Double Trouble

Дважды проскочив на мигающий жёлтый, Кёнсу буквально долетел до дома, кое-как приткнул машину у кромки тротуара во дворе и пулей взлетел на свой этаж. Собака и правда плакала, жалобное поскуливание было слышно даже парой этажей ниже. Помолившись всем известным богам, чтобы соседи тоже допоздна задержались на работе, Кёнсу ещё прибавил скорости. Сехён обнаружился на кафельном полу возле двери. Он прижимался ухом к двери и уговаривал: - Не плачь, не плачь, собаченька, не плачь, маленький. Не плачь, он скоро придёт. И мы с тобой пойдём гулять. Я тебе обещаю, мы пойдём гулять. - Я пришёл, - Кёнсу вставил ключ в замок, повернул и толкнул дверь плечом. – Давай, поднимайся, задницу отморозишь, на улице уже давно не лето, - Кёнсу даже руку протянул, чтобы Сехён мог опереться. - Почему ты так поздно? - Работал, - Кёнсу подхватил щенка, который бодро рванул через порог, придержал, а потом сунул в руки Сехёну. – Раз ты обещал, иди гуляй. - А ты? - А я оценю масштабы разрушения, - Кёнсу вздохнул: на первый взгляд прихожая выглядела нетронутой, но кто знал, что в ней могло обнаружиться. – Мне ещё в магазин не помешало бы заглянуть, в доме ни крошки еды. - Давай мы зайдём, - Сехён сунул щенка под свою куртку и поморщился, когда тот основательно проехался когтями по его груди. – Только скажи, что надо купить. - Даже так? Ладно, - Кёнсу принюхивался, но в квартире не пахло ничем таким неприятным, зато терпкий и резкий парфюм Сехёна буквально забивал лёгкие. – Сейчас напишу тебе список, и денег же нужно дать… - Не нужно, у меня есть. - Мама дала? - Заработал! – Сехён расправил плечи и выпятил грудь. – Давай список, ему же в туалет хочется… И надо имя ему придумать. - Ну вот и придумай, - Кёнсу пожал плечами. На другом стикере он набросал список и сунул Сехёну в ладонь вместе с комплектом запасных ключей: - Всё, давайте, проваливайте. - Мы скоро вернёмся, - Сехён как-то очень легко, как будто привык к этому, наклонил голову и поцеловал Кёнсу. – Не скучай без нас. - Не собирался даже, - Кёнсу усмехнулся и закрыл дверь за своими квартирантами. Что-то подсказывало ему, что ключи Сехён потом не вернёт. Оставшись один, Кёнсу сначала переоделся в домашнее, а потом принялся методично изучать каждый угол своей квартиры. Сехён ожидаемо бросил все двери открытыми, и у щенка была отличная возможность отметиться во всех комнатах. Первым делом Кёнсу изучил все провода, потом ножки мебели, обувь в прихожей. На первый взгляд, всё оставалось нетронутым, и Кёнсу насторожился. Должен же был щенок чем-то заниматься весь день, это же не Чунмёновы кошки, которые просыпались только поесть, а потом мостились обратно и дальше существовали в своём энергосберегающем режиме. Спустя час бесплотных поисков, Кёнсу сдался, включил кофемашину и пристроился за кухонным столом. Неужели щенок оказался настолько беспроблемным? Впрочем, его скулёж тоже можно было считать проблемой. И если один вечер соседи ещё могли потерпеть, то в дальнейшем ему нужно было ожидать гостей. Сехён задерживался, по крайней мере, так казалось Кёнсу, и тот уже начинал волноваться. Звонить и спрашивать ему не хотелось, чтобы Сехён не думал себе ничего лишнего, но и просто терпеливо ждать Кёнсу не хотел. В три глотка опустошив кофейную чашку, Кёнсу принялся за готовку. По крайней мере, он мог загрузить рисоварку и подготовить заправки для мяса. Когда в замке повернулся ключ, Кёнсу вздрогнул от неожиданности. Он ещё не привык, что в его дом мог войти кто-то посторонний. Даже Чунмён, у которого был свой комплект, всегда предпочитал стучать или звонить. - Мы погуляли, - отчитался Сехён. – А в супермаркете такая очередь… Как будто завтра война начнётся, - в прихожей шуршали пакеты, а потом Кёнсу почувствовал, как что-то толкнулось в его ногу. - Привет, - он опустил глаза и заметил щенка. – Сехён! - Что? – неожиданно Сехён оказался прямо у него за спиной. Он поцеловал Кёнсу в шею, и запах его парфюма, смешанный с осенним холодом, заполнил всё внутри. - Лапы… - Что лапы? – Сехён явно дурачился, делая вид, что не понимает, к чему клонил Кёнсу. - Помой лапы своей собаке, вы с улицы пришли. И оденься, ты холодный, как лягушка. - Мне нечего надеть, ты слишком… Дюймовочка. - Что? – Кёнсу обернулся и с возмущением взглянул на Сехёна, отказываясь понимать и спускать такую наглость. - Местами, - поспешил уточнить Сехён. – Там всё нормально, у меня до сих пор спина ноет, - его рука скользнула за резинку домашних штанов Кёнсу, но тот мгновенно отстранился: - Руки вымой. И согрейся! - А потом? - Потом я приготовлю ужин, - Кёнсу отстранился ещё немного, чтобы Сехён не наглел слишком уж. – И было бы здорово, если бы эту ночь ты для разнообразия переночевал дома. - Я тебе мешаю? – Сехён пристроил пакеты с покупками на стол и придвинулся, зажав Кёнсу между раковиной и своим телом. – Мне казалось, мы могли бы… - Сехён, пошёл вон отсюда, - Кёнсу разозлился, упёрся ладонями в грудь Сехёна и оттолкнул его от себя. – У тебя есть дела, вот и делай их. И пока это только мой дом, я буду решать, кто и что здесь делает. - Я буду только рад, если ты будешь решать это в кровати, - Сехён даже с места не сдвинулся. – Я не хочу домой, я хочу быть с тобой. - А я хочу? - А ты нет? - Сехён, ты еврей? Хватит уже отвечать вопросом на вопрос. Ты обнаглел, ты совершенно не считаешься с моими планами и моим правом на личную жизнь… - начал было Кёнсу, но Сехён перебил его самым бесцеремонным образом: - Я твоя личная жизнь. И я желаю жить с тобой. - Охренеть! – опешил Кёнсу. – А брату потом скажешь, что это я захотел? Как с собакой… Кстати, - Кёнсу выглянул из-за плеча Сехёна, и его глаза сузились от гнева. – Немедленно вымой это животное, а потом стол и пол на кухне. Пулей! Видимо, что-то такое страшное прозвучало в его голосе, потому что Сехён отпрянул, подхватил щенка, который уже залез на стол и сунул морду в один из пакетов, и скрылся с ним в ванной. - А какое полотенце можно взять? А то я то, которым утром вытирал, в корзину сунул… - Зашибись, - Кёнсу вздохнул, взял сигареты и с ногами устроился на стуле. Он закурил, подышал немного никотиновым дымом, а потом почти спокойно ответил: - Бери любое. Только потом отдельно положи! - Хорошо, - покладисто согласился Сехён. Зашумела вода, а спустя пару минут Сехён появился на пороге с кульком из полотенца. Любимого полотенца Кёнсу, кстати. – Подержи его, я пока тут уберу. - А другого не нашлось? – Кёнсу перехватил щенка и не удержался, погладил пальцем блестящий нос. - Ты же сам сказал, что можно любое. - Ладно, - и правда ведь, сам сказал. – Пол протри. И стол. Я не могу ничего делать, чтобы грязь не разносить. - Это потому что кое-кто собрал на улице все лужи. Он не одной не пропустил, у меня вся футболка грязная, - Сехён выпятил грудь, чтобы Кёнсу посмотрел. - А ты там зачем был? – Кёнсу грудь оценил. – Футболку сунь в машинку, там уже полная корзина накопилась, можно постирать заодно. Дома тепло, походишь и так. - Конечно, - Сехёна как ветром сдуло из кухни, а уже спустя минуту в ванной бодро загудела стиральная машина, а Кёнсу понял, что наделал. Всё же, Сехён что-то такое делал с его мозгами, что Кёнсу совершенно утрачивал способность к рациональному мышлению. Он же всерьёз собирался отправить Сехёна домой. Собирался? Тогда зачем предложил ему эти постирушки? Запасных вещей у Сехёна не было, а в футболки и рубашки Кёнсу его плечи просто не помещались. А выставить Сехёна из дома осенью в одной тонкой кожаной куртке на голое тело у Кёнсу не поднималась рука. По всему выходило, что эту ночь Сехён тоже должен был провести в его постели. - Я закончил, - Сехён в одних джинсах и с ведром в руках смотрелся… многообещающе. - Прикройся, - Кёнсу стянул со спинки одного из стульев тонкий плед и бросил в Сехёна. – И собаку свою забери, я есть хочу как не знаю кто. - Сказал бы, я бы готовое что купил. - Я хочу сам, - Кёнсу принялся разбирать пакеты. – Сехён, слушай… Раз уж сегодня так получилось, что ты всё равно остаёшься, давай договоримся на будущее… - Конечно, - Сехён совершенно бесшумно подкрался и положил руки Кёнсу на бёдра. – О чём ты хочешь договориться? - Во-первых, прекрати сочинять небылицы и рассказывать их своему брату, - Кёнсу сдержался, не вздрогнул и руки не сбросил. - Какие небылицы? – натурально удивился Сехён. – Я ему ничего такого не рассказывал, чего не было. - Сехён… Мы оба знаем, что рассказывал. И по твоей милости я выглядел полным идиотом сегодня, когда Сехун подошёл ко мне поговорить. Зачем ты вообще ему сказал, что мы… С чего вообще тебе в голову пришло, что мы встречаемся? - А разве нет? - Сехён, - Кёнсу вздохнул. – Мы знакомы три дня. - И что? - И всё! - А во-вторых? - Во-вторых, - Кёнсу не сразу вспомнил, что хотел сказать, сбитый с толку резкой сменой темы. – Во-вторых, ты не воздух, ты не имеешь права занимать весь свободный объём. Я имею право оставаться в своём доме без тебя. - Имеешь, конечно, - согласился Сехён. – А ты хочешь? - Представь себе. Неужели ты думаешь, что ты настолько неотразимый, что без тебя ни дня не прожить? - Я думаю… - Сехён помолчал немного, а потом развернул Кёнсу к себе лицом. – Ты знаешь, я думаю, что если сейчас отступлю, то потеряю тебя навсегда. - Сехён… - Я знаю, что я… Я ничего из себя не представляю. Но я хочу, чтобы ты привык ко мне, чтобы думал обо мне, когда меня нет рядом. Чтобы ты постоянно помнил обо мне, я сейчас должен быть постоянно рядом с тобой, даже если ты не хочешь. - Кто тебе это сказал? – удивился Кёнсу. - Никто, - Сехён покачал головой. – Я сам это понимаю. Ты можешь влюбиться в моего брата, он умный… Можешь встретить ещё кого-то. А я… - Ты тоже можешь. - Я не могу, - Сехён покачал головой. – И я уже очень много… натворил, чтобы быть с тобой. Поэтому я буду держаться за тебя. - Дурак ты, - заключил Кёнсу, которого неожиданно тронуло это признание. Конечно, он смутно представлял, что такого Сехён натворил, чтобы с ним быть, но вдаваться в подробности не было ни малейшего желания. Он положил ладони на щёки Сехёна и наклонил его к себе: - Ноги расставь, я же не жираф к тебе тянуться. - А ты романтик, - Сехён встал пошире и наклонил голову к плечу. - Тебя что-то не устраивает? - Нет, всё хорошо, - Сехён прижался к нему вплотную. – Просто поцелуй меня, хорошо? - Поцелую, поцелую, - Кёнсу усмехнулся. – Просто мне нравится, когда ты такой послушный. А то привык уже, осмелел… - Когда ты говоришь, что выгонишь меня, - неожиданно тихо заметил Сехён, - я каждый раз боюсь, что ты всерьёз. И куда мне потом? - Тебя из дома выгнали? Или ты сам ушёл? - Нет, просто… Я не хочу домой, я хочу быть с тобой рядом, - Сехён всё же не выдержал ожидания и сам потянулся за поцелуем. Кёнсу упустил момент, в который поцелуй из утешительного и даже почти спокойного стал жарким и страстным. Но руки Сехёна трогали его под футболкой, а у Кёнсу под пальцами оказались широкие плечи, и само собой пришло осознание, что ужин может подождать. Наверное, если бы не щенок, то ужин прождал бы как минимум до утра следующего дня. Оказалось, что Кёнсу чертовски соскучился по этому парню в своей постели. По его резким движениям, по его громким стонам и его белой коже. Сехён кусал губы и с такой силой цеплялся за плечи Кёнсу, что тому даже больно было. В какой-то момент Кёнсу перехватил его руку своей, сжал и поцеловал. Под губами оказался чуть заживший шрам, но Кёнсу был слишком увлечён Сехёном, чтобы обращать на это внимание. Куда больше его интересовало, как ещё Сехён может стонать. Когда они закончили первый раунд и примерились ко второму, в постель запрыгнул щенок и буквально ткнулся мордочкой в лицо Сехёна. - Ты вовремя, - тяжело дыша, пробормотал Сехён, и Кёнсу усмехнулся: - Вполне, мог бы и раньше прийти, было бы хуже, - Кёнсу вытянулся с другой стороны, принялся рассматривать Сехёна. – А с рукой уже что? – он заметил у него рану снова, но теперь уже мозги были при нём. - Да так, ерунда… С мотоциклом возился. - У твоего брата такая же, - Кёнсу с удивлением приподнял бровь. – Я всегда думал, что это такая байка просто. - Нет, у нас часто такое, - Сехён отвёл глаза и посмотрел на щенка. – Ничего страшного, скоро само заживёт. - Давай хоть заклею, раз уж я вас семейная сестра милосердия, - Кёнсу приподнялся на локте. – У меня дома, правда, наверное, нет такого крутого пластыря, но я сейчас посмотрю. - Да ладно… - Сехён, ты можешь хоть раз не спорить? - Хорошо, - Сехён вздохнул. Кёнсу сходил в ванную за аптечкой, а потом ловко обработал и заклеил рану: - Видишь, тебе повезло, у меня ещё пластырь остался. Надо будет Чанёля попросить ещё принести… Кстати, - мысли Кёнсу сделали неожиданный поворот, когда он вспомнил про Чанёля и госпиталь. – Дружочка там твоего его не выгнали вон? - Ещё нет, - Сехён покачал головой. – А должны? - Могут, - Кёнсу кивнул. – Он всех в отделении достал, а врачи, знаешь ли, обязаны помогать, но не обязаны терпеть хамское отношение. Ты уж ему передай пару ласковых, иначе вылетит с треском, - Кёнсу снова прилёг рядом. – Вообще странно, как вы оказались в одной компании. Ты же вроде приличный парень, неглупый. Зачем тебе это отребье? - Они мои друзья. - Угу, друзья. За всех, конечно, не скажу, но вот Джин твой тот ещё подонок. Однажды они втянут тебя в историю, и ты вспомнишь мои слова. Лучше бы с братом вместе учиться пошёл. - Не втянут, - не очень уверенно возразил Сехён, а потом посмотрел на Кёнсу так жалобно, что тот даже растерялся: - А кушать мы сегодня уже не будем?