Лето. Лагерь. Попадос.

С самого утра нас начали снаряжать к походу. Тоже мне, устроили. Всего-то на день идём. Соня в восторге, а мне не до похода. Я не угомонился, пока не выпытал все подробности о вчерашней ночи. Но вскоре успокоился. Пришли все. И оказалось, что никакое это не палево, просто какой-то дедок забрёл туда из близлежащей деревни. Он всего лишь гулял и не хотел нас напугать. Это сообщил сам Серый, потому как сам с ним разговаривал. Отправились в путь мы днём, всем отрядом, в сопровождении Алисы Валерьевны и Кеши (это мы так нашего вожатого Аркадия Степановича теперь называем). Каждому дали по рюкзаку. В моём было что-то не очень тяжёлое, что не могло не радовать. До первого привала шли мы очень долго. Всё это время Соня весело щебетала мне что-то на ухо. Мы только начали путь, а этот поход уже нервирует. Ещё и эти грёбаные комары! Кто вообще придумал эту ерунду? Ещё и Тимур не перестаёт мне надоедать. Толкнул меня, сделав вид, что споткнулся. И как прикажете это понимать? Во время привала все развалились на траве, а я понял, что безумно хочу курить. Убедившись, что все заняты своими делами и никто на меня не смотрит, я спрятался за деревьями неподалёку и закурил сигарету. Сразу стало легче. Я даже расслабился. До тех пор, пока у меня не зазвонил телефон и на дисплее не высветилось «Диана». — Алло, — тяжело вздохнув, ответил я. — Приветик, Дениска! — весело чирикала она. — Как твои дела? — Хорошо всё. — Чем сейчас занят? — Да вот… В поход идём. — Здорово! — Диан, мне уже идти надо… — Я вообще-то спросить хотела… Ты это, — девушка замялась, но я не стал её торопить, хотя понимал, что она этого ждёт. — Короче, ты себе никого не нашёл? Ну, то есть девушку. — Нет, Диан. Мне пора, я позже позвоню. Надо было сказать, что у меня здесь гарем. Может, тогда бы отвязалась. Я сунул телефон в карман и развернулся, делая очередной затяг. Передо мной стояла вожатая. Вот это попадос. Я растерялся и залепетал что-то непонятное. — Да ладно, кури, — обезоруживающе улыбнулась она. — Только в следующий раз будь осторожнее, иначе, если тебя заметит Аркадий Степанович, будут проблемы. — Хорошо, — благодарно улыбнулся я. Эх, и хорошая же она. — Спасибо, Алиса Валерьевна. — Называй меня Алиса, договорились? Девушка звонила? — Бывшая, — вздохнул я. — А почему расстались? — Понимаете, мне вообще редко кто может понравиться. Да и Диана особо не нравилась. Девчонка, вроде, симпатичная. Встречались мы недолго, но и за это время она постоянно меня выбешивала. Не знаю, может, со мной что-то не так? Вопрос был чисто риторическим, но Алиса на него ответила. — Не вини себя. Да и в таком возрасте рано делать подобные выводы. Ты обязательно встретишь нужного человека. Она улыбнулась и со словами «Скоро снова двинемся в путь, поторопись» скрылась за поворотом. Я затушил сигарету и только было хотел вернуться обратно к отряду, как увидел на траве, прямо у своих ног, ящерицу. Она была довольно красивой окраски, но меня лично передёргивает от всех этих ползающих тварей. Переборов себя, я всё-таки взял ящерку в руки и только тогда отправился ко всем остальным. Усевшись рядом с болтающим с кем-то Тимуром, я вновь оглянулся по сторонам, словно маньяк какой-то, ей-богу. Притянув к себе его рюкзак, мирно покоившийся на земле, я расстегнул молнию и положил туда ящерку. Застегнув и поставив рюкзак точно так же, как он и стоял прежде, я уселся туда, где сидел до этого и стал наблюдать за придурком-соседом. Спустя минут десять моего ожидания он всё-таки притянул рюкзак к себе и, продолжая смотреть на собеседника, расстегнул молнию. Я уже потирал руки от предвкушения. Он опустил голову и… Улыбнулся. Блять, он улыбнулся и взял ЭТО на руки со словами «Какая прелесть! Ну и как ты здесь оказалась?». Облом. Обломище. Всю дорогу до того места, где мы, наконец, разбили лагерь, он нёс ящерку в руках и сюсюкался с ней. Ну хоть меня в покое оставил, и то хорошо. Зря я об этом подумал… — Нравится? — поднёс Тим это существо прямо к моему лицу. — Правда, она прелесть? — Нет, — я попытался ответить как можно невозмутимее, хотя и было желание отпихнуть эту мерзость от себя. — Почему? Ты не хочешь её подержать? — Блять, он издевается?! — Если ты сейчас же от меня не отстанешь, — грозно начал я. — То, пока ты будешь спать, я спущу с неё шкурку и зажарю к чёртовой матери! Со словами «Фу, живодёр» он отвязался от меня и скинул на землю рюкзак. Я облегченно вздохнул, когда понял, что мы уже пришли.

***

Когда Соня рассказывала о посиделках у костра с гитарой, я думал, она утрирует. Оказалось, нет. Уже вечером вожатые развели костёр из собранных нами веток, и мы уселись в круг, поедая всякие бутерброды. Кеша, взяв в руки расстроенную гитару, бренчал на ней что-то невразумительное и горланил непонятные нам песни. Мне кажется, или он действительно в неадеквате? Чёрт, да когда он успел напиться? Вроде постоянно с нами был да поручения раздавал. Мол, ты веток побольше набери, а ты тот рюкзак распакуй. Вожатый, называется. То ли дело Алиса — помогала нам, чем могла. Голоса, кстати говоря, у Кеши не было никакого, как, впрочем, и слуха. Мы уже чуть ли не выли от этого кошмара. Ситуацию спасла, как обычно, Алиса. — Ну что ж, ребят, поздно уже, расходитесь по палаткам, а мы с Аркадием Степановичем посидим ещё немного. Палаток было много. Будем спать, скорее всего, по два-три человека. Но так как спать пока никто не собирался, ребята разбрелись по палаткам небольшими группками. Я оказался в уже знакомой компании. Соня, Полина, Вова, Вероника с Артуром и неизменный Тимур, чёрт его подери. — Что будем делать? — спросила Соня. — В картишки? — предложила Вероника. — Темно же, — возразил Вова. — Страшилки? — подал голос ухмыляющийся Тим. — А вот эта идея мне нравится! — воскликнула Полина, но Соня не разделила энтузиазма подруги и только поёжилась. — Кто начнёт? — Давайте я, — заговорщицки зашептал Артур и поведал нам самую бредовую страшилку из всех, которые я только слышал. История была о какой-то девочке, которая, якобы, затерялась в лесу, и её сожрал огромный гриб-людоед. Либо девочка была наркоманкой, либо Артур. — Расскажите что-нибудь действительно страшное, — заканючила Полина. После этого полились рассказы о пиковой даме, смертельно опасных гаданиях, о призраках, полтергейстах и о прочей ерунде, которая меня ничуть не пугала. А вот Соня, видимо, была напугана, иначе почему всё это время она ко мне прижималась, словно бедная испуганная овечка?