Лето. Лагерь. Попадос.

— Мам, ну какой лагерь? Я уже взрослый для такой ерунды. — Шестнадцать лет — это не возраст, — невозмутимо парировала мама. — Тем более, это всего на одну смену. В июле там здорово. Природа, свежий воздух. Тебе понравится, я уверена! Я тяжело вздохнул и закатил глаза к потолку. Вот чёрт. Я так надеялся, что хоть этим летом буду в городе. Это открывает огромные перспективы: друзья, гулянки, девчонки, поездки за город, тусовки. А я в лагерь. Ну что за проклятье? — Мам, но у меня здесь друзья! — Там будут твои сверстники. Ты обязательно со всеми подружишься, я знаю. И не делай из этого трагедию. Ты не навсегда уезжаешь. У тебя ещё целый август на прозябание в городе останется. По крайней мере, мама права, у меня ещё целый август будет свободен.

***

— Я же уже не маленький мальчик, что ей все неймется? — жаловался я лучшему другу, затягиваясь сигаретой. — Да ладно тебе, меня мама тоже отправляла, но я наотрез отказался из-за Лерки, ты же знаешь. Если бы не она, я б с тобой поехал, — пытался поддержать меня Андрей. Помогало едва ли. Лера — его девушка, и конечно, он предпочел остаться с ней в городе. — И вообще, там же девчо-о-онки. Может, подцепишь кого, а то из наших тебе никто не нравится. Ну да, Андрей прав. Девчонки из нашей компании кажутся какими-то… Ненастоящими, что ли. Может, это и не такая плохая идея?

***

Много времени ушло на сборы. Я метался по квартире в поисках очередной жизненно необходимой вещи с мыслями «хоть бы ничего не забыть, хоть бы не забыть…» А взять с собой надо много чего, не считая одежды. Хорошо, чемодан на колёсиках, в руках тащить не придётся. Так… Самое важное: телефон, зарядку, деньги, сигареты, плеер — я закинул в небольшую сумку и перекинул ту через плечо. На остановке все уезжающие собирались рано — в девять утра. Меня провожали сонные друзья и родители, клятвенно обещая звонить и писать. И, не дождавшись, когда приедет мой автобус, разбежались по делам (или по кроватям, снова спать). Народу, кстати, собралось немало. Здесь находились как малышня, так и ребята постарше меня. Я тяжело вздохнул и уселся на рядом стоящую скамейку. По левую сторону от меня ворковали две девицы, поглядывая в мою сторону и смущённо улыбаясь. Обольстительницы, блин. Я решил перекурить. Минут через десять две подруги нерешительно ко мне подошли. — Сигаретки не найдется? — спросила рыжеволосая. Я хмыкнул, но сигарету дал. Девушка нерешительно закурила и тут же закашлялась. Я усмехнулся. Ну зачем курить, если не умеешь? Рыжеволосая смутилась. Вдруг опомнилась вторая девчонка с короткими волосами: — Тебя как зовут? — Денис, — ответил я, стараясь придать выражению своего лица более доброжелательный вид. — А вас? — Я Полина, а это — Соня, — ответила коротковолосая. — Ты в этот лагерь первый раз едешь? — В этот — да. А вы в нем уже были? Что скажете? Просто мне тут целую смену куковать. Не совсем тухло? — Да нет, — улыбнулась рыжеволосая Соня. — В нем довольно неплохо. Мы сюда каждый год вот уже лет пять ездим. Ну ладно, нам пора, возможно, там пересечемся. Девушки, помахав мне на прощание, заулыбались и побежали здороваться с какими-то ребятами. Через долгих полчаса ожидания наконец приехали автобусы. По ним нас распределял непонятно откуда взявшийся тощий дядька. Орал он очень громко, то и дело поправляя свои огромные квадратные очки, подзывая всех к себе и приказывая немедленно отдать ему какие-то документы. Пришлось подняться с насиженного места. Вокруг очкарика столпились дети разных возрастов и поочередно протягивали ему листочки, после чего, услышав номер нужного им автобуса, следовали по своим местам. Когда дошла очередь до меня, я вручил дяденьке все бумажки, коими снабдила меня мама, и уставился на него, в ожидании услышать приказ по поводу моего дальнейшего маршрута. Он шепеляво приказал мне следовать во второй по счету автобус, брызгая слюной во все стороны. Брезгливо поморщившись, я все-таки пошел в указанном направлении. Салон уже был наполовину заполнен. Насколько я понял, ребят распределяли по возрасту, чтобы потом было легче сформировать отряды, так как на данный момент практически все, находящиеся внутри, выглядели моими сверстниками. Я прошел в конец автобуса и уселся на пустующее место. Достав плеер, который, надеюсь, спасет меня от муторной поездки, вставил наушники в уши и уткнулся в экран, выбирая, что бы послушать. В итоге остановился на «Placebo». Сейчас именно то, что нужно. Минут через двадцать автобус успел основательно заполниться. На место рядом со мной никто не садился, потому что я предусмотрительно поставил туда свою сумку. А если кто-то и хотел, чтобы я ее убрал, мне приходилось делать вид, что я увлечен прослушиванием музыки и абсолютно не замечаю собеседника. Тому сие занятие (а именно: пытаться привлечь к себе внимание и завязать диалог) надоедало, и он шествовал на другое зияющее пустотой место. Но моя лафа подошла к концу, потому что автобус набился битком и последнему человеку, зашедшему в транспорт, место рядом с собой должен был уступить именно я. С тяжелым вздохом я переместил сумку себе на колени и уставился в окно. Там очкастый мужичок укрыл свою плешивую голову кепкой и, махнув рукой водителю, запрыгнул в первый автобус. Мы тронулись с места. Это повод сделать музыку погромче.