Дар преданности

От таких новостей в себя я пришла далеко не сразу. Да нет, бред какой-то! Мой возлюбленный — сын дипломата, Клубничный Мальчик, прекрасный певец и Король Катка. Ну, не мог он оказаться еще и бесстрашным борцом с преступностью! Слишком много талантов для одного человека! Тем более, семь лет назад. Да Маттео и Гастону тогда было лет по двенадцать-тринадцать! Как они могли оказаться рядом с какой-то страшной бандой! И все-таки, похоже, это было правдой, потому что мой парень на полном серьезе спросил у гостя: — Где ты с ним столкнулся? — В самолете, когда летел сюда, — ответил тот. Маттео прямо-таки подпрыгнул и вскричал: — Совсем крыша поехала?! А если теперь за тобой хвост?! Ты же подвергаешь опасности не только нас, но и Луну, и Амбар, и всех, кто находится в этом доме! — Спокойно, — осадил его Гастон. — Нет за мной никакого хвоста. Сойдя с самолета, я скормил охранникам ложную информацию о том, что этот тип перевозит крупную партию наркотиков. Его задержат в аэропорту на несколько часов. А еще прежде, чем бежать сюда, я сделал несколько зигзагов по всему городу. Так что не волнуйся, ничего твоей девушке не угрожает. — В любом случае, нам больше нельзя здесь оставаться, — возразил Маттео. — Если Дженаро открыл на нас охоту, мы должны держаться подальше от людей, которых не хотим подвергать риску. — Согласен, — кивнул его друг. — Но уходить отсюда днем слишком опасно — могут заметить. Придется дождаться темноты. — Вы уходите? — испугалась я. Мой парень ласково погладил меня по щеке и пояснил: — Малыш, это совсем ненадолго. Мы быстро разберемся с этим психом, а потом я сразу же вернусь к тебе. Обещаю. Я вздохнула и спросила: — Что это за Дженаро такой? Неужели он настолько опасен? — Он одно время держал в страхе всю Италию, — ответил за друга Гастон. — Конечно, когда мы упрятали его за решетку, все изменилось. Но такие люди так просто власть не теряют. — Довольно странно, что ты встретил этого психа в самолете, — заметил Маттео. — Даже если его выпустили досрочно, ему запрещено покидать страну. Сдается мне, он путешествует по фальшивым документам. — Что ж, возможно, охрана аэропорта сможет это определить, — пожал плечами Гастон. — Вряд ли, — возразил мой парень. — Подделкой, как правило, занимаются настоящие профессионалы. Отличить фальшивые документы от настоящих бывает почти невозможно. — Слушайте, а как вы, двое, вообще, с этим Дженаро познакомились?! — вмешалась я. — У вас что, были какие-то общие дела?! — Боже упаси! — удивился Маттео. — Ну, неужели ты думаешь, что мы могли связаться с преступником?! Да и было нам обоим тогда около тринадцати лет! — Тем не менее, засадить его в тюрьму вы как-то умудрились, — возразила я. — А это произошло, можно сказать, случайно, — ответил Гастон. — Хочешь знать всю историю? — Если не сложно, расскажите, сделайте милость, — фыркнула я. — Ну, смотри, — вздохнул Маттео, взяв меня за руку. — Первым делом ты должна понять: есть такие люди, которых называют криминальными авторитетами. Они — что-то вроде губернаторов преступного мира. Им подчиняются все, кто имеет к этому отношение, — от крупного наркодиллера до самого последнего карманника. Одним из таких авторитетов был тогда Дженаро. А некоторые честные граждане порой имели глупость занимать у него деньги. Но с теми, кто долго не возвращал эти самые деньги, применялись жестокие меры. — А при чем здесь вы? — не поняла я. — Мы тогда жили в Италии, — подхватил Гастон. — Там подружились с еще одним парнем — Мауро. Его отец руководил фирмой по производству бытовой техники. Ну, и, видимо, он-то и занял у Дженаро денег, а потом разорился и не смог их вернуть. — Короче, мы не знаем, что там произошло, — подытожил Маттео. — Только Мауро похитили прямо со школьного двора. Мы с Гастоном это увидели, ну и рванулись за ними. Ухватились за ручки фургона, на котором его увозили. А те недоумки нас даже не заметили. — В общем, нам удалось найти место, где у этого Дженаро находилось логово. Мы вызвали полицию, и уже через час от его банды ничего не осталось, — заключил Гастон. — Вот так все просто? — удивилась я. — Раз — и все?! — Спасло то, что мы были подростками, — пояснил Маттео. — На таких редко обращают внимание. Мол, крутятся здесь какие-то мелкие. Нас это, обычно, обижало, но в итоге здорово выручило. — Только наши имена и лица все равно врезались в память Дженаро, — добавил Гастон. — Мы выступали главными свидетелями обвинения на суде, и он уже тогда пообещал до нас добраться. А теперь встретил меня в самолете и прямо-таки озверел. С ним было двое охранников — они-то меня и отделали. — Странно, что не убили, — заметил Маттео. — Времени у них было достаточно, а спрятаться тебе негде. — Мы сидели в разных концах самолета, — пояснил Перида. — Дженаро увидел меня уже перед самой посадкой, возле туалета. Пытался выяснить, где ты, но я, понятное дело, ничего не сказал. Ну и получил за свое молчание несколько ударов. — А зачем ты, вообще, летел сюда? — не понял Маттео. — В смысле, ты ведь все это время меня буквально игнорировал. Так что изменилось? — Ну, ты, брат, тоже особо не стремился со мной общаться, — фыркнул Гастон. — И я подумал, что больше тебе не интересен. А когда получил твое сообщение, сразу и рванул в аэропорт. — Почему? — недоумевал мой парень. — Потому что вы — два идиота, которые страшно скучали друг по другу, но боялись признаться! И какое счастье, что позавчера я тебя, любимый, к этому подтолкнула! А теперь заканчивайте говорить ерунду и обнимитесь уже! — вмешалась я. Парни хихикнули, затем, посмотрели друг на друга и одновременно произнесли: — Братья с рождения и до гробовой доски! После этого было объятие — настолько крепкое, что у меня бы, наверное, затрещали ребра. А хлопки по спине, которыми они наградили друг друга, могли сбить кого-нибудь с ног. Но парней это не смутило, поэтому, когда объятие распалось, на лицах обоих сияли улыбки. — Ладно, что там дальше с вашим Дженаро? — подытожила я. — Есть какие-нибудь идеи? — На данный момент, я волнуюсь лишь о том, как обезопасить тебя, Амбар и остальных, — заявил Маттео. — А тебе, Девочка-Доставка, вообще, не нужно ни о чем беспокоиться. Мы сами во всем разберемся. — Ничего подобного! — возмутилась я. — Меня касается все, что касается тебя, Клубничный Мальчик. Маттео открыл, было, рот, собираясь сказать что-то резкое, но тут же взял себя в руки, глубоко вздохнул и с мольбой заговорил: — Малыш, я это знаю! Но, пожалуйста, не лезь! Ты не знаешь, что Дженаро за человек! Убить девушку для него — пустяк! А узнав, что нас с тобой связывает, он будет пытаться воздействовать на меня через тебя! И у него это получится, потому что ты — моя Ахилесова Пята! — А что этому Дженаро, вообще, нужно от вас? — спросила я. — Подозреваю, что отомстить за годы тюремного заключения и убить, — ответил Гастон. — Так что, Луна, если ты сейчас попытаешься вмешаться, то погубишь и себя, и меня, и Маттео. — Вот именно, — подхватил мой возлюбленный. — Этот псих, вероятнее всего, схватит тебя и будет держать в заложниках до тех пор, пока я не приду и не позволю ему себя прикончить. — И, конечно, я приду с ним, — добавил Перида. — А, избавившись от нас, Дженаро и тебя тоже не оставит в живых, будь уверена! Зачем ему лишний свидетель? — Ладно, все! — сдалась я. — Поняла. Не буду никуда лезть! Не то, чтобы мне было так уж страшно за собственную жизнь, но я представила, как Маттео на моих глазах перерезают горло, и едва не умерла от ужаса. Нет, ни за что не погублю его! — На самом деле, малыш, у тебя более сложная задача, — улыбнулся он. — Какая? — хмыкнула я. — Ждать тебя и волноваться? — Ну, во-первых, волноваться не стоит, — мягко возразил мой любимый. — Я же не на войну ухожу. А во-вторых, тебе нужно проследить, чтобы все обитатели особняка держались подальше от окон и не выходили на улицу. Только напрямую сообщать им об опасности нельзя = вдруг среди персонала есть предатели. А самое сложное — тебе предстоит убедить и Амбар тоже отсидеться пока дома. И, судя по нашему с ней последнему разговору, это будет непросто. Если персоналу ты можешь просто приказать, то с твоей сестрой такой номер не пройдет. — Да уж, — вздохнула я. — Это — не просто трудная задача милый. Она совершенно невыполнимая.