Черный кот

Нотт стоял у неприметного черного хода в дом и медленно закипал от ярости. Младший Блэк оказался прав. Связка артефактов судя по всему висит уже не один год. Закатав рукава мантии и рубашки Нотт принялся снимать эту дрянь со своего дома. Артефакты сопротивлялись, но против разозленного мастера не устояли. Бросив всю связку в виде цепи и накопителей в специальный мешок, Нотт направился к родовому камню проводить очищающие ритуалы и поднимать защиту. Через несколько часов удовлетворенно кивнув и стерев кровь первого попавшегося домовикам маггла с лица, Нотт после душа отправился на Гриммо. И он оказался далеко не первым аристократом с таким подарком. Раскланявшись со старыми знакомыми по плащу, Нотт присел на диван рядом с Малфоем. — Что за дурдом происходит? — Сезариус бросил свой мешочек на стол, к остальным. — Остальные скоро прибудут, — тихо отозвался Люциус, — никого подобный подарок вниманием не обошел, и самое интересное, только наши. Нейтралы остались без таких сюрпризов. — Не хватает Макнейра и Гойла. Остальные уже на месте кроме наших сидельцев. — Нужно как-то проверить и их дома, — сквозь зубы произнес Малфой, — иначе все может закончиться плачевно, сам знаешь. — Мэнор, это не только дом, — кивнул Сезариус. Два мага вошли в дом и оглядевшись, положили свои «подарки» на выделенный стол. — Я вижу, все собрались, — Регулус отставил чашку с чаем и поднялся, — предлагаю перейти в более просторное помещение. Пожиратели переглянулись и потянулись за Блэком, который вывел их в залу с круглым столом и множеством стульев. Судя по легкой волне магии которая коснулась каждого, кто проходил под более широкой чем нужно аркой входа, это была переговорная. Нотт опустился рядом с Малфоем и оперся локтями о стол, оглядывая бывших соратников. — Ну что могу сказать, господа, — Регулус пока ещё не сел на свое место, — вся эта ситуация, крайне интересная. У кого какие предположения? — Честно говоря, — Гойл поежился, — я потратил не одну сотню галлеонов чтобы эту дрянь сняли, и висела она уже шесть лет. — У меня не меньше, — Крэбб переплел пальцы рук, — у вас как? — Четыре года, — отозвался Малфой, — не более. — Три с половиной как минимум, — Нотт скрипнул зубами, — не во времени дело, это дрянь сосала магию из наших домов, была готова вскрыть нашу защиту и фактически нас можно было взять прямо в постели, не готовых к бою. — Думаешь, именно на неожиданную атаку и было направлено данное действие? — Макнейр откинулся на своем стуле, — мне кажется, не только для того, чтобы нас убрать. Могли в своей глупости и наивности попытаться подсунуть какой-нибудь темный артефакт, а затем снова объявить рейд. — С этой мерзостью, могли и смочь, — Регулус постучал пальцем по столу, — обратите внимание, подобный сюрприз подложили только нам, — рука, будто невзначай прошла по левому предплечью. — Логично, — Малфой поддался вперед, — Регулус, твоему брату сию пакость не повесили? — Нет. Мы проверили дом, — Блэк покачал головой. — А твой отбитый братец не мог этого сделать? — Нотт хмыкнул. — А нафига? — Голос старшего Блэка раздался от дверей, заставляя пожирателей потянуться за палочками. — Сириус, ты полностью подтверждаешь свой диагноз, Гриффиндор головного мозга, — младший Блэк вздохнул, — Северус, здравствуй. Зельевар чуть кивнул и занял свое место, а старший Блэк подойдя, положил все «подарки» на стол. — Разбирайте свои призы господа, будем сравнивать, а затем, если подозрения окажутся верны, я кое-что покажу. Нотт недовольно покосился на аврора, но все же выполнил указание. Вскоре на столе лежали практически одинаковые артефакты. — Как я и думал, — старший Блэк кивнул и достал бумагу с гербом Гринготса, — вот здесь выписка о том, что данный артефакт извлекали из сейфа Поттеров в 1983 году, а вот и он сам. Нотт привстал, да, точно такой же, только более утонченный. Видимо тот, кто создавал оригинал, волновался и о внешнем виде артефакта. — Данная вещь, называется «Tacet mortem», в переводе тихая смерть, и была изготовлена одним из Поттеров в 1581 году. Альбус Дамблдор забирал её из сейфа и вернул через полтора месяца, но за это время кто-то явно очень умелый смог скопировать и размножить этот артефакт. А теперь вопрос, кто знает настолько хорошего мастера, который может делать подобные вещи и не привлечь к себе внимания? Пожиратели переглянулись, а затем, Малфой притянул к себе «свой» артефакт и принялся его разглядывать. — Любой мастер оставляет клеймо, — догадался Нотт, прибирая к рукам свое. Маги принялись выискивать хоть что-то, что указало бы на мастера, но повезло Северусу. — Вот, — зельевар продемонстрировал артефакт, снятый с дома Блэков, — эта отметка в виде листа крапивы с инициалами «Б.К.» — И у меня тоже, — Люциус нашел такую же, — ты знаешь чья она? — Нет, — Снейп покачал головой. — Зато я знаю, — Регулус прищурил глаза, — вот только этот человек должен быть мертв. — И кто же он? — Нотт нетерпеливо привстал со своего места, — кто? — Бартемиус Крауч, — Блэк обвел всех взглядом и добавил, — младший. — Он мертв, — Люциус подскочил на своем месте. — Я тоже считался покойником, — парировал Регулус. — А ведь приказ об аресте Снейпа подписал старший Крауч, — аврор покопался в кармане и вытащил ещё одну бумагу. — Оживших мертвецов становится все больше, — Снейп потер подбородок, — уже третьего насчитываю. — А кто второй? — удивился Макнейр. Снейп отмахнулся. — Что ж господа. Будем искать нашего Барти? Или же будем сидеть на пороховой бочке и ждать взрыва? — Будем искать, — Нотт поднялся, — Регулус, у меня вопрос, который интересует всех нас. Как ты избавился от метки? — Никак, — младший Блэк пожал плечами, а затем закатал рукав демонстрируя татуировку кота на черепе, — в дополнение, руническая защита. Но моего допроса о причастности не было бы, если бы Каркаров не назвал мое имя пытаясь получить амнистию. И ведь получил, гаденыш. — Перекрыл и спрятал, — Нотт кивнул, — благодарю за честность. Регулус только кивнул, застегивая рукав. Маги расходились по одному, кто через камин, кто родовым порталом, а кто аппарировав с крыльца. Нотт уходил одним из последних и потому видел, как аврор приобнял своего младшего брата, а тот устало прикрыл глаза откидываясь на него и ища семейной поддержки. Северус потер глаза и облокотился о Сириуса. В Хогвартсе, волей-неволей они стали общаться теснее и несмотря на фальшивые перебранки, которыми они радовали окружающих педагогов, смогли сблизиться. Блэк совершенно машинально обнял его и продолжил проверять эссе по ЗОТИ. — Регулус обещал сегодня зайти к нам, — Сириус крепче прижал к себе Северуса, — от Малфоя нет новостей? — Пока нет, — зельевар прикрыл глаза откидывая голову на плечо Блэка, — от остальных тоже. Ты разобрался что там с Квирреллом? — Не совсем, — Сириус вздохнул и почти невесомо коснулся губами виска зельевара, заставляя его слегка напрячься, — но то, что там какая-то гадостная магия примешана, я понял. — Это и я понял, — фыркнул Северус прислушиваясь к магии Блэка. Это у Регулуса была привычка обозначать свои желания если не словами, то хотя бы постепенно нарастающей настойчивостью действий, а вот Сириус периодически просто притягивал к себе и целовал, разоблачая. И почти не понимал слова «нет». Почти, потому как если настроения не было совсем, или же нужно было куда-то срочно бежать, он отступал, но затем предпочитал наверстать упущенное. Вот и сейчас, магия всколыхнулась и Блэк откинув свитки с домашними работами студентов ловко устроил Северуса на собственных коленях и зарывшись пальцами в волосы, поцеловал, прижимая к себе. — Камин не заперт, — зельевар уперся ладонями в плечи Сириуса и слегка отстранился облизывая губы. Казалось, в синих глазах вспыхнуло настоящее пламя, Блэк одним движением поднялся придерживая Северуса под ягодицы и глянув через его плечо, уверенно направился в спальню. — Спусти меня на землю, — моментально разозлился Северус, — я тебе не барышня, чтобы меня на руках таскааа... ах! Спина встретилась с кроватью, заставляя проглотить последнее слово и настойчивый Сириус принялся стягивать одежду, попутно целуя открывающуюся кожу. — Идиот, — зельевар заерзал, пытаясь отпихнуть Блэка и прекрасно понимая бесполезность действий, — у Регулуса могут быть важные сведенья, ох! — Плевать, позже поделится, — Сириус облизнул напрягшийся сосок, а затем вобрал его в рот, дразня темную бусинку, — когда присоединится. Северус слабо застонал, подчиняясь неизбежному. Раздеть Блэка задача не сложная, тот сам с удовольствием помогает, а затем накрывает своим телом прижимаясь так близко, что трение кожи о кожу становится пыткой. Следы от зубов Сириуса остаются надолго, но Северус уже привык, позволяя оставлять на себе метки и даже получить от этого ещё большее удовольствие, чем сам Блэк. Блэк на миг отстраняется и помогает перевернуться, чтобы проскользить губами по спине прямо по позвоночнику, вызывая тихое шипение. Размять ладонями ягодицы, а затем совершенно неожиданно пройтись языком по колечку мышц. — Не смей, — Северус попытался вывернуться алея от смущения. — Лежать, — рыкнул Блэк прижимая ладонь к пояснице заставляя выгнуться, а затем трансфигурировал валик из съехавшей подушки и подложил под бедра, заставляя их приподнять . — Я серьезно, не смей, — Северус снова попытался вырваться, чувствуя как горят уши. Казалось, он уже должен был разучиться смущаться, но Блэки снова и снова находили способ заставить его покраснеть. Руки обвили знакомые наручи и приковали его к изголовью, и в поле зрения появился Регулус. — Я вижу, вы начали без меня. — Ничего страшного, ты вовремя, — старший Блэк хмыкнул, а затем вновь наклонился и вновь провел языком, заставляя дернуться. Регулус скинул с себя мантию и рубашку, а затем присел на кровать и поцеловал Северуса, заставляя замолчать. Зельевар дернул прикованными руками все ещё пытаясь выбраться и застонал через поцелуй. Ощущения были очень необычные, вот только лицо горело от подобных ласк. Регулус отстранился и провел большим пальцем по губам Северуса. — Я пока понаблюдаю, — младший Блэк хмыкнул, а затем призвал карандаш и пергамент, — а лучше зарисую. — Сволочь, — простонал Северус зажмуриваясь и пряча лицо в сгибе локтя. Слегка хмыкаю и действительно начинаю делать набросок в нескольких картинках, вроде комикса. Рисовать обучены все чистокровные маги. Сириус отстраняется, а затем накрывает своим телом тело Северуса, слегка потирается возбужденной плотью о влажное колечко мышц. Уверен, наш зельевар шипит проклятья и дергает бедрами, заставляя поторопиться, а брат ему не отказывает. Мне нравиться видеть эти затуманенные глаза, то, как к влажным губам, приоткрытым для дыхания, прилипают черные волосы, как Северус изгибается и вскрикивает. Карандаш скользит по пергаменту, зарисовывая самые яркие моменты. Вот Северус, доведенный до оргазма, выгибается сильнее, сжимает пальцами цепи которые его сковывают и обмякает, не в силах пошевелиться. Сириус несколько раз толкается и замирает, чтобы наклониться и нежно поцеловать шею, покрытую укусами. Откладываю рисунок и карандаш и освобождаюсь от одежды. Легко целую брата в губы и уже он становится наблюдателем. Северус с некоторым трудом переворачивается и даже с некоторым испугом смотрит на меня, ну да, я тоже мастер на выдумки, но сегодня будет слишком много для него, и потому лишь прохожусь невесомыми поцелуями от ключиц до паха, и проведя рукой по плоти, обнажаю чувствительную головку, чтобы провести по ней языком. Зельевар всхлипывает и поддается навстречу, вновь возбуждаясь. Немного играюсь заставляя плоть подняться полностью, слыша то ругательства, то стоны, а затем Сириус целует Северуса, заставляя умолкнуть ненадолго. Впрочем это не так важно, магией растягиваю себя дабы не тратить время и приподнявшись насаживаюсь на плоть Северуса. Хорошо, очень хорошо. Сириус облизнул губы смотря на то, как Регулус насаживается на плоть Северуса. Это было… превосходно. Наверное, такое же удовольствие они получили, когда трансфигурировали в номере дешевого мотеля все стены в зеркала. Только теперь можно было разглядеть все, не отвлекаясь на сводящее с ума сжатие тугих мышц. Северус немного ошеломлен, ему редко выпадает доминирующая позиция, а уж доминирующая пассивная, кажется, вообще впервые, но удовольствие он получает немалое. Подобрав рисунки брата, Сириус быстро дорисовывает то, что видит сам. Разметавшиеся по плечам черные волосы Регулуса, его искаженное мукой удовольствия лицо, почти пылающие серые глаза похожие на ртуть. Северус вновь сдается первым, и Сириус легко накрывает ладонью пах брата, доводя до разрядки. Уже позже, оставив рисунки они валялись на большой кровати под одним одеялом и сплетя руки над головой уже спящего Северуса прошептали короткие слова заклятья, которое на миг объединило их троих сияющей цепью и скрепило узы на начальном уровне. Не брак, нет, всего лишь триада.