Часть 1
19 января 2020 г., 17:47
Паук плетёт свои нити неспешно, уверенно создавая каждую ниточку, чтобы они в скором преобразовали невидимый и смертоносный узор.
***
Первые дни острая боль давила на голову большими тёплыми руками. Но она совсем не грела. Она обжигала своими продолжительными прикосновениями. Такая тяжёлая и лёгкая, такая пустая и неправильная. Первую неделю Хоук не ступала за порог своего дома. От когда-то весёлой и остроумной девушки не осталось и следа. Весь смех, всю радость впитали первые слёзы, упавшие на холодное лицо. Хоук рыдала. Рыдала как маленький ребёнок. Нет, она не была слабой. Наоборот, магесса обладала сильным и волевым харатером, который прятала среди потока остроты слов. Но это было слишком. Она сломалась. Мать была для неё всем. Они помогали друг другу пережить потерю Бетани, уход Карвера, неизвестность, играющую его жизнью как пешкой на шахматном столе. Они всегда были вместе. До этого момента.***
Следом пошла ненависть. Упрямая и жгучая. Хоук возненавидела всех - Квентина, за его вину в случившемся, магов крови, за их существование, Андерса, который был не в силах помочь, и себя за многое другое. Мысли забивали артерии червями безжизнености, усталости. Этого не мог не заметить даже самый далёкий друг. Её навещали, пытались подбодрить и вытянуть из паутины, в которую она попала. Но все их слова заканчивались криком и скандалами. Ей просто надо было отпустить, простить, забыть. Но она не могла. Не могла отпустить ту, что была с ней с самого начала. Не могла простить того, кто лишил её лучшей женщины на свете ради своих интереов. Не могла забыть ненависть, что пульсировала в венах лириумом, когда Мариан увидела швы на бледной коже.***
А паучиха всё плела сетку во всеувиденье, перебирая лапками по живому рубцу, всё заостряя и заостряя свои нити, пока стенки её нового дома не начали кровоточить. Они давили. Давили отвратительным теплом.
