Растопит холод в сердце...

      Сегодня столько всего нужно сделать, к примеру подарить Роуз что-нибудь прекрасное, например ледяную розу, однако это стоит проделать очень-очень осторожно, почему-то в семье боятся моей ледяной магии. Ну кроме Роуз и сестры, они меня хорошо понимают и принимают таким, какой я есть. Вот только Трэвис вечно нас дразнит с Роуз, обзывая «женихом и невестой». Дурак он, мы с ней только друзья и так будет всегда, ведь с ней так приятно проводить время вместе... А какие у неё чистые и честные глаза, прямо так и хочется запечатлеть этот взгляд на статуе, однако практически нет ничего равноценного, что может их выразить по достоинству. И вся она как одуванчик, хрупкая и яркая девочка, не похожая на меня, холодного и замкнутого, кроме с ней...       Говорят, дружба со временем исчезает и перерастает в равнодушие, по крайней мере так бабушка говорит, не нравится ей Роуз, как бы я её не уговаривал, никак не получается подружить их...       Интересно, что сегодня запланировали родители, они как-то мельком рассказали, что меня ждёт большой сюрприз, при этом мама как-то подозрительно уклонилась от моих вопросов, грустно вздохнув. Если уж они что-то запланировали, то это будет очень красивое и поэтичное зрелище. Обожаю сюрпризы, особенно если они вкусные и приятные, к примеру огромный яблочный пирог, изготовленный по особому семейному рецепту! Сестрёнка Фала мне пообещала обязательно испечь вместе со мной что-нибудь грандиозное и потрясающее, но только без присутствия родителей, а то с ними скучно готовить. Опять-таки опасаются моей магии, которая с каждым днём становится все сильнее и сильнее. Хах, в прошлый раз мой кулинарный шедевр сгорел и я, чтобы не получить нагоняй от суровой бабушки, со слезами недотёпы повара съел его, репутация не была испорчена, чего не скажешь о желудке. Какие воспоминания, Фала до сих пор меня подкалывает этим курьёзным случаем, хотя это нечестно с её стороны, как старшая сестра, она должна быть более опытной, по крайней мере так бабушка говорила...       Но сегодня должно произойти нечто большее, чем поедание выпечки, ведь как ещё объяснить угрюмые физиономии у всей семьи? Такое ощущение, что мы не гуляем просто так, а идём на чьи-то похороны, по крайней мере атмосфера была сопутствующая. С каждым шагом мы приближались к заснеженной границе Сказочной страны, где, по словам отца, начинались владения Снежной королевы. Фала меня всё время пугала тем, что эта злодейка совсем сумасшедшая и замораживает всех тех, кто осмелился приблизиться к границам её королевства. Обычно такие страшилки меня раздражали и пугали, но сейчас я бы отдал все свои игрушки, чтобы хоть кто-нибудь из семьи улыбнулся...       И вот мы остановились, однако зачем так рисковать и злить своим присутствием одну из самых могущественных и опаснейших злодеев страны сказок? Все напряжённо смотрели вперёд, будто кого-то ожидали... Ветер тихонько завывал, как одинокий волк, и снег медленно падал на границе, такие красивые и чудесные снежинки, причём такие большие. В снежной природе есть тоже своя скрытая красота, которую не все замечают из-за холода и ветра, ведь в основном все привыкли к чему-то привычному, теплому и знакомому. Неизвестность всегда пугает...        Рассмотрев меня повнимательнее, будто отыскивая какие-либо изъяны, властная и мудрая, как мне тогда казалось, бабушка Белоснежка гордо прошептала слишком сдавленным голосом: — Теперь ты готов...       Удивительное дело, раньше бы она прикрикнула на меня, отчитала и начинала бы нотации, не из-за того, что не любит меня, наоборот, скорее из-за своей привычки быть властительницей везде и повсюду, к тому же она заведует академией и, насколько я понимаю, здешние ученики, по её словам, «бездари« и «пустозвоны». В общем нервы у неё хорошенько потрепали там, ничего страшного, когда я вырасту, то стану величайшим героем и всех буду спасать, и тогда она будет мной гордиться. Я стану настоящим принцем без страха и упрека, чтобы все поняли, что моя снежная магия обязательно пригодна для спасения людей!       Но если так, тогда отчего глаза так слипаются, наливаются свинцовой тяжестью, заставляя широко зевать от навалившейся усталости, хотя сейчас только раннее утро, какой уж там сон... — Прости, братик...       Фала... Тогда я сначала не понял твоих извинений и странных слёз и лишь потом понял, что ты прощалась со мной...

***

      Почему они так поступили?!       В жизни каждого из нас наступает момент, когда слишком ясно и четко понимаешь, что исправить уже ничего нельзя, даже если в случившемся нет ни малейшей капельки твоей вины. Но в чём же я тогда провинился, может быть я сделал что-то не так и потому семья на меня обиделась и решила таким образом перевоспитать, но если так, тогда почему родители смотрели на меня так, будто прощались навсегда. Слишком много вопросов и ответов на них, похоже, никак не предвидится.       Если бы я с самого начала знал о намерениях родителей и бабушки, я наверняка смог бы уговорить их не совершать настолько безумный договор. Много чего можно было исправить, однако я не имел никакой возможности и даже если бы вернулся в тот самый судьбоносный момент, это ничегошеньки не изменило. Я это хорошо понимаю и всё равно душевная обида никуда не делась. Они сделали это во имя блага всей Сказочной страны, но почему не спросили сначала моё мнение, а потом уже решали свои важные взрослые дела...       В комнате, где я очнулся, не было ничего примечательного на первый взгляд и всё же кое-что отличалось. Всё вокруг состояло из чистейшего льда, настолько прозрачного и кристального, что похоже на зеркало. При иных обстоятельствах я бы с придыханием любовался блеском сосулек, игрой света, которая создавала радугу, но сейчас слишком опрометчиво любоваться красотой ледяной архитектуры, надо выбираться отсюда. Ясно же, что Снежная королева их обманула, не могли они по-настоящему отдать меня этой гнусной и злорадной злодейке, они же знают, как устроены злодеи...       Эта злодейка нагло врала, твердила, что меня собственноручно отдали, чтобы свершился договор о временном сотрудничестве и вдобавок трещала про мощь моей магии. Фу, гадкая старушка, семья никогда не может предать! Так я думал первые два дня своего вынужденного заточения, надеялся на скорейший приход, ожидал, что скоро они меня спасут, сделают... хоть что-то, лишь бы не торчать в этой пустынной комнате с нарастающим понимаем, насколько я подчас наивный и в то же время проницательный.       Родители много чего знают и они обязательно меня заберут отсюда... — Может быть это не моё дело и с этим трудно поспорить, однако хватит строить иллюзий! Они не вернутся, пойми, ты для них стал слишком опасным...       Слишком горестно, больно и обидно, настолько, что ярость захлестнула внутреннюю интуицию и вылилась в очередной приступ снежного шквала. Мне не пришлось смотреть вокруг, чтобы понять источник этого правдивого голоса, ведь это говорило моё отражение на зеркальной стене. Осознание того, что против истины ничего нельзя сделать, давала глупые надежды на спасение, хотя, скорее всего, сыграло свою роль простое упрямство. — Ты врёшь! Они скоро придут и я отправлюсь домой!       Я очень хочу в это верить... Знать, что меня любят даже при мощных приступах магии, что я для них не монстр, а любимый сын... Много чего хотелось поверить... — Ты хоть сам в это веришь?       Нет, моё мудрое отражение, мне кажется, что я уже ни во что не поверю...