Я помогу тебе

      Этот день настал столь быстро, что Рэйчел к нему нисколько не подготовилась. Она знала, что пройдёт год и настанет первая годовщина смерти Дженни, но Рэйчел совершенно не была к этому готова. Как только она открыла глаза, лежа в кровати, то поняла, что не в силах встать. Она не могла спать ночью, а на утро была столь опухшей, будто выпила перед сном не один литр воды. Голова гудела, руки тряслись, а из глаз вот-вот должны были политься слёзы.              Рэйчел еле нашла в себе силы встать и пойти одеваться, ведь в десять утра её мать ждала на кладбище. Они договорились там встретиться, но Рэйчел всё бы отдала, чтобы там не появляться. Она не могла смотреть на могилу своей сестры, но деваться было некуда.              В назначенное время она всё же появилась там, облегчённая в тёмные штаны и чёрный плащ, держа в руке маленький букет белых цветов. Странные чувства переполняли девушку, когда она подходила к кладбищу, у входа которого стояла мать. Это место не было столь мрачным, как думалось, но и ничего прекрасного в нём не было. Могилы находились слишком близко друг к другу, и казалось, что не хватает свободного пространства. Имена покойных были выгравированы на камнях вместе с датами их рождения и смерти. Рэйчел пыталась не читать их, пока подходила к матери.              Её мать выглядела столь же печальной, как и сама Рэйчел. Перебросившись парой слов, они направились внутрь кладбища к нужной могиле. Они шли всего несколько минут, пока не дошли до того места, где была похоронена Дженни.              Последующее время было для Рэйчел словно в тумане. Она практически не помнила, как положила цветы, а затем обняла мать. Скорее всего они обе плакали, стоя у могилы, пока Алана рассказывала о последних днях Дженни в больнице. Эти слова были словно ножом по сердцу Рэйчел, ведь в то время её не было рядом с сестрой. Она до сих пор не могла простить себе этого.              Прошёл год с того вечера, как Алана позвонила Рэйчел в слезах. Это было словно вчера. Будто вчера она вышла с работы, а ей поступил этот печальный звонок, который изменил всю её жизнь. Рэйчел было столь же больно сейчас, как и год назад. За всё это время она не свыклась с мыслью, что её сестры больше нет.              На душе было просто ужасно. Слёзы тихо скатывались по щекам. Рэйчел сегодня даже не красила ресницы тушью, так как знала, что не сможет сдержать слёзы. Она рыдала у могилы, мысленно прося прощения у Дженни за всё, что она не смогла для неё сделать. Она сожалела о многом, и, если это можно было исправить, она бы всё отдала ради этого. Рэйчел бы не была такой эгоисткой и больше бы проводила времени с Дженни, ведь именно этого той не хватало.              Она не знала, как добралась до выхода из кладбища, где её ждало такси. Алана что-то сказала про обед в доме, но Рэйчел была не в том состоянии. Ей было так больно, что она хотела вновь сбежать с этого места. Сбежать как можно дальше, чтобы забыть обо всём. Чтобы вздохнуть полной грудью и больше не ощущать эту боль. Алана понимала её, поэтому молча кивнула и попрощалась, когда дочь залезла в такси.              Всю обратную дорогу до дома Рэйчел провела будто в бреду, и очнулась только тогда, когда они стали подъезжать к дому. Она вспомнила, что в тот вечер, ровно год назад, рядом с ней был Спаситель, и в этот момент она как никогда почувствовала, как нуждается в нём. Её руки сами потянулись к телефону, пальцы набрали нужный контакт и Рэйчел поднесла трубку к уху, слушая равномерные гудки. Она звонила Спасителю, чтобы услышать его голос. Чтобы понять, что она не одна в этом мире, и что есть кто-то, кто может разделить с ней эту боль.              Но её звонок остался без ответа. Губы предательски дрогнули, и Рэйчел, отложив телефон, запрокинула голову. Она так нуждалась в нём, но он вновь был недоступен. Чем он был занят в этот день? Она не хотела оставаться одна. Ей требовалось с кем-то поговорить, кроме мамы.              Когда машина остановилась у подъезда, Рэйчел неосознанно взглянула на стоянку, где обычно стояла машина Дерека. Уже было время обеда, выходной, но стоянка была практически пуста, а нужной машины не наблюдалось. Тогда Рэйчел расплатилась за такси и вышла на улицу, где попала под слабый дождь. Но даже несколько капель заставили девушку ускориться и быстрее направиться домой. Поднявшись по лестнице, Рэйчел на мгновение остановилась перед дверью квартиры, а затем, почувствовав пустоту в сердце, повернулась и подошла к двери соседа. Она занесла руку и, не раздумывая, постучала в закрытую дверь, прислушиваясь к шагам, которых не последовало. Тогда она постучала ещё, затем ещё раз, пока не стала буквально бить по двери, чувствуя, как глаза вновь увлажняются.              Она хотела упасть в чьи-то объятия, но никого не было рядом. Дерека не было дома, поэтому, шмыгнув носом, Рэйчел развернулась и достала ключи из кармана, чтобы открыть дверь и попасть к себе домой. На пороге она тут же скинула пальто на пол, а сама направилась в гостиную, где завалилась на диван лицом вниз. Несколько минут она так и пролежала в тишине, думая о Дженни и том, что её уже не было рядом с ней целый год.              Что же ещё творилось с ней, о чём Рэйчел даже и не знала? Как она прожила оставшиеся года, пока они жили в разных городах? Порой они созванивались, но, кажется, это было столь редко, что никто из сестёр и не собирался открываться друг перед другом.              Повернув голову, Рэйчел посмотрела на злосчастный дневник, который так и лежал на краю дивана. Он по-прежнему был открыт и будто звал девушку, чтобы она прочла его уже до конца. Рэйчел прикрыла мокрые глаза лишь на мгновение, а затем, утерев слёзы, приняла сидячее положение и потянулась за дневником, открывая новую запись.              «Наши встречи с Джередом были регулярными, поэтому неудивительно, что я забеременела в итоге. Эта новость так ошеломила меня, что я долго не могла в это поверить. Когда я сделала тест на беременность, я ещё долго смотрела на две красные полоски, понимая, что это значит. Не могу вспомнить, что именно чувствовала в тот момент. Но это точно была не радость.              Я не знала, как об этом сказать Джереду, поэтому молчала о беременности почти два месяца. Наши встречи так же проходили на вечеринках, поэтому я не могла просто подойти к нему и ошарашить этим известием. Я так же не говорила об этом маме и Рэйчел, и пыталась скрывать это до тех пор, пока не решу эту проблему, или пока это уже невозможно будет скрывать.              Помню, как одним днём написала Джереду, что нам надо поговорить. Он заехал за мной, наверное, впервые за столько времени, и мы поехали на побережье. Он знал, что я хотела поговорить, поэтому решил это сделать в машине на парковке. Джеред внимательно смотрел на меня, будто ожидал чего-то, но прежде, чем я успела открыть рот, он неожиданно заговорил первым:              — Я знаю, о чём ты хочешь поговорить, — холодно произнёс он.              — Серьёзно? — удивилась я.              — Да. Это о Карлайн. Кто тебе про неё рассказал? Том? Ник? По-любому это был Ник, он не умеет держать язык за зубами.              Я нахмурилась, не понимая, о чём он. Это было совсем не то, о чём я хотела с ним поговорить. Мой мозг начал работать, и я пыталась вспомнить, где слышала это имя.              — Карлайн? — тихо спросила я. — Аспирантка?              — Да, — вспыхнул Джеред, дёрнув плечом. — Тебе же сказали, что я сплю с вами обеими? Я этого никогда и не скрывал. У нас же с тобой нет никаких отношений, Дженни. Это были просто интересные встречи на вечеринках, и всё.              Интересные встречи. Эти слова засели в моей голове. Как оказалось, он и не расставался со своей аспиранткой, а со мной просто развлекался за её спиной. От осознания этого мне было больно, но я понимала, что со мной и не могло быть по-другому. Джеред был не из тех людей, с которыми можно было строить семью. У нас не могло быть идеальных отношений, и это было видно с самого начала, но только я не хотела этого замечать. Возможно, я бы расплакалась прямо перед ним, если бы я не была сильнее. Я не хотела падать в этот момент лицом в грязь перед ним, поэтому держалась пока он говорил всё то, что думает о наших с ним встречах. Он говорил, что я сама виляла всегда перед ним хвостом, но я слишком блёклая, чтобы быть наравне с ним. Джеред говорил ещё слишком много о том, как он себя возвышал, и как я была никем пока я его не остановила.              — Я не об этом собиралась разговаривать, — прервала я его.              И я не собиралась в этот момент на него кричать за то, что он обманывал нас обеих, пользовался нашими телами, и непонятно кому с кем изменял. Наверное, всё же ей со мной, но это было уже не важно. Я не собиралась закатывать истерики, несмотря на то, как больно мне всё же было.              — Я хотела лишь сказать, что беременна.              Лицо Джереда вытянулось так сильно, что он был в какой-то момент похож на осла. Он начал набирать воздух столь стремительно, будто задыхался, а затем выскочил из машины и схватился за голову. Я могла лишь наблюдать за тем, как он ходит из стороны в сторону, не находя себе места. Он что-то бормотал себе под нос, а затем, встав на побережье, закурил косяк. Я наблюдала за ним несколько минут из машины, но он будто и забыл о моём существовании. Тогда я, не дождавшись никаких слов, вышла из машины и пошла пешком по направлению к дому. Обида душила меня, и тогда, когда я осталась наедине, смогла заплакать и дать волю своим чувствам. Я плакала в голос, не стесняясь прохожих.              Когда все слёзы иссякли, я достала телефон и набрала Нэнси. Подруга без каких-либо слов приехала за мной, подобрала у дороги и отвезла домой. Мамы как раз не было дома, поэтому мы поднялись вдвоём наверх и засели в моей комнате. Последующие два часа я только и делала, что плакала и жаловалась Нэнси. Я рассказала ей о том, что беременна, и её глаза были столь же большие, как и глаза Джереда, когда он услышал об этом. Но, в отличие от него, Нэнси обняла меня и начала успокаивать.              Потом я утёрла слёзы, а подруга задала мне вопрос, на который я себе так и не могла ответить всё это время.              — Так что ты будешь делать? Аборт или оставишь ребёнка?              Она закурила травку, пытаясь прийти в себя после услышанного. Я видела, как она нервничает, впрочем, как и я. Я хотела забрать у неё косяк и тоже затянуться, но Нэнси на меня странно посмотрела, тем самым остановив.              — Если честно, то я не знаю, — выдохнула я.              И мы стали думать. Мы начали строить планы о том, что будет дальше, если я оставлю ребёнка, и что будет, если я сделаю аборт. Мне как никогда захотелось курить, так как я сильно нервничала. Когда я не знала, что беременна, я курила регулярно, поэтому не видела ничего плохого в том, если сделаю одну тягу у Нэнси.              Когда на первом этаже хлопнула дверь, что обозначало, что пришла мама, Нэнси распрощалась со мной и покинула дом. Последующие дни для меня были словно в тумане, так как я то плакала из-за ситуации с Джередом и ребёнка, то ходила, как в воду опущенная. Я постоянно думала, что же делать, но, видимо, всевышний решил это за меня.              Это случилось в университете. Я почувствовала, как у меня сильно начало тянуть в животе. Первые минуты я продолжала сидеть на паре, но затем меня скрутило от жуткой боли. Нэнси, что сидела рядом, что-то заподозрила, и спросила, всё ли в порядке. Мне казалось, что всё нормально, но, когда меня снова скрутило, я вышла в туалет. Именно там я увидела кровь, которая не на шутку меня испугала. С каждой секундой её становилось всё больше, и тогда я в панике позвонила Нэнси, чтобы она прибежала ко мне.              Когда появилась подруга, меня всю трясло. Было принято решение ехать в больницу. Нэнси гнала машину столь стремительно, что мы проскочили пару раз даже на красный свет. Как мы попали к врачу я даже не помню, потому что всё было как в тумане. Я помню только жуткую боль, а затем хмурое лицо врача.              Через несколько минут мне сказали, что у меня случился выкидыш. Меня положили в больницу, а на следующее утро отпустили домой. Всё это время я пребывала словно в трансе. Моё лицо опухло, глаза были красными, а моя кожа приняла серый вид. Я выглядела слишком больной, чтобы появляться дома перед мамой, поэтому на время я переехала жить к Нэнси. Она же меня и забрала из больницы, и последующие дни пыталась привести в порядок. Только на третий день я перестала плакать и начала есть, а в один из вечеров я неожиданно спросила:              — Не хочешь позвать Ника?              Нэнси странно на меня посмотрела, а затем уточнила для чего именно, и, увидев мой взгляд, всё поняла. Она позвонила Нику, а чуть больше, чем через час, он приехал с маленьким пакетиком белого вещества. Я понимала, что делаю что-то неправильное, но я не могла иначе.»              Рэйчел не заметила, как её слёзы стали падать на руки. Она тихо плакала на протяжении всего времени, пока читала эту запись. Она перевернула страницу, но там были лишь какие-то даты. Девушка не понимала, что это значит, но не стала делать догадки, так как её силы были на исходе.              Казалось, этот день не мог быть хуже. Она ревела уже в голос, чувствуя, как задыхается от собственных слёз. Воздуха катастрофически не хватало, поэтому Рэйчел, вскочив на ноги, побежала на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха.              Оказавшись снаружи, она быстро дышала, пытаясь насытиться, а холодный ветер отрезвлял и помогал прийти в себя. Рэйчел не знала, сколько так простояла, но всё это время слёзы продолжали катиться у неё по щекам. Дрожащими руками она вновь достала телефон и попыталась дозвониться до Спасителя, но ответа не последовало. Когда в телефоне пропали гудки, она вновь набирала номер, снова и снова, пока в голос не застонала от обиды. А затем она услышала какой-то звук, будто звон телефона, а затем резкую тишину.              Возможно, ей показалось, но она наклонилась над балконом, чтобы взглянуть, был ли рядом с ней кто-то в этот момент. Она спрятала телефон в карман брюк и начала смотреть по сторонам, а в тот момент, когда она смотрела вниз, неожиданно на соседнем балконе распахнулась дверь. Этот звук испугал Рэйчел, и она дёрнулась, вцепившись в перила. Обернувшись, девушка увидела Дерека, который вышел с сигаретой во рту. Его взгляд пробежался по ней от пояса до головы, и его брови нахмурились. Прежде чем он что-то спросил, он спрятал телефон, который был во второй руке, в задний карман джинсов.              — Что с тобой? — спросил он, поменявшись в лице. — Что произошло?              — Ничего, — выдохнула Рэйчел.              — Не похоже, что «ничего», — произнёс Дерек, подойдя ближе к ней и закуривая сигарету. — Сегодня именно «тот» день?              — Угу.              Она смотрела, как мужчина облокачивается на перила и выдыхает дым. Почему-то именно в этот момент Рэйчел так же хотела закурить, надеясь на то, что хоть так станет легче. Неужели именно эту боль ощущала Дженни, поэтому начала курить? Начала употреблять наркотики?              — Дай мне, пожалуйста, — попросила Рэйчел, показывая пальцем на сигарету в его губах.              — Ты хочешь курить? — удивился мужчина.              Рэйчел кивнула, и тогда Дерек, хмыкнув, протянул через стенку и перила ей сигарету, которую Рэйчел приняла. Она думала, что с первой затяжкой ей станет легче и вся боль уйдёт, но этого не произошло. Выдохнув дым, она вновь втянула в себя никотин, но всё осталось так же, как и раньше. Тогда, разочарованная, Рэйчел протянула Дереку сигарету обратно.              — Не помогло?              — Нет, — печально ответила она.              — Может тогда пойдём ко мне выпьем?              Рэйчел захлопала ресницами, задумываясь об этом предложении. Дерек выглядел слишком спокойным, будто ничего такого не предлагал, и его вид несколько успокоил Рэйчел. Девушка медленно кивнула, раздумывая над этим предложением лишь пару секунд. Она действительно хотела расслабиться, а не пила она слишком давно. Возможно, это был последний шанс уже успокоить её душу.              — Тогда жду тебя в гости, — произнёс Дерек, докуривая сигарету.              Девушка лишь смотрела на то, как тот выкидывает сигарету и уходит. Она простояла одна на балконе ещё пару секунд, а затем, развернувшись, вернулась в квартиру. Её взгляд упал на дневник, который так и был брошен в сторону, и на сей раз Рэйчел ничего не почувствовала, кроме гнева. Пройдя мимо него, она направилась на выход из квартиры.              Ровно через четыре секунды она уже была на пороге квартиры Дерека. Смотря на закрытую дверь, она размышляла о том, как так оказалось, что она пришла в это место столь быстро. Ей лишь предложили, и она буквально тут же побежала, будто это приглашение было спасательным кругом для тонувшего. Она не стала стучать, лишь дотронулась до ручки и нажала на неё, открывая дверь, которая была не заперта на ключ. Дерек как раз выходил из кухни с двумя бокалами в руке, приветственно криво улыбнувшись.              Он выглядел вполне по-домашнему, одетый в простые джинсы и белую футболку. Рэйчел отметила, что, в чём бы он ни был одет, он был всегда прекрасен. Он был ухоженным, опрятным мужчиной, что не могло не привлекать.              — Проходи, — сказал он ей, завидев на пороге. — Я уже достал в гостиной нам вино. Ты же будешь вино? Или что покрепче?              — Вино, — устало ответила Рэйчел, разуваясь.              — Отлично.              Дерек дождался пока Рэйчел первой пойдёт и последовал за ней следом. Зайдя в комнату, девушка увидела перед широким диваном столик, на котором уже стояли две бутылки вина. Туда же на столик Дерек поставил и бокалы и, попросив присесть, вернулся на кухню. Рэйчел же осторожно присела на диван перед телевизором, видя какой-то фильм. Судя по всему, это было какое-то приключенческое кино, что было лучше какой-либо мелодрамы.              Девушка начала ощущать себя несколько не в своей тарелке. На мгновение она задумалась о том, правильно ли поступила, находясь в этот момент в соседской квартире. Она должна была грустить по Дженни, а не распивать вино в компании мужчины. Но что-то внутри неё подсказывало, что это было лучшим решением. Ведь в этот день она не хотела быть в одиночестве. Она не умела одна справляться со своей болью, и даже год назад с этим ей помогал Спаситель. Он писал ей каждый день, интересовался её состоянием, но сегодня он почему-то был недоступен.              Помнил ли он, что сегодня за день? Почему не писал и не отвечал на её звонок? Он будто был занят чем-то более важным, в то время как Рэйчел так нуждалась в ком-то. И теперь она пыталась его заменить Дереком. Этот мужчина прочно засел в её жизни. Он столь резко и быстро появился в ней, но уже не могло быть будто иначе. Рэйчел чувствовала, будто на него можно было положиться, что ему можно довериться, и от этого становилось чуть теплее на душе.              Спустя минуту в комнату вновь вернулся хозяин квартиры, держа в руке поднос с нарезанным сыром, копчёными колбасками и виноградом. Будто услышав её мысли, Дерек слегка улыбнулся, приподняв поднос, как бы показывая все вкусности. Рэйчел с подозрением смотрела на все эти продукты, пока Дерек раскладывал всё на столе. Это уже было похоже не на вечер памяти, а на какое-то свидание с фильмом.              — Ты как будто подготовился.              — Ну, у меня завтра день рождения, поэтому я чуть-чуть накупил всего-чего в магазине.              — Точно, — ахнула Рэйчел, а затем загрустила.              Она вовсе забыла, что у Дерека будет день рождения, и даже ничего не купила ему в подарок. От этого она стала себя чувствовать ещё паршивее, поэтому, когда мужчина открыл бутылку и налил ей вина, Рэйчел незамедлительно подняла бокал и сделала первые глотки, пытаясь забыться. Дерек на это ничего не сказал, продолжив наливать вино в свой бокал, а после сел рядом с ней на диван, откинувшись на подушку.              Он выглядел более расслабленно, чем девушка, которая немного сжалась, вцепившись в бокал. Она корила себя в том, что совершенно не позаботилась о подарке для человека, который столько всего сделал для неё. Она будто была эгоисткой. А может быть, ей это вовсе и не казалось?              — Я не купила подарок, — призналась Рэйчел, отлипая от бокала.              — Ничего страшного, — с улыбкой ответил он. — Надеюсь, ты подаришь мне просто улыбку, и это будет лучшим подарком для меня.              Девушка хмыкнула и вновь пригубила вина, а затем, положив бокал на стол, взяла виноградинку и так же откинулась на подушки, на мгновение посмотрев на экран телевизора. Там развивались стремительные события, кто-то убегал от кого-то по джунглям, перепрыгивая через маленькие ручейки и лианы, а где-то вдалеке виднелись аллигаторы. Главный герой постоянно оборачивался и, оступившись, чуть не угодил в пасть зелёного чудовища.              — Это такое начало фильма?              — Где-то уже минут двадцать от начала, — ответил Дерек, потянувшись за кусочком мяса. — Я включил фильм, как только пришёл домой. Пока ходил туда-сюда, ничего толкового не произошло.              — Судя по погоне, он что-то украл.              — Вроде бы как древний артефакт, — произнёс мужчина. — Скоро дадут разъяснение.              Он отпил вина из бокала и заел мясом, посматривая то фильм, то на Рэйчел, которая на какой-то момент отвлеклась от своих мыслей и обратила всё своё внимание на фильм, где погоня была в самом разгаре. Только когда главный герой всё же смог от всех убежать и началось спокойное повествование, Рэйчел вновь потянулась за бокалом и обернулась к Дереку.              — Вкусное вино, — произнесла девушка, делая очередной глоток.              — Родители подарили при прошлой встрече.              — Они у тебя специалисты по вину?              — Ну, наверное, — усмехнулся Дерек. — Не знаю, как часто они выпивают, но у них действительно хороший вкус. Надо их навестить.              — Как давно ты их не видел?              — Давно, — честно ответил мужчина, потянувшись за сыром. — Родителей надо проведывать чаще. Как, кстати говоря, твоя мама?              Рэйчел подумала о том, как её мама выглядела сегодня с утра. Она была мрачной, но не такой убитой как несколько месяцев назад. Но под её глазами пролегли тёмные круги, будто она не спала эту ночь. Наверное, она так же переживала о Дженни, как и Рэйчел, но почему-то сегодня они не говорили о самой Алане. Как она себя чувствовала?              — Мы сегодня вместе были на кладбище. Она держалась вполне хорошо.              — А ты?              — Я думаю, по моему виду всё понятно.              Рэйчел выгнула одну бровь, как бы намекая, что она выглядит просто ужасно с красными от слёз глазами и с бледной кожей. Дерек лишь покачал головой и протянул ей кусочек сыра, который Рэйчел тут же приняла без лишних слов.              — Даже опухшая ты красивая.              — Спасибо, — замявшись, ответила девушка, не ожидая комплимента.              Он как-то пристально смотрел ей в глаза, и, не выдержав, Рэйчел повернулась к телевизору и принялась делать вид, будто не видела краем глаза, что Дерек так и продолжал на неё смотреть. Незаметно для себя она практически допила свой бокал, поэтому мужчина потянулся за бутылкой и долил Рэйчел. У самого же бокал был практически полон, и если он и пил, то совсем немного.              Последующие минуты Рэйчел молча смотрела фильм, пожёвывая сыр, но затем полностью потеряла к нему всякий интерес. Тогда она смотрела куда-то в сторону, погружённая в свои мысли и переживания. Она всё думала о последней записи своей сестры, когда её бокал забрали, чтобы вновь долить вина, за что она была благодарна.              — О чём задумалась? — поинтересовался Дерек, потянувшись за кусочком мяса.              — О Дженни.              — Ты по ней скучаешь?              — Очень, — честно призналась она, оборачиваясь. — На самом деле я очень жалею о том, что наши отношения ухудшились. Только спустя столько лет я узнала, что же с ней творилось всё это время. Я просто обязана была быть рядом с ней.              — Но ты занималась своей жизнью? — подытожил Дерек.              — Угу, — ответила Рэйчел, делая новый глоток алкоголя. — Представляешь, она была беременна. Я даже не знала об этом.              Рэйчел тяжело вздохнула, посмотрев на Дерека, который сидел в полуоборот к ней, положив голову на руку, которая лежала на верхушке спинки дивана. Он задумчиво смотрел на бокал в своей руке, слегка его повертев. На словах про беременность он поднял взгляд и посмотрел Рэйчел прямо в глаза.              — Она не говорила?              — Нет. Ни маме, ни мне, только тому парню, от которого забеременела, и своей новой подружке.              — Мне показалось, или в твоём голосе проскользнули нотки ревности?              — Немного, — так же честно ответила девушка.              Она была уже немного пьяна, чтобы согласиться с тем, что действительно стала ревновать Дженни к Нэнси, хоть их дружба и была много лет назад, а сейчас не было ни Дженни, ни никакой Нэнси. Возможно, Рэйчел узнала бы, что стало потом с Нэнси, если бы продолжила читать дневник, но на сегодня у неё уже не было никаких сил. Читая его, становилось лишь только хуже. Она не находила никакого исцеления, а лишь сильнее убивала себя своими же руками.              — Так она родила?              — Нет, у неё произошёл выкидыш, — нахмурившись, ответила Рэйчел. — Судя по всему, этот ребёнок никому из них не нужен был. Этот Джеред даже не интересовался моей сестрой, только пользовался в своё удовольствие.              — Последний мудак, — подытожил Дерек, отпив вина.              — Не то слово, — выдохнула Рэйчел. — Но больше всего меня огорчило, что она после этого начала принимать наркотики.              — Это было написано в том дневнике?              — Всего одна запись. Дальше я не стала читать, но на следующих страницах были какие-то даты. Они все были написаны в столбик.              Рэйчел нахмурилась, смотря на то, как Дерек отвёл взгляд и сделал очередной глоток вина, потянувшись за виноградом. Что-то ей не понравилось в его взгляде, поэтому девушка потянулась к нему, пристально смотря в лицо.              — Ты странно отреагировал. Ты что-то знаешь про даты? Что это может быть?              — Я могу только предположить.              — Ну? И что же это? Их на странице было слишком много. Некоторые писались через день, а некоторые спустя месяц-два. Судя по всему, Дженни забросила свой дневник и больше не писала ничего, кроме этих дат. Но что они значили?              — Я не могу быть уверен в этом, но, возможно, она записывала даты тех дней, когда принимала наркотики.              Чёрт. Их было слишком много. Рэйчел не смогла сдержать своего возгласа, а затем, покачав головой, выругалась и сделала большой глоток вина. Алкоголь новой порцией попал в организм, немного опьяняя, но не сумев заглушить боль, которая пронзила Рэйчел.              Дженни была самой настоящей наркоманкой, если учитывать, что в эти дни она была в нетрезвом состоянии. Рэйчел не знала, будут ли ещё какие-то записи про наркотики, но она бы не хотела об этом читать. Она сию же минуту хотела просто утопиться в алкоголе, чтобы не думать ни о чём. И, будто почувствовав это, Дерек открыл вторую бутылку вина, чтобы налить девушке выпить.              В тишине они молча выпивали, пока Рэйчел обдумывала этот вариант. Ей нужно было домой, чтобы прочесть новые записи и понять, была ли это правда. Поддавшись эмоциям, Рэйчел вскочила с дивана, но слегка покачнулась, почувствовав, как алкоголь резко ударил в голову. Она совершенно не умела пить, а судя по всему, выпила слишком много за такой маленький промежуток времени.              Она боялась расплескать красную жидкость на ковёр и пол, поэтому, слегка покачиваясь, поставила бокал на столик, а сама обернулась, но, вновь потеряв равновесие, буквально свалилась на Дерека, который так и продолжил сидеть на диване. Он с удивлением смотрел, как она падает на него, но ничего не сумел предпринять.              Рэйчел лишь ахнула, когда упала сверху на мужчину и уткнулась ему в шею, оперевшись руками ему в грудь. Она могла лишь слышать лёгкий хрип, который вырвался из Дерека, а затем почувствовала его руки, что опустились на талию.              Первые секунды Рэйчел пыталась понять, что произошло. Она лежала на мужчине, чувствуя, как его тело напрягается, а в груди сильно бьётся сердце. Она чувствовала своё дыхание, которым щекотала его шею. Приятный мужской запах парфюма исходил от него. Мысли молниеносно начали пролетать в голове, а затем, неожиданно, появилась тишина.              Она могла лишь чувствовать, как его руки сильнее сжимают её талию, слегка притягивая так, чтобы её локти не упирались в живот. И из-за того, что он её слегка подвинул, она почувствовала некое уплотнение, из-за которого к голове прильнула кровь.              — Ты не ушиблась? — хрипло спросил Дерек, отодвигая голову и заглядывая ей в глаза.              — Нет, — так же тихо ответила Рэйчел.              — Хорошо.              А затем он её поцеловал. Нежно, еле касаясь, будто ожидая, что она может распасться у него в руках на миллионы частиц. Рэйчел опешила от этого действия, но его губы были столь приятны, что она без раздумий ответила на его поцелуй. Их губы соприкасались, в то время как объятия усиливались. Его руки медленно проходили вдоль тела, слегка поглаживая спину. Рэйчел начала ощущать нарастающее желание, которое ещё больше её опьяняло.              Она начала терять голову. Рэйчел не заметила, как сама уже подняла ноги и буквально оседлала мужчину, углубив поцелуй. Она пыталась забыться, полностью отдавшись чувствам, и, кажется, Дерек этому был совсем не против. Он принимал её игру, перехватив на себя инициативу. Его ладони стали двигаться более решительно, так, будто он уже не собирался ни в коем случае отступать.              Ей нравились его прикосновения. Возникало ощущение, будто она давно об этом мечтала и вот наконец-то получила. Наконец-то её целовал Дерек, о чём она могла лишь воображать и позволять во сне. Рэйчел до конца не понимала, что это всё происходит на самом деле. Что они творили?              Они оба начинали сходить с ума от резко нахлынувшего желания. Рэйчел не успела заметить, как её руки начали поднимать край его белой футболки. Она лишь пальцами ощущала горячую кожу и накачанные мышцы, которые были великолепны. Она изучала его руками, пока сама утопала в поцелуе. Но и Дерек не бездействовал. Молниеносными движениями он стянул с Рэйчел блузку, а затем перевернул девушку, опустив на диван, сам же устроился сверху.              Отлипнув от губ, Дерек спустился вниз к шее, начав покрывать её поцелуями. От этих действий девушка полностью расслабилась и приоткрыла рот, даже не замечая того, как начала прерывисто дышать. Это услышал Дерек, и его это лишь стало ещё сильнее заводить.              Его руки были везде. Он будто исследовал тело Рэйчел, а девушка ему это позволяла. Она соскучилась по ласке, которую в этот момент ей дарили в полной мере. Дерек не хотел напугать Рэйчел, поэтому двигался и делал всё медленно. Сначала он незаметно её раздел, а затем стянул и с себя всю одежду. Рэйчел очнулась, когда он опустился вниз, чтобы продолжить покрывать её тело поцелуями. Из неё начали вырываться стоны, которые не остались незамеченными.              — Дерек, — прохрипела она.              И это был для него сигнал. Он поднялся выше и вновь запечатлел на её губах поцелуй, а затем они соприкоснулись и стали единым целом. Рэйчел никогда такого не испытывала. Все заботы и проблемы ушли на задний план, и остался только Дерек, который дарил ей любовь, ласку и заботу. Она поднималась на пике удовольствия, раз за разом пока полностью расслабленно не опускалась в реальность на диван, тяжело дыша. А Дерек вновь и вновь продолжал пока Рэйчел и вовсе не забыла кто они и где находятся.              Даже спустя час она не могла вспомнить, собиралась ли куда-то уходить или оставаться. Она забыла и о Дженни, и о дневнике, и о своём Спасителе. Находясь в тёплых объятиях, она переводила дыхание, ощущая на своей спине новые поцелуи, из-за которых по всему телу проходили маленькие разряды электричества.              Она была счастлива. По-настоящему счастлива впервые за много лет, так как Дерек был тем самым, которому можно было подарить своё сердце. Как и сказал тогда Спаситель, она влюбилась в Дерека, но просто всё это время боялась в это поверить и признаться самой себе. Она любила Дерека.