Я помогу тебе исполнить свою мечту, но взамен.....

— Я помогу тебе, но только при условии, что ты поможешь мне. Взаимовыгода, дорогуша, вот что движет всеми, как людьми, так и демонами, — ни то шипящий, ни то скрипящий голос, будто из старого радио, доносился до моих ушей при каждом новом слове. — В наше время не так уж и просто рассмешить меня, но тебе это удалось! Я ценю это, а-ха-ха-ха. Аластор — ужасный демон, один из сильнейших во всем Пентаграмсити, серийный убийца при жизни и ничуть не изменившийся за время пребывания в аду — сейчас стоял у порога, прямо напротив меня, и с интересом, вызванным, вероятнее, так любимыми им сделками, чем моей скромной персоной, следил за каждым моим движением. Он легенда Ада, имя которого может не знать только глухой, слепой, ну или все вместе, и, знаете, пусть все эти слухи и отталкивали от него, но было и что-то, что приковывало взгляд… — Заключим сделку, дорогуша. Ты будешь слушаться меня во всём и выполнять все мои приказы, иначе говоря, полностью принадлежать мне, а взамен, я, так уж и быть, помогу исполнить твою мечту, — наглая улыбка, что может одним своим видом сказать «ты ничто», расползлась на лице демона. Ничего хорошего это не предвещало. — Ну как? Что скажешь, принцесса? Я же сделала серьёзное выражение лица. Отец всегда учил, что сдаваться нельзя, что бы ни произошло, но, зная о возможных последствиях, я… Я могу опозорить отца… В таком случае у меня нету другого выбора… Если сейчас упустить этот шанс, то можно навсегда погрязнуть в своём же горе и отчаянии. Решено! — Хорошо, Аластор. Я согласна на сделку. — Умное решение, однако… Чего-то не хватает, чего же? Хм, — демон с задумчивым видом обошел меня несколько раз, осмотрел и, вскинув указательный палец вверх, изрёк: — Запомни на будущее, принцесса, улыбка — это знак превосходства, так что всегда улыбайся. Я не хочу, чтобы то, что принадлежит мне, показывало свою слабость окружающим. Ты должна знать, что в Аду такие долго не живут. –Х-хорошо, — пусть внутренний монолог и завершился согласием на сделку, но неуверенность в голосе слышалась, пусть и не отчётливо. Аластор не был бы «вершителем судеб», как некоторые окрестили его во время одной из зачисток, если бы не услышал. Стоило только протянуть руку, как в ту же секунду ледяная рука собеседника сомкнулась на ней, объявляя о заключении договора. На секунду в глазах Ала можно было разглядеть непонятный блеск, не сулящий ничего хорошего, или, возможно, это была просто игра моего воображения.

Месяц спустя

POV Аластор Сколько лет я уже в Аду? Всегда думал о демона лишь как о существах, ничего не жаждущих, кроме как набить чем-то брюхо, утолить свои желания и прихоти, но не она. Сколько похожих демонов мне встречалось за все время уже и не вспомнить, в один прекрасный момент маска на их лицах раскалывалась и все «добряки» оказывались прогнившими насквозь, теми, кто скрывает свою давно съеденную середину. Только вот для чего? Но не она. Чем больше я нахожусь рядом, тем больше понимаю: жизнерадостная, милая, умеющая сочувствовать и переживать, жаждущая помочь этим грешникам исправиться и подняться туда, в Рай, как бы глупо это не звучало от дочери главы Ада, — да, это все про неё. Иногда я прихожу в отель, вижу, нет, не ту весёлую и беспечную демонессу, а грустную, отреченную и не заинтересованную ни в чем; она сидит, поджав ноги под себя. В такие моменты я готов убить уже в сотый раз, убить того, кто заставил улыбку пропасть с этого милого лица. Что она со мной сделала? END Аластор

***

— Аластор? Прости, что без стука, но я хотела… Его нет в комнате… В последнее время в отеле слишком тихо, слишком грустно, слишком… Одиноко?.. В памяти всплывают картинки месячной давности, за несколько дней до очередной зачистки: вот мы с Вэгги открываем отель, вот та злощастная телестудия, а вот мы все вместе: я, Вэгги и Энджел, — бегаем по этому коридору… Всё, хватит думать о том, что было и уже не вернётся. Нужно жить дальше, чтобы все были счастливы. Сейчас зайду в одну из комнат и посплю немного, всё равно почти все они свободны. Раз… Открыла первую попавшуюся дверь… Два… Тело застыло в страхе, глаза округлились настолько, что было видно, как в уголках начинают собираться слезинки… — Почему? — голос предательски дрожал, хотя об этом приходилось думать в самую последнюю очередь. Всё равно в отеле сейчас никого нет. Это была их с Вэгги тайная комната — место, где они проводили время вместе. Три… Маленький клубочек, старающийся сдержать себя, чтобы не разреветься, зажался в угол комнаты, беззащитно обхватив колени руками и уткнувшись в них лицом. Попытки были тщетны. Комната наполнилась рыданием, полным печали, скорби и одиночества — все, что по библейским мотивам должно было наполнять Ад день ото дня.

***

POV Аластор — Я вернулся, дорогуша. Что у нас сегодня по плану? Хм… Сегодня тише, чем обычно. Интересно. Ну и где этот комок счастья пропадает? Может за продуктами пошла? Хотя… В последнее время она из отеля вообще не выходит. Надо проверить, мало ли что. — Эй, принцесса, ты здесь? Или может в этой комнате? Странно… Я уже облазил практически все комнаты. А что, если она сбежала? Это объясняет её опущенное настроение в последнее время, скорее всего думала о побеге… Конечно, кому нужен я, жалкий демон, только и умеющий, что запугивать, убивать, да тенями управлять?! А ведь я надеялся… Идиот… Стоп! Я что-то слышу. Похоже на… плач?! END Аластор Дверь в комнату неспешно открывается, неприятно поскрипывая, давя своим звуком на нервную систему. Но сейчас не до этого, я практически ничего не слышу, кроме голосов из своих воспоминаний. Гулкие шаги, а если быть точнее, то постукивание каблуков на ботинках, раздаётся по всей комнате, становясь все отчетливей и отчетливей. –Чарли? — его голос, слышимый словно через вату, доносится до ушей, пробираясь, даже не так, прорубая себе путь в подсознание. Так, чтобы услышала. Он подходит ближе, практически впритык. Реакции нет. Лишь беспорядочное бормотание себе под нос. — Вегги… Энджел… Где вы все? — А? Шарлотта, с тобой все хорошо? Ты в порядке? — не помогает. Лишь новая порция фраз, еле различимых, даже при такой тишине. — Я никому не нужна! Зачем это все? — Шарлотта, нет, Чарли. Ты нужна мне, слышишь. Я не смогу без тебя! — Аластор подходит ближе и обнимает, так нежно и тепло, по-домашнему, что тело самопроизвольно вздрагивает от прикосновения. Его взгляд, спокойный, а не высокомерный, направлен, казалось, прямиком в душу, если она все же есть у демонов. Секунда — и серые прохладные губы накрывают нежные розовые, словно только что распустившийся бутон, сплетаясь в теплом, нежном, насколько это вообще возможно, поцелуе. — Аластор? Что происходит? — Дорогуша, это лучше ты мне объясни. Это не я сидел все это время на холодном полу и бредил, а-ха-ха-ха, — было видно, что смех давался ему с огромным трудом. Нервозность, суетливость в движениях, выступившие капельки пота на лбу — все показывало его волнение. Хотя сам себе в этом признаться он бы не хотел. — Я не знаю. Последнее что могу вспомнить, так это то, как я открыла дверь, а потом ничего не помню. — Ладно. Ну и заставила ты меня понервничать, милочка. Пойдём, я приготовлю рататуй по рецепту моей покойной матушки. Я из-за него однажды чуть не умер, а-ха-ха-ха. — Стой, Аластор. Не надо еды. Давай просто отдохнём… Вместе, — смущение выступило на щечках, окрасив их в так любимый им цвет. Всего лишь мгновение проходит, как демон подхватывает на руки и несёт на рядом стоящую кровать, бережно кладя на мягкое одеяло, ложась рядом и приобнимая за талию. — Ал, почему ты так волновался за меня? — Я… Вероятнее всего я боялся, что ты уйдёшь и оставишь меня одного. Как только я подумал об этом, там, в холле, внутри меня всё сжалось. Чарли мне кажется, что… я люблю тебя… — Я т-тоже тебя люблю, Аластор, — стоило только повернуться всем телом, как Радио Демон снова взял инициативу на себя и припал к желанным губам. Оба давно этого ждали, тайно желали, стараясь запихнуть это желание куда-то глубоко в себе, поэтому для них обоих поцелуй длился вечность, пусть в реальности и прошло от силы минуты 2-3. Они утопали друг в друге, полностью отдавая накопившиеся чувства и эмоции через поцелуй, хотя для этого у них есть целая вечность. Они так и уснули в объятиях друг друга, а последними словами перед погружение в царство Морфея были: «Моя принцесса/Мой Радио Демон».