Душа отступника.

      До «London Eye» мы добрались быстро, в одну кабинку набивается обычно куча народу, меня это интересовало исключительно ради вида и пары фоток, что я сделала за 5 минут на верху, но полный оборот занимает 30 минут, поэтому 25 минут мы сидели. — И ради двух или трех фото, ты хотел сюда? — улыбаясь, когда я сел рядом с ним. — 30 фунтов в никуда. — Знаешь, что делают туристы? Они тратят деньги, эти деньги идут в страну и улучшают твой уровень жизни. — смотря фото, погода ясная виды вышли отличные. — Может, через пару лет я посчитаю это бесполезной тратой времени и денег, а пока что… — он обнимает, улыбается. — Это мило как минимум. — тихо говорит он, тяжело вздыхаю, смотрю на него. — У меня из окна его видно, оно мозолило мне глаза. — убираю телефон, целую его. — Так что, ты потерпишь, местные сюда наверно не ходят. — Видно из окна, класс… — обнимая меня опять целуя. — Ходят, но редко, иногда хочется. Тебе явно повезло с погодой. — Это радует, ну, давай местный житель, думай куда мы пойдем дальше, а то ближайшие дни вряд ли у меня будет время, на прогулки. — улыбаюсь, смотрю в окно поверх голов туристов, хотя большинство поступали как я, закидываю ноги на колени Тео и придвигаюсь, тут же на освободившееся место садится милая девушка. Видимо китаянка, улыбаюсь ей, краем ухом, слыша её разговор с сестрой, они устали, поворачиваюсь к ней. — Может вы мне подскажете, куда сходить, вы тут не первый день? — на довольно чистом китайском, она тут же расплывается в улыбке. — У вас хорошее знание языка и произношения. — она достает из сумочки книжную, листая её. — Нам очень понравился Кенсингтонский дворец, Вестминстерское аббатство и музей естествознания, очень захватывающее место. — Слышал, вы еще Альберт-холл упоминали, стоит того? — она листает книжку. — Мы надеемся туда попасть сегодня, мы уезжаем послезавтра, надеюсь, она тог стоит, здание великолепно. — открывая путеводитель. — Мы были в Глобусе, удивительно, что его построили почти идентичным, только по частичным чертежам. — В него я точно схожу, спасибо. Надеюсь вы с сестрой попадете в Альберт-холл, сегодня. — она улыбнулась, протянула мне небольшую открытку с видом того самого «Глобуса», беру её двумя руками. — Спасибо. — Не за что, надеюсь, вы тоже везде попадете. — улыбаюсь ей, смотрю на открытку, поворачиваюсь к Тео, он вроде с улыбкой смотрит на меня, он в полном шоке. — Что не так? — смотрю на него, он отрицательно мотает головой. — Куда мы идем сейчас, Тео?       Из кабинки мы вышли почти последними, он, молча, шел минут пять, я мирно прогуливался вдоль рядов с всякими мелкими сувенирами выбирая открытки в принципе они все однотипные, но какие-то получше качеством. Чего-то из ряда вон шикарного тут не было, поэтому я взял набор и побрел дальше. Тео просто бродил рядом и иногда смотрел всякую мелочевку, гуляя по набережной. — О чем вы говорили с этой девушкой? — все же заговорил он, когда я сел на скамейку, печатая сообщение Рассалу, отправляя фото. — О местных достопримечательностях, спрашивал где они с сестрой были и куда планируют сходить еще. — смотрю на него. — Что в этом не так? — Да все так, просто реально, на китайском или какой это был? — он бродит вдоль скамейки. — Не мельтеши, сядь… это был китайский, а вообще на каком мне надо было говорить, думаю английский был бы ей труднее. — у меня звонит телефон, он вроде притормаживает, но не садится. — Да, Гард… — поднимаю трубку, ловлю его за рукав, притягиваю к себе. — Сядь, пожалуйста. — Ужин, в 8 вечера, я заеду. — спокойно произносит он, но так властно, улыбаюсь от этого. — Хорошо в 8, что надеть? — зная его логичный вопрос, он довольно хмыкнул. — ты останешься? — Что то более презентабельное, чем на тебе сейчас. — смотрю на то что на мне надеть, хмыкаю. — Посмотрим на твое поведения, зверек. Будь умничкой. — ложит трубку, опять хмыкаю, достою сигареты. — Что в 8? — все же садясь рядом, улыбаюсь ему смотрю на время, дело к шести, закуриваю. — Ужин в 8, надо надеть, что-то более презентабельное… — повторяю слова Гарда. — Так что у нас с тобой где-то час… — продолжаю улыбаться, смотря на него. — И с кем ты идешь ужинать, если не секрет? — приобнимая меня за плече, усаживаясь ближе. — Довольно требовательный тон, если мне не послышалось… — Я не знаю, как тебе объяснить, кто он, скажем так, важный для меня человек… — смотрю на него. — А тон у него властный… сильный. — Спишь с ним? — сразу с ходу решил он, в лоб. — Да сплю, он в этом просто великолепен. — спокойно отвечаю, ухмыляясь. — Это не должно тебя волновать, если я буду с тобой спать, то с ним не перестану. — он в упор смотрит на меня. — Ты должен понять одно, ты либо миришься с тем какой я, либо мы расходимся здесь и сейчас. Решай. — Ты с ним вечно переписываешься? — отрицательно мотаю головой, докуриваю и мило улыбаюсь ему. — Ладно, я явно не хочу заканчивать это здесь и сейчас. — Отлично, тогда мы не будем больше поднимать тему того кому я пишу и конкретно тему Гарда… если вы когда то столкнетесь мой тебе совет не зли его и не лезь в какие-то дискуссии и конфликты, он крайне жесток и ты не хочешь себе такого врага, поверь. — спокойно встаю, выкидываю сигарету в урну, мирно иду дальше, он рядом. — А как он относится к тому, что у тебя может быть кто-то кроме него? — опять беря меня за руку, притягивая к себе. — Главное чтоб этот человек не раздражал, в остальном, хоть при нем… — целую его, ухмыляюсь. — Закрыли тему. — Ладненько… у тебя были так сказать официальные отношения? Любил кого-то? — продолжая идти рядом, не отпуская руку. — Любил, но это страшное чувство… больше не буду. — с улыбкой. — Отношения были лет до 14-ти, но это сложно назвать чем-то серьезным или тем более официальным. — Почему же страшное, его считают прекрасным? — задумчиво говорит он с легкой и очень милой улыбкой. — И кто же этот счастливчик? — Его сложно назвать счастливчиком, особенно если учесть, что отношения я не воспринимаю как и верность одному партнеру. — смотрю в экран телефона на фото с этими четверкой, улыбаюсь. — Я принес ему много боли, со мной сложно, это тебе тоже стоит учесть. — Ну, если ты его любил, почему не мог пожертвовать чем-то ради этого? — нахмурился он, я улыбаюсь шире. — Я убью за него, отдам все не задумываясь, но поменять себя я не могу, да и он любит меня именно таким идиотом какой я есть. — пишу им упоминая Тео, тут же приходит два или три сообщения, чтоб я прислал его фото тоже. — Они хотят на тебя посмотреть, теперь ты им крайне интересен, Тео. — Кто они? — слегка напряженная улыбка. — Это очень романтично говорить такое, до сих пор его любишь? — Всегда буду… — поворачиваю экран к нему. — Они, это тот о ком я говорю. — указываю на Рассала. — Этого знаю с детства, спал с ним. — указываю на Ника. — Эта моя хорошая подруга, с ней тоже спал, а это её парень, с ним не спал, он меня боится. — указываю сначала на Авери, затем на Дэвида. — Они все хотят посмотреть на тебя, ставки небось там уже делают. — улыбаюсь ему, он в шоке смотрит на фото, потом на меня. — И они так спокойно все вместе развлекаются, особенно первые троя? Знаешь, вы странные… — улыбаюсь больше нервно, усмехаюсь. — Они знают какой я, да тебе это странно, по началу им всем было страшно… эти троя меня любят… и это не конец списка, далеко. — читаю новое сообщения уже от Авери, улыбаюсь. — Ладно, ты с каждой минутой становишься все интереснее, Томас, если хотят фотку, ладно, но с тобой. — притягиваю меня к себе. — Дай телефон. — протягивает руку, целует, отдаю ему телефон, включает камеру, опять целует, делает фото и следующее где уже ухмыляется, смотрю на него, а он в камеру. — Отправь оба. — Ты думаешь, их это удивит…? Наивно. — ухмыляюсь шире. — Но они и хуже вещи видели, можешь еще по извращаться. — он слегка прищурил взгляд на меня, опять целует в этот раз включая видео и притягивая меня к себе, опуская руку на задницу, довольно долго целуя меня. — Привет из Лондона, ребята. — улыбаясь в камеру. — Идиот… но милый. — усмехнулся я, забирая телефон, вырубаю камеру, сам его целую. Отправляю и фото и видео. — Они реально поржут. — минуты через две приходит ответ. — Они считают, что я найду повыше, и зеленоглазый, это банально для меня, симпатичный, но наглости не хватает. Ясно тебе? — сворачиваю от набережной в направлении дома, он, не задумываясь идет рядом. — Наглости не хватает… вот так запросто? — удивленно и с усмешкой. — То есть для них это реально нормально, что ты…? — Что я, что? — читаю сообщения. — Им вот интересно спал ли я с тобой уже. — пишу ответ, он поднимает удивленно брови. — А ты мог бы? — убираю телефон, улыбаюсь, он вопросительно смотрит. — Это считать за «да»? — Вполне, но не сегодня… и чтоб ты понимал, я тут только второй день. — улыбаюсь шире, останавливаюсь у угла своего дома. — Поднимешься или пойдешь домой? — Поднимусь куда? — он не сразу понял, но через секунду до него доходит осознание, что дом жилой. — Погоди, ты тут живешь? — киваю. — Решай быстрей, мне надо еще переодеться, а это крайне долго. — ухмыляюсь. — Поднимусь, интересно же. — не отпуская его руку, иду к входу, швейцар здоровается, улыбаюсь ему, иду к лифту, ища в кармане карту, вспоминая, что она в рюкзаке. — Здравствуйте, Мистер Марлоу, коробки с вашими вещами доставлены в квартиру и для вас оставили конверт. — милая девушка с ресепшене подошла, протягивая мне увесистый такой конверт, подписанный рукой Гарда. — Спасибо. — забираю конверт, вырыв карту их рюкзака. — Много там коробок? — Семь и два свертка. — отходя к стойке, улыбаюсь. — Хорошего вечера мистера Марлоу. — Спасибо еще раз. — беру Тео за рукав, выводя из легкого шока. — Идем уже. — подхожу к своему лифту, поднимаемся наверх, кидаю рюкзак на каменный пуфик у лифта, смотрю на сверток. — Проходи. — Ты серьезно, мистер Марлоу? Ты в пентхаусе живешь? — вскрываю сверток, читаю записку, смотрю на коробку, тяжело вздыхаю. — На кой мне часы…? — откладываю конверт на стойку в кухне, Тео заходит за мной, смотрит на коробку с дорогими часами. Берет записку. — «Довольно скромный»? — читая записку. — Это часы LeCoultre, они тысяч десять не меньше стоят. — Да мне они вообще не сдались. — набираю номер Гарда, смотря на часы, открываю коробку. — Я не нашу часы, у меня есть телефон. — достою их из коробки, верчу их в руках, примеряя на руку. — Красиво, но не стоило… — Надень их сегодня, возможно, это не последнее, что я пришлю, зверек. — Зачем они мне, серьезно…? — ною я смотря на них. — Хотя они мне определенно нравятся, но они будут лежать в гардеробной и пылиться… — Пусть лежат, подаришь их потом мальчишке. — усмехнулся он. — Собирайся, зверек. — Ну, ему они точно понравятся, сколько они стоят? — снимаю их, ложу в коробку, плетусь в спальню, Тео идет за мной. — И что вообще надеть-то? — Костюм, милый, так и быть без галстука. — издевка в голосе, захожу в гардеробную, кидаю почти коробку на одну из полок, где и без того куча всего. — Серый или синий. — ложит трубку. — «Серый или синий», как точно-то блин. — выбираю синий, темный костюм, белую рубашку, темно серый галстук, узкий, и темно серые замшевые ботинки. — Эту хрень без галстука не надеть. — стягиваю с себя рубашку, ту что на мне сейчас. — Что с тобой, Тео? — Знаешь по тебе не скажешь, что ты из… — я наклоняю голову и слегка улыбаюсь, натягивая ту рубашку, что выбрал. — Это, … что пулевое? — подходя, не давая застегнуть рубашку, прикасаясь к левому плечу, к шраму, что все еще кажется довольно свежим. — Представь, внешность обманчива, Тео… я не из богатых или, что ты там хотел сказать. — убираю руку, поправляю рубашку, застегиваю её. — Тот кто подарил часы, да, тот кто купил эту квартиру… да может я и отношусь к какому-то из местных родов, но они не знают о моем существовании и к лучшему. — стягиваю кроссовки и брюки, надеваю другие, надеваю ботинки и берусь за галстук. — Как, черт возьми, ты умудрился получить пулевое ранение? — садясь на пуфик в гардеробной, и смотря, как я завязываю галстук, точнее Гард моими руками для меня это слишком. — Как однако тебя меняет строгая рубашка и галстук. — надеваю часы, пиджак, убираю волосы назад, поправляю манжеты рубашки. — Ненавижу костюмы. — беру телефон с полки, кидаю его Тео. — Сфоткай, пусть эти порадуются. — он делает фото. — Этого хватит, а пулевое я… это долго объяснять. По крайней мере сегодня, я это объяснять не буду. — отправляю фото Рассалу, он почти сразу звонит. — Даже так позвонил. Ты на громкой. — ложу телефон на полку пытаясь, что то сделать с волосами. — Гард заставил? Мне определенно нравится, что он делает, милый. — довольно говорит Рассал. — Куда намылился? — менее довольный голос Ника. — Николас ты ревнуешь? — ехидничаю. — Да, как он сказал, серый или синий… — Не называй меня Николосом, засранец! — не злой, но все так, же не довольный голос. — А почему не серый? — еще довольнее голос Рассал. — Может мне кто-то объяснит, откуда у него пулевое? — офигевший, слегка Тео, подходит ближе. — А оно что одно? — немного задумался Ник. — Погоди не два? — Нет, одно… — слушаю их, улыбаюсь в зеркало, смотря на Тео. — Это сложно объяснить, когда не знаешь, всего… он, если кратко довыебывался как всегда… да, Том? — Не совсем, я тогда вообще зайкой был… — усмехнулся я оборачиваясь на Тео. — Расслабься, давай Теодор. — целую его. — Теодор, … значит? — не чуть не удивленный или расстроенный голос Рассалам. — Куда ты намылились то? — На ужин с Гардом ему всралось, чтоб я одел костюм, собственно вот. — улыбаюсь Тео. — Тео, ты с ним спал? — Вмешивается Ник. — Ник, а ты уже спал с Рассалам? — так же как он говорю я, Рассал ржет, Ник нервно кашлянул. — Не спал, но хотел бы… — отвечает немного прифигевший Тео, обнимая меня. — Мало того, что ты спал с ними двумя так они еще и между собой спят? Вы странные, серьезно… — После того раза не спал, Томас! — откашлявшись сказал Ник. — Сейчас ты посчитаешь нас еще более странными, он спал с ним в моем присутствии. — усмехнулся я. — Что? — у него открылся рот от изумления, опять усмешка. — Расслабься милый. — целую Тео. — Рассал не будь с ним так категоричен, тем более вы там явно вдвоем… — язвлю. — Тео, знаешь, придуши его там галстуком малость, а то больно много болтает. — голос Рассала не звучит расстроенным, это меня радовало. — Во сколько ужин, засранец? — В 8, любимый, а на счет Ника, подумай. — улыбаюсь, смотрю на время на часах. — Тебе нужны наручные часы, Рассал? — У тебя 15 минут, идиот. — довольно говорит Рассал. — Зачем мне часы, Том? — Просто так… он поднимется я думаю. — на этих словах в холе открывается лифт. — Ладно, я позже позвоню. — Ладно, засранец, я тебя люблю, пока. — ложит трубку, Тео смотрит на меня в шоке. — Томас, давай живее… — спокойный голос, но довольно громкий из холла, беру Тео за руку, тяну за собой, убираю телефон в карман, как и сигареты. Выхожу в холл. — Тео Гард, Гард Тео. — указываю поочередно на каждого, Гард окидывает меня взглядом, я улыбаюсь, потому что он тоже в пиджаке и рубашке. — Ну, хорошо, что не в толстовке. — В этот ресторан в толстовке не пустят, милый. — дверь лифта открывается. — Идем… — захожу в лифт затаскиваю туда Тео. — Завтра сам поедешь до института и ради бога не забудь, что ни будь. — Ты останешься? — опираюсь об него плечом. — Подбросим его до метро. — указывая на Тео. Гард переводит на него взглядом. — Один, тебе не маловато, милый? — поднимая моё лицо к себе. — Ладно… — Рассалу кстати тоже часы не сдались. — целую Гарда, улыбаюсь. — Да и есть я не особо хочу. — Замолкни, Томми. — легкая ухмылка, выходим из лифта на парковке, иду молча за ним, Тео в шоке за мной. — Садись. — заползаю на переднее сидение, указывая на заднюю дверь Тео. — Довезу до ближайшей станции, дальше сам. — Тео кивнул, до ближайшей станции и так не далеко, как только за ним закрылась дверь, Гард рванул с места. — Он в шоке, но ты ему стал до жути интересен. — Он в шоке почти от всего, сначала все в шоке. — улыбаюсь ему. — Когда ты начнешь меня пытать? — Послезавтра наверно, да и не каждый день, тебе еще и с хранителем надо разобраться. — сворачивая к шикарному старому зданию не далеко от Hyde Park, дверь машины открывает швейцар, как и дверь ресторана, встречает администратор, проводит за заказанный столик и все в этом духе, цены в меню превышают любые мыслимые приделы, на вид я смотрюсь будто это обычный ужин, про себя я в полном шоке, (Гард, объясни мне, пожалуйста, зачем? — в голосе даже не скрыть этот шок и я бы сказал легкий ужас даже.). — Милый, я, по-моему, четко выразился в первый же день, отвыкай от того, что было там. — Что ты хочешь этим добиться? — подходит официант, Гард с ходу делает заказ, даже не обращая внимания на то, что я даже не думал над тем, что взять, выбираю пару блюд, он заказывает еще и вино, чуть ли не своего года рождения, официант как растворился, приняв заказ. — Я просто не могу понять тебя… — Милый, скажи-ка мне, как ты чувствуешь себя в толпе? — тяжело вздыхаю, он улыбается. — Именно, тебе плохо, а такого быть не должно, тут полный зал всегда, запись парой за месяц, ты будешь часто ходить по людным местам и будешь справляться с этим, хочешь ты того или нет. — То есть это по факту попытка приучить меня еще и к контролю? — он кивает. — В подобном месте, ты вряд ли устроишь истерику, зная тебя ты будешь сохранять контроль до последнего. — да, мне тут малость трясло изнутри, но на вид я был спокоен и эмоции других меня не трогали. — Тебе надо справиться с собой, милый, а дальше это будет так просто, что ты перестанешь это замечать вовсе. — Тогда почему не метро в час пик? — он ухмыляется. — Потому, что там твоей истерики не заметят, а она будет, так вот чтоб её не было в последующем, ты должен научиться с малого. — улыбаясь чуть добрей. — А еще зверек, тебе надо есть, а тут вкусно и мне нравится, да и опять же, прекрати прятаться по углам, в конце концов, ты же голубых кровей. — приносят первое блюдо, это просто страшно есть, это выглядит как произведение искусства, смотрю на довольное, даже слегка злорадное лицо Гарда исподлобья. — Кушай, солнышко. — мне в бокал наливают вино, делаю глубокий вдох, начинаю есть, это безумно вкусно. — Я все равно считаю, что это перебор. — тихо говорю ему, продолжая есть. Пробую вино, оно прекрасно. — А разве тут тоже не с 21-го пить можно? — А кто знает, что тебе меньше? — спокойно говорит он. — Тебе понравился Тео? — Если бы не понравился, я бы его послал, но его явно напрягает, то, какой я. — скучающе веду мирную беседу. — И с ним как будто что то не так. — Ты очень удивишься когда поймешь, что именно. — легкая улыбка, но не злая. — Он вроде как человек…? — уже с опаской. — Да, человек, ни чего страшного, но ты быстро поймешь, что не так, пара встреч и станет ясно. — тяжело вздыхаю, отворачиваюсь в окно.       Поужинали мы быстро относительно, он заказал какой то десерт, я не особо вообще хотел есть, но это было что то из ряда вон, выглядело просто потрясающе с золотом сверху и плюнув на все я решил не обращать внимания. Гарда порадовало, что я стал спокойней и забавляло то как я отношусь к их внешнему виду, пусть и про себя. После ужина он отвез меня домой, но не остался, я опять остался один. Сел на уже излюбленное место на балконе, переместил к себе одну из коробок, вскрыл её и мирно покуривая, стал доставать книги. Я довольно увлекся этим, не сразу замечая, что звонит телефон, взяв трубку даже не смотря на номер, читая в книге странные описания каких-то ритуалов. — Да. — слегка отстраненный голос. — Я помешал, Том? — приятный голос Рассала, откладываю книгу, даже не дочитав строчку. — Нет, просто решил почитать книги отца, они крайне странные. — улыбаюсь, достою сигарету, закуриваю. — А ты чем занят, любимый? — Не поверишь, читаю… — усмехнулся он. — Стопа книг, что ты оставил в спальне, половину я даже не понял, что это. — Там пара книг на немецком, одна на французиком, её ты должен был понять. — он издал какой то звук похожий на нервный смешок. — Не так хорошо я его знаю как ты думаешь, Том. — опять улыбаюсь. — А что в отцовских книгах? — Они по большей части вообще на латыни, но я её никогда не учил, но понимаю все, хотя я уже пару раз говорил на ней, не задумываясь правда, предполагаю это просто норма для хранителей. — опять листаю книгу. — Тут есть вещи типо извлечение души из тела или символов, которые запирают демонов. — Миленько, и что, Гард просто сказал, учись сам? — ехидничает Рассал. — К некоторым вещам он не может даже прикоснуться, это обжигает кожу, довольно неприятная штука, как тот кинжал, что я тогда принес, ожег, был от него. — листаю книгу, впяливаясь в страницу. — «Сосуд для заточения отступника», твою же мать… — читая описание. — Они применяют пытки, реально…? «смертное тело легче обездвижить, цепи с символами обжигают плоть, сдержат отступника на краткий промежуток… лучше выжечь его на коже смертного тела…» твою же … — пробежавшись по тексту и прочитав пару строк и отрывков вслух. — Серьезно? — офигел Рассал не меньше моего. — Я тебя прошу, просто будь осторожен, Том. — волнение, улыбаюсь, закрываю книгу. — Не переживай, я буду умницей, но это мило, ты волнуешься. — мне дико хотелось к нему, но я поставил себе цель, не лезть в его жизнь, по крайней мере физически, пока он не приедет сюда сам. — Еще бы я не переживал, во-первых, ты мне дорог, во вторых, ты описываешь крайне ужасные вещи, которые могут тебя убить! — с какой то даже ненавистью закончил он. — Пусть только попробуют меня трогать, милый. — улыбаюсь. — Скорее я им, что ни будь, на смертном теле выжгу. — Не смей нарываться и будь умницей. — грустно и расстроено. — Я не переживу этого. — Не смей такого говорить, Рассал! Я буду в порядке, а ты перестанешь загоняться. — как будто чувствуя его грусть и она нарастает. — Успокойся, любимый, давай сменим тему. — С чего ты взял, что я не спокоен? — удивление, и его я тоже чувствую, закрываю глаза, сосредотачиваюсь на его чувствах. Грусть, волнение, страх за меня, печаль, улыбаюсь. — Я чувствую тебя даже тут, Рассал. — радость, опять это теплое чувство. — Рад, это хорошо, лучше, чем печаль. — Я люблю тебя, Том, мне приятно, что даже за сотни тысячь километров, ты меня чувствуеь. — улыбаюсь, открываю глаза, смотрю в окно. — Жаль, что ты далеко, мне бы было куда лучше будь ты тут, любимый. — перемещаюсь в спальню, разваливаюсь на кровати. — Будешь часто это говорить, Гард запретит меня так называть, а мне это нравится, так что притормози. — усмехнулся Рассал. — Расскажи мне лучше про Тео. — А что рассказывать, симпатичный мальчик 22-х лет, учится на фармацевта, играет на виолончели, хочет меня, но в нем, что то слегка не так… пока не понял что. — проговорил я все в одном предложении. — Что-то не так? — удивленно слегка. — Ну, он и правда ничего, в твоем вкусе. — У меня ощущение, что чего-то в нем не хватает, Гард сказал я быстро пойму, пара встреч и меня это приятно удивит. — слегка саркастично, стягиваю с себя домашнюю одежду, залезаю под одеяло. — Но что это, я еще не понял. — А сказать Гард тебе, конечно, не мог? — усмехнулся он. — Ну, это же скучно, и он то сразу все понял, что не так, а я должен учиться этому, видимо такая логика. — спокойно, улыбаясь при этом. — А еще я завтра сам поеду тут на машине и это реально стремно, они едут не по той стороне дроги, блин. — Будет забавно, Гард с тобой поедет? — легкая усмешка. — Очень смешно, посмотрел бы, я на тебя… не знаю, а что? — потягиваясь слегка в кровати. — Надеюсь он снимет видео, хочу поржать. — теперь он усмехался открыто. — Вот приедешь сюда, заставлю тебя меня возить, засранец, вот тогда и поржем. — с легким раздражением, но с улыбкой, он смеётся. — Я убью кого ни будь и меня посадят. — сквозь смех говорит он. — Почему ты еще не спишь, кстати, время то у тебя почти к трем? — Ну, я в постели, а спать я не хочу, мне тут вообще не особо спится. — все же зевая, не то чтоб я устал, но в сон слегка клонит. — А что хочешь от меня избавиться? — Нет, просто если ты завтра поедешь по делам, значит тебе надо спать. — добрый голос. — Ты прав, но я не хочу… мне нравится слушать твой голос. — мне правда нравилось это, но опять же, он прав. — Я позвоню тебе завтра Том, а сейчас постарайся уснуть. — закрываю глаза, не хочу ложит трубку. — Я тебя люблю, спокойной ночи. — меня как отключило после этих слов.