MrJekyll

      Громкий звук будильника заставил еле разлепить глаза. Агата открыла один глаз, а после резко зажмурилась от яркого солнечного света в комнате. На её талии лежала рука Криса: парень решил остаться на ночь в комнате девушки и, как предполагала сама Агата, уснуть ей удалось лишь под позднее утро. Она потянулась за телефоном, чтобы отключить звук, но звон будильника перебил входящий вызов.       — Ох, чёрт… Мама, — прошептала она.       Сделав бодрый голос, пару раз кашлянув, она нажала на зеленую кнопку, и в динамиках сразу раздался голос матери:       — Эми, ты дома? — вопрос застал в врасплох, а после девушка дернулась, села на кровати — сон как рукой сняло.       — Да, а что? — взволнованно спросила она.       — А, ну мы подъезжаем, — девушка прикрыла глаза и громко выдохнула.       Агата сбросила вызов и повернулась к парню, который смотрел на неё через полуопущенные ресницы. Она только сейчас взяла майку и натянула на голое тело.       — Не смотри на меня так, — смущенно сказала, подняла свое бельё с пола и надела.       — Как?.. — поинтересовался парень, улыбаясь.       — Как довольный кот, — девушка улыбнулась в ответ и прошла к шкафу, откуда взяла спортивные штаны и носки. — Родители подъезжают, я бы тебе советовала собраться.       — Да, конечно… — лениво ответил Крис.

***

      Уже спустя пару минут сон как рукой сняло: девушка быстро чистила зубы и умывалась, когда парень, ждавший, пока ванная освободится, был в своей комнате и раскладывал рефераты по стопкам.       Дверь открылась с противным скрипом — родители приехали. В коридоре, сквозь шум открытого крана в ванной, послышались громкие и довольно бодрые шаги в сторону кухни. Это давало возможность Агате осознать, что что-то случилось. Она быстро закончила чистить зубы, прополоскала рот, включила холодную воду и еще раз умылась. Непонятный червячок сомнения зародился в груди девушки, что все её действия верны. Хоть Агата и была огорчена поведением матери, что она не сказала всю правду, но посоветоваться с ней стоило. Но сейчас было поздно. Здравый смысл давно покинул девушку, когда она встретилась с Крисом; в её голове не осталось ничего человеческого. Только похоть, только инстинкты.       Агата осторожно вышла из ванной и тихо прикрыла за собой дверь. Из-за прикрытой двери в комнате Криса парень о чем-то говорил с отцом, а Элизабет шуршала пакетом на кухне. Девушка, стараясь не издавать каких-либо звуков, прошла на кухню и встретилась с матерью.       Агата пыталась зарыть те семена недоверия и презрения в глубокую яму. Вместе с тем чертовым червячком сомнения. Чтобы они не мозолили глаза.       Женщина устало посмотрела на дочь и, казалось, еле выдавила улыбку. Под глазами залегли тени, словно она не спала несколько ночей и работала на стройке. Она отложила покет с покупками и снова посмотрела на дочь.       — Мам, что случилось? — не выдержала этого молчания Агата.       — Мы ездили к родителям Рона. Я что-то не то съела и, наверное, отравилась. Мне легче, правда, — женщина была и без того бледна, а в контрасте с белым вязаным свитером казалась и вовсе трупом.       — Тебе надо было обратиться в больницу, — обеспокоенно сказала Агата и подошла к женщине. — Давай помогут, а ты иди, переоденься.       На этом, казалось, все старые обиды позабыты. Агата давно не видела такой мать. Она казалась ей снова несчастной, как тогда… когда позвонили и вызвали на опознание.       — Мне, кстати, писали из твоего универа и просили перезвонить, — женщина с прищуром посмотрела на дочь. — Что случилось?       — Ничего, — словно опомнилась девушка. — Просили зайти в… деканат, а я забыла. Надо было забрать… — врать Агата не умела, поэтому пришлось самой себе поверить, что на самом деле было именно так, — кое-что.       Спустя пару мучительно долгих секунд и презрительного взгляда матери, девушка думала, что осядет на холодный пол, выложенный плиткой. Её ноги словно стали ватными, а сердце, удары которого болью отдавали в груди и словно били по вискам, застряло в горле. Но долго задерживаться Элизабет не стала и сделала шаг в коридор, отвернувшись от дочери.       Элизабет ушла, оставляя девушку одну на кухне. Пару секунд Агата пыталась придти в себя: голова словно начала кружиться, а руки запоздало начали трястись. Она быстро разобрала пакет, убрала продукты и поставила чайник. Пока вода закипала, девушка нарезала сыр и разложила по тарелке, как и ветчину. Главное, чтобы эта женщина ничего не узнала, а после они с подругой разберутся сами. Как-нибудь…       Смотреть на мучения женщины было невыносимо, но и почему-то радостно: Лиззи пришла на кухню, пару минут простояла облокотившисть о барную стойку, держась за живот в районе желудка. Снова хлопнула дверь — Рон ушёл на работу, как после объяснила мама. Оказалось, что пока они были у его родителей, ему звонили и просили приехать, но тот ответил, что будет не раньше обеда.       — Эмми, у тебя есть таблетки какие-нибудь? — видимо, мучения были не выносимыми и женщина спросила дочь.       — Да… В сумке были. Посмотри, они посередине лежат, — ответила Агата, стоя около плиты, и продолжила листать ленту новостей в телефоне.       — А сумка где?       — Все там же. Они между тетрадей должны быть, там пластинкой, — уточнила девушка.       Но червячок сомнения, да-да, тот самый, взрыхлил почву, а семена презрения прижились и дали ростки. Спустя пару мучительно долгих минут дерево выросло, а плодами стал громкий крик матери из комнаты девушки:       — Эмми, дорогая, подойди сюда, — уже от такого обращения хотелось выйти из дома, сесть в первый попавшийся автобус и уехать до конечной.       «Так держать! Ты лоханулась. Снова! — Кант сидел почти в углу на кресле-качалке и попивал горячий чай. — Что же на этот раз?»       Вопрос повис в воздухе. Осторожно, выключив телефон и убрав его в карман, девушка прошла в коридор, а после заглянула в комнату. Женщина сидела на кровати и смотрела в сумку девушки, а после достала оттуда упаковку таблеток и угрожающе тихо спросила:       — Это что?       «Это мой косяк, — ответил за Агату Маркс. — Поздравляю, девочка моя, ты снова объебалась».       Не видя упаковки, Агата подошла ближе, с когда увидела, остановилась в паре шагов от уже злой женщины. Кровь отлила от щёк и девушка мигом побледнела, а после прилила к ушам, от чего, казалось, их начало жечь.       — Что это такое?! Я требую объяснений! — Лиззи уже кричала, а девушка так и не нашла что ответить, за что получила: мать кинула в неё пачкой противозачаточных.       — Это не то, что… — но её перебили:       — Да! Это не то, что я подумала! Тогда что? — от бледности не осталось и следа — щеки пошли красными пятнами от злости на дочь.       — Я могу все объяснить, но… — пролепетала девушка, но крики матери побуждали в её груди вовсе не чувство вины и угрызения совести. Она злилась с каждым словом матери.       — Да уж посторайся! Кто он? Почему ты мне не сказала? Ты знаешь, что это ненадежно? — она ткнула в упаковку таблеток на полу, а после гневно посмотрела на дочь.       — Не ори на меня так, — потеряв последние капли контроля громко сказала Агата. — А вообще, знаешь, это тебя не касается, — грубо ответила на растерянный от таких слов взгляд матери.       — Не касается? — прошипела женщина и встала с кровати девушки, кинув сумку вниз. — Не касается?! Пока ты моя дочь, меня это очень даже касается, Эмми…       — Я не твоя дочь! — выкрикнула девушка, от чего по щекам брызнули давно сдерживаемые слёзы. — И тебя не должна волновать моя жизнь, — уже тише и с громким всхлипом сказала Агата.       — Чт… Что ты такое говоришь? — Лиззи в пару шагов оказалась около девушки и тишину комнаты нарушила хлесткая пощёчина. — Ты бредишь! — нашлась в ответе мать.       Агата зажала рукой щеку, словно от этого боль пройдёт быстрее. Громко всхлипнув, она снова посмотрела на Элизабет и твёрдо решила, что такого больше не будет. Она на горло себе наступит, но больше не заговорит с этой женщиной и не покажет ей своих чувств. Увидев такие перемены во взгляде приёмной дочери, Элизабет снова вскипела, как и чайник на плите, который забыли, оставили на огне. Она вцепилась в пшеничные волосы девушки и прошипела на ухо:       — Собрала свои вещи и ушла отсюда.       Резко дернув волосы вниз, Элизабет отпустила Агату и быстро вышла из комнаты. Девушка осела на пол, не скрывая слез и громких всхлипов.       — У тебя пол часа, иначе я за себя не отвечаю, — раздалось на кухне, а Агата встала и с дрожащими руками начала собирать вещи. Хорошо, что их было не так много, как она это ожидала.       Быстро переодевшись в джинсы и рубашку, девушка взяла чемодан на колесиках, сумку, куда покидала со стола немногочисленные учебники и оставшиеся тетради с канцелярией.       Быстрым, но уверенным шагом девушка оказалась в коридоре, где потащила чемодан и сумку к выходу. В это время она едва не налетела на Кристиана, который неожиданно вышел из своей комнаты. Он смотрел девушке вслед пару секунд, а после опомнился и вышел следом.       — Что случилось между вами? — тихо спросил в коридоре, а после, не дождавшись ответа сказал: — Жди меня, я сейчас.       Но находиться в этом доме, в доме с этой лживой женщиной, девушка не могла. Её снова накрыло волной злости и нескрываемой ярости. Злые слёзы текли по щекам девушки, когда она надевала балетки и выходила из дома, захлопнув за собой дверь. Она не намерена больше терпеть и слушать ложь этой женщины.       Агате вспомнились счастливые моменты из детства, а после она начала сомневаться: действительно ли они были счастливые? Осознавать, что ты воспитываешь чужого ребёнка было больно, но зачем врать ему?.. Она была не уже десятилетней девочкой и понимала простые вещи. Покинув этот дом, она будет жить сама. Без лжи, хотя сама понимала, что правда ранит сильнее самого острого ножа, но молчание близких… убивает.       — Агата!       Оклик Кристиана послышался ей как во сне. Она будет искать с ним встречи, но никогда не вернётся домой.       — Стой же ты!       Он догнал её и остановил, взяв за запястье. Парень забрал у девушки сумку и свободной рукой прижал к себе, а Агата уткнулась ему в грудь и громко разревелась, сжимая рубашку.       — Успокаивайся и пойдём за машиной, — уже тише сказал парень.       Как ни странно, но эти слова действительно начали успокаивать Агату. Она сделала пару глубоких вдохов и окончательно успокоилась.       — Она меня выгнала, — дрожащими голосом сказала девушка, а после сделала пол шага назад от парня.       — Я слышал, — фыркнул он.       — Что мне делать? — она посмотрела ему в глаза и попыталась забрать из рук парня ручку чемодана.       — Идти за машиной и… дальше снимать квартиру отдельно от них. А потом разберемся, — он улыбнулся и снова притянул девушку к себе.       Они шли к чёрной машине, которая была припаркована около дома, из которого девушка так быстро ушла. Выбежала, гонимая упреками и руганью матери. Она предполагала, что все так и будет. Был только вопрос времени, и как быстро она сама достигнет точки кипения.