Единственный выход

      В комнате приятно пахло свечами, какими-то фруктами на столе и Лань Чжанем. Вэй Ин уткнулся лицом в шею, чуть ли не мурча от удовольствия.              Лань Чжань решил, что лежать на спине на холодном дощатом полу и дальше — верх неблагопристойности, поэтому он взял за талию супруга и, прижав его к своей груди, взял на руки, укладывая на постель.              Это первый раз, когда они будут не просто совместно спать, а любить друг друга на этой кровати. На самом деле альфе все еще не верилось, что Вэй Ин взаправду желает его. Не после того, что он сделал. Честно говоря, он считал, что будет всю жизнь расплачиваться за свою ошибку и терпеть страх У Сяня. Странно, но единственный, кто по-настоящему тут боялся — это сам Ван Цзи. Что, если он снова причинит боль? Что, если не сдержится? Лань Чжань смутно помнил, что он чувствовал в тот момент, когда насиловал Вэй Ина, но ему точно было очень плохо — внутренне он разрывался точно также, как и бедный У Сянь. Лань Чжань, как бы ни пытался, не мог остановиться, не мог прекратить это чистое насилие над самым важным человеком в его жизни.              У Сянь вел себя сейчас совершенно расслабленно. Доверял? Но почему?! Почему Вэй Ин вел себя подобным образом?.. Как смог простить такое и более того — возжелать. Лань Чжань совершенно этого не понимал…              Видя, что Лань Чжань застыл, не решаясь что-либо сделать, Вэй Ин приобнял мужа за шею, приближая к себе. Вэй У Сянь нахмурился.              — Лань Чжань, в чем дело?              — Я… Я не могу.              Вэй Ин улыбнулся, глядя на перепуганного Ван Цзи. Он думал, что успокоил своего альфу и все объяснил, но как бы не так: Лань Чжань по-прежнему переживал. Каким-то чудесным образом во всей этой ситуации больше всего страдал сам Ван Цзи, нежели Вэй Ин. Омега сразу абстрагировался от того, что это был Лань Чжань, поэтому не испытывал никаких душевных мук. Это был просто кто-то с таким же лицом и телом, но явно не он, не его муж.              Вынужденный брак не казался У Сяню катастрофой, да и беременность, к слову, тоже. Сейчас Вэй Ин был вполне себе даже счастлив. И он по-настоящему хотел Ван Цзи.              — Можешь. Просто делай, что хочешь. Можешь мне даже говорить!              — Как это? — глухо сказал альфа, отводя взгляд в сторону.              — Ну… Например, скажи мне, что ты хотел бы сделать! Поцеловать, облизать, м-м, прикусить…              Ван Цзи стало жарко. Он смутился сильнее, не понимая, как сможет это произнести вслух, но, наверное, так и правда будет лучше.              — Тогда я хочу поцеловать тебя в шею, — с трудом выдавил из себя Второй Нефрит, все также отказываясь смотреть на супруга.              — Хорошо!              У Сянь чуть распахнул свой ханьфу и оттянул его, отворачивая при этом шею в правую сторону, таким образом открывая большую площадь для поцелуев. Ван Цзи чуть помедлил, а потом опустился вниз, касаясь мягкими губами бархатной кожи. Вдохнув аромат, Лань Чжань несколько задрожал от приятных ощущений — Вэй Ин пах их смешанными ароматами.       Ван Цзи вдруг почувствовал себя увереннее, когда Вэй Ин зарылся пятерней в его волосы, как бы поддерживая и одобряя. Как же он любил супруга! Лань Чжань понимал это сейчас в полной мере, просто осознавая, сколько всего У Сянь для него сделал. Целуя его шею, вдыхая аромат У Сяня и их ребенка, он по-настоящему терялся в этих безмерных ощущениях чистой радости и всепоглощающего счастья.              Лань Чжань аккуратно распахивал ханьфу и нижние халаты Вэй Ина. Постоянно напряженный, он внимательно следил за выражением лица У Сяня, вслушивался в его учащенное дыхание, все время ожидая, что Вэй Ин попросит его остановиться. И он обязательно остановится! Сейчас он полностью контролировал свое тело. Возможно, это из-за тренировок и медитаций, а, возможно, он слишком сильно на подсознательном уровне боялся, что это может повториться, поэтому ходу своему истинному альфе не давал.              Лань Чжань совершенно завороженно смотрел на голую кожу груди и торса. Иногда он замечал небольшие шрамы от зубов — метки, оставленные им несколько лун назад. Лань Ван Цзи наклонился, чтобы поцеловать каждую отметину, будто бы прося прощения за то, что причинил боль.              Вэй Ин стал дышать еще чаще, его руки крепко вцепились в несчастные шелковые простыни. Когда Ван Цзи облизал розовый сосок, Вэй Ин тихонько взвыл, в нетерпении сжимая ноги. Он чувствовал, как внизу живота приятно тянуло и скручивало, а между ягодиц стало как-то влажно. Давно он такого не ощущал — чистейшего возбуждения и сильнейшего желания.              Вэй Ину захотелось быть заполненным, хотелось стать единым целым с Лань Чжанем, мужем и отцом его ребенка. Лань Чжань провел рукой по чуть выпирающему животу, и Вэй Ин совершенно поплыл: внутри него растекался трепет, а голова плавилась — соображать стало совсем тяжело.              У Сянь перестал сжимать ноги вместе; наоборот, он их чуть раздвинул. Лань Чжань вынужден был отстраниться. Вэй Ин приподнялся на локтях и быстро снял с себя распахнутые халаты с ханьфу, потом развязал завязки на штанах и потянул вниз, жутко смущаясь.              Ван Цзи потянулся руками к съехавшим до колен штанам, помогая стянуть их с Вэй Ина, чтобы тот остался совершенно обнаженным. Лань Чжань будто впервые видел наготу Вэй У Сяня, такого прекрасного, смущенного и возбужденного.              Омега чувствовал тяжесть своего члена, что будто бы прилип к чуть выпирающему животу. Ему было неловко, что Лань Чжань видит его при свете свечей, но ситуацию спасал совершенно влюбленный взгляд альфы — его золотые глаза смотрели на него с трепетом и нежностью, которые плескались в светлой радужке.              — Лань Чжань, — тихо позвал У Сянь, чувствуя, что уже безумно хочется. Видимо, отвар уже подействовал, а о нем знать Ван Цзи совершенно не нужно. Надо будет позже отблагодарить лекаря…              Ван Цзи услышал в своем имени немую мольбу — У Сянь уже хотел. Альфа снял с себя ханьфу и принялся по привычке аккуратно складывать его прямо на глазах у Вэй Ина.              — Лань Чжань! — недовольно воскликнул омега, отчего Второй Нефрит даже вздрогнул. Поняв, в чем провинился, он смутился, откидывая одеяние и стягивая с себя скорее штаны.              Все было таким неловким, неуверенным и глупым, что Ван Цзи действительно беспокоился, что сможет вообще удовлетворить своего мужа. У него же совсем не было никакого опыта, а прошлый, ужасный и неудачный секс он и вовсе помнил очень смутно.              — Вэй Ин… — неуверенно произнес Ван Цзи, на что У Сянь недовольно насупился и приподнялся.              — На спину ложись! Я сам все сделаю.              Ван Цзи, желая сгореть со стыда, подчинился. Он лег туда же, где еще недавно лежал У Сянь, где место на простыне хранило тепло омеги. Вэй Ин уверенно оседлал бедра мужа и, опираясь руками о грудь Ван Цзи, горячо выдохнул.              — Не больно спине? Я не тяжелый?              — Все хорошо.              Вэй Ин кивнул, после чего правую руку отклонил за спину и, нащупав твердый, толстый и горячий член, взял за основание и направил его в себя. Вэй Ин медленно начал насаживаться, очень отчетливо чувствуя, как головка проникает в него все глубже и глубже, а когда она проехалась по простате, и вовсе простонал имя мужа.              Вэй Ин полностью осел на ствол и зажмурился, пытаясь привыкнуть к такой желанной и долгожданной наполненности. Ему действительно этого не хватало все это время!              — Ну, Лань Чжань, теперь будешь каждый день выполнять свой супружеский долг. Я и не подозревал, насколько это может быть приятно!              Вэй Ин облизнулся и, сжав пальцами грудь Ван Цзи, начал медленно приподнимать и опускать бедра, пытаясь выбрать удобный темп. Было очень хорошо, особенно когда У Сянь чуть крутил задом, отчего член задевал еще больше чувствительных местечек внутри.              — Ох… Лань Чжа-ань…              Вэй Ин быстрее насаживался на член, что пульсировал и дергался, и все это омега прекрасно чувствовал — настолько сильно ощущения обострились. У Сянь действительно не предполагал, что близость может быть настолько потрясающей, невероятной и пленительной…              Его сердце часто билось, голова не соображала, а тело медленно плавилось, словно ароматическая свеча. Вэй Ин задыхался из-за собственных стонов, заполонивших все пространство этой комнаты. Иногда, когда У Сянь не стонал, он мог разобрать тяжелое дыхание Ван Цзи и тихие гортанные стоны — значит, ему тоже было очень хорошо. Вэй Ин не очень много помнил с их первого раза, но тогда альфа точно не стонал — максимум рычал, словно дикий зверь.              У Сянь остановился, насаживаясь до самого конца. Омега учащенно дышал и весь дрожал, не в состоянии и дальше двигаться — ноги затекли и забились будто бы песком.              — Лань… Чжань… Я правда больше не могу, может, ты?..              — Мгм…              Ван Цзи приподнялся и, уложив У Сяня на спину вновь, навис над омегой. Он принял более ровное положение, возвысившись над Вэй Ином, а потом положил его ноги себе на плечи и аккуратно вошел, вырвав из груди омеги сладострастный стон.              Лань Чжань ласково целовал щиколотки У Сяня, ступни и пальцы ног, заставляя последнего метаться по постели и жутко смущаться. Нежность, с которой Лань Чжань целовал его, страсть, с которой вторгался в его тело…              Вэй Ин сгорал в этом пламени по имени Лань Чжань. С виду — ледяное изваяние, но стоит лишь расколоть скорлупу или поддеть известковую раковину — вырывалась всепоглощающая огненная стихия, сжигающая страстью все на своем пути.              Невыносимо хорошо. И совершенно правильно. Только эти две мысли крутились в совершенно пустой голове омеги, что принимал всю любовь своего мужа. Да, это именно то, чего он желал все это время и вместе с тем боялся.              Лань Чжань учащенно дышал, облизывая внутренний край подошвы стопы, где кожа была самой тонкой и нежной. Он старался не слишком быстро толкаться, зато очень глубоко; каждую секунду проверял, есть ли на члене хотя бы капля крови, но все время видел лишь белесую смазку, от которой приятно пахло феромонами У Сяня, которые хоть и сводили с ума, но потерять самообладания не позволяли.              Не верилось, что Вэй Ин, лежащий под ним, действительно наслаждается. У Сянь вдруг задергался, забормотал что-то, а потом резко прогнулся дугой и излился себе на живот, при этом очень сильно сжимая Ван Цзи внутренними мышцами.              Лань Чжань вынужден был даже остановиться. Альфа вытер каплю пота с виска и совершенно завороженно смотрел, как омега дрожит: его глаза заплаканные, губы красновато-вишневые и припухшие, соски стоят, небольшой член дергается, и из него по капле вытекает светлая, мутная жидкость.              — Лань Чжань, т-так хорошо…              Альфа аккуратно опустил ноги У Сяня. Омега обнял ими талию супруга, облизываясь. Кажется, он хотел еще. Лань Чжань кивнул, улыбаясь глазами.              — Мгм, мне тоже хорошо, Вэй Ин…              У Сянь улыбнулся, приподнимаясь, чтобы обнять возлюбленного за шею руками. Омега нежно коснулся раскрытых губ мужа, готовый признаваться ему в любви всю ночь…       

***

      Вэй Ин совершенно бодро чувствовал себя на утро. Он быстро поел, ласково поцеловал Лань Чжаня, несколько потрепанного после этой ночи, а потом собрался уходить.              — Куда ты?.. — взволнованный голос Ван Цзи остановил его.              — Я хочу прогуляться.              Лань Чжань начал вставать на ноги, но У Сянь нахмурился.              — Нет-нет, я один. Быстренько кое-что сделаю и вернусь, а ты отдыхай, я тебе почти не дал поспать.              Альфа сел обратно за стол, слушаясь супруга во всем. У Сянь послал альфе воздушный поцелуй и выбежал из домика. Он чувствовал небывалый прилив сил и энергию, даже не было никакой утренней тошноты. Да, это была определенно потрясающая ночь!              Вэй Ин прибежал к лекарю. Омега занимался измельчением мяты, когда У Сянь, словно ветер, примчался к нему, желая поведать хорошие новости.              — Это был отличный отвар! Спасибо огромное, без вас я бы, наверное, не справился!              Омега улыбнулся и пожал плечами.              — В том отваре ничего не было.              — А?              — Нет такого средства, что могло бы безопасно вызвать течку. В вашем случае вообще невозможно было ее вызвать, вы же беременны. Вы выпили чай, полезный для беременных.              Вэй Ин стушевался. Получается, это он сам так сильно хотел супруга? Без специального отвара?              — В-вот как…              Лекарь снова улыбнулся. Вэй Ин накрыл лицо руками, отчего-то смущаясь.              — Я понял, спасибо все равно. Я пойду к Лань Чжаню.              — Приходите через неделю на осмотр.              — Да, конечно! До скорого!