В ловушке

      Меня зовут Эзреаль. Я родился и вырос в богатом квартале Пилтовера. Мои отец и мать были известными археологами. Они очень много путешествовали, и я мечтал, что однажды они возьмут меня с собой для изучения какой-нибудь утерянной цивилизации или древней гробницы.       Когда родители уезжали, я оставался под присмотром дяди Лимера,преподававшего в университете. Не устояв под градов вопросов, и не имея возможности ответить на все из них, он нанял для меня самых строгих педагогов, которые учили, в частности, продвинутой картографии, хекстековой механике и древней истории Рунтерры. Многое из их рассказов я уже слышал от родителей, так как они учили меня всему тому, что знали сами, в том числе и вещам, которые могли облегчить мою жизнь в будущем. Я всё быстро запоминал и понимал, так как мой мозг работал просто превосходно. Думаю, не сложно догадаться, что задачи этих педагогов я щёлкал как орехи и порой, во время выполнения заданий, мне удавалось даже поиздеваться над ними. Пожалуй, именно из-за своих способностей мой интерес к учёбе был ниже плинтуса. Меня интересовали другие вещи, которые, я мог изучить сам, без чьего либо надзора. Мои проделки приводили дядю в неописуемую ярость.       Особенно он гневался, когда я сбегал из-под надзора и начинал слоняться по территории университета. Мне доставляло большое удовольствие его изучение. Запертые кабинеты, коридоры, библиотека, подземные туннели под библиотекой. Всё это было настолько интересно, что мне было сложно усидеть на месте. К тому же это помогало отбросить все мысли о родителях. Ведь я очень часто переживал за них и не находил себе места от мыслей, что они могут не вернуться к обещанному дню.       Когда же они возвращались, то все тревоги в мгновение ока исчезали, и я горел от нетерпения услышать их новые истории об невиданных местах и дивных артефактах. Самым тайным и амбициозным планом был поиск гробницы Не’Зука — шуримского тирана, который якобы умел мгновенно перемещаться из одного места в другое. Отец шутил, что если бы ему удалось научиться таким чарам, то даже во время экспедиций он мог бы каждый вечер ужинать дома в Пилтовере со мной. Из-за его слов я испытывал смешанные чувства:невольно улыбался,и одновременно грустил, так как из-за своей работы родители редко приезжали меня навестить.       Время шло. Я рос и изучал всё больше, стремясь, стать таким же исследователем, как они. Но растования становились все дольше и дольше... Это объяснялось тем, что я уже большой мальчик, который однажды и вовсе станет мужчиной, поэтому должен привыкать быть один. Но, однажды, они вовсе не вернулись. В тот день мы с дядей прождали долгие двенадцать часов. Шли дни, недели, а они всё не возвращались.       Минул месяц, прежде чем с болью в сердце профессор Лимер заключил, что скорее всего мои родители сгинули где-то в пустыне. Я не мог в это поверить. Нет. Не хотел верить! Почему они не вернулись? Как так получилось? Мои родители были великолепны не только археологами, но и искателями приключений. Они не могли, просто так взять и сгинуть не пойми где.       До сих пор помню как, зайдя в их комнату, я упал на колени и заплакал. По моим щекам текли слёзы, всё тело дрожало и я шёпотом, подобно мантре, повторял «Этого не может быть! Нет! Они живы! Они живы...». В тот день дяди впервые проявил ко мне доброту, и этот момент навсегда остался в моей памяти. Видимо он звал меня, а из-за того что я не отвечал, пошёл искать меня. И нашёл, сидящим на коленях и всхлипывающим, подобно маленькому мальчику. Он подошёл ко мне, присел на одно колено и положил руку на плечо. Некоторое время он молчал, но позже сказал: «Эзреаль, к сожалению, такое порой бывает. Кто-то возвращается, кто-то нет. Они были прекрасными не только археологами, но и людьми. Понимаю, тебе тяжело, но постарайся это принять и отпустить.».       Я выслушал его и хотел поступить так, как он мне сказал, но я не мог с этим смириться. Ведь они так тщательно готовились к экспедиции! Наверняка они где-то там и все еще живы…       Не в силах отпустить столь манящую меня надежду, я решил отправиться на поиски родителей. Я понимал, что задача была не из лёгких, но желание найти родных было слишком велико. Несколько недель подряд я тайно выносил из университета то, что могло пригодиться в пути: звездные карты, переводы рунических знаков, подробные руководства по погребальным обрядам Древней Шуримы, а также прихватил пару защитных очков. Мне было жутко неловко перед дядей, так что я решил, хотя бы оставить записку о своём уходе. Я надеялся, что он поймёт меня и не будет сильно ругать за то, что мне пришлось у него одолжить столь важные документы. С грехом пополам, мне удалось пробраться на грузовой корабль, что следовал в Нашраме. Это и стало точкой, с которой уже нельзя было отступить.       Руководствуясь подробными записями матери, я пересек Великую Сай с торговыми караванами, шедшими на юг. Много месяцев подряд исследовал подземные руины под барханами, упивался свободой, которую так страстно желал, и неизвестностью, встречал неведомые ужасы, охранявшие тайные комнаты. Вера в то, что шаг за шагом я повторял путь родителей и вот-вот узнаю, что с ними стало на самом деле, усиливалась.       Наконец мне удалось найти её — гробницу Не’Зука! Но похоже, родителям нет. Сколько бы я не искал, но следов их пребывания здесь, мне так и не удалось найти. После долгого брождения по извилистым коридорам, я нашёл какой-то саркофаг. Естественно моё любопытство не знало предела, и я открыл его. Крышка нехотя поддалась и упала рядом.       К моему большому удивлению он был пуст. Я уже хотел повернуть обратно, так как и без этого настроение было хуже некуда, особенно от осознания стольких неудач. Но вдруг, я заметил слабое поблёскивание в другом конце саркофага. Посветив в том направлении, откуда оно исходило, я обнаружил сияющую бронзовую перчатку с яркой кристаллической вставкой в центре. Находка была настолько прекрасной, что, позабыв об всех мерах предосторожности, я потянулся за ней. Стоило мне коснуться её, как вся гробница словно ополчилась против меня. Ожили хитроумные ловушки и обереги, созданные тысячелетия назад. Не задумываясь ни на миг, я быстро надел перчатку и расчистил себе путь, вырвавшимся из перчатки синим энергетическим выстрелом. Мне даже удалось неведомо как телепортироваться на последнюю сотню метров, за счёт чего, успел войти в тайный ход прежде, чем гробница за спиной обрушилась и исчезла в туче пыли.       Пытаясь отдышаться после произошедшего, я начал разглядывать перчатку, которая тихо гудела в такт моему пульсу. Я почувствовал, как она направляет и усиливает мой собственный потенциал. В тот момент я понял, что нашел оружие из другой эпохи, которое прекрасно подойдет как богу-воителю Шуримы, так и бесстрашному исследователю.       После моего «триумфального» возвращения в Пилтовер, если не брать в расчет крики и проклятия дяди в мой адрес за эту выходку, моя жизнь круто поменялась. Приключения сами меня находили, чему я был несказанно рад. Нюх на сокровища приводил в затерянные города и загадочные храмы, которые для университетских профессоров были лишь точками на карте. Моя слава росла. Мне это нравилось. Хотя, слушая чужие рассказы о моих похождениях, считал, что мои достижения сильно преуменьшены… Хотя именно за счёт всего этого у меня и родилась идея, что позже стала моей целью жизни: если мне удастся прославится как величайший искатель приключений в мире, то родители наверняка услышат об мне и отыщут меня сами.       Так я стал мотаться по всему миру, дабы прославиться и приблизить день встречи с моими родителями. Разгадывая сотни загадок, приоткрывая завесу тайны там, куда даже самые смелые искатели не готовы сунуться, и рассказывая о своих приключениях по всему миру, верил, что скоро они найдут меня, и мы снова будем вместе.       Интересная история, верно? Мне тоже так казалось, так как я жил ею очень долгое время. И я не задавался вопросами «Почему я всё помню?» и «Почему я помню всё только так?». Меня не интересовало, почему я не помню родителей в лицо. Не тревожило, почему я не помню время, что провёл с ними. Почему я помню только это? И почему я всё это вспоминаю только так, то есть слово в слово? Долгое время меня это устраивало, и я верил, что это правда. Верил, что это мои воспоминания, мои мысли, мои чувства. Пожалуй, так считают все, кто меня знает или сталкивается со мной.       Но, что если я скажу, что всё это ложь? Что всё это неправда? Эта мысль мне пришла внезапно, подобно грому среди ясного неба. Сначала я думал, что я спятил. Напридумывал себе всякого от нервов и всё. Но чем больше я искал, тем больше понимал, что что-то не так. Я не нашёл свои детские фотографии и никакие записи родителей на момент моего детства. Также их друзья, когда я задавал вопросы о прошлом, смотрели на меня стеклянными глазами, будто бы слышат о подобном впервые.       У меня и так было много вопросов на другую тему, а теперь это. Голова шла кругом, и я хотел сдаться. И вдруг меня осенило. А что если всё взаимосвязано? Что если одно вытекает из другого? Это могло хотя бы что-то объяснить.       Помимо непоняток с прошлым меня беспокоила система. Система заключалась в том, что меня, как и многих других людей, йордлов, вастайи, монстров и духов могли призвать в Ущелье призывателей. Это некая нейтральная территория, которая, по сути, представляет из себя арену, где сражаются две команды пять на пять. Главными задачами этой арены являются уничтожение башен, ингибиторов и нексуса противника. Открыть Ущелье призывателей могли только Призыватели. А делали они это тогда, когда им вздумается. Ранее утро или поздняя ночь, неважно. Время не имеет значение. Имеет значение лишь победа и ничего более. Лишь после победы той или иной «игры» всех участников этого действа возвращало обратно домой.       Но было кое-что, что одновременно и завораживало и пугало. Мы могли убивать друг друга бесчисленное количество раз. У каждого из нас был определённый запас здоровья и манны, нашей энергии. Но при всём этом, мы бессмертны. После каждой гибели, мы возрождаемся абсолютно целыми и невредимыми.       Поначалу это выглядело даже забавно. Я чувствовал себя сильным и непобедим. И даже, когда меня убивали, то я прекрасно понимал, что вернусь. Это весело, когда ты сражаешься против тех, кто тебе ненавистен или неприятен, но не тогда, когда против тебя друзья, семья или тот, к кому ты испытываешь чувства. Осознал я это лишь тогда, когда против меня была Люкс. Девушка, которая мне нравилась, оказалась в команде противника. Именно тогда я понял, что такое страх. Что это всё неправильно. Почему я должен сражаться с ней? Мы же не враги. Так почему же? Каждым своим выстрелом я мазал, так как не хотел причинить ей боль и наивно полагал, что она тоже не станет. Но вместо этого она бросила в мою сторону световую сферу, что замедлила меня. Я хотел телепортироваться, так как это моя специальность, но она предсказала мои действия и взорвала сферу в момент телепортации. В ту же секунду в то место, где я должен был появиться, полетела другая сфера и заключила меня в световую ловушку. Я не мог пошевелиться, лишь смотреть, как она взмывает в воздух вместе со своим жезлом.       «Люкс, не делай этого, прошу.» — со страхом в глазах хрипло произнёс я. На что она лишь закрыла глаза и тихо проронила «Прости. Так надо.». Столб света вырвался из её жезла и пронзил меня. Мне никогда не было больно, как тогда. Ловушка из света исчезла, и моё тело безвольно упало. Я умер. Конечно, через пару секунд я вновь появился на нашей базе, но я не мог двигаться. Упав на колени и сжав кулаки до боли, я закричал, что было сил «За что?!». Мне не хотелось больше участвовать в этом. Хотелось убежать куда подальше и больше не появляться в этом ужасном месте. Мне хотелось… убивать! Я ужаснулся этой мысли. Откуда она? Это не мои мысли!       Мою голову пронзил голос. Он будто бы иголкам дырявил меня и изнутри всё разрывал. «Почему ты стоишь на месте?!», «Ты должен убить эту грёбанную Люксу!», «Агрх! Бесполезный герой!», «Я должен победить!».       Что это за голос? Почему он звучит в моей голове? Почему я должен выполнять его команды? Так появились первые вопросы, на которые я начал искать ответы. Голос принадлежал одному из Призывателей. Все мы будто бы застряли в игре, которой они манипулируют. Но зачем? Для чего им всё это? Почему они считают это игрой? Это же реальность! Мы ведь не игрушки! Мы ведь…       — Эзреаль? С тобой всё хорошо?