Синеглазый пират

Фоном: Akeboshi - Wind Мчаться по ночной степи - одно удовольствие. Тёплый ветер ерошит волосы и ласкает лицо. Лунные блики играют в гривах и на лоснящихся шкурах наших лошадей. Аомине мчится чуть впереди, и я никак не могу нагнать его. Да, мне особо не хочется. Куда приятнее видеть перед собой его прямую, широкую спину. Мне нравится смотреть на то, как он держится в седле. Гордый, независимый. Коса уже давно растрепалась и теперь гладкие пряди развиваются на ветру и покачиваются в такт его движениям. Яркие кляксы звёзд освещали нам путь, и на многие километры вокруг было видно всё, до мельчайшей травинки. Где-то впереди маячили скалы, но их сложно было разглядеть из-за тумана. Мы молчали. Да и какие могут быть разговоры во время верховой езды? Особенно галопом. Лошадь мчит мягко, толчки практически не ощущаются. Особенно после того, как поймал ритм. Привыкнуть к седлу, оказалось делом не из простых. Я и раньше, бывало, катался на лошадях, но не на такие большие расстояния. А когда Таура впервые пошёл в галоп, я, сказать по правде, испугался и чуть не вылетел из седла. Этому помешал Аомине. Он направил своего коня наперерез моему. Рыжая махина без промедления послушалась его команды, и встала прямо перед нами, упершись ногами в землю до такой степени, что копыта буквально утонули в почве. Таура увидев на своём пути преграду, резко остановился, становясь на дыбы. Но стоило рыжему дьяволу заржать и сделать тоже самое, моя лошадь моментально утихла и стала более послушной. Я же, сидел в седле ни жив, ни мёртв и судорожно сжимал повод, стараясь отдышаться. Дайки подъехал чуть ближе и, сжав мой подбородок пальцами, внимательно посмотрел мне в глаза. Уж не знаю, что он хотел там увидеть, но судя по его довольной роже, он остался вполне доволен. Легко поцеловав меня, он сказал, что осталось совсем немного. Нам нужно было пересечь реку, а уж после неё, до места назначения было рукой подать. Вскоре, впереди заблестела тёмная гладь воды, и, спустя минут десять, мы были уже на берегу спокойной реки, мерное журчание и прохлада которой, приносили успокоение. Лошади, от продолжительного бега, все вспотели, поэтому, стоило нам спешиться, они, тут же, жадно накинулись на воду. А мы… точнее я, пытался размять затёкшие от долгого сидения в одном положении колени. Про отбитую задницу, я вообще молчу. Самое обидное было то, что ублюдочный капитан вёл себя, как ни в чём не бывало. Можно подумать, что он родился в седле. Гад. Дав передохнуть и мне и лошадям, Аомине решительно заявил, что пора отправляться, чтобы до рассвета успеть добраться до места. Обречённо вздохнув, я забрался в седло. Нет, мне всё нравилось, тут не поспоришь. Но задница-то болела… Одновременно врезавшись в толщу воды, лошади, с напором галеонов, стали перебираться на другую сторону. Я благодарил Всевышнего за то, что вода в реке была спокойной, а, самое главное, тёплой. Не хотел бы я познать все прелести бурных потоков, с холодной, пробирающей до самых костей, водой. На другом берегу мы оказались довольно быстро. К счастью, река оказалась и не особо глубокой, в добавок. Вода едва прикрывала лошадям грудь, поэтому, мы практически не намокли, если не считать ног. До гор мы добрались где-то минут за сорок. Слезая с лошади на подгибающихся ногах, я чуть было не упал. Но Аомине вовремя среагировал, успев подхватить меня. Пока я приходил в себя, он стреножил лошадей и оставил их пастись, а меня взял за руку и потащил вверх по тропинке. Совсем скоро нам пришлось идти друг за другом, так как тропинка стала более узкой и каменистой. То и дело из-под ног выскакивали мелкие камешки. Чем выше мы поднимались, тем холоднее становилось и закладывало уши. В какой-то момент я посмотрел назад и увидел безграничные поля, расстилающиеся перед взором. Синяя лента реки рассекала землю на две части. Всё это было фантастическим и невероятным. - Пошевеливайся, Кагами, - позвал откуда-то сверху капитан. Вздохнув, я развернулся и стал догонять его. Небо постепенно светлело, превращаясь из тёмно-фиолетового в нежно-лиловое. Звёзды становились бледнее и очень скоро вообще исчезли. А лунный диск постепенно растворился, уступив место солнцу. Стоило нам забраться на вершину горы, я увидел океан. Голубая толща воды мерно покачивалась, а лёгкий бриз обдувал лицо солоноватыми порывами. - Пошли, совсем немного осталось. И мы снова пошли. Всё тело ломило и ныло от усталости, но я продолжал следовать за Аомине, хотя у меня было дикое желание плюнуть на всё, и сесть отдохнуть. Но я надеялся, что скоро всё закончится. И надеялся не зря. Мы оказались на скалистом утёсе, под которым разверзлась синяя бездна. А на краю этого утёса росло дерево. Казалось, что его ствол сплетён из множества более тонких стволов. Они переплетались друг с другом, возносясь к самому небу, а раскидистая крона отбрасывала тень на каменистую почву. Восхищённо приоткрыв рот, я рассматривал это дерево, ведь прежде никогда не видел подобных растений. Капитан подошёл к стволу и ласково погладил его, а на его губах заиграла ласковая улыбка. - Это драконово дерево. - Драконово? - Ты не слышал про них? - Никогда прежде. - Бытует легенда, что на том месте, где умер дракон, вырастает вот такое дерево. - Этому есть какое-то объяснение? – прошептал я, подходя ближе и кладя руку на кору. Ствол оказался тёплым, мне даже показалось, что под корой что-то пульсирует. Будто дерево было живым. - Есть, - кивнул синеволосый и, нагнувшись, вытащил из голенища сапога кинжал. Ловко сделав надрез, он спрятал нож обратно. Сначала ничего не происходило, а потом из пореза потекло что-то красное. - Кровь? – я коснулся этой жидкости рукой, и мои пальцы окрасились ярко-красным цветом. - Смола. Именно из-за неё дерево и назвали драконовым. Но люди оказались правы. Такие деревья действительно вырастают на местах гибели драконов. - То есть… - Да, это тот самый дракон, с которым я заключил договор. Я посмотрел на Аомине и увидел в его глазах тоску. Мне даже показалось, что я смотрю на самого себя в отражении. - Расскажешь мне? - Для этого мы сюда и пришли. Ты был прав насчёт того, что я замешан в этой истории не один. Помимо Акаши и Момои, есть ещё несколько людей. - Кто они? - Мидорима и Мурасакибара. Тогда, двадцать лет назад мы впятером отправились в эти горы, так как охотники сказали, будто видели, как на них спустился дракон…