3.21. Поиски.
22 марта 2020 г., 23:32
В Облачных Глубинах творился сущий хаос. Лань Си Чень лишь надеялся, что когда-нибудь все это прекратится, и желательно, чтобы благополучно. Вэй У Сянь был отравлен, их с ребенком жизнь была в опасности, и единственное, что его спасало — это огромное количество духовной энергии, которую в него вливал посеревший и похудевший Лань Чжань, а также Юй Цзы Юань.
Никогда в жизни Лань Хуань не видел брата таким безжизненным и огорченным: даже после того надругательства полгода назад Лань Чжань выглядел более бодро. Да, он испытывал вину, но то, что творилось с братом сейчас — совершенно непередаваемо. Он сидел у постели мужа бледной тенью, изредка меняясь с Мадам Юй, которая принуждала обессилевшего Ван Цзи идти отдыхать.
Си Чень отправил письмо Цзян Фэн Мяню, в то время как Ци Жень занялся выбором адептов для отряда по поиску яда.
Лань Хуань находился в замешательстве: у него не было ни подозреваемых, ни яда. Он даже не знал, как, когда и где отравили У Сяня и сколько именно это длилось. Дело в том, что еду Вэй Ину готовили в последнее время два человека: Янь Ли, либо же Лань Чжань. Следовательно, подозревать поваров Облачных Глубин не приходилось. Да, Вэй Ин вместе с семьей посещал трактиры и ужинал там, но каждый раз это были разные места, поэтому возможность подобного отравления также откидывалась.
Пока адепты и дядюшка Ци Жень переворачивали все вверх дном в поисках яда, Си Чень сидел за столом и писал очередное письмо Цзян Фэн Мяню, который собирался уже прилететь в Облачные Глубины.
— Брат, — быстро произнес Лань Чжань, когда вошел в ханьши главы клана. Он не поклонился, потому что времени на вежливость не было от слова совсем.
— Что-то случилось?
— Дело в том, что Минь Шань целую неделю приставал ко мне в любовном плане.
— Что, прости? — Лань Хуань нахмурился, не понимая, что его брат такое говорит.
— Не уверен, может ли это помочь. Но все же… Он подмешал мне что-то в чай и даже вызвал у себя течку.
Си Чень поднялся из-за стола. Он выглядел растерянным, но они должны были проверить эту дикую теорию.
— Я не видел его давно. Дядюшка не назначил его в отряд по поиску яда.
Лань Чжань и Си Чень пришли в цзинши молодоженов. Ци Жень внимательно следил за тем, как адепты в очередной раз перебирали книги, одежду и различные вещи.
— Дядюшка, где сейчас Минь Шань находится? — спросил Си Чень, тоже игнорируя правила приветствия старших.
Альфа нахмурился, поворачиваясь к воспитанникам. Погладив бородку, он ответил:
— Вот уже как семь дней он на ночной охоте. Сегодня к вечеру должен вернуться. А в чем дело?
Лань Чжань нахмурился. Получается, за шесть дней до инцидента его даже не было в Облачных Глубинах? Значит, он не мог отравить Вэй Ина? Или же мог? Следовало провести допрос, после чего делать выводы.
Впрочем, никто не мешал им проверить комнату Минь Шаня. Однако там ничего подозрительного не оказалось даже после нескольких тщательных проверок. Осталась единственная надежда — допрос.
***
Су Ше вернулся к вечеру, как и ожидалось. Две длительные ночные охоты подряд прилично его так измотали, поэтому омега выглядел потрепанным. В любой другой ситуации ему позволили бы помыться, поужинать и дали бы поспать, но У Сянь находился на грани, поэтому Минь Шаня привели в рабочий кабинет Си Ченя. Лань Чжань и Ци Жень сидели рядом за столом, Си Чень — чуть поодаль. Су Ше сидел на стуле напротив них и крайне правдоподобно возмущался из-за того, что его в чем-то заподозрили. В ходе допроса выяснилось, что Су Ше вернулся через два дня после Лань Чжаня из-за течки. Потом он отдохнул, собрал все вещи и улетел на другую охоту, таким образом, проведя в Облачных Глубинах всего лишь два дня. Через шесть дней после его отъезда У Сянь потерял сознание, следовательно, Су Ше не мог его травить, да и еще предстояло выяснить, как именно Вэй Ина травили вообще. Это был полный провал. Единственный возможный преступник преспокойно покинул рабочий кабинет, оставив трех альф размышлять, что делать дальше.***
Лань Си Чень проверил абсолютно всех: от недовольных старейшин браком Лань Чжаня и Вэй Ина вплоть до бывших претендентов на свадьбу с братом. Пусто. Ни одной зацепки, ни одного логичного мотива. Были проверены все возможные источники яда: в Облачных Глубинах все чисто. Походы в таверны были спонтанны, но на всякий случай Си Чень проверил и опросил заведения, которые посещала чета Цзян и Усянь в частности. Невиновны. Си Чень приказал проверить сычуанский перец, который никто не мог есть, кроме Вэй У Сяня, однако лекари не нашли там никакого намека на яд. Тогда Си Чень приказал проверить все травы, из которых делались отвары для укрепления здоровья беременного. Это тоже не дало результатов — все травы действительно обладали лечебными свойствами. Лань Хуань и Ци Жень сидели в ханьши и думали о том, что же они упустили. — Думаю, это кто-то из другого ордена захотел отравить Вэй Ина. Какой-нибудь шпион. — Дядюшка… — Ну правда! Какому идиоту придет в голову травить У Сяня, когда он — гений, который принесет нам славу? Да, он несносный порой, я и сам во время обучения порывался его убить, но все же… Он ведь и беременный. Как же так можно? Этот омега носит прямое продолжение ветви Лань, как кто-то решится на убийство?.. Лань Ци Жень стукнул рукой по столу. Как же досадно, что он совершенно ничем не может помочь. Сколько бы они не прикладывали сил, за эти четыре дня поисков яда они ничего не добились. Вэй Ин и (ребенок внутри него в частности) умирал, а они сидели и ничегошеньки не могли сделать. «Дядюшка сказал, что У Сянь гений. Так и есть. Ну кто додумается менять мир заклинателей? Кто додумается до создания различных амулетов, компасов, талисманов и флагов, притягивающих духов? У Сянь мыслил нестандартно, он всегда отличался от своих сверстников. И в последнее время он только и делал, что занимался разработкой чего-то нового, отходя от традиционного пути самосовершенствования. Он упрощал заклинателям жизнь, экономил время и силы. Он занимался исследованиями, вел записи… Возможно ли, что это именно то, что мы упустили?..» — размышлял Си Чень, пока дядюшка продолжал причитать про то, кто же мог так поступать с Вэй У Сянем. — Дядюшка, вы сказали, что У Сянь — гений. Он изобретатель… — К чему ты клонишь? — Он часто записывал что-то в своем дневнике. Где он? — Ты… — Записи, его записи. Их же никто не трогал. Да и кому они нужны? Там черт ногу сломит, у него же еще и почерк ужасный. Дядя, его записи никто не стал бы трогать, да и Вэй У Сянь никому бы их не дал: брат сказал, что он разозлился, когда Лань Чжань решил прибраться в их комнате и переложил дневник на другую полку.***
Угадал, Лань Си Чень угадал. На нескольких страницах Лань Сун Линь обнаружил следы яда. Целый день лекари потратили на то, чтобы найти все ингредиенты и создать противоядие. Не теряя ни минуты, Лань Сун Линь напоил омегу спасительным отваром, надеясь, что выживет хотя бы Вэй У Сянь.
