"Звезда"

На Нью-Йорк опустились мрачные сумерки вечера. Сотни ярких огней светили с разных сторон улицы, создавая вокруг частного зоомагазина «ZOOPER Mart» теплый уют. За большими окнами магазинчика, в перемешку с криками одной единственной канарейки, что сидела у маленькой клеточки рядом с хозяйкой, уже виднелась подъехавшее такси. Девушка оглянула часы на руках. Без двенадцати восемь. Такси приехало раньше обычного, на что она лишь улыбнулась. Встав с деревянного стула за прилавком, она достала ключи и взяла клетку с птицей, двинувшись в сторону стеклянных дверей. Та, потдавшись, медленно, скрипя, отворилась. К девушке подошел молодой парень с машины, предложив помочь с малым багажом.  — Не могу ли я помочь? — произнес он, тем самым заставив ее нахмуриться. Как она ненавидела помощь. В таких моментах она всегда вспоминала слова покойной матери: «Если хочешь чего-то добиться, делай это самой!», чего она не хотела вспоминать… Как, например жизнь во Франции. Где она родилась и провела большую часть времени с добрым дядюшкой Кейлом, по отцовской линии. До всего этого она жила щасливо, имела много друзей, любящих родителей, хорошую репутацию среди школьников и вообще была ДРУГИМ человеком. Но после того омерзительного случая, когда к ним в дом забрался тот, кого она не смогла запомнить в 12 лет, она превратилась в мрачную, обеспокоенную Емилию Майз. В тот момент она лишилась всех красок, кроме одной, что радовала ее еще 5 лет. Никита был руским приежжим во Францыю, ее лучший друг с детства, единственный потдерживал в трудных ситуацыях, вроде этой, единственный человек, которому она могла доверить свои тайны, мысли, жизнь… Как бы она хотела повернуть время вспять, вернуть те романтические минуты ее жизни… Этот парень был на год старше ее. Когда ее мама переехала с семьей в другой дом, оказалось, что он ее новый сосед. С тех пор они стали дружить… Незодолго до убийства родителей Елли, у них завязался роман, что перерос в настоящию любовь. Все, как у Ромео и Джульеты… Через 4 года у него оказался рак мозга… Они старались редко поднимать этот вопрос. Он заставлял ее не думать об этом, а жить своей жизню, радоваться в месте с ним общими веселыми моментами, создавая иной, паралельный мир, в котором нет места ненависти, грусти и смерти. Два больных человека… Два любящих сердца… Две юных жизни… Но не смотря на такое сходцтво, им не суждено было розделить вместе смерть… Через года после обнаружения опухли на мозге, он умер, оставив бедную сироту на саму себя… В тот день он попросил ее начать новую жизнь в Америке, жить, когбутто нечего не происходило, беззаботно, ради ее таланта, ради него, ради себя… Она помнит день прибытия в Вашингтон. В тот день, после долгой поездки самолетом через Атлантический океан, она впервые увидела США. В городе ее встретила не очень дружелюбная и любящая тетушка Мерианда, что с радостью, после двух месяцев пребывания в ее домашней тюрьме, питаясь чуть-ли не остатками кошачьего корма под мистера Санерайта, ее кота, приобрела небольшую квартирку, подальше от себя, в Нью-Йорке. Конечно, Елли знала, как великодушна тетя отнисится к ней, но ожидала хотябы уважения. Все таки, она за личением приехала… И вот спустя пять лет она смогла стать на ноги. Приобрела небольшой магазинчик около центра города, переделав его под зоомагазин — страсть ее жизни. Стараясь не переутомлять себя и не напрягать и так столь розшатаные нервы, она смогла обезпечить себя и свое лечение. Связь с другими людьми прервалась так-же неожидано, как и оказалась ее болезнь. Она перестала общаться с людьми, отправляя все это в тайную шкатулку в разуме, блокируя все-возможный контакт с другими, создав условия полного изгоя. Никто в городе не знал ее больше, чем обычного продавца. Даже если бы вы спросили у прохожих, как ее зовут, они бы просто проигнорировали этот вопрос. Ведь они не знают ответа. Обычная девушка, кроме того, как продает вещи для питомцев и находит для бездомных зверей хозяев, даже не пытаеться поговорить. Но в ее душе твориться такое, что и врагу не пожелаеш. Ведь все ее родственики, друзья, забили ее, как умершего, не столь важного инвалида, «позора» (как любила выражаться тетя Мерианда) семьи. Поначалу она пыталась както переписываться с дядей и двоюродной сестренкой Еммой, но потом это перестало иметь смысл. Но это уже ее вовсе не волновало… ей было чисто ПОФИГ. Все, что раньше имело значимость для бывшей Емили, кануло в пропасть вместе с незбывшейся мечтой… Она стояла у порога, смотря на таксиста, что пытался помочь. Он уже успел выхватить у нее с рук ключи, и тут ж щелкнул закрывающийся замок на двери. Они молча ехали около десяти минут. Сидя на заднем сидении машины, Елли то и дела, замечала как он смотрит на нее в зеркало за рулем. На коленях стояла клетка с канарейкой, вновь и вновь шатаясь от тряски и резких поворотов вдоль улиц. Птица уже прывыкла к таким путишествиям. Раньше, вернувшись домой, она надувалась на дне клетки, сидя там, пока не прийдет в себя. Но спустя двадцать минут на кухне раздавалось громкое цверинькание, что часто перемешивался с остальными воплями разных животных, населявших дом. Самая главная страсть хозяйки — животные. Любые, маленький, хищные, добрые, огромные, неприятные. Она обожала проводить с ними время, что оставалось после тяжелой роботы, и не занявшое походами по больницам за справками. Она наклонила голову вперед и спросила: — Могли бы вы остановиться вот здесь? Мне нужно выйти… — Конечно — сказал он, повернув руль по правой стороне, к не большому продуктовому магазину. Машина медленно остановилась. Парень забрал птицу, помог девушке открыть дверь снаруже. В голове Елли пронеслось: «Тоже мне, джентельмен». Она окуратно вышла из машины, и направилась в сторону магазина… ************* Уже стоя перед продавщицей, она смотрела на вечно движущейся рулон щетчика, что печатался с огромной скоростью и стал похож на рулон туалетной бумаги. И он все двигался… двигался… двигался… Тут она поняла, что стала снова отдаляться от мира. Покрутив головой, она посмотрела на простягнут ей продавшицей щет. — С вас 12 долларов. — произнесла осторожно продавец, немного обеспокоина резким изменениям во взгляде девушки, что стал с просто безразличного в мутный и… чтоли, мертвый? — Да, конечно. — немного заулыбалась она, еле подняв уголки губ к верху. Лижбы не привлекать лишнего внимания… Елли вышла на темную улицу, освещенную лишь слабым светом от витрин. В далеке, пару домов отсюда, стояло такси, которое пришлось припарковать там изза отсутствия места на парковке. " А стоит ли идти туда?» спросила она у себя. Ей ужасно не хотелось идти туда, ведь этим она показывала свою слабость перед мущиной. Также она боялась этим угодить таксисту. А пакеты все больше давили на бледные, худые от частой пробы крови, руки. Она понимала, что не сможет быстро дойти домой. И, черт, ее Мелис с этим придурком в машине, ждет свою мамочку. " Чтож, прийдеться вновь ехать вместе с этим типом.» Она шагнула шаг. Резко острая боль скользнула, опаляя конечности и тело, изза чего она покачнулась. «1. Острая боль в костях» — она спомнила первые строфы буклетика, который она читала в Американской больнице о приступах рака. Она поняла, что похоже не успела принять таблетки, а эта маленькая ошибка может стоить ей жизни. Около уставшей и больной Емили, не замечая, проходили прохожие. Казалось, они спецыально даже не смотрят на нее. Боже, какую боль ощущала Елли, но нетолько физическую… Ей было обидно за себя, за гнустную, детскую жизнь, полную пустых надежд на перемены. Ведь правду говорила тетя: она всего лишь одна из многих… Таких как она были, есть и будут… Тяжелые слова для молодого сердца… А прохожие люди шли и шли, бросая острые, как лезвия, взгляды. Боль длилась несколько минут, что для девушки длились вечно. Она снова храбро выпрямилась, и, словно королева, гордо зашагала к автомобилю. Она незачто не розкажет об этих приступах. Она, снова, как и всегда, зделает вид, словно этого не происходило. Конечно, неожиданная потеря самоконтроля в магазине заставит ее переосмыслить свой нагруженый график дня. Покрайней мере, она постараеться… Девушка подошла к автомобилю. Парень стоял рядом, закуривая сигарету, но, привидев потходящею, бледную ее, откинув эту дурную привычку, осторожно спросил: — Эмм… Все в прорядке? — Но она лиш остро окинула ее взглядом. Неужели, догадался. Она быстро открыла дверцу машины и присела на сиденье. Рядом, в маленькой клеточке, персиковая птица захлопала крыльями, приветствуя свою хозяйку. ******** Элли сидела на крыше девятиэтажного здания. Город Нью-Йорк окутала черная мгла. Золотыми линиями светились в лучях фонарей дороги. На безоблачном небе гдето виднелись маленький звезды… Они, конечно, многим уступали звездам в Париже… Там их было очень много, ярких, цветных, словно милионы драгоценностей. Но в большом городе и такое редко завидеш. И она это знала. Элли помнила романтические вечера на городских крышах, что она проводила вместе со своей любовью… Единственным Никитой, что подарил ей незабываемые моменты, ради которых ей стоит жить. Насколько ей нехватали они, эти краткие мгновения любви и свободы, его теплых обьятий и нежных слов. Как она была щаслива. Но ведь это было не всегда… Элли помнила дни, когда они были, по ее мнению, лишь «ДРУЗЬЯМИ» Когда она всеми силами пыталась отшить достающего друга, мещающего ей заниматься вокалом. Насколько она была глупа… Элли это осознавала. И прерасно понимала, что дай ему покорить ее сердце чуть раньше, возможно, все было бы подругому. За это она всегда себя кляла… И вот, спустя столько лет проживания в Америке, она снова сидит на крыше, смотря на редкое мерцание млечного путя, что гдето поблескивал, пробиваясь сквозь облака дыма и грязного мусора от городских заводов. Под ее ногами, свешеными в пропасть, внизу ездели машины. Где-то проходили прохожие, что спешили в неизвестном напралении. Они всегда выглядили маленькими муравьями, промелькивающими среди вечных путишествуюх машин по улицам города, словно кровь в жилах-дорогах. А ведь и правда, американцы достаточно часто называют Нью-Йорк сердцем США, романтическим городом, где збываютьсч мечты… Правда, должны збываться. И вот в небе засеяла самая долгожданная, самая большая звезда на небесном пространстве. Каждый день каждая мечтательная девочка ожидает увидеть ее мерцание, засветляющее остальных ее сестер-звезд. Полярная звезда. В народе поговаривают, что, если попросить ее о чем-то, то оно обязательно збудиться. А правда ли это? Или же обычное суеверие глупых долгожителей, что и дальше продолжают проповедывать свое прошлое следущиму поколению? А может, эта история была создана по щасливому совпадению… Или же нет? Может, чудодейство необычной звездочки и вправду настоящие? Вот именно о чем и думала девушка, смотря на далекий небосвод, где и правила свой светящейся бал волшебства и магии Полярная звезда. Девушка также задумывалась о своем смысле жизни… О том, что именно она должна ожидать от будущего. Что может измениться? А измениться ли вообще? Что, если она так и останеться одиноким инвалидом, которого отвергли родные и знакомые? А стоит ли вообще продолжать столь жалкое существование? Она сложила руки перед собой, словно моля. Хотя, почему словно? Она и впрям упала в былые времена детства. Она и впрям на минуту поверила в магию, прося у далекого алмаза о переменах… Но этот момент длился недолго. Она вновь вернулась в реальность, поняв сразу свое поведение. Она неожидано подумала о том, что все время пыталась опровергать. Правда, зачем ей жить? Что ее держит на этой земле? Все, что раньше ей имело значение, она потеряла… мечту… семью… смысл… цель… Ее жизнь лишь жалкая трата времени… Все, что ей дорого, она потеряла… И не сможет вернуть. Девушка стояла возле края крыши, всматриваясь в глубину ущелия между зданиями. Внизу своим чередом ехали машины, шли прохожие люди, даже не замечая о будущей потере в их рядах… Хотя, кого это волнует? Кто-нибудь узнает об этом вообще? Заметят, что на дороге лежит тело мертвой девушки? Будут хоронить ее? Или же придут ли вообще на ее похороны кто-нибудь? Неет… Два шага отдаляли будущий суицыд от жизни. Два шага между загробним миром и реальностью… Неожиданно по щекам Эмили потекли горячие слезы, которые текли маленьким ручейком по бледной щеке, оставляя мокрыц, длинный след, обжигая щеку. В лицу дунул прохладный ветер, струшивая темные, длинные врлосы, розвевая их и создавая полную нерозбериху. Девушка задумывалась о будущем… Будет ли оно вообще? Или нет? Или вот здесь и оборветься печальная история сироты? Сегодня для нее утро было достаточно тяжелым. Она не сиогла нормально выспаться, изза чего позно вышла на роботу. Домохозяйка Лемми, которая обычно занимаеться домашними делами, как например уборка в доме и ухаживание за животными, внезапно заболела, и временно пролежит в больнице. Элли же пришлось полностью заниматься делами, оплатить знакомой лечение в больнице, создав ей типа отпуска, и вновь ехать на роботу, не успев даже поесть перед уходом. Потом нерозбериха с покупателями превратило просто плохое утро в сущий кошмар… С этого то и началось тяжолое врнмечко, что закончились сложными мыслями. Уже тогда она задумалась о таком решении судьбы. И вот, в свете звезд, под шумы моторов и других городских звуков, столь уже привычных для горожанов, она зделала первый шаг. Сомнения вспихнули с новой силой, пробиваясь ис-под корки «Все уже решено». Она стояла как в копаная, вздрагивая от каждого шороха, прекрасно понимая, что ненужное движение может все испортить. Подняв к верху нежно-голубые глаза, она вновь завидела Полярную звезду. Та приветствовала ее яркими лучами, сливающимися с чернотой небес. — Если ты и правда исполняеш желания, прошу, потскажи как мне быть. Пожалуста, пожалуста, пожалуста..... Ее розделял лишь один, крошечный, детский шаг от долгого путишествия в страну загробного мира… но..... Вдруг за спиной послышался шерох, словно ктото или чтото стоит рядом… буквально за углом..... Эмилия почуствовала пристальный взгляд. Странный, детский голос пробил немую глу между ними, охватывая паникой тело девушки, от чего та покачнулась.  — Ты и вправду собираешся это сделать?