Окровавленные гвоздики

Пролог Эндрю всегда знал, что он умрет в мучениях. В конце концов, это ведь была его жизнь, так почему же ей не позволить себе быть безжалостной в этот самый последний раз? С чего она должна пощадить его в эти последние месяцы его существования? Он думал, что его жизнь заберут ножи или какой-нибудь садист из его прошлого. Но он никогда не думал, что покинет этот мир таким образом. Окровавленные лепестки были на его ладонях, горло поцарапано острыми шипами, а легкие заполнены лозами и кровью. И, конечно, это должно было случиться из-за него. Единственного человека, которого он иметь не мог. Нет, это была вина самого Эндрю. Он должен был знать, что не стоит влюбляться в кого-то вне своей досягаемости, что не стоит влюбляться вообще. Как глупо с его стороны было падать, когда он так сильно боялся высоты и последствий, которые неизбежно придут. Жизнь была жестокой и несправедливой. Но опять же, он уже и так это знал. Первый раз В первый раз это случилось уже спустя два месяца после того, как Эндрю спас Нила от его бессердечного, жестокого отца. Они как обычно сидели на крыше вдвоем, и Нил показывал ему, как девочки покрасили его ногти в уродливый оттенок оранжевого, пока Эндрю курил уже десятую по счету сигарету. Он мог сказать, что Нил был в восторге. — Смотри, еще Эллисон нарисовала тут маленькую лисью лапку! — Нил расположил свою руку прямо напротив лица Эндрю, чтобы убедиться, что он не упустит такой детали на его ярких ногтях. Эндрю посмотрел на белую лапку и снова перевел свой взгляд на восторженное лицо Нила. На его лице застыла большая, счастливая улыбка, и уже не в первый раз Эндрю задумался: как? Как Нил все еще мог улыбаться? Как он мог улыбаться после всего того, через что он прошел? Он прошел через большее, чем кто-либо должен был проходить, и тем не менее. Улыбка на его лице была такой яркой, как будто мир не забрал у этой улыбки абсолютно все. Её невинность, её мечты, её счастье. И он все еще забирал. Нет, жизнь никогда не могла быть удовлетворена тем, что она уже забрала, ей нужно было оставить от них пустую оболочку того, чем они когда-то были. Они были такими разными, подумал Эндрю. Его тело было гнилым до глубины души, как и его кровь, его легкие и его сердце. Нил, несмотря на то, через что он прошел, был всем, чем Эндрю не был. Он был всем, чем Эндрю никогда не смог бы быть. Таков был Нил. Его голубые глаза цвета льда буквально сверкали, когда он посмотрел на Эндрю, веснушки были рассеяны по его красивому лицу, а его улыбка была доброй и открытой. Эндрю почувствовал покалывание в горле, и его охватила непреодолимая потребность откашляться. Он начал кашлять, поднял свою руку, чтобы прикрыть рот, и на секунду он буквально не мог дышать, пока не почувствовал знакомый привкус железа во рту. Затем он снова начал кашлять. Эндрю подавил следующий кашель и сделал пару глубоких вдохов. —Эндрю? — услышал он обеспокоенный голос Нила справа от себя и начал кашлять снова. Он повернул свою голову в другую сторону и посмотрел на свою руку. На ней была пара капель крови и что-то, что выглядело как... семена? Что за хуйня. —Эндрю? — спросил Нил сзади. —С тобой все хорошо? Он рассеянно кивнул. — Я принесу тебе стакан воды, — Нил встал, но не покинул Эндрю, пока он не кивнул еще раз. Как только дверь за ним закрылась, последовал еще один приступ кашля. Он заставил себя перестать кашлять и снова посмотрел на свою руку. Было еще больше крови и еще больше этих семян. Эндрю некоторое время пристально рассматривал свою руку и затем вытер ее о свои черные джинсы. Вскоре вернулся Нил с двумя бутылками воды, которые он протянул Эндрю. Он сохранял тишину, пока Эндрю опустошал первую бутылку, которая помогла ему почувствовать себя немного лучше. — Как ты себя чувствуешь? Эндрю закатил глаза. — Это просто приступ кашля. — Но это звучало серьезно. Возможно, тебе стоит поговорить с Эбби. — Я в порядке, — ответил он, зажигая сигарету. Ему наверное не следовало курить после того, что только что произошло, но, ох, почему бы и нет? — Это моя реплика, — саркастично надулся Нил. — Можешь забирать, я не хочу ее. Нил улыбнулся. —Ничего, я с тобой поделюсь. Эндрю снова почувствовал желание закашлять, но подавил его. Второй раз Второй раз произошел пару недель спустя, и он был наихудшим. Тренировка Лисов приходилась на раннее утро, и Эндрю её просто ненавидел, но все равно пошел на неё из-за громкого и надоедливого нытья Кевина. Так или иначе, это не значило, что он собирался участвовать, так что он просто уснул на скамье. Он проснулся, когда кто-то позвал его по имени. —Эндрю, — сказал Нил, все еще не касаясь его. Он никогда не касался его без разрешения. Эндрю бросил на него свирепый взгляд. —Что? Нил рассмеялся так, будто на часах было не семь утра. —Тренер попросил меня разбудить тебя. Давай же, мы бегаем несколько кругов по стадиону. —И что заставляет его думать, что ты можешь заставить меня сделать это? Нил пожал плечами. —Не знаю, я спросил его, но он просто вздохнул, как будто я тупой или что-то вроде того. —Ты тупой. —Спасибо, — Нил закатил глаза, — А сейчас, давай, пойдем побегаем вместе. Вместе, да? Эндрю проигнорировал свое сердце-которое-было-ещё-тупее-чем-Нил. —Что мне с этого будет? —Хмм, как насчет перспективы быть хорошим игроком в экси? Эндрю пристально на него посмотрел. —Ты думаешь, меня это заботит? Нил вздохнул. —Ты прав. Ты уже и так великолепный игрок в экси. Хорошо, если ты побегаешь с нами, я куплю тебе мороженое. Эндрю почувствовал знакомую нужду откашляться. Он начал яростно кашлять, и это было больно. Гораздо больнее, чем в первый раз. Это было слишком сухо, слишком горячо и слишком удушающе. Эндрю сел на скамье и начал кашлять в свою ладонь. Все наблюдали за ним. Когда приступ кашля не остановился, Нил подошел ближе, но Эндрю отмахнулся от него. —Иди, мне нужно в туалет, — сказал Эндрю, когда наконец смог что-то произнести, и ушел в туалет, чувствуя на себе взволнованный взгляд Нила. Эндрю буквально влетел в кабинку и закрыл за собой дверь. Он посмотрел на свою ладонь и обнаружил на ней маленькие окровавленные шелковистые лепестки цветов. Прежде чем он смог как-то на это отреагировать, его застал врасплох еще один приступ, и он закашлялся в сиденье унитаза. Он старался сохранять спокойствие, но это было трудно, когда изо рта текла кровь вместе с настоящими лепестками цветов. Он выкашлял оставшиеся лепестки, и его больше ничего не удерживало. Эндрю глубоко вдохнул, когда наконец понял, что мог снова дышать. Он испытывал адскую боль в горле и все еще чувствовал привкус крови во рту. Он сжал руки и, плотно закрыв глаза, стал проделывать глубокие вдохи на протяжении нескольких минут. Его разум захватило изображение Нила, наблюдающего за ним с беспокойством, и он выдохнул, затылком ударяясь о дверцу кабинки позади него. Эндрю имел некоторое смутное представление о том, что с ним происходило. Он не был идиотом, он мог проследить закономерность. Он смыл воду в туалете, оставив крышку открытой. Эндрю посмотрел в зеркало: его рот и подбородок были покрыты красным, его руки выглядели еще хуже. Крови было больше, чем несколько капель, как в тот первый раз. Он быстро вымыл руки и лицо и вышел из туалета. Нил ждал его в раздевалке, уже одетый в свою обычную одежду. Он встал, когда заметил приближение Эндрю. —Я поговорил с тренером, и он разрешил нам уйти с тренировки пораньше, —объяснил Нил прежде, чем Эндрю успел спросить. —Пойдем обратно в общежитие. Эндрю ничего не сказал ему в ответ и подошел к своему шкафчику, чтобы быстро переодеться в свою обычную одежду. Джостен протянул ему бутылку воды, когда Эндрю закончил переодеваться, и Нил выглядел так, будто хотел что-то сказать, но не стал. Они вышли из раздевалки, потом покинули стадион и направились в сторону к GS Эндрю. —Хочешь, я поведу? — спросил Нил. Эндрю отрицательно покачал головой и сел на водительское сиденье. Шесть минут спустя они достигли общежитий. Нил пошел на кухню, а Эндрю пошел в свою комнату, уселся на стол и зажег сигарету. Затем Эндрю открыл свой телефон и загуглил "Болезнь Ханахаки". То, что он нашел, вполне подтверждало его подозрения. Болезнь Ханахаки: болезнь, порожденная односторонней любовью, из-за которой больного тошнит лепестками цветов, и он выкашливает лепестки цветов, когда страдает от невзаимной любви. Инфекцию можно устранить с помощью хирургического вмешательства, но любые чувства больного исчезнут вместе с лепестками цветов. Эндрю думал, что он стоял на краю, но оказалось, что он уже падал. Влюблялся в Нила, если быть точным. В человека, который не был заинтересован. Каким же жалким он был. Эндрю цокнул и удалил историю поиска, отбрасывая телефон на кровать. Он докурил сигарету прежде, чем Нил вошел в комнату вместе с горячей кружкой в руках. —Я сделал тебе горячий шоколад, он поможет твоему больному горлу, — сказал Нил, протягивая ему горячую кружку. Эндрю взял кружку и сделал глоток. Шоколад обжигал горло, но это было лучше, чем привкус крови и лепестков, которые были там не более тридцати минут назад. —Как ты себя чувствуешь? —Лучше, — Эндрю собирался затянуться своей второй сигаретой, когда Нил ловко забрал ее из его руки. Эндрю закатил глаза и сделал еще один глоток горячего шоколада. Выпив половину кружки, Эндрю почувствовал еще один приступ кашля и направился в ванную. Красные лепестки и кровь были смыты в унитаз. Он сможет справиться с болью, подобное ему было не впервой. Но он не может говорить об этом Нилу, не может позволить узнать кому-либо еще. Если эта болезнь была причиной, что убьет его, да будет так, но он не позволит Нилу страдать вместе с ним. Он никогда не позволит Нилу узнать, что именно он был причиной тому, почему Эндрю проходил через эту боль, и что он ничего не мог с этим поделать. Нил может быть благодарным Эндрю за то, что он спас его от предыдущей жизни, и, возможно, поэтому он так прицепился к Эндрю. Но это была лишь она. Благодарность. Ничего больше, ничего меньше. Эндрю не будет таким, как они. Он не позволит этой тупой болезни позволить Эндрю стать таким. Так или иначе, все было так, как и должно было быть. Нил выздоравливал, он не ненавидел эту жизнь, в отличие от Эндрю. В Лисах он видел свою семью, в отличие от Эндрю, который видел в них людей, которые потенциально могли причинить боль ему или тем людям, о которых он заботился. Впереди Нила ждала целая жизнь, жизнь более ароматная, чем лепестки, сгнивающие у Эндрю в груди. Эндрю не мог найти в себе силы раскрыться. Он был воспитан на грубости. Жестокости. Иногда Нил вытаскивал из него правду, но действительно ли он заслуживал эту? Нет. Будет гораздо легче скрыть это. Он скрывал и худшее, испытывал худшее. Он резко вдохнул, когда его настиг еще один приступ кашля. Эндрю вырвало красным, и он подавился лепестками цветов. Когда он успокоился, он посмотрел вниз. Все, о чем он смог думать, - это горячий шоколад, которым его вырвало. Что за уебанская растрата. Эндрю вымыл руки, почистил зубы и вышел из ванной. Третий раз В третий раз Эндрю был уже готов. Фанаты Воронов разбили им машины, после того как Нил открыл свой нахальный рот. И у Эндрю, в отличие от остальных Лисов, не было денег, чтобы починить свою машину. Она была в худшей форме, чем у остальных. Той ночью Нил нашел его на крыше. Эндрю курил и смотрел вниз на разгромленную автостоянку. Его семья взяла машину в аренду на то время, пока они не найдут деньги, чтобы купить другую. Нил стоял около входной двери на крышу, и Эндрю буквально мог слышать, как он думает, мог чувствовать его нервозную энергию, и это порядком надоедало. —Прекрати. Нил сделал несколько шагов в сторону Эндрю, все еще сохраняя дистанцию. —Я... — Не надо. Я не хочу слышать твои извинения. —Я не собирался извиняться. Мне не жаль, что я сказал то, что сказал. Я просто... что ж, я думал... —Нил замолчал. Эндрю продолжал смотреть перед собой, снова затягиваясь сигаретой и давая Нилу некоторое время, чтобы он смог сформулировать то, что у него на уме. —Давай заключим сделку. Эндрю наконец перевел свой взгляд на Нила, который серьезно смотрел на него в ответ. Эндрю поднял бровь, сохраняя молчание. —Тебе нужна машина, у меня есть деньги... —Твоя благотворительность мне тоже не нужна, — нахмурился Эндрю. —Просто выслушай меня, — строго посмотрел на него Нил и выдохнул. —Технически, это деньги Морияма, которые моя мама украла, когда мы сбежали в первый раз. Они должны были пойти на мою новую личность, но благодаря тебе, мне не нужна другая ложная личность. Они мне ни к чему. Эндрю сохранял тишину. Выбросив докуренную сигарету, он зажег еще одну, просто чтобы занять руки. То, что сказал Нил, имело смысл, но... —И что ты хочешь взамен? —Разве то, что ты позволил мне остаться и иметь настоящую жизнь - недостаточно? — сказал Нил и присел рядом с ним, перевесив ноги через край. Сердце Эндрю забилось быстрее, но не из-за высоты. Он подавил нужду откашляться. —Это была наша первая сделка. Тебе нужно попросить что-то еще. Нил промычал. —У меня было предчувствие, что ты скажешь что-то подобное. Я хочу... я хочу, чтобы ты перестал закидываться крекерной пылью. Тебе ни к чему еще одна зависимость. Эндрю был готов к приступу в этот раз, но это не значит, что он не застал его врасплох, или что он не причинял ему боль. Его горло горело, но он проглатывал слюну, подавляя приступ кашля, сглаживая дискомфорт, пока Нил смотрел на него. Он лишь кивнул, направив всю свою силу воли на то, чтобы Нил не узнал. —Отлично, завтра я принесу тебе деньги, — улыбнулся Нил. Эндрю встал, оставив свои сигареты и зажигалку, и покинул крышу. Затем он быстро пробежал вниз по лестнице в свое общежитие, захлопывая за собой дверь. Он промчался в сторону ванной и согнулся около унитаза, не сдерживая больше сильного кашля. Он выкашливал знакомые лепестки малинового цвета, которые теперь стали больше по размеру. У цветков появились шипы. Эндрю хрипел. Это было намного хуже, чем в предыдущие разы. Это становилось все хуже и хуже. Он чувствовал, как его легкие сжимались, как ему становилось трудно дышать. В его висках стучал пульс, и его грудь болела. Даже в глазах у него жгло, и он был готов поспорить, что они были красными. Черт. —Эндрю? — послышался голос Кевина из дверного проема ванной. —Что за... Что за хуйня? Эндрю простонал. Он даже не закрыл чертову дверь. —Уходи, — его голос звучал рваным и хриплым. Кевин был в ужасе, когда Эндрю бросил на него свой свирепый взгляд. —Ты... истекаешь кровью...Эндрю...— задохнулся Кевин. —Да что ты, Шерлок? —Эндрю сделал глубокий вдох и облокотился на ванную. Такой поворот событий был не в его планах, но он знал, что Кевин ничего не скажет, если Эндрю его попросит. Кевин обвел взглядом ванную, которая была в красных лепестках. Он посмотрел в красные глаза Эндрю. Все вокруг было красного цвета. —Ты болен. У тебя Ханахаки, не так ли? О боже, Эндрю! Это... Кто это? Эндрю проигнорировал его. Теперь его голова болела еще больше благодаря визгу Кевина. —Это Нил, не так ли? —спросил Кевин и продолжил, когда Эндрю не ответил. —Твою мать. Черт возьми, Эндрю! Ты осознаешь, что умираешь, да? —Ты обеспокоен, что я больше не смогу гонять ракеткой мячики по полю? —Что? Как ты можешь такое говорить? — закричал Кевин. — Это не все! Боже... Кевин вышел из ванной, и Эндрю расслабился. Наконец-то. Вероятно, он ушел напиваться до потери памяти. Эндрю поднял свое тело и смыл воду. Он посмотрел на себя в зеркало. Он выглядел отвратительно. Что ж, вернее, отвратительнее, чем обычно. Мешки под глазами были темнее, чем когда-либо, а его лицо было красным. Эндрю устал. И ему казалось, что его горло и грудь разрывали и сжигали изнутри. Эндрю быстро принял душ, затем сделал себе горячий шоколад, взял из морозилки мороженое, которое ему купил Нил, и сел на кресло-мешок. Через десять минут из своей комнаты вышел Кевин с бутылкой водки в руках. —Ты идиот. Эндрю рассмеялся. — То, что ты пьешь, чтобы набраться смелости, - не впечатляет. —Ты должен сказать Нилу, — проигнорировал Кевин его провокации. — Оу? — с издевкой сказал Эндрю. — Я думал, играть в экси легче без гомосексуальности? —У тебя вообще не будет карьеры, если ты умрешь, — Кевин бросил на него свирепый взгляд. Эндрю проигнорировал его и продолжил есть свое мороженое, которое хоть как-то облегчало боль в горле. —Если ты не хочешь ему говорить, просто сделай операцию. Тебе нечего терять. Эндрю фыркнул. Он и так знал об операции. Они бы удалили лепестки цветов из его тела и разума, а взамен он бы лишился способности чувствовать. Кто-то вроде Кевина спросил бы: "И что?". Эндрю ведь и так был бессердечным монстром, не так ли? Но зачем ему делать эту идиотскую операцию? Зачем ему намеренно терять чувства, когда он так отчаянно ищет то, что позволит ему чувствовать? Такие вещи, как стоять на крыше, или играть в экси. Или ходить к Би по средам. —Заткнись, Дэй, — прорычал Эндрю. —Это останется между нами, или я вырву тебе язык. Следующим утром Нил протянул ему пару сотен тысяч долларов, будто бы это не имело никакого значения. Эндрю давился алыми лепестками, пока никто не смотрел в его сторону. Четвертый раз Четвертый раз обернулся для него неожиданным шоком. Группа Эндрю заехала в Иденс Твайлайт после их победной игры, и все веселились и танцевали после некоторого спора из-за решения Эндрю перестать закидываться крекерной пылью. Эндрю и Нил, однако, молча сидели за их столом. Эндрю пил виски, а Нил пил что-то безалкогольное. Когда Кевин вернулся к столу в поисках выпивки, Эндрю встал и потряс пачкой сигарет перед лицом Нила в знак приглашения, а затем направился к задней части клуба. Он вышел из задней двери, откинулся на стену и закурил. Вскоре пришел Нил, который тоже закурил и прислонился к стене рядом с Эндрю. Некоторое время они могли слышать лишь слабые звуки музыки, доносящиеся из клуба, пока Нил не нарушил тишину. —Ты был потрясающим сегодня. Мы бы не выиграли без тебя. Эндрю сжал свою сигарету. —Заткнись. — Это правда. —Я тебя ненавижу, — сказал Эндрю, отдаляясь от Нила дальше в переулок, на случай, если его настигнет очередной приступ кашля. —Правда ли это? — промурлыкал Нил. —Да, — почти прошипел Эндрю. —Теперь заткнись. Тогда Нил наконец заткнулся, но он не выглядел так, будто хотя бы немного верил Эндрю. К счастью для Эндрю, покалывание в горле было всем, что его настигло тогда. Процесс его концентрирования на том, чтобы не кашлять, был прерван, когда в переулке появилось двое смеющихся и явно пьяных в хлам парней. Эндрю медленно пошел обратно к Нилу, который рассматривал парней с осторожностью. —Эй, не так ли... вы двое - Джостен и Миниярд из Лисов, не так ли? —сказал один из них, удивив Эндрю тем, как трезво звучал его голос. Он быстро встал перед Нилом, нащупывая рукой края своих повязок. Просто на всякий случай. —Что вам надо? — свирепо посмотрел на них Эндрю. Эти двое были совсем не похожи на двух пьяниц. —Мы смотрели вашу игру сегодня вечером, — сказал другой. — Вам повезло, но Король обязательно вас сокрушит. —Так вы сумасшедшие фанаты птичек? — рассмеялся Нил. Они нахмурились. —Ты пожалеешь, что сказал это, урод. Прежде чем Эндрю успел что-либо сказать, двое других мужчин подошли с другой стороны переулка и встали перед Нилом. Четверо против двоих. У Эндрю не осталось больше времени думать, когда первый парень направил свой кулак ему в лицо. Эндрю умело увернулся от удара, ножи сверкнули в его руках, готовые принять бой. Нилу достались остальные двое. Эндрю собирался пойти к нему, но в тот момент другой парень налетел на него. Эндрю ударил ножом по лицу более крупного парня, тот направил свою руку к окровавленному лицу и закричал. Эндрю, воспользовавшись замешательством первого парня, ударил его в живот. Крик Нила оторвал его от ударов, и Эндрю быстро побежал к нему. Похоже, один из мужчин использовал разбитую бутылку, чтобы причинить Нилу боль. Эндрю увидел кровь, сжал нож в руке и ударил им парня в плечо. К концу драки Эндрю и Нил почти задыхались. Нил держал свою раненую окровавленную левую руку у груди, Эндрю получил такое же ранение на правом запястье. Остальные четверо были в гораздо худшем состоянии. —Пойдем, — выдохнул Нил. Эндрю подошел к нему ближе. —Как сильно ты ранен? —Просто маленький порез. Давай уйдем отсюда, прежде чем приедет полиция, — Нил выглядел отчаянным. Эндрю кивнул. —Я позвоню остальным и скажу, что мы уходим. Они прошли по переулку на парковку к новому Мазерати Эндрю. Нил забрался на пассажирское сиденье, и Эндрю поехал в сторону их дома в Колумбии. Дорога заняла у них около десяти минут, и они быстро вошли в дом. Эндрю направился в свою ванную, чтобы достать аптечку, и, когда он вернулся на кухню, Нил промывал свой не-просто-маленький-порез под проточной водой. —Садись на стул, —приказал ему Эндрю. Нил сел и показал ему свою левую ладонь. К счастью, рана не выглядела достаточно серьезной, чтобы понадобились швы, но ее нужно было промыть. Эндрю подтолкнул его и наклонился вперед. Его пальцы расположились на внутренней стороне запястья Нила, там, где стучал его пульс. Когда Эндрю поднял голову, глаза Нила мгновенно проследили движение. Его зрачки были расширены, губы слегка приоткрыты, его дыхание было ровным. В комнате было слишком тихо, слишком спокойно. Он мог чувствовать, как пульс Нила трепетал под его пальцами. Это из-за адреналина, сказал себе Эндрю. Эндрю отклонился назад. Он посмотрел вниз, взял какой-то антисептик и равномерно распределил его по ране. Нил слегка зашипел, но в остальном не протестовал. —Моя рубашка теперь полностью испорчена, — надулся Нил, рассматривая свою серую рубашку, на которой теперь были кровавые пятна и дырки. —Ну и слава богу, — сказал Эндрю, промывая рану. В этот раз Нил настоял на том, чтобы самостоятельно выбрать себе одежду, и посмотрите, что из этого вышло. Это знак, Эндрю был уверен. Эндрю полез в аптечку, чтобы найти в ней марлю и бинты. Вскоре он закончил с раной Нила и встал. —Подожди, — Нил потянулся к правой руке Эндрю, но не коснулся ее. — У тебя тоже течет кровь. Эндрю посмотрел на свое запястье. Похоже, рана проходила от основания ладони и до повязок. —Можно? — его рука была близко к руке Эндрю, но все еще не касалась ее. Возможно, Эндрю и правда любил мучить себя, или, может быть, он хотел увидеть реакцию Нила. Возможно, ему было все равно. Но он кивнул. Он дал разрешение, осознавая, что его свежая рана и те раны, что были под повязками - разные виды ран. Свежая была следствием защиты Нила и самого себя. Другие раны были насилием иного рода, такого, который приносил ему что-то вроде облегчения. Эндрю сел на стул, его плечи были напряжены. —Да? —спросил Нил, все еще не прикасаясь к Эндрю. Ему нужно было четкое согласие. Цветки подступали к горлу Эндрю. Он сделал глубокий вдох, надеясь, что немного кислорода поможет отложить их наступление. Эндрю давно привык к играм со смертью. —Да. Нил улыбнулся, его пальцы нежно обхватили запястье Эндрю. Какая игра будет следующей? Опыт многих лет научил Нила быть профессионалом в этом деле, он приложил ватку к порезу Эндрю и сосредоточенно нахмурил брови. Было бы легче, если бы он снял повязки, но он этого не cделал. Эндрю выдохнул, почувствовав, как лепестки распускались в его легких. —Порез слишком длинный, — сказал Нил. Он посмотрел на Эндрю, спрашивая разрешение. —Можешь немного подвинуть повязку? Эндрю внимательно на него посмотрел. Он подумывал раскрыть Нилу правду о том, зачем он в действительности носил свои повязки, посмотреть на его реакцию. Отпугнуть его, и тогда, возможно, чувства Эндрю к нему угаснут. Доказать себе, что он никогда не будет здоровым. Доказать, что он был умирающим человеком, который не заслуживал Нила. —Да, —его сердце забилось быстрее, когда он вытащил ножи, положил их на стол и снял правую повязку. Они сохраняли тишину во время того, как Нил исправно делал свою работу, не останавливаясь на порезах слишком долго, чтобы пялиться. Он не трогал кожу Эндрю больше, чем это было необходимо. Он не трогал старые белые зажившие шрамы. Эндрю не верил в сожаление и не собирался начинать сейчас, но наблюдая за тем, как вел себя Нил, он начинал сомневаться, что его план сработал как надо. Нил быстро забинтовал руку, когда закончил с промыванием, и убрал свои руки. —Все. Ту ночь Эндрю провел в своей ванной за закрытой дверью, выплевывая красные окровавленные лепестки, вспоминая улыбку Нила и то, как тот даже не упомянул его шрамы. Лепестки были больше, чем когда-либо, цветы полностью распустились. В его груди, точнее, в легких, было теснее с каждым проделанным вдохом. Он мог чувствовать, как лозы обвивали его легкие. Это становилось по-настоящему опасным для жизни, и Эндрю знал, что у него осталось мало времени. Той ночью Эндрю не спал, и на следующий день он ни с кем не разговаривал. Пятый раз В пятый раз Эндрю не помнил, как это случилось. В комнате раздавался тихий звуковой сигнал, и Эндрю медленно открыл глаза, чувствуя себя вялым и измученным. Тупая боль пронзила его голову, и он застонал. Что блять произошло? —Эндрю! — голос Нила вытащил его из собственных размышлений. Джостен стоял рядом с кроватью, на которой лежал Эндрю. Он посмотрел на Нила. Нил выглядел обеспокоенным, он выглядел напуганным, его глаза были красными. Эндрю ненавидел видеть его таким. —Что... — он прервал свою речь. Ему казалось, что его горло было исцарапано до крови. Было чертовски больно. Нил поморщился и подошел к тумбочке, чтобы принести ему бутылку воды. —Вот, — сказал он, открыв бутылку и положив в нее трубочку, чтобы было легче пить. Эндрю медленно пил теплую воду, которая помогала тушить огонь, горящий у него в горле. —Ты упал в обморок во время тренировки, — сказал Нил, когда Эндрю оторвался от трубочки, его голос был нежным. Его брови были нахмурены, и Эндрю хотелось дотянуться до них рукой и разгладить. —Ты не очнулся, и мы решили, что будет лучше, если привести тебя сюда. Эндрю осмотрел комнату и понял, что она была знакомой. Похоже, они были в кабинете Эбби внутри стадиона. Он лежал на кровати с белыми простынями. Он сделал еще один глоток воды и вздохнул. —Как долго я был без сознания? — его голос все еще звучал хрипло, но гораздо лучше, чем когда он попытался заговорить в первый раз. —Почти два часа, — Нил поставил пустую бутылку на стол. —Все так волновались, —”я так волновался” повисло в воздухе. —Что произошло? —Ты начал кашлять кровью и отключился, — сказал Нил. —Кевин был такой задницей, он не позволял никому помогать тебе. Он перенес тебя сюда и не впускал меня в течение пяти минут. Ох, вы только посмотрите на это. Кажется, Кевин не хотел, чтобы команда и, в частности, Нил узнали, что он кашлял цветами. Что у него была Ханахаки. Эндрю не собирался благодарить его, но, может быть, в следующий раз, когда Дэй попросит отвезти его на стадион, он не будет жаловаться. Особо жаловаться. —Как ты себя чувствуешь? —спросил Нил. —Как будто меня переехал поезд, но я чудом выжил, только чтобы меня тут же сбил автобус. Лицо Нила скривилось. —Мне следует пойти и позвать Эбби, — сказал он, но остался стоять у кровати. Он покусывал свою нижнюю губу, а его руки нервно хватались за белую простыню. Эндрю продолжал смотреть на его хмурое сморщенное лицо. Боже, он так хотел разгладить эти линии. Рука Нила дернулась возле руки Эндрю. —Я хочу подержать тебя за руку, да или нет? Эндрю молчал. Он ожидал не этого. —Забудь, я пойду... найду Эбби, — сказал Нил и развернулся, но рука Эндрю потянулась к нему на автомате, и он переплел их пальцы. Они замерли, и казалось, что время замерло вместе с ними. Сердце Эндрю колотилось с утроенной силой, но он продолжал пялиться на Нила. Его кожу жгло в том месте, где кончики пальцев Нила соприкасались с его собственными. Он мог видеть каждый вдох Нила, тени, падающие на его красивое лицо, трепет ресниц, касающихся его мягких щек. Что-то вырывалось из груди Эндрю. Что-то острое пыталось вскарабкаться вверх по его горлу, вырваться наружу. Он выпустил запястье Нила и начал кашлять. Малиновые лепестки, сопровождаемые каплями крови, вырывались из его рта и кровью стекали с его ладоней, окрашивая ранее белые простыни. Нил чуть не поскользнулся, когда сорвался к двери, выкрикивая имя Эбби. Эндрю плотно закрыл глаза, пытаясь изгнать яд, отравляющий его легкие. Ему казалось, что он тонет, но рука, которую ранее держал Нил, была все еще теплой. Что бы подумал Нил, если бы узнал, что именно он был причиной того, почему Эндрю был в таком состоянии? Как он мог сказать этому непонимающему идиоту, какую власть тот имел над ним? Еще несколько секунд в комнате стояла мертвая тишина, пока не вошла Эбби. На ее лице был явно отражен весь стресс, который она постоянно испытывала из-за Лисов. —Слава богу ты не спишь, Эндрю! — воскликнула она. —Все так за тебя волновались. Особенно Аарон и Нил, — Эндрю промычал, чтобы показать, что он слушает, и она продолжила. — Кевин рассказал мне о твоей... ситуации. Ему пришлось. Но он сказал только мне...Эндрю... Эндрю ненавидел ее жалостливый голос, но он знал, что она имела ввиду. —Тогда давайте оставим все как есть. —Хорошо... — продолжила медсестра, — Но как давно у тебя эти симптомы? С начала этого года. —Возможно, несколько недель. Они оба знали, что это очевидная ложь. Так или иначе, цветы уже расцвели. —Эндрю...Это не выглядит так, будто бы прошло несколько недель, — она указала на лепестки на его ладонях. Эндрю молчал. Эбби вздохнула. —Эндрю, болезнь Ханахаки может убить тебя, если ничего не делать. Я уверена, что ты знаешь это, и смотря на то, как выглядят эти лепестки, у тебя... У тебя осталось мало времени. Эндрю уже и так это знал. —Кто бы это ни был, — продолжила она, — Ты должен рассказать ему или ей как можно скорее. Эндрю приподнялся, ему было достаточно. Она не трогала его, но попыталась остановить, когда он подошел к мусорке, выкинул лепестки и направился в сторону двери. Прежде чем он мог уйти, в комнату вошла Рене. —Я хочу поговорить с тобой. —Ну мы не всегда получаем то, что хотим, не так ли? — горечь вырвалась из него прежде, чем он смог себя остановить. Рене посмотрела на Эбби. —Могу я поговорить с Эндрю, пожалуйста? Эндрю ухмыльнулся без особого энтузиазма и подошел к окну, когда Эбби оставила их наедине. Как только дверь за ней закрылась, глаза Рене потемнели. —Ты должен сказать Нилу правду. —Кто сказал? — ответил он с крайне скучающим видом. —Думаю, ты будешь удивлен результатом, Эндрю, — продолжила она, сложив руки перед собой. Эндрю фыркнул. —Из какой сказки ты это украла? —Очевидно, Нил чувствует к тебе то же самое, — как всегда проигнорировала его удар Рене. —Знает он это или нет. —Очевидно, Нил чувствует преувеличенную форму благодарности, — сказал он и тут же продолжил, прежде чем Рене могла ответить. —В его глазах я - человек, который спас его от предыдущей жалкой жизни, первый человек, который проявил к нему"доброту", если это можно так назвать. —Это неправда, и ты это знаешь. Причина, по которой ты не признаешься Нилу в чувствах, состоит в том, что ты не думаешь, что заслуживаешь счастья. Ты не думаешь, что заслуживаешь Нила, думаешь, что причинишь ему боль, — сказала Рене уверенно, но все еще нежно. —Я твой друг, Эндрю. И я знаю, что именно так ты и думаешь, но ты заслуживаешь счастья. Все его заслуживают. Эндрю свирепо посмотрел на нее и попытался найти свои сигареты. Похоже, они остались с его одеждой. Дерьмо. Будь проклята Рене за то, что знает его лучше, чем кто-либо другой. Будь проклят Нил за то, что он был ничего не осознающим идиотом. Будь он проклят за то, что Эндрю в него влюбился, когда поклялся никогда этого не делать. —Как его счастье связано с этим? —Эндрю посмотрел в окно. Солнце начинало заходить за горизонт. —И ты называешь Нила ничего не осознающим идиотом, — она покачала головой. —И что это значит? — хмуро посмотрел на нее Эндрю. —Ты умный, ты сам это поймешь. Просто скажи Нилу правду, он этого заслуживает. Как могла Рене настаивать, что Нил этого заслуживал? Заслуживал кого-то вроде Эндрю? Эндрю должен был отнестись к Нилу как к пешке, чтобы спасти свою собственную жизнь? Нет, он не будет таким, как они. —Знаешь, —сказала она, будто бы она могла сказать обо всем, что творилось в его голове. Возможно, она и правда могла. На ее лице сохранялась жесткость, такое выражение лица, которое присутствовало у нее только тогда, когда кому-то из членов ее семьи или друзей причиняли боль. — Ты делаешь больно и ему тоже. Но он не умрет, в отличие от тебя. И ты оставишь его одного. Эндрю сжал свои трясущиеся руки. —Он переживет. Рене позволила ему уйти. Эндрю пошел в раздевалку, чтобы переодеться в свою одежду. Видимо, все уже вернулись в общежитие. Эндрю положил руку себе на грудь и почувствовал свое нестабильное дыхание. В его легких был яд, и он был там благодаря тому единственному человеку, который заставил его чувствовать хоть что-то. Он хотел засмеяться от ироничности ситуации. Однако, он не засмеялся, и он не был уверен, что все еще был способен делать это искренне. Переодевшись, Эндрю вышел на улицу. Он играл со своими ключами и думал, что его банда уже вернулась в общежитие со старшекурсниками. Он был один. Или нет. На улице, облокотившись на Мазерати, стоял Нил. Они пялились друг на друга в тишине в течение нескольких минут. Его темно-рыжие волосы и одежда развевались по ветру. Его губы были сжаты в одну тонкую линию, брови были нахмурены. Его взгляд был жестким. Видимо, Эбби что-то таки сказала ему. Свет заходящего солнца освещал профиль Нила, заставляя его выглядеть еще более недосягаемым, чем когда-либо. Эндрю закатил глаза, слушая собственные мысли, и подошел к машине и к Нилу. —Сколько? — почти прошептал Нил, когда Эндрю встал достаточно близко. Его голос дрогнул, а его руки были сжаты в кулаки и расположены по бокам. —Эбби не сказала тебе? Челюсти Нила сжались. —Она не сказала мне, что не так, только то, что т-тебе... скорее всего осталось не так много ж-жить. Эндрю посмотрел на Нила. Его глаза были ярче, чем обычно, и он был разгневан. —Почему ты ничего не сказал? — повысил голос Нил. — Как ты мог быть настолько, блять, тупым? Эндрю прищурился, но позволил Нилу выплеснуть свое разочарование и зажег сигарету. Через секунду Нил выхватил ее из рук Эндрю. Нил наступил на нее так, будто бы она убила его семью. —Это из-за курения? — Нил также выхватил пачку, когда Эндрю достал ее из кармана. —Я просто куплю еще одну, — сказал Эндрю и прислонился к машине. —И я продолжу их уничтожать! —Нил встал прямо перед Эндрю, его глаза были наполнены слезами. Эндрю не был готов. —Почему...почему ты продолжаешь покупать их, если они тебя убивают? Эндрю вспомнил, что ему сказала Рене. Скажет ли он Нилу правду или даст ему поверить в то, что курение было причиной? Он медленно выдохнул, пытаясь успокоить свое сердцебиение. —Что? Я даже не могу решить, когда мне умереть? —Эндрю притворился, что был раздражен. —Кроме того, уже невозможно излечиться на этой стадии. —Но я не хочу, чтобы ты умирал! — теперь Нил кричал, слезы текли по его щекам. Эндрю моргнул. Конечно, он знал это, конечно, он знал, что будет больно. И все же, это ударило его сильнее, чем он ожидал. —Я знаю, — ответил Эндрю. Он не знал, что еще сказать. Может быть, он мог сказать "я люблю тебя" или "я оставлю тебя, потому что так суждено. таков я, но ты и так это знал" Руки Нила теперь тряслись, он сделал еще несколько шагов к Эндрю. Он остановился прямо перед ним, запуская свои руки в его худи. Нил был так близко. Эндрю выдохнул, пытаясь прочитать мрачное выражение лица Нила. Затем он развернулся, поднимая свою руку, чтобы прикрыть рот, кашель разрывал его тело. Руки Нила не ослабили хватку. Он продолжал держаться за Эндрю. Рука Нила потянулась к его спине, прикосновение Нила было нежным и так не похожим на то, к чему он привык. Даже сейчас, когда Нил весь дрожал от гнева и боли, которые были вызваны им самим. Эндрю правда не заслуживал этого. Лепестки стекали с его пальцев. Ветер унес некоторые из них. Нил не смотрел на них. Он полностью игнорировал их существование, его взгляд был сосредоточен на Эндрю. От его серьезного взгляда дыхание Эндрю снова стало хриплым. —Отойди от меня, Джостен. Ты же не хочешь тоже заразиться, ведь тогда ты не сможешь играть в свой прекрасный экси... —Мне плевать, если я заражусь, пока тебе плевать, если ты умрешь. Эндрю бросил на него свирепый взгляд, но ничего не сказал. —Твоя семья будет полностью разрушена, если тебя не будет, чтобы приглядывать за их спинами, — сказал Нил, его хватка ослабла, но он все еще держал свои руки напротив груди Эндрю. Прямо рядом с его безумным сердцем. Нил переплел их пальцы и продолжил. —И потому... потому что я эгоист, я не хочу, чтобы ты умирал. Даже если ты уже решил иначе. Все, что Эндрю мог слышать, - дыхание Нила, его нежный голос, который повторял эти слова в голове Эндрю снова и снова. Нет. Это была преувеличенная форма благодарности, преданности, слабо сказал себе Эндрю. Но он мог сказать, что уже переставал верить в это. —Эндрю, я лю... Эндрю резко прикрыл его рот своей чистой ладонью. —Не надо. Не говори этого. Не лги мне. Нил нежно взял его за запястье и убрал ладонь со своего рта. —Я обещал тебе говорить только правду, верно? Что ж, я не лгу тебе сейчас. Эндрю сжал свою челюсть и отошел к стороне водительского сиденья. —Кто сказал тебе сказать это? Нил последовал за ним. —О чем ты? —Ты только думаешь, что чувствуешь так, — Эндрю развернулся и встретился с ним лицом. На мгновение Нил смутился, но затем он стал выглядеть еще злее, чем раньше. —Я знаю, что я чувствую, — выдохнул он. — Если ты не чувствуешь того же, то все в порядке. Эндрю уставился на него. Вау. Он действительно был идиотом. —Ты - несбыточная мечта. Я тебя ненавижу. Нил выглядел смущенным по поводу первой части, но он неохотно ответил на вторую. —Все... в порядке. Эндрю сжал свои зубы так сильно, что ему стало больно. Блять. Он взял руку Нила и прижал ее к своему пульсу. —Я. Ненавижу. Тебя. Его сердцебиение было неистовым. Рот Нила слегка приоткрылся. Даже он не мог быть настолько тупым, так? Это заняло у него какое-то мгновение. Солнце скрылось за горизонтом, оттенки оранжевого, желтого и фиолетового окрашивали темно-синее небо. Глаза Нила расширились. —Ох. Ох? —Это все, что ты можешь сказать? —Ты хочешь, чтобы я что-то сказал? Я думал, ты ненавидишь меня, — дразнил его Нил. — 90% времени я хочу тебя убить, — спокойно заявил Эндрю. —Что насчет остальных 10%? —Хватит быть умником. Нил улыбнулся, и Эндрю был очарован его губами. Эндрю облокотился на водительскую дверь. Нил был прямо перед ним. —Я хочу тебя поцеловать, да или нет? — спросил Эндрю. —Да, — быстро ответил Нил. —Всегда. —Не надо мне твоих "всегда". Эндрю положил свою руку на затылок Нила и притянул его вниз. Губы Нила парили над его губами. Эндрю сократил оставшееся расстояние между ними, они целовали друг друга крепко и уверенно. Губы Нила, что неудивительно, были такими же мягкими и шелковистыми, как и лепестки цветов, уничтожавшие легкие Эндрю. Он выбросил эту мысль из головы и продолжил целовать Нила, словно от этого зависела его жизнь. Иронично. Руки Нила потянулись вверх к голове Эндрю, но он не посмел прикоснуться. Та рука Эндрю, что была не занята, положила руку Нила на свою голову, как бы говоря "ты можешь трогать здесь". Тогда пальцы Нила осторожно и в то же время отчаянно схватились за пряди его волос, и он сделал тихий горловой звук, когда Эндрю нежно прикусил его нижнюю губу. Эндрю чувствовал, как его руки все еще слегка дрожали, но он только сильнее прижал одну из них к затылку Нила, а другой крепче взялся за его подбородок. Эндрю наклонил голову и нежно поцеловал Нила в уголок его рта. Наконец он немного отступил назад, его дыхание сбилось лишь слегка. У Нила, с другой стороны, рот был открыт шире, и он с видимым усилием пытался восстановить свое дыхание. Они смотрели друг на друга, их тела были так близко. Щеки Нила покраснели, и его вида было более чем достаточно, чтобы пульс Эндрю участился. Его сердцебиение стало неистовым, когда цветы снова пригрозили вырваться наружу. Мир вокруг становился красным... —Давай найдем лекарство, Эндрю. У меня есть деньги. Должно быть что-то, ты ведь курил всего-то...? Это не могло продолжаться так долго, тебе же всего двадцать лет! — со всей искренностью воскликнул Нил. Его пальцы были все еще погружены в светлые волосы Эндрю, и он неосознанно и нежно поглаживал его голову. ...но ничего не произошло. Вокруг было тихо, в небе почти не осталось солнечного света. Перед Эндрю стоял красивый, хотя и немного тупой парень. Эндрю закатил глаза, аккуратно вырвался из успокаивающих рук Нила и забрался на водительское сиденье. Нил бросил на него сердитый взгляд через окно, затем обошел машину и сел на пассажирское сиденье, все еще хмурясь. — Хорошо, тогда я сам найду его, — фыркнул он, слегка надув губы. Эндрю не стал поправлять идиота, просто завел машину и переплел их пальцы на коробке передач. Улыбка Нила, которую он старался демонстративно игнорировать, была яркой и довольной. Ему следовало купить Рене какую-нибудь краску для волос в качестве благодарности. И, возможно, какой-нибудь отвратительный зеленый смузи для Кевина. Эпилог. Эндрю всегда знал, что он умрет в мучениях. В конце концов, это ведь была его жизнь, так почему же ей не позволить себе быть безжалостной в этот самый последний раз? С чего она должна пощадить его в эти последние месяцы его существования? Он думал, что его жизнь заберут ножи, или какой-нибудь садист из его прошлого. Но он никогда не думал, что покинет этот мир таким образом. Что его застрелят, и он останется лежать посреди леса, слушая, как Лисы кричали друг на друга где-то вдалеке. И, конечно, это должно было случиться из-за него. Единственного человека, которого он иметь не мог. Нет, это была вина самого Эндрю. Он должен был знать, что нельзя оставаться одному без прикрытия. Как глупо с его стороны было падать, когда он так сильно боялся высоты и последствий, которые неизбежно придут. Жизнь была жестокой и несправедливой. Но опять же, он уже и так это знал. —Эндрю! — крикнул Аарон справа от него. Он держал маркер для пейнтбола в своих руках, стреляя в другую часть леса, где команда старшекурсников и Нила стреляли в ответ. — Хватит уже быть королевой драмы, возвращайся в игру. Слева от него подбежали Никки и Кевин, Рене прикрывала их спины. Они тоже начали стрелять в другую команду. —Нет! Эндрю мертв, причем благодаря своему собственному парню! Мы отомстим за тебя! —Вы никогда не получите моего сына! —прокричал Мэтт, драматично прикрывая тело Нила, которое и так было в броне, своим собственным. —Нил, иди без меня! Эндрю поднялся на ноги, и его группа скрылась за деревьями со своей стороны, в то время как другая группа сделала то же самое со своей. Нил играл в команде старшекурсников, а Рене играла с бандой Эндрю, и, неудивительно, но Нил оказался лучшим из них, хотя это был его первый раз. Через несколько минут Эндрю отделился от своей команды и стал рассматривать вариант: просто оставить их и пойти за мороженым. Тогда он услышал, как кто-то выругался. —Ох, давай же, — Нил посмотрел на свой маркер так, будто он предал его. Шанс Эндрю для мести. Он спокойно подошел к Нилу и направил на него свой маркер. —Наконец-то мы встретились, — сказал он в чрезвычайно скучающей манере. Нил вскинул голову, чтобы посмотреть на Эндрю, и направил на него свое оружие. —Ой, Эндрю. Прости, что стрелял в тебя. Но в свою защиту скажу, что ты собирался стрелять в Мэтта, поэтому мне пришлось вмешаться. Но я ведь застрелил тебя в ногу, так что ты не мертв! —Это то, что ты себе говоришь, чтобы лучше спать по ночам? —промурлыкал он в ответ. Он внимательно осмотрел оружие Нила, которое выглядело совсем так, как будто у него закончились пули. — В какую же неудачную ситуацию ты попал. Эндрю стал приближаться к Нилу, все еще направляя на него свой маркер, и Нил медленно отступал. Они шли, пока спина Нила не врезалась в дерево. —Ты не убьешь меня, — сказал Нил, выглядя весьма самодовольным. —Твое поведение тебя убьет. —Итак, что же ты хочешь за то, чтобы отпустить меня? — спросил он, улыбаясь. Эндрю притворился, что думает, приближаясь к Нилу, пока их лица не разделяла всего пара сантиметров. —Мороженое. —Хорошо, — рассмеялся Нил и затаил дыхание, —Есть что-то еще? Эндрю провел пальцем по его губе. —Да или нет? —Да. Всегда. Эндрю не стал комментировать последнюю часть, просто сократил дистанцию между ними, целуя его так же, как и в первый раз: сначала грубовато и требовательно, потом мягко и нежно. Когда Эндрю отстранился, Нил потянулся за еще одним поцелуем, и Эндрю позволил ему получить желаемое. Тепло расцвело в груди Эндрю, распространяясь до кончиков его пальцев. Он ожидал грубого кашля, но тот так и не пришел. Он никогда не кашлял в последнее время. В его горле не было шипов, не было боли. Было только незнакомое приятное чувство. Эндрю внимательно рассматривал лицо Нила. Когда его глаза медленно открылись, он мягко улыбнулся, и его взгляд снова сосредоточился на Эндрю. Эндрю отстранился от Нила, опуская дуло своего маркера и, направляясь в сторону выхода из игровой зоны. —Ты должен мне пинту мороженого. —Мы не закончили игру, — сказал Нил, но последовал за ним. —Я хочу ее сейчас. —Полагаю, моя команда способна выиграть и без моей помощи, — промурлыкал Нил. Эндрю фыркнул, но ничего не ответил. Они покинули лес, переоделись в здании около игровой зоны и направились к машине Эндрю. Нил быстро отправил сообщение в групповой чат, уведомляя своих друзей, что они с Эндрю уехали. Затем он перевел взгляд на Эндрю, пялясь на него так, будто он мог достать звезду с неба. Эндрю зажег сигарету и затянулся, выдыхая дым в открытое окно. Другой рукой он мягко развернул лицо Нила в сторону его окна. —Не смотри на меня так. Нил драматично застонал. —Как? —Хватит быть умником. Нил только улыбнулся, бормоча себе под нос что-то вроде "какой требовательный", но все равно продолжил смотреть на Эндрю до того момента, как они доехали до места с мороженым. Эндрю больше не протестовал.