Больно, как в раю

      — Эй, Гермиона!       Гермиона вздрогнула, услышав голос в темноте. Она делала ночной обход и удивилась, что кто-то вышел так поздно, зная, чем это грозит. Гермиона заметила рыжую макушку и облегчённо выдохнула.       — Что ты здесь делаешь? Ты уже давно должен быть в башне.       — Можно пройтись с тобой? — спросил Рон.       — Если ты думаешь, что таким образом освободишься от своего патруля, то…       — Нет, — перебил он её. — Я просто хотел провести с тобой немного времени.       — О, — только и смогла произнести Гермиона. Она не могла понять, что почувствовала от такого неожиданного порыва друга. Счастье? Ведь два месяца назад Грейнджер могла только мечтать об этом. Но сейчас? — Давай. Конечно.       Рон усмехнулся, и они продолжили путь.       — Ну как ты поживаешь? — спросил он после недолгого молчания.       — Прекрасно, правда, волнуюсь из-за предстоящих Ж.А.Б.А. Не знаю, как смогу совместить подготовку с обязанностями старосты, но, думаю, мы все справимся. А как твои дела?       — Неплохо. Нас с Гарри хотят убить на тренировках, но зато играть стали лучше.       — Это так здорово, Рон! Я рада за вас двоих.       Рон смущённо улыбнулся.       — Так… Малфой тоже много тренируется?       — Да. Драко летает каждое утро. Решил серьёзно готовиться к игре.       Последовало неловкое молчание. Странно, почему Рона волнует Драко?       — Вы хорошо ладите? — Рон отвернулся и посмотрел куда-то вдаль.       — Да, так и есть. Удивительно, но я даже не помню, когда последний раз ругалась с ним. Всё время думаю, что он что-то выкинет, но ничего не происходит. Может быть, Драко и вправду изменился, — произнесла Гермиона, слегка улыбнувшись.       — Ты ведь сейчас несерьёзно? — напрягся Уизли.       — Почему?       — Просто мне кажется, что за два года человек не может поменять свои принципы и убеждения насчёт…       — Мы прошли войну, где видели многое. Ты ведь лучше других знаешь это, — вздохнула Гермиона, на мгновение вспомнив Фреда. — Война может изменить любого, Рон, даже Драко.       Воцарилось ещё более неловкое молчание. С каких пор разговаривать с ним стало так тяжело?       — Я вижу, что вы с ним в последнее время стали чересчур близки.       Гермиона остановилась.       — Так вот в чём всё дело? Я уже говорила тебе и Гарри, что мы просто работаем вместе. Мы уже достаточно взрослые, чтобы оставить детскую вражду в прошлом, — она сложила руки на груди. — Ты… ты что, ревнуешь?       Возможно, дело было и не в ревности, но Рону явно стало неловко. Может, не стоило спрашивать так прямо, но как тогда выяснить, в чём дело? Почему так много вопросов про Малфоя? Почему разговор такой напряжённый? И самое важное — могут ли они снова начать встречаться?       — Я хочу, чтобы ты была счастлива, Миона, ты же знаешь, — Рон даже не поднял глаза.       Гермиона медленно выдохнула. Она ожидала услышать что-то более конкретное.       — Да, знаю.       До конца патруля они не проронили ни слова. Рон проводил её до спальни и ушёл, пожелав приятных снов. Гермиона так и не поняла, что всё это значило. Зайдя в гостиную, она увидела Драко за шахматным столом.       — Что с твоим лицом? — Малфой внимательно посмотрел на неё.       — А что с ним не так? — она тут же коснулась своей щеки.       — Какая-то ты взволнованная. Если продолжишь хмуриться, будешь выглядеть как Филч.       — Ну нет, — улыбнулась она, усаживаясь на диван, но тут же поникла. — Сегодня Рон патрулировал замок вместе со мной.       — М-м, вот оно как. Слон на Б-2, — пробормотал Драко. — Ну и что, голова кружится?       — А должна?       — Ну ты же девочка, не так ли? Девушки обычно теряют голову, когда мы, парни, стараемся быть ближе к вам.       — Может быть, но у нас возникло недопонимание… по поводу тебя.       — По поводу меня? Похоже, наш план работает, — Малфой крутанул шахматную доску. Он напрягся, ожидая услышать положительный ответ. Судя по её рассказам, Уизел-то до сих пор сох по ней. — Король на Б-2.       Гермиону склонила голову набок.       — Ты играешь сам с собой?       — А ты умеешь играть в волшебные шахматы? — задал вопрос Драко, на что получил отрицательный ответ. — Значит, сам с собой.       — Мне кажется это варварством.       — Мы пережили войну, а ты считаешь это варварством? — усмехнулся он и снова повернул доску. — Ладья на Е-3.       — Ты выглядишь как полный идиот, играя сам с собой, — она встала и подошла к Драко. — Научишь меня?       — Думаю, для тебя это будет довольно жестоко, — он приподнял правую бровь.       — Мы пережили войну, а ты считаешь, что это жестоко? — ухмыльнулась Гермиона. Возможно, они действительно проводят слишком много времени вместе. Драко хмыкнул в ответ.

***

      На следующее утро за слизеринским столом раздавались громкие голоса.       — Чёрт бы побрал это дурацкое перо! — Теодор Нотт в течение последних десяти минут пытался закончить своё эссе, но перо никак не хотело слушаться. — Ну почему ты меня подводишь?       Драко бросил взгляд на перо.       — Оно не создано для быстрого письма. У Гермионы было такое же, мучилась с ним не один вечер. Сколько раз я говорил ей выкинуть его, но она до сих пор пытается писать им…       Однокурсники удивлённо уставились на него.       — Прости, ты сказал, что у Гермионы такое же перо? У Гермионы? — переспросил Блейз.       — Ну её ведь так зовут, разве нет? — усмехнулся Малфой. Какие же они иногда балбесы.       Друзья переглянулись между собой и, ухмыльнувшись, обратились к Драко.       — Слушай, а ты случайно не знаешь, какими чернилами она пользуется?       — Да обычными, купила на днях во Флориш и Блоттс, — пожал плечами Малфой.       — А что насчёт последней книги, которую она взяла в библиотеке?       — История магии. Она брала её дважды на этой неделе.       — А любимое животное какое?       — У неё есть очень странный… минуточку. С чего вы так заинтересовались Грейнджер? — Драко нервно посмотрел на Тео и Блейза.       — Что? Ты тоже так думаешь, дружище? — хихикнув, Забини подмигнул Нотту.       — Ни разу, приятель. Да ты не переживай, Драко, мы не собираемся вставать у тебя на пути.       Малфой нахмурился.       — Что это значит?       — Не думай, что мы такие тупые. Мы же не Крэбб и Гойл! — воскликнул Теодор.       — Эй! Вообще-то мы всё слышали! — это был Гойл.       — Прошу прощения! — Нотт приподнял руки в примирительном жесте.       — Послушай, приятель, я знаю, что вы с Грейнджер работаете над одним проектом в этом году, да и не только, и это совершенно нормально, если ты… ну, что-то почувствуешь к ней. Удивительно, конечно, но такое может произойти, — захихикал Блейз, перекинув руку через плечо Малфоя.       — Ты хочешь сказать, что мне нравится Гермиона? — удивился тот. — Нет, нет и ещё раз нет, — и скинул с себя руку Забини.       — Чёрт, Блейз, мне кажется, всё зашло слишком далеко, — улыбнулся Теодор.       — Просто заткнись, — Драко собрал вещи и ушёл. В это время к ребятам подошла Пэнси.       — Чего это он сегодня? — спросила она.       — Наш малыш, кажется, запал на любимицу Хагрида и Макгонагалл, — ответил Нотт.       — На Грейнджер, что ли? — взвизгнула Паркинсон. — Да быть такого не может. Нет, — и кинулась в сторону Малфоя.       — И словом дня объявляется слово «нет», да, Тео?       — Именно, Блейз.       За гриффиндорским столом царила непривычная для факультета тишина. Джинни готовилась к тесту по гербологии под руководством Гермионы. Гарри и Рон играли в волшебные шахматы.       — Так, кажется, я всё запомнила.       — Ты уверена? — спросила Грейнджер.       — Да, спасибо за помощь. Поешь хотя бы, не бери пример с меня, — улыбнулась Джин, и Гермиона подсела к Гарри, чтобы заодно понаблюдать за игрой мальчиков. Неожиданно для самой себя она нашла шахматы довольно интересным занятием.       — Король на Д-5, — скомандовал Рон.       — Хм… — задумался Гарри. — Ну пусть ладья на Г-7.       — Неверный ход, приятель, — усмехнулся Уизли. — Король на Г-7. — Шахматная фигура замахнулась мечом и разбила ладью на кусочки.       Гермиона что-то прошептала Поттеру на ухо.       — Что? Гермиона, ты…       — Просто сделай, как говорю.       — Хорошо-хорошо, отлично, — пробормотал тот. — Слон на Д-3.       Фигура по диагонали двинулась в сторону нужной клетки и ударила королеву. Шах и мат.       — Что? Но как?.. — с трудом выдавил из себя Рон.       — Я выиграл? — Гарри с удивлением посмотрел на подругу.       — Не за что, — усмехнулась она, постукивая пальцами по столешнице.       — Не могу поверить, что ты помогла мне! С каких это пор ты хоть что-то знаешь о волшебных шахматах? — воскликнул Поттер.       — Драко научил меня игре вчера вечером. Сначала мне казалось, что будет трудно, но всё оказалось довольно просто. Мне даже вроде бы как понравилось.       На смену удивлению пришло недовольство.       — Малфой?       Раздался звонок.       — Пойдёмте скорее, мы же не хотим опоздать на занятия, — Грейнджер схватила сумку и выбежала из Большого зала, присоединившись к толпе студентов.       — Я всё правильно расслышал? Мне не показалось? — спросил Гарри у Рона. Они убрали со стола шахматную доску, подхватили сумки и двинулись в сторону выхода. — Очень странно.       Уизли прошептал:       — Я же говорил тебе, они стали довольно близки.       — Может, всё не так плохо, как нам кажется?       — Согласен, это просто ужасно. Скорее всего, хорёк что-то замышляет, — сжав челюсти, процедил Рон.       — Давай не будем делать поспешных выводов? — предложил Поттер. — Мне тоже это не нравится.       — Я думал, ты тоже против этого?       — Я просто не хочу торопиться, тем более они совсем разные. Не накручивайся раньше времени.       — Я не… ой!       Гарри остановился и увидел, как Рон сбил девушку с ног. Книги разлетелись по полу.       — Ох, Мерлин, я такая… Рон!       — Лаванда, привет, — улыбнулся тот и помог ей встать. — Прости, что так вышло, — не видел, куда шёл. — Гарри собрал и передал учебники девушке.       — Оу, не извиняйся, это я виновата, что слишком торопилась на урок. — Браун залилась краской, и Рон, что было довольно странно, тоже.       — Привет, Лаванда, — прервал их Поттер.       — Привет. Ну, я уже опаздываю, так что я побежала. Ещё увидимся, — она посмотрела на Рона, а затем растворилась в толпе.       — Сотри эту самодовольную ухмылку с лица. Выглядишь как придурок, — Гарри понимающе улыбнулся. — Пойдём, мы тоже опаздываем.