Грязные мысли

Я замер, смотря на сестру. Значит, одно из колец она оставила не у себя, а у кого из своих верных людишек. Не удивительно, что я не смог его найти здесь. И самое странное – в Нью-Йоркском Институте так все забегались, разыскивая меня и Джейса, что даже не заметили такой ценной пропажи! Перешагиваю порог и оглядываю тот бардак, который она устроила в комнате. Точно такой я заметил и в комнате Джейса за полминуты до того, как она закрыла дверь просто у меня перед носом. Вопрос был в том, что она искала в комнате братишки? Я подошел к столу и неодобрительно вздохнул, когда заметил, что она перемешала бумаги с заклинанием для проведения ритуала воскрешения Лилит. Не так уж страшно, я за последний месяц все наизусть выучил, к тому же приготовления уже почти завершены, дело осталось за малым, но все же мне была неприятна мысль, что совершенно бесполезная черта, которая объединяла и моего братца и сестру (сунуть нос не в свое дело) проявила себя таким вот образом. Глупышка. Интересно, с кем она разговаривает? Кто-то из Лайтвудов? Вполне возможно, учитывая то, что оба младших знали о кольцах. Кто там еще был? Ах да, та маленькая кровососущая дрянь. Надеюсь, Кларисса не настолько глупа, чтобы отдать второе кольцо этой пиявке. Подхожу ближе, а она даже не замечает этого. Очень неосторожно, моя дорогая. Очень. Впрочем – мне же лучше. Улыбаясь, дотрагиваюсь пальцами до её волос – никакой реакции. Она слишком погружена в разговор, с кем бы то ни было. Сестренка помотала головой, будто собеседник сидел просто перед ней. Потом глаза её потрясенно раскрылись. Хватит меня игнорировать, это начинает надоедать! Сажусь совсем близко и просто ей на ухо говорю: - Это, конечно, похоже на дежа-вю, но я все-таки спрошу: что ты делаешь в моей комнате, сестренка? Она так резко повернула голову на мой голос, что между нашими лицами остались жалкие сантиметры пространства. От нее пахло корицей и кожей. В голову совсем не вовремя хлынул поток воспоминаний Джейса, который лапал мою сестру в нише клуба. Почему не вовремя? Потому что я, черт подери, чувствовал все тоже, что и он. Конечно, в этом была какая-то изюминка, особенно, когда я позволил нашей связи полностью передать эмоции и ощущения Джейса мне, но не сейчас, когда она сидит в сантиметре от меня и учащенно дышит. К тому же малышка смотрит куда угодно, но только не в мою сторону. Краем глаза я замечаю, как она сжимает ладонь в кулак и прячет в рукав куртки Джейса. - Я искала тебя, - говорит сестренка, на что я лишь неопределенно хмыкаю. Единица за саму ложь, и двойка за жалкую попытку. - Ты сидишь на моей кровати, возможно, ты решила, что я под ней? Мне нравится забавляться с ней. Никогда не надоест. Вот и сейчас я не могу сдержать ухмылки, когда с её губ слетает почти неслышное: - Я… Украдкой я взглянул на часы у себя на запястье. О, да у меня целый час в запасе! Ну что ж, маленькая, давай чуток поиграем. — Так почему же ты меня искала? Почему не переоделась для церемонии? Ну же малышка, не будь занудой, поддержи игру! Несмотря ни на что, она хватается за мои слова, будто за соломинку. Как жаль, что она не догадывается, что та её уже не спасет. — Платье… - Какие-то секунды она думает, что могло случиться с платьем такого, что заставило её прийти ко мне. — Оно… не подходит мне по размеру. А впрочем, разве важна сейчас причина? Она здесь, а Джейса нет. Это мне и нужно. — Конечно, подходит. В этой комнате тебе все подойдет. И это платье тоже. Она явно не видит намека на то, что в список всего я только что включил и себя. — Но это же шелк и шифон. Такая ткань не тянется. Я окидываю оценивающим взглядом её тело. Хотя я достаточно его изучил за последнее время. Куртка скрывает от меня хрупкие плечи, небольшие, но красивые упругие груди, плоский живот. Кларисса одета во все ту же обтягивающую футболку и джинсы. Не смотря на то, что в комнате темно, я вижу, как учащенно она начинает дышать, когда я протягиваю свою руку к её. Она не особо сопротивляется, но ладошку поворачивает так, чтобы я не заметил кольца. Движение получается слишком резкое, и я сжимаю запястье чуть сильнее. Поздно бежать, маленькая девочка, поздно… — Ты же как тростинка. Тебе должно подойти. Посмотри, я могу пальцами обхватить твое запястье. А если я надавлю еще немного, то я тебе его сломаю. Я чувствую, как под моими пальцами бьется пульс. Прислушиваюсь, и, действительно, её сердце словно пичужка, пойманная в клетку. Тук-тук-тук-тук. Быстро-быстро. Мысли о крови, запах которой я, несомненно, теперь узнаю везде, заставляют невольно провести языком по губам. Открыв глаза, я ухмыльнулся, увидев, как она резко отворачивает голову и смотрит на двери, которые ведут в ванную комнату. — Седьмое Священное Место. Туда отправился Джейс? — Да. Я направил его вперед нас. Он подготавливает все к нашему приходу. Мы увидимся с ним там, на месте. — Он не вернется? Сколько отчаянья прозвучало в этой короткой фразе!!! Она сглотнула, и я решил полностью разрушить её маленькие иллюзии: - До церемонии нет. «Здесь только ты и я. И я могу делать все, что захочу» - вот что на самом деле я ей сказал. Несомненно, малышка это поняла. — Но это хорошо, ведь он так расстроится, когда я расскажу ему об этом. Кольцо фейри очень миленько смотрелось на тонком указательном пальце. - Ты думала, я не замечу творение рук фейри? Думала, что Королева настолько глупа, что не поймет, что ты оставишь себе украденное для нее кольцо? Просто она хотела, чтобы ты принесла его сюда, где я бы его нашел. Ротик моей милой сестры пораженно открывается в виде буквы «о». Ей нужны лишь какие-то секунды, чтобы понять, что её обманули. Причем очень жестко. — Ты был в сговоре с Королевой?! Но как? — С помощью этого кольца. Ты действительно думаешь, что она подпустила бы тебя к чему-то, что могло позволить тебе общаться с твоими маленькими друзьями? Я был на связи с Королевой с тех пор, как взял у тебя кольцо… Я расставил сетку, а сестренка очень быстро попалась в ловушку. Впрочем, Клэри это только что сама поняла. - Было очень глупо с твоей стороны довериться ей, сестренка. Королева Летнего двора любит быть на стороне победителей. И эта сторона будет нашей, Клэри. Нашей. Ну вот, теперь абсолютно незачем притворятся хорошим малым. Хотя, признаюсь, это было не так и утомительно, местами даже интересно. - Забудь о своих друзьях Сумеречных Охотниках. Твое место — с нами. Со мной. Твоя кровь жаждет власти, как и моя. Несмотря на попытки твоей матери изменить твою сущность, ты знаешь, кто ты есть. Джослин принимала неверные решения. Она объединилась с Конклавом против своей семьи. Тебе представился шанс исправить ее ошибку. Я говорил тихо, но уверенно. Так, чтобы не спугнуть её раньше времени, но и чтобы дать понять, что я не играюсь с ней. Каждое слово, которое я сказал. Я имел в виду точно это. Она с опаской начала отодвигаться от меня. Я же, наоборот, приближался, притягивая её к себе за руку. - Отпусти меня. Я серьезно, Себастьян. Я тоже, детка. Еще как серьезно. На секунду я закрыл глаза и позволил вихрю воспоминаний захватить меня. Вспомнил, как почувствовал в спине легкую боль, когда Кларисса расцарапала кожу Джейса. Я знал, каковы на вкус её губы, и как приятно прижимать её тело к себе. Каково это, когда она обвивает ногами талию, прижимаясь ближе. Когда ладони скользят по ее голым ногам, по нежной коже внутренней стороны бедер. Когда она стонет, пока целуют её шею. Правду говорят – рыжие женщины словно пламя. И Кларисса тоже пламя. Неукротимое и… столь желанное сейчас мною. Глубоко втянув в себя воздух комнаты, который был наполнен её запахом, я удовлетворенно улыбнулся. - Малышка. Кто бы мог подумать, что ты — настоящий вулкан? Особенно в постели. Только гляньте, как резво она вскочила! - Что ты сказал? Я поднялся и подошёл к ней. Она такая маленькая. Мне не составит особого труда свалить её на постель просто сейчас. — Все, что оставляет след на Джейсе, оставляет след и на мне. Включая твои ногти. Восемь параллельных царапин на моей спине, сестренка. Или, скажешь, не ты их оставила? Я улыбнулся, но улыбка вышла кривой. Моя маленькая сестренка. В крови уже начинал бурлить адреналин. Я наконец-то просто давал волю тому, что мне приходил сдерживать в себе весь этот месяц, пока эта маленькая паршивка ходила рядом в тоненькой шелковой ночной сорочке, которая еле прикрывала стройные бедра! Задумавшись, я пропустил тот момент, когда она протянула ко мне ладонь и сцапала кольцо. То, что случилось дальше, у меня вообще в голове не укладывалось - она его раздавила. Потеря невелика, конечно, но зачем было так меня злить, маленькая сестренка? - Ты, - еще пожалеешь об этом, хотел сказать я. И сказал бы, не ударь она меня в живот. Резкая боль дала просто в голову. Она что, только что мне в кишки нож засадила?! Нет – это был не нож. Это было – стило! Сама Кларисса времени не теряла – быстро вылетела вон из комнаты. И поэтому сглупила – нужно было меня добивать, малышка. Я, опираясь на кровать, поднялся на ноги. По приходу домой проведу Джейсу чистку мозгов насчет того, чтобы в следующий раз не разбрасывался своими вещами. Поразительно, нужно было оставить его в кармане этой чертовой куртки!!! Я поднял край туники и удостоверился, что рана затянулась. Мой слух уловил то, что она сбегает вниз по ступеням. Все мои чувства обострились до неузнаваемости, а глаза стали полностью черны. - Правильно, сестренка, беги, - и я с кривой ухмылкой вышел из комнаты. Спешить некуда, она все равно от меня никуда не денется. Пока я не получу желаемого. Вот она. Стоит и рисует открывающую руну. Ох, Кларисса, ну ты же не настолько наивна. - Мама ты сделала все, как я просил? Двери закрыла и окна тоже? И конечно же не забудь про замок, что висит на двери. Умница, мама, теперь мы с твоей дочкой, совершенно одни. И её уже ничто и никто от меня не спасет… Последнюю строчку я проговорил Клэри просто в ухо перед тем, как схватить за куртку и дернуть на себя. Больно сдавил её пальцы, так, чтобы она, застонав, выпустила стило из своей руки. Её стон словно музыка. И в ближайшем времени я хотел услышать целую симфонию. Отбросив её назад, будто нашкодившего котенка, я с любопытством посмотрел на руну. Да, хорошая работа. Я повернулся назад и с удовольствием смотрел на то, как она, задыхаясь, пытается подняться на ноги. - Открывающая руна? – Я присел рядом с ней и, схватив за волосы, притянул к себе. Она, будто мышонок в лапах кота, запищала, когда я сдавил пучок волос чуть сильнее. – Ты её даже закончить не успела. Но это уже не важно. Я снизил свой голос до шепота. Пробирающего до костей шепота: - Ты действительно вообразила себе, что на этой планете существует место, где я бы не смог тебя найти? Мои губы почти касались её уха, а страх, который она ощущала, действовал на меня, как кровь на акулу. Я резко поднял её на ноги. С помощью все тех же волос. Девушки вообще становятся образцами покорности, когда дело доходит до их головы. Хотя, в глазах сестры была ненависть. - Пошел на хуй, слизняк! А-я-я-яй! Такие ругательства из такого милого ротика. Как некультурно, Клэри. Придется тебя наказать за такое поведение. Я улыбнулся, представляя какую позу для наказания я выберу. А бьет малышка метко. Пощечина получилась сильной. Я даже не ожидал такого! Чуть ослабив руки, я дал ей вырваться. Куда побежишь теперь? Люди вряд ли понимали, почему кот, поймав мышь, не убивает её сразу, а просто играет с нею. Почему дает чуть-чуть убежать, а потом тут же бьет своей лапой. Люди не понимали, а я – да. Все дело в надежде. Когда маленькая мышка вырывается из лап кота, то она надеется, что вот он – шанс выжить. А потом – бац! И её вновь возвращают на место. Самое главное, чтобы мышь не перестала сопротивляться. А то это перестанет быть игрой. Это перестанет быть интересным. Спальня? Я удивленно поднимаю брови. Да мы мыслим, оказывается, одинаково! Но еще нет. Не сейчас. Слишком рано. Я за какую-то секунду становлюсь у нее на пути. Она уже готова вновь сказать мне что-нибудь нелестное, но пришла моя очередь бить. Я схватил её за грудки и засадил кулак в живот. Она согнулась вдвое и застонала. Прекрасно, еще одна нота. Потянув её за собой, я впечатал её в стену, и не упасть ей помогло лишь то, что я тут же оказался рядом. Заставив её буквально сесть на тумбу, что стояла у стены. И став просто между её ног. Клэри дрожала, но не от страха, а от злости. Сколько же ненависти сейчас было в этих изумрудных глазах. Если бы она могла её материализовать, то, клянусь, тут бы хватило на столько, что сожгло бы не только меня, но и весь дом. - В чем дело, сестренка? Ты выглядишь расстроенной. - Я… испортила свой маникюр… из-за твоей мерзкой рожи! И она вновь меня послала. Показав средний палец. Моя глупышка к сожалению никак не могла понять, что делает для себя только хуже. Потому что с каждой такой вот выходкой она разжигает мою похоть все сильнее. Что желание заставить её кричать растет в равной степени с желанием причинить ей боль. И она, кажется, понятия не имеет, насколько это для неё опасно. - Как мило, сестренка. Знаешь, как я догадался, что ты предашь нас? Что обманешь? Просто мы с тобой слишком похожи. И в ту же секунду я прижимаюсь к ней еще ближе. Вот сейчас Клэри действительно пугается, когда чувствует мою эрекцию через ткань джинсов. - Я совсем на тебя не похожа, - Клэри пытается вырваться, но от этого лишь сильнее трется об меня, пробуждая во мне что-то звериное. Что-то, что даже я не могу иногда контролировать. Её щеки становятся ярко алыми от смущения, и она резко замирает, боясь даже пошевелиться, когда понимает, что при каждом своем движении задевает мой член. - Отпусти меня… А я злюсь. Злюсь, потому что Кларисса слишком погрязла в своих идеалах, она слишком вжилась в роль хорошая-девочка-которая-спасает-мир-от-плохих-парней-вроде-её-брата. И упорно продолжает верить в это. Она не хочет понимать и видеть то, что вижу я. И впервые в жизни мне становится так больно, потому что этим поведением она отвергает меня. Единственный человек, который действительно мне нужен, никак не хочет снимать маску. Что осложняет все, что может все разрушить. И сейчас единственный выход из ситуации - это просто самому её сорвать. Показать ей, что она такая же, как я. Или даже хуже меня. - Эта твоя фальшивая забота, твоя фальшивая дружба. Меня тошнит от всего этого! Почему ты не скажешь, что на самом деле чувствуешь, а? Ты же такая правильная! Ты же у нас не притворяешься, не лжешь! – Я чуть ли не рычу ей это в ухо, а потом соблазнительно провожу языком по коже. - Я никогда не притворялась, заботясь о Джейсе! Джейс! Мне противно сейчас просто от одного его имени. Джейс там, Джейс тут. Только и слышишь, что Джейс сделал лучше, что Джейс такой миленький, что Джейс хороший сын, лучший охотник, тогда как он всего лишь безвольная кукла. Когда он лишь пыль под моими ногами. Ты ведь веришь, что его можно спасти, да малышка? Что же, я сделаю все, чтобы ты разочаровалась в своем герое. Посмотрим, как ты запоешь, когда он будет делать все, что я ему скажу. Когда я скажу ему резать тебя, он будет тебя резать. Я скажу бить, и он изобьет так, что даже иратце не поможет. Возможно даже тем кнутом, который оставил шрамы на мне. Я скажу ему тебя изнасиловать, и он это сделает. И вот тогда, когда ты, наконец, поймешь, кто он, я буду смотреть тебе в лицо, малышка. И наслаждаться своей победой. - Ты ведь обманула нас, - я уже не сдерживаю в себе то, что давно рвалось наружу. Наоборот, я сам себя подстрекаю, когда прижимаюсь к её телу и нарочно вдыхаю на полную грудь. – Ты ведь обманываешь Джейса, признайся в этом. Ведь сейчас ты предаешь то, во что он верит. - Мой Джейс никогда не будет верить в то же, что и ты, подонок! - О, он очень охотно в это верит. И все же он обошел мой запрет. И причинил огромную боль своим предательством. - О чем ты говоришь? – Я видел, как глаза малышки наполнились слезами. Наверняка она проклинала меня, и думала о том, что её Джейса действительно нет. Что есть Джейс, который беспрекословно слушает только меня. Как хорошо, что Кларисса сама это поняла, и мне не пришлось ей все разжевывать. - О том, что он переспал с тобой. Неужели ты думаешь, что я не слышал, как ты стонала под ним, словно шлюха! Я тебя умоляю, стены здесь не звуконепроницаемые! - Наши отношения не твое дело! – Она тут же ощетинилась. Я крепко держал её подбородок своей ладонью, заставляя смотреть себе в глаза. - Все, что касается тебя – мое дело. И я очень расстроен тем, что Джейс забрал то, что по праву принадлежало мне! - Я никогда тебе не принадлежала!!! - Да, а тогда кому же? Посмотри на себя, Клэри, ты говоришь, что хорошая, но получаешь удовольствие от осознания того, что делаешь мне больно. Скажи, ты ведь нарочно переспала с ним. Чтобы меня позлить, да, малышка? Хотя, не надо, я по глазам вижу, что ты шокирована моим заявлением, но все же глубоко в душе, зная, что это задевает меня, ты испытываешь удовлетворение, не так ли? Красивый и бессердечный ход… – На секунду я задумался. – Да, такой же, как и ты сама. Теперь моя очередь. Ты ведь знаешь, что он об этом не вспомнит. И поскольку у нас такой откровенный момент то… он хотя бы один оргазм тебе дал? Потому что я планирую заставить тебя испытать несколько. - Не твое дело, - только вот прошептала Кларисса это как-то совсем неубедительно. Она так краснеет, и как это расценить лично мне? Джейс все же дал ей то, о чем я спрашивал, или же лицо сестры заливает краска стыда за то, что у него ничего не получилось? - Ты так мило смущаешься, Клэри. Знаешь, у меня встает, когда я вижу тебя такой. - Извращенец! Я, конечно, знала, что ты ненормальный, но не подозревала, что ты, оказывается, ебанутый на всю свою блядскую голову! - Только не надо притворяться хорошей, Кларисса. Я прекрасно знаю, какими глазами ты смотрела на Джейса, когда думала, что он твой брат! А теперь тебя что-то останавливает? Я выдыхаю тяжело, когда моя рука опускается ей на грудь. - Ты можешь прикоснуться ко мне так же, Клэри, - я глажу её мягко, даже нежно. Сдавливаю лишь чуть-чуть. На что она вздрагивает и вдыхает сквозь зубы. Ах, вот оно что… Воспоминания о том, как тебя лапал Джейс, слишком свежие, сестренка. И тело реагирует на мои ласки, так же, как и на ласки моего братца. - Нет, ничего не останавливает. – Вдруг говорит она совершенно покорно, будто сдалась. – Я правда могу к тебе прикоснуться? - Конечно, малышка, - и я все же застонал, когда Клэри проникла своей рукой под мою тунику и прошлась по торсу пальцами, остановив руку напротив моего сердца. - Зеркальное расположение органов, транспозиция, - объяснил ей я еще до того, пока она задала бы свой глупый вопрос о том, почему сердце бьется справа, а не слева, как положено всем нормальным сердцам. - Никогда не думала, что встречу человека с подобным отклонением… В ту же секунду на голову обрушилось что-то действительно очень тяжелое. Было такое ощущение, будто мне череп проломили. Чертова коварная блядь! Ты идиотка, Кларисса! Она бьет кулаком в челюсть, из-за того, что перед глазами пляшут звезды, я не могу ничего сделать, когда вижу, что она отталкивает меня и убегает. Э, нет, сучка, я с тобой еще не закончил. Сосредотачиваюсь на одном – призвать к себе стило. И у меня это выходит. Оно все еще красное от моей же крови, но на действие иратце это не влияет никак. В голове проясняется. Я открываю глаза с протяжным стоном, потому что в висках все еще бьют колокола и еще несколько секунд состояние такое, как будто тебя контузило, а перед глазами цветные пятна и все предметы в тройном количестве. Но это проходит, и я уже поднимаюсь на ноги. Прежде всего оглядев гостиную, понимаю, что долбанула меня Клэри тяжелой чугунной статуэткой девушки с цветком в руках. Меня спасло лишь то, что статуэтка была слишком тяжела для Клэри, и удар получился смазанным, иначе… мертвому иратце ни к чему. Клариссы здесь нет, а руна на стене так и не завершена. Значит, она все еще в доме. Впрочем, мне не нужен этот её шанс на побег, так что я уничтожаю руну. И шепчу заклинание. Двери и окна с глухим «бах» начинают закрываться по всему дому. И откроются они только по приказу хозяина. Как видите – дом превосходная ловушка, а не только жилплощадь. Поднявшись на второй этаж, я тут же заметил, где моя дорогая сестренка – ручка двери хозяйской спальни ходуном ходит от того, как её дергает девчонка. Подойдя ближе и взявшись за неё, я мысленно приказал двери открыться. Видели бы вы лицо Клэри, когда я открыл двери. - Игры закончились, сестренка, - говорю я, тут же залепив ей пощечину. От неожиданности и силы удара Клэри падает на пол, при этом ударившись об стену. - Ты думала, что сбежишь от меня? Хочешь, открою тебе один секрет, Клэри, - говорю я ей и тут же слизываю кровь с её губ, проникая в рот языком, а пальцами сжимая её горло. Кажется, сестра и вправду боится, что я её задушу. - От меня невозможно убежать. - Отпусти меня, - хрипит она, а в глазах самая настоящая мольба о помощи. О, ну как же этим глазкам можно отказать. - Шшш, сестренка, тише, - я ласково глажу её по щеке. Потом резко сбрасываю с неё куртку Джейса и перехватываю её руку в воздухе. Сильно надавив на запястье, отнимаю у малышки кинжал. - Клэри, это было совсем ни к чему. Или же ты забыла, что мы с Джейсом связаны? Так вот тебе напоминание, малыш, - и я протыкаю себе кинжалом руку. Клэри кричит в ужасе и бросается к моей ладони. Пусть смотрит и понимает, что по её вине Джейс где-то испытывает эту боль. - Я ничего не чувствую. Но, мы оба знаем, что Джейсу очень больно, это кинжал из демонического железа, оно очень ранит нефилимов, и раны его заживить с помощью иратце нельзя. - Почему ты это делаешь? – В глазах малышки стоят слезы. – Ты же можешь это остановить… Прошу, остановись… Не делай ему больно. - Потому что ты принадлежишь мне, Клэри. Так же, как и я – тебе. Я могу остановить кровотечение и заживить рану, тогда рана на твоем бедненьком несчастном щенке тоже закроется. Но ты почему-то не хочешь, чтобы я себя исцелил. Не хочешь идти на уступки. Ты не хочешь разделить этот мир со мной, не хочешь править. Почему, моя дорогая? Я прекрасно знал, что не оставляю ей права выбора. Она будет со мной, и если опять взбрыкнет, то я вновь что-то сделаю. Но только в десять раз хуже. И в ту секунду я действительно интересуюсь: почему? - Потому что ты – плохой. Я рассмеялся. Невероятно, иногда, несмотря на то, что она вероломная змеюка, сестра бывает ужас какой простой. - В этом мире нет людей, которые безгрешны, Кларисса, - говорю я ей шепотом на ухо, пока мои пальцы пробираются под её футболку. Клэри вновь начинает дрожать. – Пусть тот, кто никогда не грешил – первым кинет в меня камень. Мои руки поднимаются выше, одна тут же проникает под её лифчик и начинает играть с соском, делая его твердым и упругим. В то время как вторая нащупывает застежку и расстегивает его. - Убери от меня руки, Себастьян! – Наивная моя девочка, я никогда тебя не отпущу. И уж тем более сейчас. – Джейс об этом узнает! Я вновь смеюсь. Нет, ты все-таки так простодушна. Как ребенок. Если Клэри думала, что выкинула на стол Джокера, то наверняка сильно удивится, когда обнаружит, что это не больше чем жалкая шестерка. - Думаешь, он тебе такое простит? Никогда! Он будет тебя ненавидеть! – Она отползает от меня и упирается в стену. - Хм… Мне конечно не хочется тебя разочаровывать, любовь моя, - она так вздрогнула при этих словах, - но… Джейс будет с удовольствием дрочить, пока ты будешь стонать от того, что я вхожу в тебя просто до основания, заставляя кричать и терять рассудок. Ну, а если я буду в настроении, то, возможно, позволю ему с тобой поиграть, пока ты будешь делать мне минет. Клэри сжимается в комочек, закрывая уши руками и шепча: - Прекрати.. Прекрати… Хватит… Из глаз моей милой девочки катятся слезы. - Не надо плакать, Клэри, я терпеть не могу женских слез. Так что тебе лучше успокоиться. Я скидываю с неё футболку, и лифчик тут же соскальзывает с её тела. Клэри тут же пытается закрыть грудь, но вот закрыть тот пламенеющий засос на правом полушарии она не может. Во мне вновь поднимается злоба. Этот сосунок метки на её теле ставить вздумал! - Джейс будет трахать тебя только тогда, когда я ему позволю, - я отнимаю её руки от груди, и провожу губами по шее сестры. Так соблазнительно. - Скажи мне, малышка, как он тебя целовал, - одновременно с этим я придерживаю её запястья одной рукой, пока массирую левую грудь второй. - Кларисса, я жду ответа, - и удовлетворенно улыбаюсь, когда она вскрикивает от боли, когда я слишком сильно сжимаю её грудь. – К сожалению, у нас не так много времени, чтобы я перепробовал все. Если не скажешь ты, - я опускаю руку на её промежность и глажу её сквозь ткань джинсов. Потянув носом воздух, я удовлетворенно улыбаюсь – она начинает влажнеть, начинает возбуждаться. Но я хочу, чтобы она сама сказала мне, чего хочет. – Я возьму тебя в той позе, в какой хочу я. А я хочу взять тебя сзади, придавливая к поверхности своего стола и не давая твоим ногам сойтись вместе, разместив распорки между лодыжек. Поверь, мышцы влагалища тебе за мой член, вводимый по самое основание в такой позе, спасибо не скажут, малышка. Намеренно рассказывая ей все эти пошлости на ухо, я продолжал её возбуждать. Клэри была так потрясена услышанным, что даже не заметила, как я расстегнул её джинсы и потянул молнию вниз. Но тело, которое хотело повторения того, что случилось несколько часов назад, уже полностью изнывало от ожидания. Не удивлюсь, если её трусики промокли полностью уже сейчас, когда я только-только начал развлекаться. Я все же перенес её на кровать и посадил на край, чтобы было удобней снять её джинсы. Пока же быстро избавившись от туники, я стал напротив неё на колени и, наклонившись, поцеловал её сосок. - Он целовал твои груди, сестренка? – Спрашивал я её, пока стягивал её джинсы. А потом проводил губами по бледной бархатной коже. К моему удивлению, она сама подается мне навстречу. Я ласково провожу по её бедрам и развожу их в стороны. Как я и думал, она очень мокрая. - Клэри, - я снимаю с себя всю оставшуюся одежду и стаю вплотную к ней, так, чтобы кончик члена касался её клитора сквозь ткань трусиков, и делаю несколько покачивающих движений. Щеки сестренки горят от стыда, но она все же стонет от удовольствия. - Где ты хочешь, чтобы я к тебе дотронулся? - Шепчу я ей на ухо, ложа её ладонь поверх моей. – Веди меня, и не забывай, что от тебя зависит кое-чья жизнь. Это будто привело её в себя. Клэри дрожащей рукой провела вдоль своих грудей, живота и опустила мою ладонь на свою промежность. - Ты хочешь, чтобы я дотронулся к тебе здесь? А если даже не хочет, есть ли у неё выбор? - Да… - Голос её и вправду дрожит. Она напугана и ей стыдно. - Хочешь, чтобы я массировал подушечкой большого пальца твой клитор, а указательным входил в твое горячее и мокрое влагалище. - Ненавижу.. – Она сказала это только беззвучно, но я умел читать по губам. - Твоей ненавистью измеряется твоя же любовь, дорогая моя сестра, - шепчу я ей на ухо. Она вновь вздрагивает. – Сними свои трусики. - Я могу… Ты можешь отойти? - Нет. Я хочу увидеть. Не хочу пропускать ни одной секунды этого представления. Клэри опять делает так, как я ей прикажу, и я прихожу в восторг от этой покорности. Я вовремя успеваю перехватить её стройные ноги и вновь стать между ними. - Ляг на постель, опираясь на локти, сестренка, - Она, как всегда, послушалась. Ты восхитительна, моя милая сестренка. Она была настолько влажной, что два моих пальца вошли в неё плавно и мягко. Ну, уж наблюдать за тем, как она прикусывает губу и сжимает простыни, было чрезвычайно возбуждающим зрелищем. Член пульсировал от боли, таким сильным было желание оказаться в ней, но я все еще продолжал работать пальцами. Еще не время… Через минуту внутри Клэри будто что-то сломалось. Она начала сама отвечать на мои толчки, двигаться мне на встречу. Решив проверить, я просто остановился внутри неё, на что тут же получил недовольный стон. Вот оно! - Клэри, - Я взял её руку и положил поверх своей, - ты должна мне помочь. И она помогла! Она сама двигала мои пальцы внутри себя в каком-то хаотичном, неразборчивом ритме. - Я… - Шшш, сестренка, я знаю, я знаю. Кончи, Клэри. - Ах… Она упала на постель, а её мышцы обхватывали меня так туго. Ммм… Вот в чем была суть – заставить её признать это. Ей плевать на то, что она моя сестра, плевать на то, что я плохой, и насколько неправильно все, что мы сейчас делаем. - Пускай ты меня сейчас ненавидишь, но глупо отрицать то, что очевидно – я нужен тебе, Клэри. Ты меня хочешь. Это – ты настоящая. Без масок, без улыбок, без притворства. Она будто смирилась с таким положением дел, и, потянувшись ко мне, поцеловала в губы. Я закинул её ноги себе на плечи, предвкушая все это и облизываясь. Клэри, будто боясь упасть, вцепилась мне в плечо так сильно, что стало больно. Она задела шрам. За что тут же получила наказание – я ударил её по ягодице. - Еще раз так сделаешь, и я ударю пять раз. Ремнем. Она лишь смиренно кивнула. Моя маленькая девочка… Мой маленький дьяволенок… Я вошел в неё резко, во всю длину. Как и хотел. Клэри цеплялась за мою спину, и целовала меня так, словно я был её воздухом. Я двигался в ней резко и быстро, потому что чувствовал, что уже на грани. Не было сомнений в том, что каждый такой толчок приносит Клариссе чуть ли не мучительную боль, но она только стонала это слово: «да» и целовала меня сильнее. Я с громким «Блядь!» кончил просто в неё. Клэри ослабла в моих руках. Измотанная, пропитанная мною и запахом секса, она пробормотала мое имя. - Ты не причинишь ему вреда? – Сквозь слезы спрашивает сестра. Почему этот сученок даже отсутствуя умудряется испортить момент?! - Нет, Клэри. Совсем скоро это перестанет быть необходимым. - В каком это смысле? Клэри встала с постели и тут же, закричав от боли, упала на меня. - Тише, я же говорил, что тело тебе благодарным не будет. – Я сам взял малышку на руки. Ей нужен душ. У нас оставалось совсем мало времени для того, чтобы появиться на церемонии. После душа я начертил на сестре иратце. Все синяки и ссадины заживали, пока она сидела у меня на постели. - Неужели ты не замечаешь, что люди вокруг тебя гибнут? Почему все, рядом с кем ты оказываешься, страдают?! - Это риторический вопрос, или конкретно ко мне? - К тебе! О, бунтарский дух вернулся. Я отошел к окну и закурил сигарету. - Потому что меня никто не жалел. - Неправда! Мама всегда пла… Она замолчала, потому что я её ударил. У меня не было никакого настроения выслушивать эти её бредни. Подняв её за волосы к себе, я смотрел ей в глаза: - Думаешь, она за мной плакала? Из-за меня лила слезы? Знаешь, о ком она рыдала? Она плакала за мальчиком, которого Валентин отравил кровью Лилит. Кровью моей матери. Она плакала за ребенком, который умер, даже не родившись! Но не за мной. Меня воспитывал полностью отец. Она же ушла, когда мне было полтора года. Я знаешь, даже лица её не помнил. Только рыжие волосы, но и то, моментами… Я глубоко затянулся. - А знаешь, что самое обидное? Что она уже тогда думала, что меня не спасти. Тогда, когда шанс еще был. Возможно, если бы она забрала меня с собой, все сложилось бы иначе, а так? Впрочем, что тревожить дела минувших дней. Назад ничего не вернешь. - Тогда к чему все это? Зачем ты только что говорил мне о каких-то чувствах, а теперь говоришь совершенно другое… - А тебе не все равно, чувствую я что-то, или же нет. На самом деле, я ничего к тебе не чувствую. Это ты должна испытывать ко мне то, что ты испытываешь к Джейсу. - Но, так же нельзя. Это невозможно… Что бы ничего не чувствовать… Она смотрит на меня так испуганно, будто только сейчас понимает, насколько все серьезно. - Тебе не все равно и ты знаешь это! Видимо взгляд мой действительно был страшен, так как сестра даже отшатнулась. Я сел рядом с ней на колени, точно так же, как сидел каких-то сорок минут назад. И начал говорить, тихо так, шепотом. - Знаешь, Клэри, кровь Лилит не выжгла во мне все человеческое, когда я родился. Она сделала это гораздо позже. Уже когда мне исполнилось тринадцать лет. Понимаешь, когда ихор попадает в организм примитивного, то он убивает его, а если в организм нефилима, тот борется. И очень сильно. Тебя тошнит, ты не можешь стоять на своих ногах, видишь галлюцинации, знаешь, все эти муки… Валентин… он был ученым. Я не больше, чем его эксперимент. И когда он понял, что все прошло не совсем удачно, он придумал новый способ. Вводить её кровь внутривенно. Когда он избивал меня кнутом, от которого остались все эти шрамы, то за раз он мог нанести отметин десять и того больше. А ихор был единственным, что помогало их заживить, вот так просто, но очень действенно. Я тогда поменьше был, не помнил, что со мной происходило, зато помнил эту жажду. Убивать, убивать, убивать… Знаешь, наверное, так себя чувствует съехавший с катушек вампир. Под воздействием её крови Валентин выпускал меня на охоту. Отреченные, вампиры, оборотни, даже маги… Меня никто не мог победить, потому что это было невозможно. Никакой вампир не мог сравниться со мной в скорости, ликантроп - в силе, а маг – в умении обращаться с оружием. Про отреченных я вообще молчу. Они всегда были лишь пушечным мясом. Вот только знаешь… постепенно это проходило. Вот все это безумие. А к крови привыкаешь. Это как с алкоголем. Сначала плохо, а потом жить без этого не можешь. Только вот… мне вовремя не объяснили чем такое чревато. И вот однажды я принял дозу, и понял, что нет ни галлюцинаций, ни боли, ни этой пытки, нет вообще ничего. Я выжег сам себя! И теперь вот здесь, – я положил её руку к себе на грудь, - нет ничего. Что-то пришло с Джейсом, но оно такое мизерное и крохотное, что сейчас я его не чувствую. Ты ведь не знаешь, какого это? Вообще ничего не ощущать? Клэри испуганно помотала головой. А я резко прижал к засосу на её груди недокуренную сигарету и затушил её. Из горла Клариссы вырвался испуганный визг, а потом она вцепилась мне в руку так сильно, что разодрала кожу ногтями до крови. Но сестренка молодчинка, она поняла, что нужно сцепить зубы и перетерпеть. Вот так малышка, умница. - Ты чувствуешь эту боль, Клэри? Она испуганная, со слезами на глазах мотала головой и беззвучно рыдала. В зеленых, будто весенняя листва, глазах отражался самый настоящий ужас, но меня это никак не тронуло. Засос пройдет, а шрам – останется. Она кричала от боли и пыталась вырваться, молила, чтобы я прекратил это, а я её держал. Держал, пока её крики не превратились в беспорядочные всхлипывания. - Какая счастливая девочка. А я, вот, ничего не чувствую. Ни страха, ни боли… - Я нежно погладил её по щеке, убирая слезинки, а потом резко схватил за волосы заставив испуганно задрожать. - ТАК ЧТО ВСЕ СВОИ ПОПЫТКИ УВИДЕТЬ ВО МНЕ ХОТЬ ЧТО-ТО ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ЗАСУНЬ СЕБЕ В ЖОПУ!!! – Проорал я ей в ухо и вновь ударил по лицу. О, моя бедная маленькая сестричка, неужели я так тебя напугал? А как давно боялся я сам? Я уже не помнил этого чувства. Хотя сам мог внушить его любому живому существу на планете. У двери я обернулся и швырнул ей платье: - Через пять минут ты должна быть готова. И, Кларисса, - я дождался, пока она наконец-то посмотрит на меня. В глазах её была злость вперемешку со страхом и… жалостью. Да, она меня жалела. Первым желанием было опять же таки ударить её, но вот потом… А зачем? Через полчаса она будет такой же, как я. Я заставлю её пройти весь тот Ад, через который прошел сам, и тогда она станет моей идеальной сестрой, любовницей, возможно женой. Она станет той, образ которой я рисовал себе в голове с того самого первого дня, как узнал о ней. Моя маленькая сестренка… - Я терпеть не могу, когда женщины плачут. Из этого правила исключений делать тебе не буду. - А остальные правила? Я ухмыльнулся. Хитрая лисица. - Посмотрим, как ты будешь себя вести.