Черный кот

Райли разглядывал старинные инструменты для нанесения татуировки и качал головой. Стиль семьи чувствовался в каждом, особенно рукоятки в виде змей. Тончайшие иглы не толще волоса, и более крупные, почти современные. — Что ты собираешься делать? — Эван крепче сцепил руки за спиной, чтобы не потрогать удивительные вещи. — Для начала, нанести защиту. Она полностью уйдет под кожу и её не будет видно. Все чистокровные семьи это делают когда ребёнку исполняется 11, перед поступлением в Хогвартс, — Андромеда разводила красящее зелье в небольшой ступке. — В 11 лет? Нет, я понимаю анестезия, но это же ребенок. — Защита важнее. Если подать в них магию, то знаки появятся, — женщина поставила ступку и отложила тонкий венчик, — они и у меня сохранились. — Только невидимы, да? — Эван машинально скользнул взглядом по рукам Андромеды. — Да, — Тонкс повернулась и оттянула нижнее веко, на котором проступила тонкая вязь, — это для того, чтобы видеть магическую структуру заклятий, — на языке, вернее под ним, рядом со слюнной железой татуировка для определения ядов и добавок к зельям. Девушкам до официального замужества, ставят печать-запрет на лобке. Но это не для того, чтобы сберечь девичью честь до свадьбы, а потому что одно время в 14 веке было очень популярно у магглорожденных идиотов снасильничать чистокровную ведьму и зачать ей ребенка. Тут уже девушка никуда не денется, дабы прикрыть позор приходилось брать в мужья, а затем скоропостижно вдоветь. — А аборт? — изумленно ляпнул Райли. — Маггловское понятие. Ни одна ведьма не позволит себе этого по причине формирования магической связи с ребенком. Можно остаться без магии, или вовсе умереть. Сейчас, в этой печати нет необходимости, но всем чистокровным девочкам её ставят как только они сбрасывают первую кровь. Раньше нельзя, можно нарушить формирование. — Мда, много же у вас заморочек. А что ты будешь Регулусу делать? — Ставить защиту на руки. Если кто-то при проверке что-то заметит, можно всегда будет проявить руны и сообщить, что это родовое. Всё же он собирается к Рождеству вернуться в общество. Я уже списалась с Нарциссой, она готова встретиться, правда ещё не знает по какой причине. — Мне вас не понять, — Эван качнул головой, — Кричер на тебя волком смотрит, на Регулуса едва не молится, но отчитывает обоих как детей. — Мы выросли на его глазах, а волком смотрит, так я отсеченная, он и тебя бы с удовольствием удавил, да прямой приказ Рега мешает. — В смысле, удавил? — Райли поежился и присел на невысокий стул. — Убил бы, поверь, домовики, особенно древних домов, не считают магглов за людей. Да и многие маги тоже, я была более толерантна чем Блэки, а Регулус вообще равнодушен. Ну люди без магии и что, сейчас, видимо, узнав поближе ваш мир, смягчился. — Но мы ведь живые. Не просто живые, разумные, не звери и не насекомые, — возмутился Эван. — Знаешь, а многим магам плевать. Они маггла убьют охотнее чем оленя. В 19 веке министерство магии ввело новый закон, который предусматривал наказание за убийство магглов, до этого маги отделывались небольшими штрафами, и то, если авроры ловили на месте преступления. У Райли нервно задергался глаз. Вот так вот просто? Штраф за убийство человека? Нет, у них тоже были свои проблемы с законодательством во времена рабства, но это было давно, дольше всех рабовладельческий строй сохраняли африканские и восточные страны, но и они уже окончили этот путь. Пусть ещё где-то рабство и сохранилось, но является абсолютно незаконным. — То есть, на обычных людей могли охотиться? — Тебе, к сожалению, не попасть на третий этаж особняка, там до сих пор висят гобелены охоты на магглов. Регулус точно не станет их убирать, змей в доме он не слишком любил, а к этим тряпкам так давно привык, что и не замечает. — Кошмар. Знаешь, несмотря на магию и красивый антураж, сказка у вас довольно страшная. — Не сомневаюсь, — Андромеда улыбнулась и прошлась палочкой над инструментами, — все, буду звать Регулуса, пора. Райли вздохнул и перебрался на диванчик, наблюдать за очередной выдумкой магов. Нарцисса тепло улыбнулась и поднявшись, обняла старшую сестру. — Я рада, что ты написала, пусть это и было неожиданно, — блондинка выпустила Андромеду из объятий. — Из всех кого я знаю, я могу обратиться, только к тебе, — сестра слегка улыбнулась, — давай присядем, сейчас подойдет ещё один человек. — Хорошо, — Нарцисса опустилась на стул, — твоя дочь в этом году поступила в Хогвартс? — Да, на Хаффлпафф, с её характером самое оно. — Кажется твой муж закончил Равенкло, почему же не туда? Уверена, твоя дочь такая же умная как и ты. — Она верная и добрая, — старшая хмыкнула, — поэтому её путь лежал к барсукам. — Вот как, хорошо. Я рада за неё, — Нарцисса устало улыбнулась, — скажи, почему маггловский ресторан? Почему мы не могли пойти в приличное магическое место? — Затем, что наш сегодняшний спутник, пока не может появиться даже в самом безопасном магическом месте. — И кто же он? — не на шутку взволновалась Нарцисса, — ты же знаешь, мы только недавно избавились от нападок аврората, моему сыну всего четыре года, я не могу оставить его без матери. — Добрый вечер, Нарси, — негромкий мужской голос парализовал женщину. Застыв, она широко распахнула глаза, а затем преодолев, казалось, одеревеневшие мышцы, повернулась. — Регулус, — едва слышным шепотом, — Регулус! Нарцисса лишь краем сознания отметила, что Андромеда наложила отвлекающие чары, всё что её занимало это кузен. Живой, здоровый и чуть улыбающийся. Прижавшись к нему она тихо всхлипнула, стискивая черную ткань маггловского пиджака. — Это я, Нарси, — Регулус обнял её, — я живой. Женщина лишь громче всхлипнула, и ещё крепче вжалась в кузена, слушая стук его сердца. — Поверить не могу, как? Когда? — Я и не умирал, просто был недоступен для живых. — Что это значит? — Нарцисса отстранилась от Регулуса — где ты был? — В маггловском последнем приюте. С февраля 1980 года. Судя по диагностике, у меня было очень сильное магическое истощение, и я три года пролежал там как человек без имени. — Какой кошмар, — Нарцисса сглотнула, — но почему тетушка не провела кровный поиск? Тебя должны были найти. — К сожалению, в тот момент даже кровный поиск не мог помочь. Ты сама знаешь, что труп найти невозможно, а я мало чем отличался от мертвого тела, — Регулус помог кузине присесть, — Нарси, мне нужна твоя помощь, и возможно даже помощь Люциуса. — Ты хочешь вернуться в мир живых? — блондинка утерла слезы, — но ведь это не столь сложно, тебе всего лишь нужно прийти в министерство. — А ещё прийти в палату Лордов, как Лорд Блэк. Тебе ли не знать, что будет допрос, в том числе и крайне неудобные вопросы, — Регулус едва заметным жестом коснулся левой руки, — и по этому поводу тоже. Мне нужно, чтобы некоторые вопросы исчезли из списка. Люциус, да и некоторые другие с кем он может связаться, мог бы мне очень хорошо помочь. — Ты думаешь, что это удачная затея? Люциус только сбросил аврорат с хвоста. — Мне не нужно многое, — Регулус улыбнулся, — только восстановиться, и чтобы меня не прописали к брату в Азкабан. — Метка? — одними губами вымолвила Нарцисса. Кузен молча приподнял рукав демонстрируя рисунок кота, больше похожего на сгусток тьмы, почему-то с крыльями, и сидящего на черепе. — Как видишь, сомнительно, что её найдут. Картинка это не всё, но уже что-то. Полностью от неё можно избавиться только со смертью Лорда, и не говори, что ты этого не хочешь. Тебе как и Андромеде, — легкий кивок в сторону позабытой сестры, — всегда было плевать на магглов. И их интересные приспособления ты всегда использовала. Чего только стоили капроновые чулки, которыми ты свела Люциуса с ума. — Дурак, — Нарцисса заалела, вспоминая как умудрилась поскользнутся на свежем льду и упасть, от чего юбка задралась почти до бедер. Хорошо, что этого кроме балбеса Сириуса, и тогда ещё жениха Люциуса, никто этого не видел. — откуда ты знаешь? — Сириус рассказал. И это будет второй вопрос. Сириус никогда не предавал Поттеров, и мне нужно вытащить его из Азкабана. — Он там и за убийство магглов с Петтигрю, — напомнила Нарцисса, — как ты это собираешь замять? — Найду способ. А ещё лучше, если у меня получиться добиться свидания с ним. Нарцисса расслабленно откинулась на спинку, обитого бархатом стула, и задумчиво взглянула на сестру, которая потягивала белое вино. — Что ж, я поговорю с Люциусом, но ничего не обещаю, — женщина поднялась, — Регулус, я очень рада что ты жив. Что род Блэков, не угаснет. Кузен тоже поднялся и обнял её, позволяя вновь ощутить давно знакомый аромат травяного шампуня. На глаза вновь набежали слезы. Жив. — Прости что? — молодой зельевар ошарашенно повернулся к старому другу, — ты сейчас пошутил? — Совершенно нет, — Люциус развел руками, — Регулус Блэк через два дня предстанет в палате Лордов. Его допрос в министерстве уже проведен, и мне крайне интересно, можно ли обойти действие сыворотки правды. — Это невозможно, — Снейп покачал головой и отставил бокал с бренди, — на то и Веритасерум, солгать нельзя. — Но он солгал. Он сказал, что никогда не был в рядах темного Лорда, хотя мы оба прекрасно знаем, что это не так. Он был, и у него была метка. — А теперь? Исчезла? — В том-то и дело, выявить её не смогли, а на руке дурацкий маггловский рисунок. Как сказал новоявленный Лорд Блэк, это последствие его четырехлетнего отсутствия. Мол, пришел в себя в маггловской больнице с жутким магическим истощением и ничего о себе не помнил. Только когда магия восстановилась, память к нему вернулась. Удалять же татуировку он не собирается, хочет иметь напоминание о том, что удача сопутствует умным. — Вот же, — Снейп цокнул языком, — сволочь. Он с первого курса был таким, прикидывался белым и пушистым, а на деле как вцепится. Многие даже на фамилию его не смотрели, думали он другой, как старший братец, и обманывались. — Я не знал Регулуса в Хогвартсе, — Люциус пожал плечами, — я могу судить только по тому времени, пока мы были под знаменами Лорда, кстати довольно недолгое. — Ясно, — Северус помрачнел, — что ещё собирается делать Регулус? — Вытащить своего старшего брата из Азкабана. Свидание будет через месяц, мне не потребовалось много времени чтобы это организовать. — Ах да, пересылки нашим, — пробормотал Снейп вспоминая. «В больничном крыле было тихо, всех игроков уже отпустили, в палате остался только Регулус, которого прилично задело бладжером. Сломанные ребра не оставили шанса на то, чтобы вернуться в общежитие. Снейп тихо проскользнул внутрь и замер, с недоумением смотря на дверь в личные покои мадам Помфри. Казалось, они полностью опутаны гигантской, дымчато-серой паутиной. Переступив с ноги на ногу, без пяти минут выпускник, наложил на себя каскад скрывающих чар и тихо направился к ширме, за которой скрывалась кровать Регулуса, и за которой слышалась непонятная возня. Рука остановилась в тот миг, когда он услышал тихий, но полный страсти стон. Румянец немедля залил лицо, и несколько секунд Северус был готов сбежать, но любопытство пересилило. Заглянув за ширму, слизеринец застыл. В постели Регулуса определенно был юноша. Черноволосый, немного встрепанный, и пока ещё не узнанный. Вот только гриффиндорский галстук, за который тянул младший Блэк не оставлял сомнений в том, что его любовник с алого факультета. — А ты знаешь, — тихий срывающийся шепот, почему-то знакомый, — что больничное крыло расположено аккурат под комнатами для женатых пар? — И? — рваный вздох, пока ещё не узнанный юноша что-то сделал и Регулус выгнулся. — Здесь не действуют чары контроля и надзора. Ты ведь хочешь, Рег, — гриффиндорец поддался к слизеринцу и поцеловал в приоткрытые для рваного дыхания губы. — Сири, — стоном, — к черту, давай. Гриффиндорец лающе рассмеялся и слегка откинулся назад, позволяя расстегнуть, а затем и стянуть с себя рубашку. Снейп примерз к полу, когда слабый свет ночника упал на лицо гриффиндорца. Разум отказывался в это верить, нет, быть не может. Просто невозможно. Старший Блэк целовал шею своего младшего брата, почти сдирая с оного пижамную сорочку. Стройные ноги Регулуса обвили талию старшего брата и тот толкнулся в него, вызвав слабый вскрик. Северус развернулся и опрометью кинулся бежать. Коридоры мелькали под ногами, и он сам не понял, как оказался в собственной комнате общежития. Картина будто каленым железом отпечаталась в сознании. И она была совершенно нереальной.» — Северус, — Люциус окликнул Снейпа, — о чем задумался? — Да так, — зельевар отмахнулся, — вспоминал каким Регулус был в Хогвартсе. И да, я понятия не имею, как он смог обойти действие сыворотки правды, но попробую узнать. — Понимаю, — Малфой кивнул, — это практически вызов тебе, как зельевару. — Да, — Снейп поднялся со своего места, — спасибо за новости, мне пора. Передавай привет Нарциссе. — Обязательно, — на губах Люциуса появилась, несвойственная ему мягкая улыбка, — до встречи. Северус кивнул и стремительно покинул уютную гостиную. Проходя по длинным коридорам Малфой мэнора, он продолжал вспоминать. То что он видел в больничном крыле, не имело продолжения, но с тех пор он умело улавливал взгляды Блэков. Раньше он и понятия не имел, какие эмоции наполняют их глаза, но с того момента, понял. Это не была ненависть или ярость, нет, скорее страстная и безумная любовь. Блэки никогда не были нормальными, но братья перешли все границы. Да, их мать женила на себе троюродного брата, но столь близкое родство ещё допускалось, пусть и с некоторым неодобрением. То что делали мародер и Регулус, было из ряда вон. Если бы кто-то узнал, мало не показалось бы никому. А судя по тому, что на своем шестом курсе он с полувзгляда понимал брата, становилось ясно, что это длится не один месяц, а может и год. Оказавшись на аппарационной площадке, Северус сосредоточился и с тихим хлопком перенесся в Хогсмид. Это стоит обдумать.