вещь, и тот может делать с ним всё, что угодно.       Первый шаг всегда трудный. Елли осторожно коснулся стены, крепче сжимая трость, стараясь не замечать взгляда, что прожигал его спину, и двинулся туда, откуда было слышно сбитое дыхание Старра. Вот кто играл честно с самого начала.       — Старр, ты как? Если всё хорошо, помоги мне дойти до купален, я бы хотел вымыться, — произнёс Еллиалис. Его голос дрожал от слёз, но он старался держаться, кроме того наг всё же немного его там покалечил, задницу пекло так, что просто ужас. Хорошо, хоть не сильно порвал... не успел...       — Да, конечно, — тут же откликнулся Старр, и его тёплая рука вновь обняла ладонь Елли, — пойдём.       — Кстати, Старр, а как зовут нашего хозяина? И кто ты?..       Арсис, молодой и довольно эксцентричный дракон, смотрел вслед двум своим наложникам, один из которых заставил его кровь буквально кипеть. Он закрыл глаза, перед мысленным взором встал образ парня: красивый, стройный. Белоснежные волосы, что закрывали его, словно плащ. Огромные глаза смотрели на дракона и не видели. Арсис снова посмотрел на Милсиша... Показать всю ненависть, чтобы постараться обрести хотя бы иллюзию... как это ничтожно.       — Я дарую свободу тебе и тому, на кого укажешь. И я надеюсь, что ты сможешь вымолить у него прощение. — Не дождавшись ответа, развернувшись, дракон двинулся вглубь коридора, оставляя Милсиша одного.       Изумрудный змей с красивым серебристым рисунком на чешуе, свернувшись в кольца, тихонько плакал. Улыбался и плакал. Он-то знал, что такое Старр ему никогда не простит. Но свобода любимого дороже, тем более у нага впереди вся жизнь, чтобы вымолить у него прощенье... Свободная жизнь.       Елли до сих пор потряхивало, он сидел в одном из бассейнов купальни, после случившегося парень уверился, что это не последняя подлянка Арсиса, да, он теперь знал, как зовут правителя. Старр находился рядом, оказалось, что он полукровка — наполовину наг, наполовину человек, состоял в сопротивлении, был пленён, ему тогда пятнадцать только стукнуло, поэтому пожалели. Раны на теле почти затянулись, правда, остался тонкий шрам на груди, где когти прошлись особенно сильно.       — Почему ты ему не сказал, что любишь? — Елли повернул голову, стараясь хотя бы придать видимость того, что он видит того, кто сидит за спиной.       — Не знаю. Сначала это меня немного забавляло. Я пытался объяснить ему, что его любовь — не более чем благодарность... пока он не пришёл ко мне ночью... Ты, наверное, понял, что близкие отношения среди наложников не возбраняются, правда, право первой ночи всё же у его величества... Пока с ним не переспишь, ты неприкосновенен для других... после — хоть со всем замком переспи... Кстати, смотрю, что у тебя тоже регенерация повышена, значит, ты тоже полукровка?..       — Но... нет... не надо, пусть так. С чего ты взял?       — Я прогнал его тогда, потому что знал об этом правиле, а он ещё не был в покоях правителя, — глубокий вздох, и тихий всплеск, — я пытался поговорить после, но, как ты видишь, безрезультатно. После он сильно изменился, а я наконец понял, что тоже влюблён в этого дикого змеёныша. — Ели чувствовал, что Старр улыбнулся, пусть и грустно. — Но теперь поздно... А, понял, от тебя пахнет немного иначе, чем от чистокровных нагов или драконов...       — Поговори с ним... объясни, — мыльные руки коснулись спины Елли, заставив тихонько вздохнуть и расслабиться, нежно и ласково намыливая её, — как по мне, он не просто так согласился подставить себя под удар, зная, что кроме презрения и ненависти ты ничего к нему испытывать не будешь. Мне кажется, что он не просто так с тобой ругался, так он старался хоть немного обратить твоё внимание на себя... — руки остановились, а затем и вовсе исчезли, — и да, я полукровка. — Елли было немного неловко врать, но его тайна — это его тайна, и откроет он её только своему единственному... ну или кому будет доверять безгранично, а это почти одно и то же.       — Возможно, ты и прав, нам давно нужно с ним поговорить... — В купальне повисла тишина, каждый думал о своём.       Ложась спать, Елли слышал, как Старр, не откладывая надолго, решил сразу выяснить все отношения с Милсишом. Тихие шаги дальше по коридору, звук отодвигающейся ширмы... и тишина, значит, сразу не убили, это уже радует. С этими мыслями Елли наконец уснул, не подозревая, что принесёт ему завтрашний день.       Утро — и этим всё сказано. Елли привык вставать рано. Сладко потянувшись, он откинул одеяло. Резкое движение — и плечо отдалось глухой болью, заставив охнуть и схватиться за пострадавшее место рукой. Теперь парень немного сожалел, что не смазал там, как предлагал Старр. Боль постепенно ушла, Елли снова постарался подняться, правда, в этот раз без резких движений.       — Сегодня... да и вообще в ближайшие пару дней придётся приостановить разминку, — огорчённо произнёс он, протягивая руку, чтобы взять трость, но рука наткнулась на пустоту. Елли похолодел, если она упала, то искать ему придётся долго... или ждать, когда придёт Старр, а это будет ещё нескоро. Осторожно вставая с кровати, он медленно опустился на колени, а затем и вовсе встал на четвереньки, начиная шарить по полу. Тихий шорох слева заставил Елли вздрогнуть и поднять голову.       — Кто здесь? — голос дрожал — слишком свежи воспоминания. — Ответьте...       — И всё же ты так беспомощно прекрасен. — Арсис, смотрел на парня, который стоял на коленях посреди комнаты, почему-то захотелось, чтобы он стоял так перед ним, принимая его орган в рот. — Пришёл посмотреть на тебя... и приготовил тебе подарок... скажем, в качестве небольшого извинения с моей стороны. — Скрип отодвигаемого стула и твёрдые шаги... Арсис присел перед парнем на корточки, захватывая его подбородок в плен, жёстко фиксируя, не давая отвернуться. — Надеюсь, тебе понравится, и я буду прощён, — тихо шепнул правитель в самые губы, прежде чем они коснулись губ Елли, всего секунда — но и этого было достаточно. Елли чувствовал, как его щёки покрывает предательский румянец. Пальцы Арсиса нежно прошлись по его пылающей коже. — Сегодня ты будешь спать со мной... готовься, — Елли почувствовал, как удерживающая его рука исчезла, а в его ладонь легла трость, и услышал удаляющиеся шаги. Парень с алыми щеками продолжал стоять посередине комнаты... Первый в его жизни поцелуй. Затем Елли медленно поднялся, присаживаясь на кровать, про подарок он и не вспомнил, что сиротливо лежал на столике рядом с вазой с фруктами.       Старра он встретил только ближе к обеду, тот был какой-то взволнованный и дёрганный, это очень хорошо ощущалось по движению воздуха, когда юноша руками размахивал, и по голосу.       — Что-то случилось? Вы поговорили? Помирились? — Фонтан, возле которого они расположились, давал приятную прохладу, а тихое журчание успокаивало. Они сидели на бортике.       — Ничего. Да. Да, — отвечал Старр, голос выдавал, что всё непросто.       — Может, более подробно? — Елли чуть улыбнулся, склоняя голову набок.       — Пойдём к тебе, и я всё расскажу. — И, не дав ответить, он схватил руку, потащив наверх. Зайдя в комнату Елли, Старр присел на кровать, оглядываясь, взгляд тут же наткнулся на забытый Елли подарок. — Ой, а это что?       — Где? — Еллиалис как раз сел на стул и приготовился слушать.       — Да вон, на столе, возле фруктов. Свёрток какой-то, — объяснил парень, протягивая руку и беря. Покрутив перед собой, протянул Елли. — На, держи.       Стук в дверь отвлёк.       — Войдите, — окликнул Еллиалис, и ширма тихо отъехала. В проёме стоял наг, глядя на них.       — Здравствуй... — Тихий неуверенный голос Милсиша заставил Елли испуганно повернуть голову в сторону двери.       Увидев такою реакцию, Милсиш бросился к нему.       — Прости меня, Елли, прости, прости... Я знаю, я сволочь бессердечная, ну хочешь, ударь меня, я даже сопротивляться не буду, — на одном дыхании выпалил наг, лихорадочно хватая его руку, приподнеся к своему лицу, заставляя последнего сжаться на стуле, не зная, как поступить.       — Тихо, змейка, ты его пугаешь, тихо, мой хороший. — Нежный голос Старра, и руку освободили из захвата нага. Шуршание дало понять, что Милсиша, видимо, усадили на кровать.       — Елли, Милсиш, успокойтесь. Как ты и предложил, Милсиш сделал всё не просто так, Арисис предложил ему и тому, на кого укажет, свободу. Понимаешь? Ненависть любимого человека, что может быть больнее... И если бы мы тогда не поговорили в купальнях, я бы действительно постарался бы убить в себе чувства к нему, считая его последней тварью, несмотря на свободу... от которой бы из принципа отказался. — Тишина, что наступила, давила. — Так что сам всё понимаешь...       — Скажи, Милсиш, наш хозяин так сильно любит играть на чувствах других, почему? — Елли говорил тихо и как-то задумчиво.       — Не знаю... — приглушённый голос дал понять, что наг еле сдерживает слёзы, — но говорят, что его предали, при этом сильно унизив. Он знал, что я сильно боюсь, что Старр может меня возненавидеть, ведь он не любит насилие и старается его избегать, но той ночью перед тем, как я на тебя напал, Арсис вызвал к себе и предложил сделку — свобода на ненависть... Мы должны стать свободными... Я должен был предпринять попытку изнасилования так, чтобы Старр это видел, а когда узнал, кто объект... сам себя стал презирать, но обратного пути не было. Прости, теперь я знаю, что этого ни одна свобода не стоит. Лучше быть невольником, но иметь хоть призрачную надежду на взаимность, чем быть свободным и ненавистным своему единственному. Я понял это слишком поздно, — к концу монолога Милсиш уже не сдерживал слёз.       — И... многих он так... проверил... — Елли с трудом давались слова, рука нервно сжимала трость.       — Я знаю о трёх таких. Почти все они несчастны... Я ведь тоже думал, что умру, но он пришёл ко мне вчера ночью... и вот... прости, Елли.       — Он меня к себе сегодня пригласил, — это было сказано невпопад, но обстановку явно не разрядило. — Что-то случилось?       — Ты должен будешь подготовиться... — Старр говорил твёрдо. — Он действительно потрясающий любовник. Возможно, отделаешься одной ночью, а возможно, как Милсиш, будешь в течение трёх лет ублажать. Если что, он и выпороть может, или на худой конец подарить неугодного.       — Кстати, а что там, в свёртке? — Милсиш с любопытством рассматривал подарок Арсиса.       — Не знаю, — руки нашли свёрток, начиная медленно разворачивать. Старр и Милсиш смотрели во все глаза. Тихий шелест бумаги, и на коленях осталось что-то, напоминающее ожерелье. Елли, почти не касаясь, провёл рукой, запоминая очертания, что перед мысленным взором должно было стать единой картинкой.       — Колье из чёрного змеиного камня... магически наполнен, если бы ты был сирфимом, то лучшего материала для рун сложно представить... Зачем он его тебе подарил? Ценности он фактически никакой не имеет, особенно в свете последних событий. — Старр разглядывал подарок правителя с лёгким скептицизмом. Колье представляло собой ряд шлифованных чёрных камней в виде продолговатых пластин с красными тонкими прожилками, что чуть светились. Сверху был ещё один ряд, только камни поменьше и формой больше напоминали капли, но у этого ряда прожилки были белыми.       — Может, решил от хлама избавиться? После гонения сирфимов большинство их артефактов перекочевало в сокровищницу драконьего рода, но пользоваться они ими всё равно не могут — магия их и сирфимов слишком разная. К тому же наш правитель помешан на них, правда, это скорее детская мечта и после разрыва неизвестно, не умерла ли она с остальными чувствами... — Милсиш тоже рассматривал подарок.       — Ладно, не будем о грустном. Кстати, а что за мечта у Арсиса? — Еллиалис попытался скрыть волнение, что ему с трудом удавалось. — Пойдёмте в купальню, будете меня учить, как готовить себя, заодно расскажете. — И, не дождавшись, положив колье на стол, он вышел из комнаты, держась за стены, легонько стуча тростью по полу.       — Ну-у-у... Я слышал, что наш господин всегда мечтал о том, что его супругом будет сирфим. Он восхищался этими существами, их гордым характером и волей к свободе, к тому же они действительно красивы, чем-то ты на них похож... После того, как драконы выяснили, что сирфимы подходят для вынашивания их детёнышей без риска потерять, началась настоящая охота на них, но те оказались существами свободолюбивыми и, естественно, вступились за свою честь. К тому же наги не остались в стороне...       — Дальше можешь не рассказывать — и так понятно, чем это кончилось... — Елли тихонько отстукивал такт шагам, неспешно идя рядом, придерживаясь правой стороны коридора.       До купальни они дошли в тишине, слишком много мыслей было, причём совсем не радостных. Елли не знал, как ему поступить: с одной стороны, Арсис поступает подло и жестоко, упиваясь мучениями любящих сердец, но, с другой стороны, почему-то хотелось дать ему понять, что тот не прав, что любовь действительно существует, стоит только протянуть руку, он ведь сирфим... а значит, и любовь реальна.       — Знаете, я, наверное, глупость скажу, и вы попытаетесь меня отговорить, — Еллиалис говорил тихо, сжимая кулаки, стоя абсолютно голый перед ними, — но я постараюсь ему доказать, что нельзя равнять всех под одного, это неправильно...       — Елли, это действительно глупо, — голос нага звучал грустно, — а он слишком упрям. Ладно, давайте готовиться, повернись к нам спиной... и не бойся. И постарайся запомнить всё, что я скажу. Кстати, те раны, что я оставил на тебе, почти зажили, и это хорошо.       — Да, но неприятное саднящее чувство осталось, так что сами понимаете — придётся воспользоваться вашей мазью.       Арсис сидел в своём любимом кресле, потягивая вино, ожидая прибытие того слепого мальчика, кто украсит сегодня его ночь. Правитель прикрыл глаза, то колье, что он подарил тому юноше, ничего не стоило, за него даже пары медяков не дадут. Он зло усмехнулся — ещё один лицемер, все они сначала клянутся в вечной любви, получая нереальное наслаждение... а затем прыгают в кровать к другим, подбивая своего любовника убить мужа, чтобы жить долго и счастливо, но перед смертью предлагают немного развлечься... Его спасли через пару дней, к тому времени он мало что понимал — от боли сознание туманилось, но ненависть, что поселилась в душе, помогла выжить. Он казнил обоих, но удовлетворения это не принесло, жаль. Тихий стук в дверь вывел его из воспоминаний.       Елли дрожал как листик в ветреную погоду. Трость в руке нервно отстукивала такт, и если не присутствие рядом Старра, он бы точно струсил.       — Ты постарайся максимально расслабиться... всё же это твой первый раз, поэтому боль всё равно будет, даже несмотря на подготовку.       — Спасибо за всё, — Елли осторожно сжал руку Старра, словно прося успокоиться, — я постараюсь... а ты иди, тебя, наверное, ждут. Всё будет хорошо... — отпуская его, поворачиваясь спиной, вытягивая руку вперёд, исследуя... Тихонько постучав, он, дождавшись ответа, вошёл...       — Добрый вечер, сир. — Елли даже не знал, где тот находится и какое здесь расположение мебели. Нервно поправил тунику, которую надел на него Милсиш. Волосы, что оставили распущенными, лезли в рот; неизменная трость, и браслеты, что фактически уже не ощущаются, блокируют магию.       — Проходи. Присаживайся... куда хочешь, — в голосе явно еле скрытая издёвка, Елли не подастся. Первый шаг, трость впереди чуть постукивает... первая преграда — подойти ближе, провести почти не касаясь рукой над поверхностью, изучая.       — Знаешь, мне всегда было интересно... удовлетвори моё любопытство, это правда, что слепцы, подобные тебе, ощущают всё намного сильнее, будь то боль или наслаждение?       — Не знаю... возможно ли чувствовать боль сильнее, чем она есть, а насчёт наслаждения... ничего сказать не могу. — Трость продолжала отбивать свой неспешный ритм, снова натыкаясь на преграду. И снова исследование рукой... кровать, это оказалась кровать. Облегчённо выдохнув, Елли осторожно присел на край, продолжая невидяще смотреть вперёд.       — Ты открыл сегодня мой подарок? — спросил Арсис чуть с ленцой. Еллиалис так себе и представил: сидит чуть развалившись в кресле или возле камина, жар которого ощущается даже здесь, и в руке бокал вина; рубашка или камзол расстёгнуты на груди, что придаёт ему своеобразный шарм, делая ещё красивее...       — Да, и хочу вас за него поблагодарить, — Елли склонил голову, в благодарственном поклоне, — это действительно редкая и прекрасная вещь.       Громкий злой смех разрезал чарующую тишину вечера, заставляя юношу вздрогнуть.       — Это хлам, которому место на свалке! И ты, мальчишка, благодаришь меня за него! — Жаром полыхнуло сильнее, послышался звук бьющегося стекла. — Ты такой же, как и все, грязный, двуличный лгун!       — Неправда, для меня действительно подарок очень ценен...       — Заткнись, я не желаю это слушать! Раздевайся! Сейчас ты покажешь мне всю свою благодарность! — быстрые шаги, и грубая рука практически впилась в плечо, стаскивая ткань... Губы жёстко впились в рот Елли, заставляя буквально застонать от боли, и появился металлический вкус крови... Оторвавшись, Арсис тяжело дышал. Возбуждение зашкаливало. — На колени!       Парень неуклюже слез с кровати, принимая нужную позу, Арсис тут же схватил того за волосы, причиняя ещё больше боли, заставляя смотреть на себя. Достал кинжал. Быстрый росчерк... Елли продолжал стоял на коленях, склонив голову. Его короткие волосы теперь едва прикрывали шею, остальное лежало у ног; неровные пряди обременяли лицо, придавая ещё больший шарм...       — Подними голову, я хочу видеть твои мёртвые глаза! Твои волосы были слишком соблазнительны, теперь ты выглядишь не лучше мальчишки-конюха, даже трахать тебя не хочется, хотя напряжение, что появилось при твоём появлении, никуда не делось. Открой рот!       Юноша почувствовал, что удерживающая его рука грубо стянула на затылке теперь уже короткие прядки, что-то упёрлось в губы Елли, заставляя это принять... Горячий и шелковистый член продолжал проталкиваться вовнутрь, пока головка не упёрлась в заднюю стенку гортани, вызывая рвотный рефлекс, поэтому на глазах выступили слёзы, но рука правителя не дала отклониться, начиная движение.       Арсис не обращал внимания на судорожно сжатые кулаки, которыми юноша вцепился в ткань его штанов, и снова резко приказал:       — Убери зубы... приласкай его языком, покажи, как ты мне благодарен, покажи, как ты рад, что я выбрал тебя... — движения более резкие и сильные — правитель совершенно не заботился о том, чтобы доставить хоть немного удовольствия стоящему на коленях парню. Елли хотел прикрыть глаза, но пощёчина обожгла щёку. — Не смей закрывать глаза, я хочу видеть их! Не смей закрываться от меня — тебе это не поможет! Шлюха, такая же, как и все!!! — удовлетворённый рык — и в горло ударила тёплая солёно-пряная жидкость, заставляя Елли её глотать, иначе подавился бы. Хватка ослабла... Елли, упершись в пол, кашлял. Сперма, что не была проглочена, стекала тонкой струйкой вниз по подбородку. Юноша чувствовал себя просто отвратительно, Старр обманул его, нет никакого удовольствия, только унижение, как противно. — На сегодня всё, свободен... пока не позову. Твоя палка. — Трость приземлилась рядом, задев пальцы, которые тут же судорожно вцепились в неё. Медленно поднявшись, Елли, словно в тумане, дошёл до двери. Нащупав ручку, он открыл её, собираясь выйти, но в последний момент остановился и, не поворачивая головы, промолвил:       — Ночь была прекрасна, сир... — затем, склонив голову, добавил: — сказав это, я действительно совру... вы ещё больший эгоист, чем я себе представил... А ещё слепец, что не видит мир из-за ущемлённой гордости и предательства, которое давно пора забыть и отпустить, но вы продолжаете упиваться этим, строя из себя мученика, заставляя страдать и других... вы жалки... — и вышел в коридор, оставляя Арсиса переваривать сказанное.       Елли старался не плакать, пока шёл по тёмному коридору. Тихий шелест привлёк его внимание, заставляя напрячься и сжать трость сильнее. Не сегодня! Надоело! Хватит! Огромные серебристо-белые полупрозрачные крылья, словно созданные из самого ветра, взметнулись за спиной, укрывая своего владельца словно плащом, не давая метательным ножам даже прикоснуться к себе. Мощный взмах — и сильнейший порыв ветра снёс не только горе-убийцу, но и большую часть статуй, что находилась здесь. Елли сейчас больше походил на воздушного элементаля: полупрозрачный, с горящими синими глазами, он парил в паре метрах над землёй. Взмах руками — и ветер закрутился вокруг него, создавая смертельный ураган... Выброс руки — и этот ураган устремился вперёд, перемалывая человека, не оставляя ни единой целой кости... Глаза закрылись, и Елли потерял сознание, оседая на пол. Прохладная влажная тряпка легла на лоб, возвращая сознание, и юноша тихо застонал.       — Тихо, не вставай, у тебя нервный срыв... и сильное истощение магического запаса... правда, как — неизвестно... на тебе вроде как... браслеты.       — Пить... — сухие губы фактически не слушались, глаза были открыты — в этом Елли был уверен. — Как долго...       — Второй день. — Милсиш задумался, словно решая говорить или нет, наконец, вздохнув, проговорил: — Там, где тебя нашли, была страшная разруха, создалось ощущение, что маленький, но очень мощный ураган там побывал... В нескольких метрах от тебя был обнаружен труп человека, что принадлежит одной очень известной группировке «Братство ветра». Они ведут борьбу, как сами утверждают, с несправедливостью, но на самом деле убивают тех, кто неугоден... В общем, если убрать их лозунги и цели, то обычный клан наёмных убийц, что прикрывается благородством поступков.       — А Арсис?..       — Уехал в ту же ночь, приказав посадить тебя под арест до его возвращения. Хорошо, что хоть под домашний... Что ты сделал? Он рвал и метал, — преподнося кружку с прохладной водой, помогая Елли приподнять голову, чтоб попить. — Мне жаль твои волосы... но всё не так страшно, сейчас ты выглядишь даже лучше, чем...       — Мальчишка-конюх... так Арсис мне сказал... впервые жалею, что не вижу. Как бы мне хотелось заглянуть в его глаза, узнать, что там... Вначале он показался мне неплохим драконом... — садясь на кровати и глядя куда-то вниз, произнёс Елли, сжав пальцами ткань. — Сказал, что вечер, который он мне подарил, прекрасным назвать нельзя... ну и сказал, что нужно уже отпустить свою ненависть... Парень почувствовал, как к нему прикоснулась мягкая рука, успокаивая. И Милсиш тут же произнёс:       — Не волнуйся, всё будет хорошо, кстати, мы с Старром завтра покидаем замок... может, есть какая-то просьба?.. Может, что-то родным твоим передать...       — Нет. У меня нет родных, так что весточку передать некому. Единственное, что я прошу, знаете, где был Монастырь Великой Матери?       — Да. Недалеко отсюда.       — Сходите туда и поставьте там, на пепелище, ветку Древа Смерти, как память о родных мне людях, которые покинули этот мир... Это всё, о чём прошу.       — Хорошо. Кстати, ты остаёшься не один, я предупредил своих, чтобы они помогали тебе по мере сил, так что не беспокойся. Ну а насчёт наказания, я даже предположить не могу, что он придумает... А теперь отдыхай.       Арсис ехал впереди отряда. Снова беспорядки. Известие о том, что одного из Лордов ограбили и убили его же люди, застало правителя ночью, и тот, не теряя времени, приказал собрать небольшой отряд для поверки случившегося. Отряд двигался не спеша, словно давая время правителю обдумать слова, что бросил напоследок этот юноша... Слепой. Его преподнёс отец, после того, как Арсис вернулся из военного похода. Юноша был действительно красив, но Арсис знал — чем красивее, тем коварнее, ему-то не знать. Силис был прекрасен — хрупкий, с глазами самого чистого неба, с мягкой улыбкой... за которой скрывался интриган и двуличная тварь... Но Арсис этого не замечал, считая, что нашёл того, с кем пойдёт по жизни до конца. Несколько лет иллюзии счастья... и плетения интриг. Силис хотел власти, но, как младшему супругу, ему, естественно, это не светило, тогда он решил посадить на трон двоюродного брата Арсиса, который не отличался особым умом, зато силище имел невероятное, правя страной из-за спины. Оставалась одна маленькая деталь: как избавиться от ненавистного супруга. Вот тут-то Силису пришла идея, как всё провернуть. В то время в стране было неспокойно, после войны появилось множество шаек и банд, и большинство из них просто мечтали убить молодого правителя — покушения сыпались как из рога изобилия. Этим и решил воспользоваться Силис. Ему почти удалось, и если бы не советник, Арсис бы умер в том подвале — от пыток. Его нежный, хрупкий супруг оказался очень кровожадным и жестоким, он прямо упивался мучениями Арсиса... Хорошо, что поиметь его они не догадались, но и без этого хватило. Елли был похож на Силиса, но глаза были другими, да и хрупкости особой не наблюдалось, к тому же Арсис долго не мог определить его расу, решив, что тот полукровка. Силис же был чистокровным драконом.       Отряд тем временем подъехал к границе.       — Лагерь разобьём здесь. Пара часов на отдых, и продолжим!       Дни текли медленно. Елли покидал свою комнату только чтобы сходить помыться и поесть, да и то рядом были два стражника, что неотступно сопровождали его на протяжение всей недели.       Этот день был ознаменован тем, что Арсис наконец вернулся. Елли в это время находился в своей комнате, втайне готовя руны... жаль, что нельзя было хотя бы во двор выйти, где тренировались молодые драконы и наги, — пара поглощённых заклинаний никто бы не заметил.       Глубоко вздохнув, Елли отложил их от себя, откидываясь на спинку стула, привычно беря в руки трость, что всегда стояла с правой стороны стола. Милсиш и Старр покинули замок на рассвете следующего дня, уже свободными существами, Елли не смог их проводить — его просто не пустили... Но он ощущал эмоции счастья этих двоих и был рад за них.       Стук в дверь отвлёк, заставляя вздрогнуть.       — Да, войдите.       — Сегодня вас приглашают на торжественный ужин, где будет принято решение о вашем наказании, — голос посыльного мальчишки заставил сердце Елли забиться сильнее.       — Хорошо, передайте его величеству, что я услышал его приглашение, так как я понимаю, отказ не приветствуется.       День прошёл на удивление однообразно, а за несколько часов до приёма к юноше вошли двое. Тирру и Гастив — два брата-близнеца, те, на кого Милсиш возложил заботу о Елли. Они были сиротами, их выкупили у директора приюта, где те жили, так они попали сюда.       — Ты как? Готов?       — Спасибо, Гастив, всё хорошо.       — Всё никак не могу понять, видящие нас не различают, каждый раз путая, ты же слеп, но ни разу не ошибся.       — Ваши голоса хоть и похожи, но некоторые звуки вы произносите по-разному, нужно просто уметь слушать и услышать. Пойдёмте, у нас ещё много дел.       Стоя перед дверьми в большой зал, Елли сильно потряхивало — он не знал чего ждать, ту ночь он до сих пор с содроганием вспоминал, а во рту тут же появлялась желчь... Тихий скрип, и он вошёл вовнутрь.       — Господа! — Елли с ужасом понял, что скучал по этому голосу, поэтому не сразу сообразил, что тот говорит, и вслушивался в сам тембр. — Один из моих наложников. Пожалуй, сегодня он скрасит наше общество.       Елли чуть не задохнулся, — судя по голосам, их не менее пяти, а может, и больше, а значит... боги и Великая Мать, сохрани.       — Кстати, не обращайте внимания, он слеп, так что кто его имеет — разницы не играет, если поняли, о чём я. Елли, это и есть твоё наказание, если та ночь тебе показалась кошмаром, то эта будет твоим адом на земле! — Еллиалис лишь поклонился, выражая то, что понял. Трость в руке выбивала неспешный ритм, пока юноша шёл к столам, за которыми сидят его... будущие любовники... Арсис знал, что его слова оскорбили Елли, но он был слишком зол, хотя прошло столько времени. Этот слепец разбередил то, что тот прятал глубоко, время от времени вспоминая, особенно когда объявлялся очередной претендент на место его младшего супруга.       — Еллиалис?! — голос... он был знаком, но вспомнить его юноша не смог. — Ты ли это? Но как? Почему ты здесь, разве братьям Великой Матери позволено находиться в таких отношениях?! И что с твоими прекрасными волосами?       — Лорд Васкиш. — Елли наконец вспомнил. Они с Фаррисисом нашли сильно раненого благородного нага недалеко от Монастыря, собирая там Зимние травы, и выходили его... Лорд, как только очнулся и увидел Елли перед собой, выразил желание забрать себе это чудо, предложив стать его супругом. Еллиалис отказался, но Лорд был настойчив и, пока находился на лечении, не упускал возможности поухаживать за предметом своей страсти, но всё впустую. Уезжая, Лорд Васкиш дал обещание — как только понадобится помощь, то можно рассчитывать на него. — Рад слышать вас в добром здравии. Нет больше Монастыря, как нет и братьев, я последний, и то, как видите, нахожусь в незавидном положении, но я не жалуюсь... А волосы отрастут, не беспокойтесь. А вы что забыли в этих краях?..       — Дипломатическая миссия. — Елли кивнул, давая понять, что такого ответа вполне достаточно. — Милорд, я хочу выкупить у вас этого мальчика, назовите вашу цену.       — Зачем вам эта шлюха, Лорд Васкиш? Если хотите, то можете быть первым, вас отведут в отдельную комнатку, что находится прямо здесь, и вы удовлетворите своё желание... Кстати, на нём ещё право первой ночи, боюсь, что будет много желающих быть первым. Вам придётся побороться... так как? — Арсис говорил всё это, глядя прямо на Елли, но ни один мускул не вздрогнул на лице парня, и это приводило правителя в ещё больший гнев. — Хотя... его рот... я был уже там, поверьте, это того стоит. — Арсис с нескрываемым удовольствием смотрел на то, как темнеют глаза посла нагов, как вспыхивает злость внутри его тёмных глаз, но остановиться не мог. — Знаете, как приятна была его покорная поза, когда он пытался взять его... как закрывались глаза от удовольствия...       Лорд Васкиш вскочил со своего места, сжимая кулаки... но мягкое прикосновение мгновенно успокоило Лорда, он узнал эти руки...       — Не нужно, Лорд Васкиш, не портите отношения с вашим другом из-за какого-то раба, не надо... — глаза Еллиалиса смотрели куда-то вбок, поэтому Арсис бесился ещё сильнее, руки уже сжимались в кулаки...       — Да начнётся пир! — Кубки столкнулись в воздухе. Правитель с нескрываемым раздражением смотрел, как за его невольником ухаживают, причём не только Лорд Васкиш, но и его советник и правая рука — Лорд Сатисис, кроме того в сторону Елли поглядывают почти все сидящие в этом зале. Его это злило, хотя почему, он ведь сам предложил его им. Выпив залпом почти полный кубок вина, Арсис взглядом снова устремился в зал, ревностно следя за любыми движениями слепого юноши, как тот улыбается или что-то говорит. Правитель видел, как его соратники и друзья попадают под чары этого двуличного существа... это бесило, вино гуляло в крови, заставляя самому чувствовать возбуждение.       Вскочив со своего места, Арсис подлетел к Елли, хватая того за руку, и, ни на кого не обращая внимания, двинулся в сторону неприметной двери. Там находилась небольшая комнатка, где гости могли развлечься с понравившимся мальчиком или друг с другом. Еллиалис от страха был ни жив ни мёртв, осознание того, что сейчас произойдёт, давило. Он боялся, действительно боялся...       Дверь отделила их от основного зала, трость была выбита из рук, а самого юношу бросили на кровать, придавливая сверху и зло разрывая тонкую ткань, устраиваясь между ног. Елли словно парализовало. Грубый поцелуй, как тогда в спальне, ранил его губы; руки, что блуждали по его телу, не приносили удовольствия, только непонятное ощущение чего-то мерзкого. Он чувствовал у входа в своё тело напряжённый орган правителя. Резкий и сильный толчок вперёд... Крик боли разрезал тишину, Елли казалось, что его пополам порвали, а в задницу раскалённый прут засунули для пущего эффекта. Острая боль тут же прошила позвоночник, заставляя тело выгнуться; из глаз брызнули слёзы. Хотелось уползти от этого, спрятаться, закрыться... Арсис же и не думал останавливаться, проталкиваясь вперёд, раздвигая неподатливые мышцы. Даже не переждав, он начал двигаться сильно, глубоко, размашисто, чувствуя, что с каждым последующим толчком входить всё легче. Приподнявшись на локтях, он посмотрел на Елли, но тот лежал куклой: голова повёрнута в сторону, из глаз — слёзы, тело двигается в такт толчкам, руки бессильно лежат вдоль тела, судорожно вцепившись в ткань, а губы искусаны... Кончал он долго, чувствуя, как его сперма наполняет собой тело Елли... Медленно правитель вышел из него и удовлетворённо усмехнулся, не глядя, поднялся и, поправив одежду, направился к выходу. В последний момент повернулся сказать, что разрешает немного тут отдохнуть — всё же первый раз с мужчиной, но слова застряли в горле — Елли лежал в той же позе, что и оставили, ноги раздвинуты, бледное лицо со следами слёз, волосы всклочены, на бёдрах кровавые подтёки... Видимо, он всё же перестарался с воспитанием. Арсису стало не по себе — чувство вины и позднего раскаяния неприятно резануло сердце. Всё же с другими он поступал намного лучше, к тому же они сами просили взять их, после того как тот изводил их полночи ласками. Быстро выйдя, правитель приказал страже привести лекаря, чтобы тот убедился, что мальчишке ничего не угрожает.       Елли не понимал, за что ему всё это... Ещё одна слеза выкатилась из глаз. Вокруг темнота, что окружает последние пятнадцать лет, но теперь она переместилась ниже, туда, где билось сердце. Наступило полное безразличие ко всему... он не видел, но чувствовал чужие руки на своём теле, которые захотелось стряхнуть. Хотелось закричать, забиться куда-нибудь, но он кукла, поэтому продолжал лежать молча, невидяще уставившись вперёд...       Прошла пара недель. Еллиалис всё так же продолжал смотреть в одну точку, но уже в своей комнате. Его сюда принесли сразу же после осмотра, арест был снят, но это мало что изменило. Юноша перестал улыбаться, почти не ел. Водные процедуры Елли пропускал с завидной регулярностью, если бы не братья, которые просто выволакивали в купальни, вообще бы постарался грязью обрасти, чтобы хоть немного внешность приблизить к состоянию души. Арсис больше его не трогал, но на следующий день в его комнатке появились два мешочка, в одном братья обнаружили три крупных драгоценных камня, во втором — сто золотых. На это богатство можно было прожить как минимум лет тридцать, ни в чём себе не отказывая, но Еллиалис остался равнодушным, так же его не взбодрила и новая трость, — какая разница, чем пол отбивать... Лекарь, который приходил каждый день, только головой качал — повреждения были не сильны, правда парочку всё же пришлось зашить, но в целом здоровью ничего не угрожало, а вот как быть с растоптанной душой — он не знал...       Правитель возник в его комнате к концу второй недели. Пройдя вовнутрь, он тут же подошёл к стулу, на котором сидел юноша, и нежно обнял сзади. Тело под руками словно одеревенело, но Елли продолжал сидеть спокойно, только спина неестественно прямая.       — Пойдём со мной... — тихий шёпот опалил ухо юноши. Арсис помог ему подняться, подводя к кровати и осторожно опуская, нависая сверху. Скольжение рук по телу, отклика нет. Мягкая ткань легко оголила плечи и ключицу. Лёгкими, почти невесомыми поцелуями пройтись, чтобы только распробовать этот вкус. Провести носом, вдыхая аромат тела. Нежно потеребить соски, чтобы тут же наклониться и лизнуть один, оставляя влажный след на ткани, продолжая ласкать второй сосок. Снять ненавистную тунику и снова припасть к соску, чуть прикусывая... Тело под ним не осталось равнодушным — дыхание сбилось — и чуть выгнулось навстречу ласкающим губам. Одна из рук спустилась ниже, поглаживая живот, заставляя мышцы сокращаться. Осторожно коснуться губами его губ... ещё раз... припасть, увеличивая напор, но не раня, чувствуя, что Елли снова напрягся, не пуская внутрь... — Тихо-тихо, мой хороший, я тебе помогу.       Попробовать снова... Губы Елли чуть приоткрылись, язык правителя мягко проскользнул вовнутрь. Рука тем временем коснулась входа в его тело, из-за чего Елли начал вырываться, — он был на грани паники и ещё не забыл свой первый раз. Арсис, поймав обе его руки, зафиксировал их над головой, вновь пристраиваясь между ног. Свободной рукой он начал разрабатывать анус Елли, но терпение было на исходе. Когда в заднице свободно двигались три пальца, Арсис решил, что этого вполне достаточно... совершенно не обращая внимания на нервную дрожь лежащего под ним юноши. Наскоро смазав себя слюной, он приставил достоинство к входу, надавливая. Шло тяжело... Елли наконец перестал вырываться и лежал неестественно тихо, словно и не живой вовсе, только судорожное дыхание выдавало. Руки были отпущены. Движение вперёд... наконец бёдра Арсиса коснулись кожи Елли, минута на привыкание... назад, неспешно, размеренно... Но уже через пару движений, подхватив юношу под колени, Арсис буквально втрахивал его в кровать, целуя невпопад. Еллиалис не понимал, откуда в его теле этот жар, что заставляет плавиться тело, прося большего. Сам не понимая, что делает, он обвил руками шею правителя, двигаясь навстречу. Разрядка наступила неожиданно, да такая сильная, что перед глазами потемнело... и Арсис рухнул на Елли, отпуская его. Как не хотел он признаваться, но этот слепой вызывал в нём просто неконтролируемую страсть. После того вечера, когда он изнасиловал его, Арсис понял, что одним разом он не удовлетворится... Две недели — вот сколько он смог без Елли и, не выдержав, пришёл к нему, хотя лекарь строго-настрого запретил трогать юношу примерно с месяц. Взгляд вниз. Член Елли продолжал стоять. Усмехнувшись, Арсис слегка пригладил головку, провёл пару раз по стволу, внимательно следя за эмоциями на лице Елли, как он прикусывает и без того раненые губы, как выгибается навстречу, как старается усилить контакт. Ещё немного — и Елли кончил с протяжным стоном...       — Думаю, что место моего нынешнего фаворита за тобой... — произнёс правитель, смотря в мёртвые глаза и на дорожки от слёз. Тело Еллиалиса била сильная дрожь ещё не прошедшего до конца оргазма, от этого становилось просто противно за слабость своего тела. — Жду тебя завтра у себя, охрана тебя проводит. Да, и постарайся в следующий раз быть более отзывчивым, я люблю активность своих партнёров. К тому же я смог доказать тебе, что ты такой же, как и большинство... твоё тело жаждет... и от этого никуда не деться. Ты не кончил тогда, но сейчас... — Не договорив, он удалился, не видя, как Елли, свернувшись в калачик, продолжает тихо плакать, проклиная себя за то, что поддался. На его бёдрах белёсые подтёки спермы, что вытекала, пачкая постель. Новый подарок занял своё место на столике, рядом с такими же.       Арсис шёл по коридору. Настроение зашкаливало, он чувствовал себя превосходно. В кабинете, сидя за столом, правитель снова вспомнил подёрнутое негой отходящего оргазма стройное тело, белые волосы, что разметались в порыве их страсти... Новое шевеление в штанах дало понять, что если он продолжит, то придётся ещё раз посетить своего фаворита. Странно, но он и не вспомнил, что кроме Елли у него ещё пятеро наложников...       Утром именно в таком виде застали его братья, которые тут же отправили одного из слуг за лекарем, ведь, судя по виду, Еллиалис был фактически на грани нервного срыва. Сами же постарались успокоить юношу, но тот, как только почувствовал чужие руки, шарахнулся так, что чуть с кровати не слетел, при этом на лице был написан просто панический ужас. И в момент высшего напряжения взметнулись крылья за спиной, отбрасывая братьев к стене. Елли снова принял свою форму, глаза горели синим, два вихревых потока пересекались, создавая немыслимое... Руны, что успел сделать Еллиалис, выстроились перед ним в прямую линию, начиная светиться... Сам же он был почти прозрачен, только очертание стройного тела. Волосы трепал ветер, что струился вокруг.       — Сирфим... боги, он сирфим воздуха...       — Нужно позвать кого-нибудь. — Гастив медленно, без резких движений попытался встать... Один из вихревых потоков прорубил дыру в миллиметре от головы, заставляя замереть. Сколько они так просидели — неясно, пока дверь с грохотом открылась. В проёме стоял правитель собственной персоной, который с изумлением и ужасом понимания взирал на самое прекрасное существо... сирфим... о котором грезил и мечтал с детства, но про мечту тогда пришлось забыть, так как считалось что они погибли все, затем была та судьбоносная женитьба и печальные последствия после, а мечта так и осталась ею, постепенно уходя из памяти, переходя в ряд несбыточных иллюзий. И вот сейчас он смотрит на это чудо. Его забытую мечту, которую сам же и втоптал в грязь...       — Елли... успокойся, тебе нужен я... Понимаю, ты сильно расстроен и боишься, но поверь, я больше не причиню тебе вреда. — Два мощных потока разбили стены по обе стороны от Арсиса, но тот даже не шелохнулся, продолжая смотреть на него. — Поверь, теперь будет всё по-другому, хочешь, я даже друзей твоих найму обратно? — Одна из рун вспыхнула ярко-красным. Арсис узнал в ней одну из пластин колье, что подарил юноше в первый раз. Теперь он понял, за что тот его благодарил. Снова вокруг Елли стал образовываться небольшой ураган... Пластина, оторвавшись от стройного ряда, легла в эпицентр этого маленького урагана, от чего в нём замерцали молнии, создавая нечто невообразимое. Сирфим, глядя прямо на Арсиса, взмахнул рукой в его сторону — и вихрь устремился вперёд, но и правитель не будь он правителем, был не так прост — стена из огромного пласта земли выросла прямо перед ним, закрывая от смертельной атаки. Ветер разбился о скалу, молния ударила в пол, оставляя огромную выжженную дыру... Пустая руна упала рядом, Арсис тут же поднял её, зная, что скорее всего Елли дорожит ими.       — Еллиалис... пожалуйста, приди в себя, отпусти хотя бы братьев, они же тебе ничего плохого не сделали... — Елли посмотрел на двух стройных юношей, что сидели у стены и подлетел к ним, рукой коснулся сначала щеки одного, затем другого — словно извиняясь... и вылетел в окно, просочившись... Арсис бросился за ним, сбивая всех на своём пути. Выскочив на задний двор, он увидел, как воины окружают его сирфима, с обнажённым оружием осторожно двигаясь, смыкая круг... Но того, похоже, это не сильно беспокоило.       — Нет! Отставить! Я сам им займусь, свободны! — крикнул правитель, на ходу раздеваясь.       Секунда — и перед воинами возник чёрно-золотистый дракон. Медленно повернув к Елли свою рогатую морду, он тихо засвистел, от чего сирфим стал впадать в некий транс... Осторожно ступая лапами, дракон постарался обнять того крыльями, но тот, встряхнув наваждение, отлетел на пару метров ввысь, вновь призывая ветер. Видимо, это та стихия, с которой Еллиалис связан. Арсис знал, что хоть магический запас сирфимов небольшой, но каждый из них был привязан к одной из стихий, что позволяло использовать её, не тратя свой запас. Фактически они были созданы из тех стихий, которыми обладали. Да, они были сильны, могущественны и прекрасны. Правитель снова засвистел, поднимаясь над землёй. Два вихря пронеслись мимо, почти задев его крылья. Судя по тому, что Елли не использует руны, они у него пусты, хотя те, словно привязанные, следуют за ним, кроме одной — да, та, что юноша потратил в самом начале, а значит, преимуществ нет. Перед лапами дракона возникла сферическая ловушка, благодаря которой пойманное в неё существо не может использовать магию, и он метнул её, целясь в грудь... Сирфим взмахнул крыльями, — кстати, высоко они не могли подняться, максимум пара метров, — создавая непрерывный поток воздуха. Ловушка замедлила свой ход. Взмах рукой — и... ничего... Арсис хотел было подлететь ближе, когда ловушку разорвало с громким звуком, из-за чего даже он дёрнулся, чуть теряя равновесие... Снова в лапах дракона возникла сфера, правда на этот раз боевая; наклонив голову, он дыхнул в неё, наполняя... Сирфим же висел над землёй спокойно, только крылья мягко струились, вокруг рук вились потоки воздуха, словно змеи. Глаза юноши смотрели прямо, руны перед ним таким же стройным рядом. Сфера отделилась от лап, поднимаясь выше. С помощью пара из ноздрей направить её, главное — не повредить, только оглушить. Две воздушные змеи пробили сферу насквозь, когда та была на полпути; взрыв сотряс воздух, одна из рун засветилась, впитывая... Арсис понял, что сражаться с этим существом напрямую — значит убить его, так что придётся действовать хитростью. На секунду правитель замер, было ощущение, что он задумался, решая, как лучше поступить. Тем временем с земли бесшумно поднялся голубой дракон змеевидной формы, мягко скользя своим гибким длинным телом по воздуху, замирая чуть выше сирфима. Новая боевая сфера была запущена, снова её пронзили две воздушные змеи, взрывая, и вновь одна из рун поглотила остаток заклинания. Одновременно с этим, советник, а это был именно он, запустил сферическую ловушку, которая достигла цели, опутывая стройную фигуру. Лишившись крыльев, сирфим незамедлительно стал падать, магия ветра развеялась, но разбиться ему не дали большие лапы чёрно-золотистого дракона, который, издав протяжный свист, спустился на землю, осторожно опуская окутанное тонкими нитями тело. Секунда — и перед собравшимися стоял обнажённый правитель. Нежно подняв бессознательного сирфима на руки, он двинулся обратно...       Елли приходил в себя тяжело: голова болела, тело словно свинцом налилось, к тому же ужасно хотелось пить. Протянув руку вбок, где обычно стоял кувшин с водой, но... ничего... Обречённо застонав, юноша упал обратно, прикрывая глаза. Скрип привлёк его, он повернул голову к источнику.       — Кто здесь? — Испуганный голос выдавал волнение, к тому же в свете последних событий нервы, как и психика, были не в самом лучшем состоянии.       — Как ты? Прости, но тебе придётся пожить здесь, пока твою комнату не приведут в порядок... — Голос... этот голос... он всё готов отдать, чтоб его не слышать... а ведь раньше он оторваться от него не мог...       — Что, не наигрались?.. — Безжизненный голос сирфима заставил Арсиса вздрогнуть, он тот лишь улыбнулся, — правда, Еллиалис этого не видел, — присаживаясь рядом. Почувствовав, что правитель присел рядом, юноша дёрнулся, отползая.       — Елли, тише, я больше тебя не трону, пока ты в себя не придёшь. Да, и вот это твоё, кажется. — На подушку что-то положили. Медленно Еллиалис протянул руку, готовый в любой момент отдёрнуть, пока не наткнулся на свои руны. Облегчение охватило его, он тут же, всё заграбастав, прижал к груди.       — Спасибо, что не выкинули.       — Если что-то ещё нужно — обращайся, сделаю.       — Чего это вы так резко изменили своё мнение, я ведь для вас вещью был, которая не заслуживает даже вашего уважения, так что сейчас изменилось? Ах да, вы узнали, что я сирфим... Могу вас уверить, что это мало что меняет... В конце концов какая для вас разница, кому жизнь портить?.. Ну почему вы просто не оставите меня! Отпустите!!!       — Два дня назад я подписал указ... по которому сирфимы становятся неприкосновенными, и гонения по их поводу прекращены, а насильническое удержание карается огромным штрафом и прилюдным порицанием в виде десяти плетей, к тому же я уверен, что ты не один такой. И ты должен сам понять, отпустить тебя — значит потерять свою мечту, что стала реальностью. Место моего фаворита твоё, как и было сказано раньше. А теперь отдыхай, Варс сказал, что у тебя сильное эмоциональное истощение, поэтому к тебе будут приставлены помощники.       — И что я должен со слезами на глазах броситься к вам на грудь со словами благодарности? — Юноша продолжал прижимать руны к груди, и его голос дрожал от напряжения. — Спать я с вами не буду. У меня после вашей любви одно желание — умереть!       — Нет, не должен. Может, ещё что нужно? — словно не слыша те слова, что были произнесены Елли, который так трогательно выглядел, со спутанными волосами, в его рубашке, что была велика, и с прижатыми к груди кулаками...       — Свободы, но тут я повторюсь, поэтому прошу вас дать мне право носить с собой пару кинжалов. Пусть я владею ими не очень хорошо, но хоть какая-то защита. Кроме того разрешите мне выходить во внешний двор, туда, где воины тренируются.       — Хорошо, я дам нужные распоряжения, и, как только ты поправишься, тебя проводят в оружейню, где ты подберёшь подходящую для тебя пару. А во двор тебе зачем? Хотя я дам нужные распоряжения, лишь об одном прошу: не ходи туда один... — Елли рот открыл от удивления, впервые не зная, что сказать. Он не рассчитывал на согласие. — Да, забыл сказать, помощниками твоими будут Старр и Милсиш. Сейчас они подойдут. А мне пора возвращаться к своим делам. — Кровать снова скрипнула, и юноша услышал только удаляющиеся шаги.       — Спасибо... за всё... это, — тихо сказал Елли, не зная, услышал ли его дракон. Дверь хлопнула, значит, тот вышел. Юноша снова упал на кровать, глаза закрывались, и он уснул, не видя, как в комнату вошли его помощники.       Следующее пробуждение было более приятным: голова не болела, да и чувствовал он себя вполне отдохнувшим.       — Пить хочешь? — приятный голос Милсиша заставил вздрогнуть от неожиданности, улыбнуться и кивнуть.       — Милсиш, рад тебя слышать. Надеюсь, вас снова не сделали рабами, а то у него ума хватит. — Елли тяжело вздохнул, какой сволочью Арсис не был, но он чувствовал к нему симпатию. Хотя нет, не симпатию, это было что-то большее...       — Нет. Мы вольно-рабочие.       — Прости? — Еллиалис почувствовал, что его обняли, заставляя положить голову на грудь, и чашку отложили.       — Нас нанял Арсис, не знаю как, может, благоприятное стечение обстоятельств или ещё что, но мы, после того как посетили пожарище Монастыря, как ты и просил, вернулись в город. Купив небольшой домик на те средства, что остались от прошлой жизни, мы решили начать поиск работы... И тут же на следующий день перед дверью нашего домика возник правитель собственной персоной. Мы тоже решили, что нас вернуть хотят, даже хотели было стоять за свою свободу до конца, но он пригласил во дворец работать, заявив, что мы будем приставлены только к тебе, выполнять только твои просьбы и приказы, остальное для нас пустой звук, даже если правитель сам будет просить. И он предупредил, что за тебя мы головой отвечаем. Может, всё же объяснишь, что тут произошло, пока нас не было? Кстати, теперь ты живёшь в отдельной комнате в крыле для знатных гостей.       — Он просто узнал, что я его мечта... Да и поселился я здесь не надолго, пока чинят мою комнатку в крыле. — Елли прижался ещё сильнее, закрывая глаза. Про все обиды он давно забыл, тем более что после этот змей не раз ему помогал: и советом, и делами.       — Не спать, там Старр купальню для тебя готовит. Вот объясни, во что ты превратился, нельзя тебя даже на пару дней оставить, — выговаривал Милсиш, нежно гладя по голове. — Ладно, пойдём.       Прошло два дня. Еллиалис только и делал, что спал и ел. Арсис, как и обещал, его не трогал, только взгляд, что чувствовал юноша, был такой... жаркий и раздевающий. Но в конце третьего дня в купальне, где обычно моется Елли, появился Арсис и как ни в чём не бывало уселся на бортик небольшого бассейна, глядя на него сверху вниз.       — Елли... — от такого чарующего голоса тело юноши тут же покрылось мурашками, — подними голову...       — Зачем? Я вас всё равно не вижу... — он опустил голову ещё ниже. Тихий всплеск, и горячие руки обвили его, прижимая ближе к груди.       — Елли... — почти в губы.       Старр застал интересную картину: посреди бассейна стояли двое и страстно целовались, не замечая никого вокруг. Эту ночь Еллиалис провёл с Арсисом, наполняя ночь страстью...       Прошло ещё несколько недель. Елли всё так же каждую ночь проводил в спальне правителя, уходя оттуда только под утро. Их ночи были наполнены безумством и страстью, он понимал, что сдался на милость, что ничего кроме разочарования это не принесёт, но что делать, он не знал. К тому же юноша стал чувствовать по утрам какое-то недомогание, странную тошноту и тяжесть внизу живота... Лорд Васкиш не оставил попыток выкупить его у Арсиса, но это, как говорится, даже не обсуждается. Пару раз правитель несносного поклонника даже с лестницы спустил, что хоть немного давало надежду на то, что Арсис испытывает к нему хоть какие-нибудь чувства, правда, скорее всего это чувство собственника.       Сегодняшний приступ закончился рвотой, поэтому умывшись, Еллиалис позвал Милсиша, прося сходить с ним к лекарю, — то направление он знал плохо. Милсиш был рядом, Старра он отправил на кухню, ему вдруг резко захотелось пирога с лесными ягодами, и молока, прямо-таки до зубного скрежета. Идя по коридору, Елли задумался, тревожное предчувствие не давало свободно дышать, трость тихонько отбивала свой ритм, в такт шагам. Милсиш шёл рядом и молчал, осторожно придерживая юношу за локоть. Лекаря на месте не оказалось, зато был его ученик, он-то и провёл обследование, результат потряс всех...       В комнату они вошли пришибленные.       — Что мне делать? Если он узнает — дыхнуть мне не даст, ведь и так практически со мной все ночи проводит. — Елли сидел на кровати, держась за голову, медленно раскачиваясь взад-вперёд. — Милсиш, пожалуйста, никому ничего не говори, я умоляю тебя.       — Хорошо, но тебе не кажется, что он, как отец, должен хотя бы знать? К тому же, как сказал Мирш, плода два, тебе сложно будет одному...       — Я скажу, но позже, обязательно скажу... я потом... обязательно, Милсиш, мне отдохнуть нужно. — Ложась на кровать, он уставился в потолок...       Правитель, зайдя к нему, застал картину, от которой захотелось подойти к спящему юноше и обнять его: тот спал на боку, руками прикрывая живот. Арсис, недолго думая, залез на кровать, обнимая сзади. Его руки накрыли руки Елли, от чего тот как-то странно всхлипнул и тут же расслабился. Просыпаться не хотелось, было так тепло и уютно, Елли с трудом заставил себя открыть глаза, правда, это мало что меняло, чувство защищённости не исчезло...       — Проснулся? — Арсис, как всегда, сама обходительность, но это Еллиалиса ни капли не раздражало. — Чего-нибудь хочешь?..       Дыхание правителя опаляло, вызывая у юноши приятное покалывание на кончиках пальцев. Елли с ужасом понял, что возбуждается, всё же дети требуют своё, им нужна магическая поддержка отца, да и он сам не против... Медленно повернул голову, не зная, что его губы теперь в паре миллиметров от губ дракона, и тот не смог сдержаться, мягко накрывая губы юноши, такие нежные. Тело под руками начало дрожать, но на сам поцелуй Елли отвечал со всей присущей страстью. Арсису пришлось отстраниться, глубоко вздыхая.       — Прости, не сдержался... но ты такой соблазнительный, — шёпот опалил ухо, Елли чувствовал, как от возбуждения начинает кружиться голова, когда одна рука Арсиса спустилась вниз, накрывая его пах, начиная поглаживать, — не могу... хочу тебя... — поворачивая того к себе, ложась на него, начиная ласкать. Тело откликнулось мгновенно. Руки правителя тем временем жадно ласкали юношу. Арсис прижался ближе, целуя шею и спускаясь к ключицам. Еллиалис отдавал всего себя их страсти — всё же это последний раз, сегодня вечером он уже будет далеко отсюда... Руны переноса почти готовы. — Сегодня бал, и я хочу, чтобы ты присутствовал. — Горячее дыхание снова опалило чувствительную кожу за ухом, рука тем временем переместилась ниже, заставляя Елли вздрогнуть, от переполнивших чувств. Но не сейчас, нужно ослабить бдительность...       — Зачем? Там и без меня красивых юношей хватать будет... — спросил Елли и почувствовал, что ощутимо прикусили его сосок, спустились ниже...       Лёжа в разворошённой кровати, Еллиалис молча слушал, как одевается Арсис, шуршание одежды и твёрдые шаги.       — Елли, я повторюсь, жду тебя сегодня на балу в честь смотрин, и смотри, чтобы без глупостей. — Быстро чмокнув, он вышел из комнаты, юноша же продолжал лежать в той же позе, задумавшись.       — Глупость я уже совершил, — гладя свой живот, — но... попрощаться стоит... как думаете, малыши?       Дверь снова скрипнула.       — Если пришли меня уговаривать остаться, то даже не начинайте, — вставая с постели, проговорил Елли.       — Ты хоть понимаешь, какой опасности себя подвергаешь? — Милсиш подошёл ближе. — Детям нужна магическая подпитка отца...       — И она у меня есть... Знаете, почему мы не теряем детей во время беременности? — Оба отрицательно покачали головой, действительно у драконов от силы пять из десяти, у нагов так вообще четыре из десяти, у сирфимов девять из десяти выживают. И неважно, дракон это или наг, или сирфим, поэтому и охотились на них — потому что наш организм перекраивает наш запас в нужный, даже если отца нет рядом, его магическую подпитку плод получает регулярно. Правда, и здесь есть свои минусы — наш запас расходуется слишком быстро, поэтому плод мы стараемся вынашивать во второй ипостаси. Это уже я замедлил процесс, понимаете? На балу я попрощаюсь с ним и исчезну.       — Но это... короче, я иду с тобой. И это не обсуждается. Ты там один будешь, а так, может, и я...       — Мы... — Старр перебил своего любимого, — мы на что сгодимся.       — Тогда идите сразу на пепелище и ждите там, я появлюсь сразу, как только смогу... — кивнул Елли, подходя к шкафу. За это время он неплохо изучил помещение. — Затем мы двинемся дальше.       — Что, и даже отговаривать не будешь? — голос Милсиша звучал с каким-то подозрением, словно не веря, ожидая какой-нибудь пакости.       — А есть смысл, тратить на это время? — Очередная длинная туника, свободная. Волосы, что немного отрасли, закрепить парой заколок, на ногах мягкие мокасины, и он готов.       — Нет, мы всё равно идём с тобой. Иначе и быть не может, один с двумя детьми — где это видано! — На этот монолог, Елли только улыбнулся, двигаясь к выходу.       Бал был в самом разгаре, Арсис же откровенно скучал, опять полно молодых, красивых юношей, но ни один не мог зацепить взгляд правителя, они казались одним пёстрым пятном. Елли же видно не было. Пятый раз за вечер Арсис ловил себя на мысли, что сравнивает своего наложника и этих разодетых хлыщей, понимая, что тот лучший во всём... К трону, на котором правитель восседал, подошёл Лорд Васкиш и, поклонившись, представил своего сына. Арсис скользнул ленивым взглядом. Красив, строен, большие голубые глаза и мягкая улыбка... И правитель поддался, улыбаясь в ответ... Танцы это, наверное, единственное, чего не любил Арсис, но с таким прекрасным юношей как Росшис... Это кажется так незначительно... Правда, какое-то тревожное чувство не отпускало, заставляя бросать взгляд в зал.       — Фаворит его величества Еллиалис! — громогласно объявили.       Арсис, оторвав взгляд от Росшиса, посмотрел, как Елли, постукивая своей неизменной тростью, входит в зал. Тревога немного отступила, но не ушла до конца. Тишина оглушила — все смотрели на юношу, который с гордой осанкой двигался вглубь... Подойдя к трону, он остановился и, глубоко вздохнув, повернулся лицом к залу.       — Простите, я не займу много вашего времени, — приятный голос Еллиалиса разбил эту тишину. — Ваше величество, прошу вас, подойдите, мне нужно кое-что вам сказать, прежде чем я исчезну, дабы не смущать народ своим уродством. Подойдите, я прошу вас.       Арсис, отпустив руку Росшиса, твёрдой походкой направился к юноше, но не дошёл всего метр, замер... Елли стал преображаться: за спиной вспыхнули крылья, а тело стало почти прозрачным, возле рук вились знакомые змейки, глаза горели синим... В зале зашушукались, но Арсис не обращал на них внимания, его взгляд был прикован к животу Елли, там было два бело-серебристых сгустка, что активно двигались...       — Я решил, прежде чем исчезну из твоей жизни, что ты должен знать... от детей я не избавлюсь. — Подлетев поближе, сирфим осторожно коснулся щеки правителя. Одна из рун отделилась от общего ряда, подлетая к Арсису и замирая... — Это руна защиты. Теперь ты всегда сможешь почувствовать опасность, какой бы она ни была. И надеюсь, что тот юноша, с кем ты так активно флиртовал, окажется лучше всех... К тому же я буду надеяться на то, что ты освободишься от прошлого и начнёшь жить настоящим. Прощай... и я люблю тебя... — Нежно прикоснуться к губам, всего лишь на секунду. Три руны вспыхнули одновременно, образуя треугольник. Еллиалис направил вовнутрь фигуры своих змеек, от чего портал стал светиться интенсивнее, и плавно вошёл в него. Руны вспыхнули ещё раз и исчезли вместе с ним... В зале стояла гробовая тишина. Арсис же смотрел теперь уже на пустое место, понимая, что из его жизни только что ушло что-то важное, такое незаметное, но такое нужное. На губах до сих пор ощущалась прохлада поцелуя сирфима... Руна, что подарил Елли, продолжала висеть напротив, мягко светясь. Арсис протянул руку, осторожно её обхватывая... тёплая... Осознание пришло слишком поздно, Елли ушёл, причём ушёл без его разрешения, с его детьми...       Бал продолжался, только не для правителя — тот просидел в своём кресле, больше ни на кого не обращая внимания, руну он так и не выпустил из рук... Мысли правителя были далеко не радужны.       Пепелище Монастыря.       Елли глубоко вздохнул, прошло каких-то три месяца, с того момента как Монастырь сожгли, убивая его обитателей. Старр и Милсиш стояли рядом, Еллиалис же оставался во второй ипостаси, синие глаза непрерывно смотрели туда, где раньше было основное здание.       — Куда мы дальше? — Старр осторожно коснулся руки Елли. — Если мы останемся, то нас могут найти, поэтому давайте поторопимся.       — Да ты прав, здесь недалеко есть заброшенная хижина, точнее дом, там есть всё, что нужно. Предлагаю отправиться туда. — Елли снова махнул рукой, открывая портал. — Прошу. И добро пожаловать в новый дом.       Прошло несколько лет...       Два мальчика бежали по лесу, весело смеясь. Один темноволосый, лишь две белые прядки спереди, и янтарные глаза. Он немного выше своего брата, волосы которого были белы, словно снег, в них мерцали золотые пряди. Орехового цвета глаза смотрели на брата восторженно... Озеро находилось не так далеко от дома, где они выросли.       — Догоняй, Арасиш, иначе я опять выиграю... — крикнул темноволосый мальчик, но резко затормозил — на берегу был небольшой отряд, видимо, воины остановились отдохнуть, среди них выделялся один: он был величествен...       — Знаешь, Еласис, он чем-то на тебя похож. — Светловолосый смотрел то на брата, то на дракона, который стоял к ним профилем. — Может, пойдём, поздороваемся? К тому же ты вроде хотел стать воином.       Они вышли из кустов. Воины, которые сидели расслабленно, тут же вскочили, увидев мальчишек...       — Здрасьте. — За высоким темноволосым мальчиком, выглядывая из-за плеча, прятался беловолосый, что был немного меньше ростом. Дракон вышел вперёд, рассматривая их, мальчики тоже смотрели на него с интересом.       — Здравствуйте. — Арсис — а это был он — с удивлением рассматривал перед собой детей, один был точной его копией: тёмные волосы разбавляли белые прядки, второй смутно напоминал Елли, только глаза были немного темнее. — Меня зовут Арсис, а вас как, молодые люди? — спросил он с волнением, подходя ближе и присаживаясь на корточки, глядя на них, своих сыновей, а в том, что они его, он и не сомневался, слишком велико было сходство. — А где ваши родители?       — Ну-у-у... папа Елли сидит дома, он не видит, поэтому занимается с нами только тогда, когда мы в доме, а если выходит, то ненадолго и не очень далеко... Дядя Старр и дядя Милсиш ждут пополнение, поэтому уехали ненадолго в соседний город к лекарю.       — Знаешь, Арасиш, тебя нельзя брать в разведку... — задумчиво проговорил тёмненький, взглянув на смутившегося брата, — ты сразу всё выболтал. Какой же теперь из тебя воин-разведчик?       — Прости, Еласис, я не хотел, к тому же стать воином — это не моя мечта, а твоя. Папа Елли сказал, что я унаследовал его дар... — ответил Арасиш, показывая брату язык и отворачиваясь.       — Зато я дракон! — Еласис смотрел на брата, затем бросил взгляд на дракона, который сидел рядом и улыбался...       Елли осторожно пробирался сквозь кусты, руна поиска вела его прямо, сердце от волнения за детей сбивалось, разум подкидывал картинки одна хуже другой... Голоса впереди показали, что он идёт в правильном направлении. Кинжалы удобно легли в руки, ещё немного — и он оказался на месте... Тишина, разговоры стихли...       — Папа! Это наш папа! — Голос Елаиса был весел.       Шорох со стороны привлёк внимание.       — Елли... неужели... это ты? — О, этот голос... Арсис. Елли резко обернулся на источник.       — Ты не заберёшь детей... не посмеешь! Только через мой труп! — произнёс Еллиалис, выставляя кинжалы перед собой. — Арсис, представитель правящего рода и нынешний правитель, вызываю вас на поединок чести, и если я выиграю — ты навсегда забудешь о нас, если проиграю...       — ...Вы вернётесь во дворец, где официально я признаю своих сыновей и сделаю то, что должен сделать давно...       — Хорошо, согласен. Только вернёмся мы все, я имею в виду Старра и Милсиша тоже. И попроси своих людей молчать, всё же мне сложно сосредоточиться, когда говорят под руку.       Они стояли напротив друг друга. Папа и Отец двух мальчишек, которые с тревогой наблюдали за ними. Рядом с ними присел молодой человек, видно было, что он тоже воин.       — Не переживайте, я уверен, что всё будет хорошо. — Юноша смотрел на светленького, чьи огромные глаза, орехового цвета, делали его похожим на испуганного оленёнка, поэтому, не раздумывая, погладил того по голове.       — Убери руки от моего брата... — Еласис разве что молнии не метал, но тут же переключился на отцов.       В это время Еллиалис сделал выпад, хоть он и слеп, но каждодневные тренировки сделали своё дело — полная концентрация оставшихся чувств. Арсис едва смог уйти от лезвия, что прошлось в нескольких миллиметрах от шеи, и, уходя немного в сторону, сделал подсечку, но шорох подсказал Елли, что тот задумал. Отскок, чуть пригнуться... новый выпад, поворот вокруг своей оси... Клинки яростно скрестились, высекая искры. Еласис и Арасиш смотрели на бой с открытыми ртами, это был не бой — танец.       — Здорово, я хочу, чтобы была ничья, — восхищенно шепнул один, наблюдая, как папа снова сделал какой-то сложный выпад, из-за чего отцу пришлось фактически лечь на землю, выставляя клинки перед собой, блокируя... — Но такими темпами, думаю, папа не будет рад такому исходу...       Удары сыпались друг за другом... Обманный манёвр, и вот Елли прижат к груди Арсиса, тяжело дыша. Губы правителя накрыли губы Елли, отнимая остатки воли. Как они оба всё же скучали друг без друга. Руки Елли безвольно висели, в то время как руки Арсиса обнимали его. Поцелуй становился жарче, объятья крепче... Кто-то тихо кашлянул, привлекая внимание, заставляя оторваться их друг от друга. Арсис взглянул в сторону, где находились его сыновья, и улыбнулся, не выпуская Елли из захвата своих рук.       — Знаешь, я считаю, что ничья — тоже неплохо... К тому же я должен за многое попросить прощение и, наконец-то, подарить тебе свободу, как ты считаешь?..