Сборник драбблов по флошке

      Высокие деревья оставляли под собой огромную прохладную тень. Люди прятались в ней, держа в руках корзинки с подношениями. Различная выпечка вкусно пахла, красивые свежие кусочки фруктов украшали сладкие десерты, ещё свежее мясо заботливо укутано в тонкую сухую ткань. Девушки и юноши, старые и молодые, громко радостно разговаривали, заглядываясь в небо.       Возвышаясь над высокими цветущими деревьями, плескаясь в лучах солнца, почти доставая до него красивыми шелковистыми кудрями, сидело божество. Оно опустилось перед людьми на колени, на нём была белоснежная лёгкая ткань, закрывающая светлую кожу. Божество смущённо улыбалось, разглядывая маленьких людей. — Вам не стоит этого делать, правда.       Люди, услышав приятный мелодичный голос божества, тут же закланялись к нему, громко повторили «Правда, правда!» И наперебой начали становиться друг за другом в очередь, с благоговением держа плетёнки в руках и пытаясь заглянуть божеству в лицо. Оно приятно улыбалось и освещало всех своей красотой, спокойствием и лаской.       Люди оставляли перед божеством корзинки. Оно легко наклоняло голову в ответ и принимало угощения. Большие яблоки, бананы, грейпфруты и гранаты выглядели ничтожно малыми в его руках. Божество пробовало что-то из корзинки и ласково гладило людей по головам и спинам. Те, светясь от счастья, забирали оставшиеся гостинцы и отходили в сторону, даруя возможность благословения и остальным в очереди.       Парень смотрел на божество и расплывался в улыбке. Оно грело его душу и сердце, и от одного взгляда на чужую смущённую улыбку хотелось петь и танцевать. Хотелось принести все самые сладкие и сочные фрукты мира, лишь бы божеству понравилось и оно было удовлетворено.       Божество никогда не злилось на них. Оно было нежно со всеми, даже с самыми непокорными, и защищало людей от нападков неизвестных монстров, что спускались с неба раз в несколько лет. Люди прятались по своим домикам в высоких деревьях, а через пару часов божество ласково звало их, говоря, что бояться нечего. Жители выползали из убежищ и наблюдали вновь чистое светлое небо и яркое солнце и понимали, что оно снова защитило их.       Божество никогда не просило ничего взамен. Оно отговаривало людей от даров и смущённо улыбалось от подобных приношений. Когда-то, давным-давно их предки хотели приносить в жертву животных и других жителей в качестве поклонения. Только тогда божество разозлилось, и пошёл солёный дождь. Люди поняли, какую ошибку они совершили, и больше никогда не пытались таким образом угодить.       Парень, прокручивая всё это в голове, восхищался божеством ещё сильнее каждый раз. «Оно очень нежное, но при этом умеет защищать», — снова и снова делал вывод он. Человек старался потакать этому образу у себя в голове: он научился драться, чтобы защищать слабых, и старался всегда вести себя достойно последователю своего божества. Одежда его всегда была чистая, он помогал всем людям вокруг и каждый день вспоминал милое лицо их лидера с благоговением и неизмеримым уважением. — Очень вкусно, спасибо вам большое.       Парень внимательно следил за тем как очередь двигалась, принося его с каждым шагом всё ближе к божеству. Он смотрел как оно любовно оглаживало тела людей и кланялось в ответ на поклоны. При мысли что и он удостоится внимания, он вновь расплылся в улыбке, не спуская глаз с божества. — О чём ты думаешь? — спросил его друг сзади. Они оба несли корзинки с фруктами. — Улыбаешься как дурак. — Я улыбаюсь из-за него, — кивнул на божество парень. — Понимаешь, Та, я очень сильно его люблю. Оно — наше божество. — Как можно любить божество? — усмехнулся Та. — Кей, ты совсем с ума сошёл? А если ему не нравятся такие мысли? — Какие, такие?.. — парень задумался над словами друга. — Эй! Ты совсем ебанулся? Божество всегда говорило: делайте что хотите, но с желанием добра себе и всем вокруг. Я желаю ему добро! — Даже если он заставит тебя делать что-нибудь? — Даже если ему захочется меня трахнуть, Та, — съязвил в ответ Кей. — Всё, чтобы божество было довольно.       Его друг махнул рукой и встал ровно, ожидая их очереди. Жители получали достаточно внимания и уходили, собираясь вокруг и наблюдая за другими.       Вскоре осталось совсем мало людей. С каждым шагом ближе Кей чувствовал, как его сердце начинает биться сильнее и чаще, он почувствовал как его щёки начинают краснеть и хочется отвести взгляд. Слова друга посеяли в его душе семя сомнений: а что если божеству будет противно от подобного внимания? Что если он разгневается на них и снова будет солёный дождь?       Когда подошла очередь, Кей выглядел как помидор. Вместо его обычных плавных, сильных движений получались какие-то нервные подёргивания, будто он снова первоклашка и пытается подарить кому-то, кто ему нравится, ромашки.       Он упал на колени, преклонил голову почти до земли и дрожащими руками протянул божеству корзину. В ней лежали огромные красные яблоки и большие свежесорванные груши, яркие сочные апельсины, которые он почистил и оставил на подложке. Всё оставшееся место в корзине он заполнил большими белоснежными ромашками и другими мелкими полевыми цветами. — Какие красивые цветы, — искренне умилилось божество. Оно подставило ладонь и Кей молча пялился на неё, пока Та не подтолкнул его вперёд. Парень аккуратно уселся на колени на ладонь и замер, когда божество поднесло его поближе к лицу. — Спасибо большое.       Он хотел что-то сказать, но в горле застрял ком. Кей молча рассматривал глаза божества вблизи: в них будто плескалось самое чистое и красивое море на планете. Они были голубые, с длинными светлыми ресницами. У божества очень красивый нос, брови и розовые губы. Кей, вновь убедившись в неземной красоте божества, от неловкости вновь поклонился. Он понял, что кожа такая же нежная, как лепестки цветов, когда распластался на ладони, и от этого знания даже его уши заалели.       Божество склонило голову в ответ, чуть не коснувшись его носом. Длинные светлые пальцы погладили Кея по голове и щеке, прошлись по его плечу. — Мне никогда не дарили цветов, а ромашки очень красивые.       Кей сделал себе пометку на всю жизнь: всегда украшать корзину ромашками. Нет, лучше приносить ещё одну, полную цветов! — Можно я оставлю всю корзину себе?       Парень не поверил своим ушам: почему божество спрашивает его о такой мелочи? — Конечно. Все корзины мира твои, божество.       Он хотел вновь поклониться, но оно остановило парня, положив палец второй руки на его грудь. Кей замер, чувствуя себя зайцем в ловушке, и понял, что совсем не против подобных ощущений. — Незачем кланяться каждый раз. Ты и так очень хорошо постарался.       Кей кивнул и буркнул про себя извинения, наблюдая как палец проходится вдоль его груди, а потом по спине. — Ты мне нравишься. Как тебя зовут?       Ему пришлось сглотнуть огромный ком, что застрял в пересохшем горле, прежде чем ответить: — Я К-кей. — Кей. Красивое имя.       От количества смущения парень уже не знал куда деваться. В итоге, поняв, что он сидит перед самим божеством, он набрался храбрости и улыбнулся. — Спасибо, божество.       Но оно, кажется, и не думало отставать. Оно рассматривало Кея, достаточно внимательно. — Кем ты работаешь, Кей? — Я охранник и охотник. — Это благородное дело.       Божество поставило его обратно на землю. Кей снова поклонился, потом вспомнил слова божества и извинился. И в конце концов, убежал и спрятался рядом за деревом. Он выглядывал из-за ствола, наблюдая, как божество принимает людей дальше, и даже пропустил момент когда друг подошёл к нему из-за спины. — О чём вы сюсюкались?       Парень подпрыгнул и чуть не ударил друга от неожиданности, но тот смог увернуться. — Та! Прояви уважение! Это божество, как оно может сюсюкаться? — А вот так: когда он говорил с тобой, то его голос не было слышно. А сейчас он говорит так же громко.       Парни замерли и прислушались: и правда, благодарности божества было слышно даже за деревом. — Н-не знаю. Ему понравились ромашки.       Та хитро улыбнулся: — И что, он за ромашки тебя каким-то избранным выбрал?       Кей замахнулся и с силой вдарил по плечу друга. — Идиот, замолчи.       Он отправил друга куда подальше и высунулся из-за ствола снова. Всё же в божестве было что-то кроме потусторонней привлекательности. Может быть то, как он ко всем снисходительно относится, или что он выглядит как точно такой же человек, просто в разы больше? Возможно ли такое, что божество могло испытывать симпатию в ответ? Что, увидев смущение и запинки Кея, оно решило ему соблаговолить? Даже если им будут пользоваться, в конце концов, это их божество, и он будет только рад отдать всего себя для каких только ему угодных целей.       Эта мысль так и засела у него в голове. Он наблюдал как люди закончились, вместе со всеми попрощался с божеством и насладился холодными искрами которые остались после него, когда он буквально растворился в воздухе. Одна из искр упала на щеку и это было похоже на касание его пальцев.       Весь день Кей ходил на ватных ногах. Всё тело как будто всё ещё трогали огромные пальцы, и было тепло. А когда он прикоснулся к лепесткам каких-то цветов, то они напомнили ему о ладонях божества. Теперь было ощущение, что божество есть везде, что оно находит Кея в любом предмете, действии или его собственной мысли.       Так и прошёл этот день. Он забрался по лестнице вокруг одного из стволов дерева в свой домик: он был построен на одной из громадных веток. Маленький, уютный и на высоком месте, чтобы можно было далеко глядеть.       Кей быстро прибрался, перекусил чем-то и стал стягивать с себя одежду перед тем как лечь в кровать, прежде чем он услышал тихий, но настойчивый стук в дверь. Парень насторожился: он не был похож ни на один из стуков его знакомых людей. Накинув обратно накидку, он с осторожностью приоткрыл дверь, выглядывая.       На него смотрело божество. Точнее, это был какой-то парень, который выглядел точь-в-точь как их божество. Кей с вытянувшимся от удивления лицом открыл дверь окончательно и пялился на незнакомца.       Лицо, волосы, кожа, накидка - всё было копией божества, только в их размере. Они долго стояли молча, прежде чем охотник наконец не спросил: — Кто ты? — Я Ло.       Парень вновь оглядел того и неуверенно протянул: — Я тебя никогда не видел. Что тебе нужно? — В смысле никогда? — Ло смешно улыбнулся и чуть наклонил голову. — Прямо сегодня я держал тебя на руках.       Парень отшатнулся от двери. — Не наговаривай на божество. — Я даже имя твоё запомнил, Кей, — незнакомец встал ровно и оглядел комнату за чужой спиной. — А твои ромашки всё ещё стоят у меня.       Это было более чем достаточным доказательством: даже Та заметил, что их разговор никто больше не слышал.       Парень в неверии сделал шаг назад. Ло последовал его примеру, заходя в дом. — У тебя тут мило.       Кей всё ещё витал в своих мыслях. Они метались из одной крайности в другую: может, его кто-то разыгрывает? С другой стороны, почему такое сильное божество не может просто уменьшится? А с третьей: что ему было нужно от Кея?       Ло рассматривал замешательство на чужом лице, улыбнулся и прикрыл за собой дверь. — Я могу доказать тебе что я тот самый.       Парня как ошпарило. Он замотал руками и головой: — Н-нет-нет, я должен верить своему божеству… — Почему? А вдруг я тебя обманываю? — он склонил голову. — Я вижу, что ты не до конца мне веришь. Это хорошо. Ты хороший защитник.       Ло простоял ровно несколько секунд, а потом начал увеличиваться. В какой-то определённый момент он должен был упереться головой в потолок, но вместо этого начал занимать всё пространство в доме, пока на Кея не посмотрели лишь два глаза, находящиеся почти вплотную. Он громко сглотнул, прижавшись к стене, и не дыша кивнул. — Я т-тебе верю.       Вмиг Ло стал обычного роста, такого, с каким он и пришёл. Он подошёл к Кею поближе и мягко положил свои ладони на его плечи. — Кей, расскажи мне о себе.       Охотник вновь почувствовал себя как и тогда днём: всё лицо горит смущением, нервозность вновь сковала его тело. — Ч-что именно тебе рассказать? — М-мм… Ну, допустим, как ты относишься к чему-то новому?       Не уверенный как отвечать на этот вопрос, парень пожал плечами. — Нормально? В плане, если я пойму как это работает… У нас есть один изобретатель, я всегда готов посмотреть на его н-новинки.       В голубых глазах Ло что-то сверкнуло. Кей интуитивно понял, что смог удовлетворить запрос божества, а потому тихо выдохнул. — Это хорошо. Ты сильный духом. Мне это нравится.       Ло улыбнулся и отошёл от парня, вместо этого сев на его кровать. — Подойди ко мне, пожалуйста?       Охотник на негнущихся ногах подошёл к божеству. Он похлопал по кровати рядом с собой и парень послушно сел, во все глаза разглядывая гостя.       Ло выглядел так же величественно, как и божество. Просто когда он стал такого же роста как и сам Кей, парень почувствовал ещё бо́льший порыв защищать его: тонкий и бледный, он не выглядел как кто-то, кто смог бы постоять сам за себя, что говорить о других.       Как будто прочитав его мысли, божество хитро улыбнулось и притянуло парня к себе за плечи, ладонями проскользило по ним и поднялось по шее к скулам. — Кей, у меня к тебе большая просьба. Ты думаешь, что готов её выполнить? — Всё что попросишь. — заверил его парень. От нежных касаний внутри всё сжалось, и было ощущение, что он вот-вот прямо на этом месте умрёт.       Улыбка Ло стала чуть более грустная. Погладив его скулу большим пальцем, он вновь воодушевился и прищурил глаза в какой-то нечитаемой эмоции. — Будь любезен, займись со мной сексом?       Вопрос прозвучал очень внезапно и необычное содержание заставило парня замереть, и с недоверием и какой-то надеждой глянуть на божество. — Ч-что, прости? Кажется, я не услышал…       Ло резким и довольно сильным движением опрокинул охотника на кровать, а сам уселся на его бёдра. Белоснежная кожа в контрасте с его собственной выглядела невероятно волшебно и запретно, а белая накидка опасно задралась, вырисовав круглые складки на его бёдрах. Кей шумно вздохнул и сжал в кулаках свои серо-жёлтые простыни. — Ты всё правильно услышал: я хочу чтобы ты занялся со мной сексом.       Ло улыбнулся, впитывая в себя реакцию парня. Его красивые ресницы обрамляли большие глаза, пока он смотрел сверху-вниз. Он сжал чужие ладони и переместил их на свои бёдра, кончики пальцев пропали под мягкой тканью. Ло нагнулся и почти коснулся своим носом чужого. — Я хочу чтобы ты трахнул меня.       Кей громко сглотнул и отвёл взгляд от пронзительных голубых глаз. Он посмотрел как собственные ладони скользили по молочной коже под чужим давлением и задрали накидку до косточек таза. Чужой член, аккуратный и такой же идеальный, стоял и капал смазкой на его торс. Вся эта картинка была запретной и невероятной, поэтому он вновь поднял глаза. — Нет-нет. Ты можешь смотреть. Я хочу чтобы ты смотрел, — прошептал Ло, подтягивая к себе чужой подбородок и впиваясь в его губы поцелуем. Внезапно эта нежность приобрела окраски страсти и какого-то странного жгучего влечения, и Кей почувствовал как у него в штанах заныл собственный член, зажатый чужим телом и весом. — Посмотри как сильно сейчас ты мне нужен. Ты же выполнишь мою маленькую просьбу?       Охотник понял, что выбора у него всё равно нет: божество явно добивалось этого по какой-то причине, а он сам не в силах отказать. Он ответил на поцелуй и аккуратно сжал круглые бёдра. — Как ты хочешь это сделать? — сладко хмыкнул Ло. Он положил голову на чужое плечо и оставил лёгкий поцелуй на шее. Ладони парня постепенно спускались ниже, заходя за его спину. — Я разрешаю тебе всё что хочешь.       Кей вновь шумно сглотнул. В конце концов он сжал бледные ягодицы, вдоволь насладился ими прежде чем прижать Ло к себе за талию. — Я могу тебя перевернуть? — Ты можешь не спрашивать.       Божество выглядело до жути довольным. Его волосы ореолом рассыпались на подушке, он выгнулся и развёл ноги, чтобы прижаться к чужим бёдрам как можно сильнее.       Он мягко улыбался и держал Кея за плечо, второй рукой поглаживая его скулы.       Пару раз спросив разрешения для поцелуев Кей увидел, что надоел этим божеству. Поэтому он начал действовать горячо и сильно, даже не спрашивая. Большими поцелуями он прошёлся по белой коже, пока ладонями он трогал пояс и бёдра. Гладил кожу во всех местах до которых только дотягивался, пару раз позволил себе забраться пальцами между ягодицами. — Кей, не стоит стесняться. Я весь во внимании.       Покраснев от намёков, охотник кивнул и вновь уткнулся в шею, продолжая её расцеловывать и вылизывать. Ладони сами опустились на твёрдый член, нежно лаская его прикосновениями и движениями руки. Кей наконец почувствовал собственное возбуждение и кое-как наспех стянул с себя накидку. — Прямо?.. Прямо… — Прямо трахни.       Ло тихо засмеялся от того, как растерянно выглядел парень. — Ты такой большой мужчина… А краснеешь, как девственник, — улыбнулось божество. Оно схватило чужую руку и направило вниз: длинные пальцы вошли легко. Внутри было мягко, расслабленно и мокро. Кей громко вздохнул и начал двигать пальцы, смотря, как они пропадают в глубине чужого нутра. — У тебя такой красивый голос… Тебе не нужно спрашивать им такие глупые вещи.       Парень тихо угукнул, принимая условия и продолжил растягивать Ло. Постепенно внутри оказались три пальца. Он мягко разминал мышцы, проходился ребром косточек по простате. Перед глазами маячил член Ло, который порозовел ещё сильнее и обливался естественной смазкой, являясь более чем прямым доказательством тому, что божеству всё это нравилось.       Наконец, он неуверенно вытащил пальцы и мельком глянул на Ло. Тот всё так же улыбался, лишь нежный розовый цвет тронул его щёки. Кей подлез ближе, руками приподнимая и разводя длинные ноги. — Тогда я, кхм… Вхожу?       Ло подтянулся и наклонил парня ниже, мягко и длинно поцеловал его, придерживая за волосы и плечо. Этого было достаточно: охотник прижался ближе и, придерживая руками белоснежные бёдра, начал плавно входить.       Дом наполнился долгим сладким стоном божества. Кончики ушей Кея заалели и он схватился за чужую талию, делая первый толчок. Объёмные вздохи и стоны сопровождали движение и ласки, Кей считал их как поощрение за свою работу. Он начал двигаться быстро, но так же плавно, оставлял поцелуи на шее и груди. Божество обняло его за плечи, прижимая ближе, скрестило ноги за его талией, и внутри сжималось от каждого удачного и приятного толчка.       Всё это было головокружительно. Кей старался изо всех сил, пытался продержаться как можно дольше, чтобы принести божеству больше удовольствия. Наконец, один из толчков стал последним: Ло выгнулся и очень громко простонал, сжался внутри до невозможного приятно и мягко. Кей задрожал, изливаясь в теплоту, и постарался сдержаться, чтобы не упасть на тело под ним. Не получилось. Он вжался лицом в зацелованную шею, вдыхая в себя невероятный запах чужого тела, секса и удовольствия.       Когда он открыл глаза, они так же лежали на кровати, но простыни почему-то были белыми.       Осознав это, парень вскочил и огляделся: Ло всё так же лежал под ним, уставший и разморившийся, а вокруг было непонятное и неизвестное место. Деревянный пол, крепкие каменные стены и много-много пространства. Он выглянул в окно: за ним был незнакомый лес, гораздо более низкий чем тот, в котором жил сам Кей. — Что… Какого чёрта?       Он обернулся: божество всё так же лежало на кровати и потягивалось в мятой белой накидке. Его разморило, на его животе подсыхало его же семя.       Всё это выглядело чересчур знакомо, практически до боли. Он наощупь прошёлся спиной вперёд и уселся в первое попавшееся кресло. — Ло… Что происходит?       Картины на стене перед его взглядом выглядели знакомо. Где-то вдалеке послышался лай собаки. У него есть собака. — Персик? — отозвался на лай парень. Ло тихо хихикнул. — Да, Персик. Почему ты его помнишь, а меня нет?       Кей в непонятках посмотрел на божество.       Это никакое не божество. Это Лололошка. Его Лололошка. — Какого хуя? Ло, что я здесь делаю? — Ээ? Ты дома, дуралей!       В Кея прилетело кружкой с тумбочки. Он ловко словил её и впился пальцами в круглые керамические бока. — Мне приснилось будто я жил среди каких-то… Развитых неандертальцев. И ты почему-то был нашим богом. — Приснилось? Боже, почему я вообще спасал тебя, если ты меня так не уважаешь?       Кей наблюдал как Лололошка стягивает с себя белую накидку. Проходится голышом по комнате, стирает с живота сперму и натягивает на себя белую кофту с чёрными джинсами. — Я тебя оттуда достал. Ты переместился куда-то и напрочь забыл о своей жизни. — И ты устроил такой долгий спектакль? А просто забрать меня нельзя было?       Ло тихо хихикнул и пожал плечами: — Мне захотелось прикольнуться. Тем более, что эмоций от того, что тебя выебало любимое божество, хватило, чтобы телепортироваться вместе со мной. До этого твоя искра не активировалась даже с моей помощью.       Кей ошарашенно глядел как возлюбленный ходит по комнате, забирает белую ткань и выбрасывает её куда-то в окно. — А что, тебе не понравилось?       Как ответить на этот вопрос Кей не знал. Да и не уверен, что хотел знать. Он молча кинул кружкой во второго, но Ло также ловко её словил. — Да иди ты. В следующий раз сам себя из залупы доставать будешь. И вообще это приколы моего ОМП. Или это передаётся воздушно-половым?