***
Тэхён битый час пытается сосредоточиться на учёбе, сидя над открытым учебником. Но частые уведомления о сообщениях мешают ему, разрывая его телефон вибрацией. В конце концов он не выдерживает и проверяет сообщения. сокджин-хён: соберёмся в конце недели? хосок-хён: +, мы вместе не собирались уже три недели тэхён: я за тэхён: но на этой неделе слишком много пар мой петушара: у меня тоже мой петушара: но и Чонгук будет занят на выходных мой петушара: опять намджун-хён: приходи без него намджун-хён: знакомство никуда не убежит сокджин-хён: Нам прав, Чимин, если сможешь, приходи без него сокджин-хён: а если он успеет, то может приехать позже тэхён: чёрт, я вспомнил, что у меня на выходных есть дела мой петушара: что за дела? ты мне ничего не говорил тэхён: мне нужно съездить в химчистку и кучу других мест хосок-хён: постарайся успеть до вечера тэхён: ничего не обещаю Перспектива находиться в одной комнате с Чонгуком и Чимином одновременно ему никак не улыбается. сокджин-хён: где Юнги? юнги: я здесь сокджин-хён: чего молчишь? юнги: нечего ответить сокджин-хён: сможешь закупиться? юнги: возможно юнги: мне нужно провести исследование к ВКР сокджин-хён: постарайся хосок-хён: ну, ребят, вы чего? Джин-хён так старается, пытается нас всех собрать, а вы… мой петушара: Хосок, мы же не ты, сидеть у Джин-хёна на шее намджун-хён: перестаньте юнги: боже тэхён: ох, ладно, я приду, в жопу химчистку***
— Ты тогда ещё не знал, что это Хосок добавил в шампунь краску. — Да, да. Это было на первом курсе. Чёрт, как же давно. — Ничего не давно, года два только прошло. Тэхён только и успевает закатывать глаза и кусать губки. В его руках находится баночка пива со вкусом вишни, он крепко сжимает её ладонями от напряжения. Ему впервые некомфортно находиться в кругу своих друзей, а всё из-за одного конкретного человека, который вёл себя как ни в чём не бывало. В принципе всё так и должно быть, потому что именно так правильно. Их ничего не связывает, но Тэ дико бесило то, что он так и не выкинул парня из своей головы. Было сложно не смотреть на него, почти нереально. Тэхён честно старался не смотреть на расслабленного, усевшегося на диване напротив него Чонгука, который с особой нежностью перебирал пряди чиминовых волос. Чонгук отсутствовал, что выдавало его незаинтересованное выражение лица. Тэхён в какой-то мере тоже был не здесь. Его вышибало из реальности каждый раз, когда он мельком смотрел на парня. И чёрт, как же ему хотелось оказаться в его объятьях, ощутить вкус его губ. Всё становилось куда хуже, когда Чонгук замечал на себе тэхёнов взгляд и смотрел в ответ с лёгкой улыбкой. Тэхён не дышал. Он задыхался. Он приходит более менее в себя, когда слышит своё имя, слетевшее с губ Чимина. Он растерянно глядит на друга, конкретно не догоняя, что от него хотят, но Чимин решает взять ситуацию в свои руки. — Ребят, давайте выпьем за Тэхёна, — радостно говорит Чимин, мельком взглянув на Тэхёна. — На прошлых выходных он потерял кое-что… Он наконец-то расстался со своей верной подружкой — девственностью. Это как удар поддых или нож в спину, Тэхён даже не определил точное значение этому. Ему хочется рассыпаться, потому что это именно то, что он хотел сказать Чонгуку в их первую встречу, но забыл. Он чувствует, как от стыда к его щекам приливает жар и ему автоматически становится душно так, что совсем нечем дышать. Все смотрят на него с приятным удивлением, Сокджин вон даже рот открыл, смотря то на Тэ, то на Чимина, явно собираясь что-то сказать или спросить. На остальных Тэхёну даже смотреть не хочется, хочется биться головой об стену от неловкости и тупости сложившейся ситуации. Цветочки. Самое главное и пугающее то, что прямо напротив него сидит Чонгук, человек, с которым он собственно её и потерял. И нет слов, чтобы описать насколько дерьмово себя чувствовал Тэхён в данный момент. Не хотел, но всё же посмотрел на Чонгука, который в свою очередь смотрел на него слегка ошеломлённо и также удивлённо. На него со всех сторон посыпались вопросы, которые он почти не слышал. Отмахивался какими-то короткими фразами, желая исчезнуть из этой комнаты или просто рассыпаться на мелкие кусочки. Такого позора он ещё никогда не чувствовал. Не зная куда себя деть, он крепче сжимает в руках банку пива и подносит к губам, выпивая содержимое залпом. Его сердце стучит как мотор, а его самого бросает в дрожь и жар. Он с глухим стуком ставит банку на столик перед собой и хватает пачку сигарет, которая принадлежала Юнги. Ни для кого не секрет, что Тэхён время от времени покуривал, но лишь по пьяни и в кругу друзей. Сейчас он просто нуждался в этом. Ему нужно куда-нибудь выйти, желательно туда, где холодно и достаточно свежего воздуха, иначе он задохнётся от стыда и ужаса, захватившего его тело. Путь от гостиной до гостевой комнаты Сокджина Тэхён не помнит совсем. Там он выходит на балкон и чуть ни валится на бетонный ледяной пол. На улице зима и ночь. Морозно и чертовски свежо. Не смотря на то, что на нём лишь тонкая футболка и джинсы с дырами на коленях, он совсем не чувствует холода. Настолько ему плохо ещё никогда не было. Он часто-часто дышит, стараясь успокоить разбушевавшиеся внутри эмоции, но выходит из рук вон плохо. Только спустя минуту до него доходит, что от волнения он забыл взять с собой зажигалку, из-за чего ощутил себя ещё более глупым и никчёмным. Надо же было так по-тупому проебаться. Кем теперь он выглядит в глазах Чонгука? Тэ подходит к краю и упирается руками об ограждение и шумно выдыхает, сжимая сигарету в кулаке, от чего та с тихим шелестом крошится. Такого пиздеца не видывал свет. Мало того, что он не может выкинуть его из головы, теперь же ему придётся думать и об этом, при этом постыдно смущаясь и краснея. Почему нельзя просто исчезнуть, лишь только пожелав этого? — Ты чего без куртки вышел в холод? — голос звучит обеспокоенно и немного хрипло. А после Тэхён чувствует на своих плечах ткань, которая приятно облегает его тело. Ему и без этого тепло, и какого чёрта он вообще вышел? Тэхён в его сторону даже не поворачивается, продолжая смотреть куда-то в темноту ночного неба, на котором даже звёзд не видно. До его ушей доносится щелчок зажигалки, а потом он чувствует запах дыма. — Ты переживаешь по этому поводу? Тэхён настойчиво молчит. — Эй, Тэхён! — уже более взволнованно, а потом его поворачивают, схватив за руку. — Ты из-за этого переживаешь? Они стоят чертовски близко, Тэхён даже чувствует запах одеколона вперемешку с сигаретным дымом. Внутри лёгких что-то приятно щекотит. — Тэхён, ответь пожалуйста. Не хочу выглядеть последним козлом в твоих глазах. — Чонгук оказывается более настойчивым. Он берёт ладони Тэхёна в свою руку и нежно проводит большим пальцем по замёрзшей коже тыльной стороны ладоней Тэ. — Ты не жалеешь о том, что сделал это со мной? Тэхён пиздец как жалеет, но не потому что это был именно Чонгук, а потому что Чонгук — парень Чимина. Чимина, его лучшего, блять, друга. И дело даже не в том, что они переспали, а в том, что Тэхён не может выкинуть это из головы, как бы ни старался. Всю прошедшую неделю он только и думал, что о Чонгуке, его руках и губах. Он мучился от невыносимого желания повторить ту ночь вновь, и это только усугубляло его положение. Чонгук затягивается дымом продолжая держать ладони Тэхёна одной своей свободной рукой. — Нет, — наконец отвечает Тэхён, находя в себе достаточно сил, чтобы посмотреть на Чонгука. У него потемневшие и расширенные от неизвестно чего зрачки и слишком сосредоточенный взгляд. А ещё он в одной рубашке стоит, мёрзнет, потому что свою куртку отдал Тэхёну. С осознанием этого Тэ становится в два раза хуже. — Ты замёрзнешь, — тихо произносит Тэхён. — Успокойся, — почти приказывает Чонгук, а потом делает ещё одну затяжку, набирая дым в рот. Отпускает руки Тэхёна и приподнимает его лицо за подбородок, приближаясь к его губам. Тэхён инстинктивно прикрывает глаза и размыкает свои губки. Но Чонгук не целует, мягко касаясь своими холодными, слегка влажными губами его и выдыхает в рот дым. Тэхён не растерялся ни капли, вдохнув всё без остатка. — Почему ты не сказал мне? — Чонгук осторожно проводит ладонью по красной щеке Тэхёна, смотря на его красивое лицо. Тэхён выдыхает с задержкой и боится открыть глаза, потому что тогда ему придётся встретиться со взглядом Чонгука, а он смущается и страшится этого, потому что это окончательно сведёт его с ума. Он и так на грани. Ещё чуть-чуть и он просто набросится на него с поцелуями и объятьями, чего никак нельзя допустить. — И что бы это поменяло? — всё же Тэхён открывает глаза, но смотрит в сторону, в пустоту. — Я был бы нежнее. — Но ты и так был нежен. Разве нет? — не понимает Тэхён. — Тогда я хотя бы знал, что та ночь для тебя что-то да значит. — звучит немного разочарованно. — Она ничего не значила. — по сути Тэхён не врёт, потому что тогда она действительно ничего для него не значила, а какое-то совершенно тупое значение Тэхён выдумал уже после того, как она закончилась. — Это была разгрузка для тебя, а для меня просто способом избавиться от ноши. Давай назовём это так. Чонгук выдыхает, опуская голову. И тогда Тэхён возвращает на него свой взгляд. Лучше бы не делал этого, ибо поцеловать Чонгука захотелось ещё сильнее. Если он этого не сделает, то непременно рассыпется. Он даже не понимает, как объяснить это дикое притяжение к парню. Это точно ненормально и тем более совершенно неправильно. — Не делай так больше. — Чонгук резко поднимает голову. — Как? — уточняет Тэхён. — Не смотри на меня, а потом не делай вид, будто совсем не делал этого. Не кусай свои чертовски соблазнительные губы, потому что у меня тоже появляется желание их покусать, — с отчаянием в голосе произносит Чонгук, а выражение его лица выглядело таким болезненным. — Хочешь поцеловать меня сейчас? — Тэхён не знает откуда в нём взялось столько смелости, кажется пиво дало в голову или он всё-таки сошёл с ума. Он кладёт ладонь на грудь Чонгука и чувствует, как под ней слишком быстро бьётся чонгуково сердце, а ещё Гук дрожит так же, как и Тэхён. И чёрт как же Тэ хочет верить в то, что именно он является причиной такого состояния парня. — Да, — отвечает Чонгук, медленно приближаясь. — Так поцелуй, — с вызовом говорит Тэхён. — Не пожалей потом, — предупреждает Чонгук, кладя ладонь на шею Тэхёна и резко дёргая того на себя. — Ты тоже. И Тэхён позволяет себя поцеловать. Страстно и быстро, так, будто от их поцелуя зависит жизнь. Это всё, в чём Тэхён нуждался весь сегодняшний вечер, всю прошедшую неделю, всё свою жизнь. Губы и зубы сталкиваются в грубом и головокружительном для обоих поцелуе. Чонгук подталкивает Тэхёна к балконной двери, на ощупь открывает её и отрывается наконец от желанных губ Тэхёна, лишь для того, чтобы они беспрепятственно могли ввалиться в тёплое помещение. Оба успели возбудиться до предела за каких-то пять минут. Чонгук вновь возвращается к губам Тэхёна, который значительно уступает ему в этом деле. Они слишком громко валятся на пол, даже не отойдя от выхода на балкон, и Тэхён сразу седлает чонгуковы бёдра, резко дёргая бляшку его ремня. Та с щелчком раскрывается, позволяя Тэхёну зайти дальше. — Я хочу тебя, хочу всего, Тэхён, — словно в бреду бормочет Чонгук, помогая Тэхёну спустить до колен свои штаны. — Идиот, — с укором говорит Тэхён хриплым голосом, обессиленно упираясь руками в грудь Чонгука, заставляя того снова упасть на спину. Он без всякого стеснения берёт полностью вставший член Чонгука в руку и на пробу проводит вверх-вниз, после чего слышит удовлетворённый вздох со стороны парня. Тэхён благодарен, потому что так он понимает, что делает всё правильно. Их совершенно не заботит то, что сюда в любой момент может заглянуть кто-нибудь из ребят, чтобы покурить или проверить их, потому что они здесь уже достаточно задержались. Это может вызвать подозрение. Но им совершенно плевать, каждый из них думает о том, как достигнуть удовольствия за этот короткий промежуток времени, который у них есть. — Я тоже хочу, — низким голосом произносит Чонгук и тянется к джинсам Тэхёна. Умело расстегнув, подталкивает Тэхёна бёдрами, прося тем самым чуть приподняться. А потом стягивает джинсы с бёдер Тэ. Тэхён блаженно прикрывает глаза, когда чувствует прохладные пальцы Чонгука на своё члене, и это создаёт такой потрясающий контраст с его разгорячённой кожей. — Боже, — срывается с уст Тэхёна. Они двигают руками в такт, по-настоящему тая от ощущений. Адреналин от того, что их могут застукать, большими порциями взбрасывается в кровь, заставляю ту течь по венам с большей скоростью. — Ты невероятен, — полушёпотом произносит Чонгук, откидывая голову назад и больно ударяясь затылком о твёрдый паркетный пол. Тэхён глупо улыбается, ускоряя движения рукой, вызывая придушенные стоны у Чонгука, сам он в прочем тоже не скупится на звуки. Не смотря на то, что Тэхён хочет чего-то большего, чем просто стимуляция руками, ему и этого достаточно, чтобы насладиться и утолить жажду в Чонгуке и раствориться в нереальном удовольствии. Он, запрокинув голову, пытается дышать и стонать тихо, чтобы никто не услышал, но всё равно получается громко, потому сдержать это в себе слишком сложно. — Тихо, малыш. — Чонгук приподнимается и садится, продолжая свои движения рукой на члене Тэхёна. Целует его, можно сказать «затыкает». Они целуются следующие несколько минут, теряясь во времени и пространстве, теряя себя. К концу Тэхён с громким чмоком отстраняется от губ Гука и стонет так соблазнительно и низко, что Чонгук не может это охарактеризовать как-то иначе, кроме как «настоящее совершенное искусство». Тэ кончает, пачкая чонгукову ладонь и рубашку с джинсами, вновь заливаясь краской от смущения. — Прости, — шепчет он, не останавливаясь и продолжая доводить Чонгука до оргазма. — Ни… чего, — прерывисто проговаривает Чонгук. Тэхён чувствует, как Чонгук напрягается под ним всем телом и дрожит, устало роняя голову на его плечо. Он готов всё отдать, чтобы сделать Чону так же хорошо, как он ему. Он наращивает темп, делая свои движения почти неуловимыми, порхающими, до звёздочек перед глазами приятными. Чонгук кончает спустя минуту после него, кусая плечо Тэхёна. Сквозь толщу майки укус ощутим, что Тэ даже болезненно скулит, прижимаясь к Чонгуку. Они долго сидят на полу плечом к плечу, облокотившись о спинку дивана и пытаясь осознать, что только что натворили. Тэхёну неотвратимо плохо и стыдно перед всеми абсолютно. Он чувствует себя грязным предателем и растлителем. Как он может так поступать с Чимином? Во второй раз. — Нам нужно помыть руки и стереть следы, пока они не засохли, — вдруг говорит Чонгук, поднимаясь, натягивая джинсы и застёгивая ремень. Тэхён отмалчивается, следуя примеру Чонгука. Они молча идут в ванную комнату, благо, что она находится сразу напротив гостевой комнаты, то есть мимо ребят им не придётся проходить. В ванной Тэхён сразу подходит к раковине и включает холодную воду, подставляя руки под ледяные струи. Чонгук подходит сзади, прижимаясь грудью к спине Тэхёна, который даже не протестует и принимает это как что-то совершенно естественное, будто они проделывали подобное уже раз сто. У Тэхёна вертится безумная мысль, которую ему так хочется озвучить, но язык не поворачивается произнести это вслух. Он смотрит на разбивающуюся об их кожу воду и то, как их руки соприкасаются. — Надеюсь, нас не спалят, — усмехается Чонгук и берёт тэхёновы руки в свои, переплетая их пальцы. — У тебя губы опухли. Тэхён резко поднимает взгляд и встречается с глазами Чонгука, которые пристально смотрят на него через отражение в зеркале. Губы сами по себе растягиваются в улыбке. — А кто виноват в этом? — Тэхён опускает взгляд на их переплетённые пальцы и замечает, что это выглядит настолько правильным, что у него от этого даже голова кружиться начинает. — В прочем у меня тоже, — заключает Чонгук, а потом отстраняется. Тэхён мгновенно ощущает пустоту и холод. Ему уже не хватает Чонгука и нежности, которую тот ему успел подарить. — Нужно вернуться к ребятам. Они находят рулон сухих салфеток и вытирают влагу с рук и следы их преступления с одежды. Перепроверяют, не пропустили ли они чего, а потом счастливые и чертовски удовлетворённые возвращаются к ребятам. Те говорили о чём-то очень увлечённо, будто совсем забыли о том, что с ними ещё были Тэхён и Чонгук. — О, вы чего так долго? — первым их замечает Чимин, который встаёт с дивана и бросается к Чонгуку в объятья. Тэхён надевает маску безразличия и не понимает, как себя вести при ребятах, которые, как ему кажется, обо всём уже знают. Хорошо, что ему это только кажется. — Мы разговаривали о «Сделаем это снова», — отвечает Чонгук, падая на диван и притягивая Чимина к себе на колени. Желудок Тэхён делает кульбит, потому что он вспоминает, как круто сидеть на крепких и накаченных бёдрах Чонгука и как приятно чувствовать перекатывающие мышцы под своими ладонями. — О, а это я подсадил Тэхёна на манхву, — подключается Сокджин. — Только Тэхёна можно было подсадить на это ванильное дерьмо, — смеётся Хосок. — Это не дерьмо, — возмущается Чонгук. Тэхён отключает своё сознание, чтобы никого не видеть и не слышать. Прижимается к боку Юнги, обнимая того ногами и руками. Надоело быть одиноким.