Узумаки Мива

***

2-ва года спустя, POV Девятихвостый

      Вот уже почти 2-ва года прошло, с того момента как меня разделили на две части и перезапечатали… Да и в кого?!.. В новорожденную малявку… ПРОИЗВОЛ… МЕНЯ ВЕЛИКОГО И МОГУЩЕСТВЕННОГО КЬЮБИ НО ЙОКО! Правда… Сопротивляться смысла я не видел, ведь во время первых родов моей тюремщицы мне дали понять, что из клетки мне никуда не деться. Да и свободная клетка, где ты не распят на огромном булыжнике, симпатизирует мне куда больше. Не знаю как там дела у моей второй половины, но я себя чувствую вполне комфортно, при желании я могу видеть и слышать все, что происходит вокруг моей «любимой» джинчурики. Что я могу о ней сказать? Мелкая красноволосая девица с небесно-голубыми глазами, очень шустрая и любознательная, последние полгода занимается каллиграфией и уже очень неплохо читает, а ей всего два года, интересно, все дети такие в ее возрасте? Хм… Помню Кушину, но ей на момент создания печати уже было 11-ть лет, однако она не могла часами сидеть и заниматься одним делом, даже если это затрагивало фуиндзюцу! А тут, малявка сидит на месте уже три часа и ровно вырисовывает печати, и так почти каждый день. К каждой тренировке она подходит ответственно несмотря на свой возраст. Если рассмотреть ее день без тренировки, то она очень энергичная и постоянно достает своего дорогого братишку… Флаг ему в руки, пусть бежит куда по дальше и спасается от маленького ураганчика. Она умудряется загонять даже Минато, будь он трижды проклят. Девчонка пытается развести его на тренировку по медитации и контролю чакры, а он ей постоянно отказывает, вот как хорошему лису расшатывать печать, а? Вот и я говорю, что никак! Эх… Видимо мне тут еще долго сидеть, ведь эта семейка, явно не хочет начинать тренировать свою дочурку раньше времени, а может просто нет времени из-за войны, вот и куда скажите ей девать всю эту энергию? У нее очень сильный очаг чакры и скоро ее потенциал даст о себе знать. Она уже спокойно может читать своих родственников как открытую книгу. Она чувствует их эмоциональный фон, но почему-то молчит об своих способностях. Интересно, почему? Так, что-то у меня слишком много вопросов в голове, вот когда придет ко мне, тогда и задам их. И чем она меня так зацепила?

End POV Девятихвостый

***

      Это было обычное утро, пели птицы, тихо шептались колышущиеся на легком ветерке листья деревьев. День сегодня обещал быть жарким, ведь солнце уже начинало припекать. Один из его лучиков сейчас играет с маленьким домом (так может показаться только снаружи), который располагается в начале квартала Клана Узумаки. Дом выполнен в теплых осенних тонах, с красной черепицей на крыше, на стенах располагаются широкие светлые окна, но больше всего привлекало внимание два панорамных окна, одно выходило в гостиную на первом этаже, а другое в уютную спальню, детскую. Она была выполнена в интересном сочетании цветов. Стены были нежно голубого цвета, широкий и в тоже время длинный подоконник панорамного окна был отделан мягкой тканью и усеян подушками белого и рыжего цвета. Они были мягкими и воздушными, как и огромный белый ковер по центру комнаты. В близком расположении от окна стоял рабочий стол с полками, которые с одной стороны были заставлены детскими книгами, а с другой стороны учебной литературой и свитками. В дальнем левом углу от окна располагалась кровать, застеленная белым постельным бельем с оранжевыми узорами в виде лисят, а в правом расположился большой и просторный угловой шкаф. Комната была выполнена с любовью и со вкусом. Между шкафом и столом была дверь в личную ванную комнату, которая была выполнена в пастельных оттенках. Хозяйка комнаты, мирно расположилась на белоснежном ковре и старательно выводила иероглифы в своей рабочей тетрадке, пока маленький, игривый лучик не дал ей понять, что пора бы спускаться на завтрак. Встала она в шесть часов утра и уже три часа занималась каллиграфией, выполняя все наставления своего любимого оджи-сана. Малышка собрала все с ковра и аккуратно положила на стол, выйдя из комнаты она направилась в сторону кухни-столовой, которая была объединена аркой с гостиной. Помимо ее комнаты на втором этаже располагалась общая ванная комната, библиотека, комната брата и еще четыре свободных (гостевых) комнаты. На первом этаже помимо кухни и гостиной, был рабочий кабинет отца, спальня родителей, общая ванная и две гостевых комнаты. Также у дома было несколько подземных уровней, которые были скрыты не одним барьером, и красивый цветочный сад за домом. Состояние сада контролировали фуин-печати и волшебные ручки Кушины. На заднем дворе, также можно было найти красивую беседку, в которой хорошо отдыхать или обедать с семьей. Когда девочка спустилась в столовую, то за столом сидел ее то-сан и читал газету, а ка-чан что-то готовила у плиты. От лица Мивы — Доброе утро, ка-чан, то-сан! — то-сан нежно улыбнулся и протянул мне руки, приглашая меня в объятья, ну тут грех было отказаться, и я с радостью принимаю это предложение. Проходит меньше десяти секунд, а я уже обнимаю своего папулю. — Доброе утро, солнышко! — сказали они хором, а потом последовал нежный поцелуй в макушку. — А где Нагато-нии? — родители как-то странно переглянулись, а в глазах ка-чан черти танцевали румбу. — Мива, лисичка моя, твой любимый нии-сан еще спит, может ты хочешь его разбудить? — нежно и ласково пролепетала моя ка-чан, то-сана передернуло от такого предложения своей любимой, и он только смог посочувствовать моему братишке, а я что? Думаете, после такой просьбы ка-чан на месте сидеть буду, да не в жизни. Такие предложения поступают раз в сто лет и не факт, что еще поступят… Хи-хи… И вот, я высвобождаюсь из крепких объятий папули и, как маленький ураганчик, бегу будить своего братишку! Только из кухни слышу сочувственный вздох и слова родителей. — Дорогая, зачем так жестоко его наказывать? — моя мама радостно хмыкнула. — В следующий раз будет знать, что врать матери нехорошо! — А когда он успел? — в голосе отца явное непонимание и озарение, — Те печати… — и больше я не слушала, я уже была на втором этаже и с разбега, открывая дверь, прыгаю и кричу… — Нии-сан! Доброе утро, проснись и пой! — ох, я прям вижу его радостное лицо и улыбаюсь своей коронной миленькой улыбкой, мне бы еще ушки и буду на лисичку похожа… — Имото, ты — садист! — сонно сказал он и попытался выбраться из мягкой кроватки. — Я не садист, а исполнитель, — он удивленно распахнул глаза и хотел что-то спросить, но я решила договорить, — Это маленькое наказание ка-чан, она еще что-то про печати упоминала. — И тут моему братишке стало плохо, он стал бледный, как лист бумаги, а в глазах поселился страх. — Ну и что ты натворил? — скептически спросила я. — Ну, — протянул он, — Как сказать, просто немного пошутили, а потом нас застал патруль Учих, но как ка-чан узнала? — в такие моменты я поражаюсь его глупости, а говорят гений… Пх! Произвол и ничего больше. Я тяжело вздохнула и решила объяснить в чем просчитался мой старший братишка. — Ка-чан дружит с Микото-сан, мне дальше цепочку продолжать или ты уже сам догадался? — лицо моего братишки оправдало все мои ожидания и тут я поняла, что надо устроить ему мини головомойку. Увидев, мою хитрую улыбку, он сделал жесть рука-лицо, тяжело вздохнул и принял свою судьбу — быть осужденным 2-х летней сестренкой (ну почти, через неделю будет), ведь он меня старше почти на два года.       В столовую мы уже спускались вместе, то есть счастливая и довольная я, и убитый моими нотациями о глупом старшем брате нии-сан. Эх…вот что для счастья надо! Устроить экстремальные побудки нии-сану, в моем коронном стиле. — Судя по твоему лицу, Мива уже сказала свое мнение о твоем вранье, — улыбаясь и весело щурясь, сказала ка-чан. — Извини, ка-чан, я не подумал о возможных последствиях! — Мамуля победно улыбнулась и потрепала меня по волосам цвета спелой вишни, прямо как у нее, правда черты лица, улыбка и оттенок глаз я явно унаследовала от папули. — Ладно, раз воспитательные работы уже проведены, то садитесь завтракать. — мы послушно сели за стол и стали уплетать свои порции. На завтрак у нас было вкусное карри с рисом и овощной салат. Мммммм… Мама так вкусно готовит. Когда с завтраком было покончено, то начался разговор. — Нагато, сегодня у меня тренировка с моей командой и я хочу, чтобы ты пошел со мной, — ах, да, чуть не забыла, мой папуля, Минато Намикадзе — джонин и наставник команды. Мой отец спокойный, сдержанный и очень проницательный. Он не любит вмешиваться в личные дела и конфликты других людей, не видит в этом необходимости, также его нельзя назвать злопамятным, но память у него очень хорошая. Он дорожит своей семьей и деревней. Что касается внешности, то-сан светлокожий, довольно высокий молодой человек. У него яркие небесно-голубые глаза и светлые взъерошенные волосы, пряди волос обрамляют его лицо с каждой стороны. Он носит стандартную форму Конохи, на каждом рукаве у него по две полоски белого цвета, зеленый бронежилет, синий протектор и такого же цвета сандали шиноби. Моя ка-чан очень эксцентричная, импульсивная и упрямая девушка, также она очень любит поболтать. Правда, папа говорит, что сейчас мама стала более жизнерадостной и уравновешенной, но ее вспыльчивый характер никуда не делся. Мама очень любит нашу семью и готова пожертвовать всем ради нас. Она красивая молодая девушка со светлой кожей и большими темно-синими глазами, на солнце они напоминают сапфиры. Ее волосы длинные, цвета спелой вишни, а ее лицо обрамляют пряди с каждой стороны. Сейчас мама готовится к миссии, на ней надета темная кофта с короткими рукавами и темно-синие короткие лосины, позже к ее обличаю добавиться стандартный зеленый бронежилет, повязка Конохи и стандартные сандали шиноби. А так мама обычно носит оранжевую футболку, синие лосины и смешные розовые тапочки. Мой нии-сан достаточно симпатичный (для 4-х летнего ребенка) молодой человек с красными волосами (как у нас с мамой), длинна которых достигает плеч, а на правую сторону свисает челка, которая закрывает часть его лица, и большими темно-синими глазами. На нем надеты черные шорты чуть выше колена и желтая футболка со знаком водоворота на спине. Кстати, по неизвестной мне причине, незадолго до моего рождения, весь Клан Узумаки переехал в Коноху и сейчас процветает. Пока я думала о своем, отец продолжал говорить о тренировках и опять без меня, а я так хочу потренироваться вместе с его командой. — Папуля, а что я должна знать, чтобы пойти с вами? — и тут наступила гробовая тишина, — Почему вы молчите? — Лисенок, твое тело еще не готово к тренировкам, надо подождать лет до 4-х. — проговорил то-сан мою «любимую» фразу. — А Нагато-нии говорил, что мама начала его учить в моем возрасте, — а теперь начинаем понимать, что они сейчас чувствуют, их эмоциональный фон. Может их удивить? Нет, не буду. Нии-сан, он растерян и не понимает чего-то, ка-чан тревожиться, но подходит к какому-то решению, а у то-сана азарт? Удивление? Хм… Интересно. — Лисенок, вот когда сможешь усидеть на месте и нарисовать идеально ровную тренировочную взрывную печать, и запустить ее, тогда и начну твои тренировки. — Я почувствовала его удивление и растерянность, ведь я встала с места и бегом побежала в комнату. Я взяла все необходимое и спустилась обратно. — Лисенок, дорогая, что ты собралась делать? Малышка? — он явно не ожидал такого, и мама тоже. — Как что? — спокойным голосом, сказала я, — Рисовать печати. — Я взяла чакропроводящую бумагу, окунула кисть в чернила и напитала их чакрой, и начала аккуратно выводить символы. Все в точности, как учил Таро-оджи-сан. Спустя три минуты я придирчиво осмотрела свою работу, взяла папулю за руку и мы пошли в сад. Там я прицепила печать к кунаю и запустила его в воздух. Спустя несколько секунд раздался достаточно мощный взрыв. Сказать что все были в шоке, это значит промолчать. — Лисенок, как ты? Откуда? — отец не ожидал такого, но сейчас явно светился от счастья. — Малышка, а что ты еще можешь? — он хитро прищурился, хм… Надо подумать, а точно, я что, просто так полгода медитацией занималась? Я сконцентрировалась, подошла к стене и начала маленькими шажками по ней подниматься, пока не оказалась на потолке, а потом спустилась обратно. Это было трудно, ведь с концентрацией чакры и контролем у меня были большие проблемы. От ка-чан стала исходить темная аура, но она была переполнена радостью и счастьем, в ее руке нарисовалась сковородка, мы все сглотнули. — ТАРО-НИИ, ДАТТЕБАНЕ! — она крикнула так, что земля содрогнулась, а ка-чан куда-то исчезла. Бедный оджи-сан, я его явно подставила, надеюсь, он меня простит. — Папуля, — ласково пропела я, выводя всех из шокового состояния, ведь на меня тяжелая КИ ка-чан не действует, — Так, я могу с вами пойти на тренировку? — он нежно улыбнулся, но что чувствует? Он… Гордиться мной? Это чувство, оно обволакивает все тело теплом, греет душу. Он одним движением оказался рядом со мной и обнял так крепко, как только позволяла ему сила. — Конечно, конечно можно! — радостно заговорил он, поглаживая меня по спине, — Лисенок, я горжусь тобой, ты молодец! — у меня на лице появилась глупая улыбка, а в душе был водоворот эмоций, я была действительно счастлива. — Нагато, котенок, ты будешь отвечать за сестру во время тренировки, вы у меня молодцы! — Нагато был счастлив за меня, я это чувствовала, но прозвище ему явно не нравилось, вон как насупился. Теперь еще больше на котенка стал похож, только ушки добавить. Насчет эмпатии. Мой дар он не хаотичен и не импульсивен, я могу его направлять, а вот Таро-оджи не может. Мы проверяли, у него он обостряется сам по себе, он не зависит от его желаний, как и у ка-чан, а нии-сан его еще не пробудил. — Папа… Воздуха, — прохрипела я. — Ой, прости, прости, — он смешно улыбнулся и запустил руку в свои, и без того взъерошенные, светлые волосы. — Ну... тогда я переодеваться, буду готова через пять минут. — и я пулей улетела наверх.       В комнате я сняла печать сокрытия с комода и достала оттуда маленький подсумок, который был улучшен печатью и теперь туда влезало все. Из шкафа я достала черные короткие лосины и синюю футболку со знаком водоворота, переоделась, закрепила подсумок и на выход. То-сан оценивающе на нас взглянул, кивнул и мы исчезли в вспышке хирайшина.

***

      На светлой кухне в доме, который стоял в центре квартала Клана Узумаки, хозяйничала красивая девушка с алыми волосами и красивыми изумрудными глазами, на диване сидел ее муж с волосами цвета вишни и темно-синими глазами. Но тут ему стало плохо, он побледнел. — Дорогой, все в порядке? — обеспокоенно спросила она. — Мэй, спрячь меня, — он начал ставить защитный барьер, его жена удивленно изогнула бровь, — Имото идет по мою душу, она меня убьет… — и тут для Мэй стала вырисовываться вся картинка произошедшего. Она устало вздохнула. — Таро, не говори мне, что ты тренировал Ми-чан? — он подозрительно притих и тут содрогнулась земля и на весь квартал раздался крик Куши-чан… Кажется кто-то влип, — И что теперь маленькая лисичка умеет? — хитро спросила Мэй. — Мы с ней полгода уже занимаемся каллиграфией, она умеет рисовать простые печати и активировать их, умеет ставить печать сокрытия на предметы и себя, а также мы с ней улучшали контроль чакры. Она может, с трудом конечно, но пройти по стене до потолка и обратно, так же метание кунаев и сюрикенов у нее на достаточно хорошем уровне, с сенбонами проблемы, но тут нам помогает Ширануи Генма. — тут девушка была в шоке за пол года и такие успехи, ей двух лет нет! — Нии-сан, — обманчиво ласково пропели рядом с семейной парой, Таро передернуло, — Ты ничего мне рассказать не хочешь, хотя я и так все прекрасно слышала… Ты забыл, что барьеры на кровных родственников не действуют? Судя по твоему очень удивленному лицу и круглым глазам, ты забыл! Так даже лучше, вспоминать надо будет меньше! — секунда и она проговаривает, — Сковородка-но-дзюцу, ТТЕБАНЕ! — И вот, Таро без сознания с огромной шишкой лежит на диване, вот же горе луковое, бежать надо было, а не на месте стоять. — Сурово ты с ним, он же как лучше хотел, — Мэй была уверена, что она это знает, но, видимо, она хотела дать понять, что мать о таких вещах должна знать в первую очередь! — О нет, это я еще любя! В следующий раз он мне о таких вещах рассказывать будет, ттебане! — о как знала, подумала про себя Мэй, — Возможно Минато наконец поймет, что с нее не надо сдувать пылинки и займется ее тренировками, ведь энергии в ней много, а девать ее некуда. — Имото, она у вас вполне спокойный и сдержанный ребенок, что удивительно, но она может часами сидеть на месте и заниматься. — подал голос Таро, — Она сама гармония, живая, энергичная, но, когда надо, собранная и серьезная. — Таро-нии, спасибо, кстати, они отправились на седьмой полигон, может отведешь туда Аки? Нагато будет чувствовать себя более уверено, хотя может Минато наконец возьмет с собой Миву. — Кушина задумалась и закусила губу, надо было Минато раньше пнуть. — Было бы неплохо… Аки! — на лестнице послышался шум и сверху спустился мальчишка с алыми взъерошенными волосами и изумрудными глазами на нем были темные шорты выше колена и коричнево-рыжая футболка со знаком водоворота. — Да, то-сан. — ответил он. — Ой, здравствуйте, Кушина-оба-чан. — он радостно улыбнулся и в глазах появились блики предвкушения чего-то интересного, видимо он уже чувствует эмоции других, это поражает, интересно, а Мива, она может или нет? Нет, скорее всего нет. Хотя надо будет посмотреть за ее реакцией. — Аки-кун, привет! Пойдем, я отведу тебя к Минато, у них сегодня тренировка с командой и он взял с собой Нагато и Миву. — он удивился и обрадовался, а потом улыбнулся во все 32-ва. — После тренировки останешься у нас, не думаю, что Таро-нии будет против. Правда нии-сан? — она мило улыбнулась, но от этой улыбки хочется на стену лезть. — Ты не против, я так и знала! — она взяла Аки и ушла шуншином на полигон. Мэй засмеялась во весь голос и продолжила готовить.

***

От лица Мивы       Мы появились на седьмом полигоне, где нас уже ожидали три гневных подростка тринадцати лет.       Нохара Рин — молодая, милая и дружелюбная девушка среднего роста, глубоко заботящаяся о своих товарищах. У неё красивые прямые каштановые волосы и большие карие глаза. Она часто выполняет роль миротворца во время разборок Какаши и Обито, и всегда остается объективной. Рин-чан способная и прилежная куноичи, чему свидетельствуют использование ирьениндзюцу высокого уровня в юном возрасте. На обеих щеках у ее прямоугольные фиолетовые маркировки. Рин-не одета в чёрную блузку с длинными рукавами и светло-фиолетовую юбку, под которой надеты чёрные шорты. На голове у нее виднеется протектор Конохи, а также сандалий с красными чулками и браслет на левом запястье.       Учиха Обито — вырос без родительской любви. По рассказам то-сана с самого детства Обито мечтал о признании. Это побудило его стать ниндзя, чтобы затем, в конечном итоге, достичь вершины карьеры и получить звание Хокаге. Но существование Какаши как в классе, так и сейчас в их команде, стало преградой для юного Учихи, поскольку тот был талантливее его и быстро снискал популярность, в том числе и со стороны Рин. К своим друзьям Обито относился с добротой и был абсолютно лоялен со всеми, но не смотря на это он сформировал одностороннее соперничество с Какаши. У Обито тёмные глаза и короткие, колючие, чёрные волосы.Но это только на вид, на самом деле они очень мягкие. Он носит синий костюм с длинными рукавами и синюю куртку с оранжевым воротником. Если я правильно поняла, то куртка крепится к униформе двумя пуговицами на воротнике, а на спине располагался символ клана Учиха. Красивый красно-белый веер. Также он носит белый пояс, сандалии шиноби, защитный протектор с эмблемой Конохи и синие очки с оранжевыми линзами, которые соединены с наушниками. Обито часто нарывается на людей в преклонном возрасте и просто не может отказать им в помощи, поэтому почти всегда опаздывает.       Хатаке Какаши — с раннего детства очень независим и уверен в себе, иногда проявляет даже высокомерие и снисхождение. Несмотря на все это Какиши-нии очень проницательный и смышленый, он умеет быстро анализировать ситуацию. Однако он бывает очень суровым, отстранённым и холодным по отношению к другим и следует всем правилам шиноби, он скорее откажется от своих товарищей, нежели провалит миссию. У него остроконечные серебряные волосы, они часто направленные на левую сторону, тёмно-серые, почти черные глаза и обычно расслабленное, мрачное выражение лица. На его лице всегда надета маска, благодаря которой он скрывает нижнюю половину своего лица. Сейчас на нем надета чёрная футболка с белыми линиями посередине рукавов, дополнительные рукава поверх рук, металлические пластины на предплечьях, кожаные ремни вокруг его спины и груди, и тёмные штаны. По середине его спины, в небольших ножнах, находится фамильное танто клана Хатаке. — Минато-сенсей, вы что, тоже потерялись пока шли по дороге жизни? — язвительно бросил Какаши-нии, а на меня и Нагато никто не обращал внимания. — Идиот Какаши, прекрати, ты только всех раздражаешь! — а это уже Обито-нии подключился. — Мальчики, а ну прекратили, — оглушительный звук от двух подзатыльников и смущенный смех Рин-не, — Простите сенсей, они сегодня не в духе. — Рин?! За что?! — одновременно крикнули они, посмотрели друг на друга, выпустив пару молний и надулись, как два обиженных котенка. То-сан на это только улыбнулся и помотал головой. — То-сан, а у вас все тренировки начинаются с язвительных фраз и профилактических затрещин? — невинно поинтересовалась я. На что получила оглушительные возгласы. — ИМОТО?! — они явно в шоке, ведь я обычно за пределы квартала не выхожу, да и отец на тренировки не берет, а тут на полигоне с ними, сюрприз! — Минато-сенсей, а что тут делает Ми-чан? Вы же говорили, что… А? Что-то явно произошло и очень хорошее, вы весь светитесь! Расскажите? — поинтересовалась Рин. — Да Рин, случилось озарение, и ваш сенсей осознал, что с его дочурки не надо сдувать каждую пылинку! — это Ка-чан и… — Аки-нии! — я была счастлива, мы не виделись больше недели, ведь кое-кто нагло заболел. — Как ты себя чувствуешь? Как давно возобновил тренировки? Ты сегодня будешь тренироваться с нами? Ты потом останешься у нас? А покажешь новый прием метания сюрекенов? У меня так и не получился тот трюк, зато я теперь спокойно могу ходить по стенам и потолку и… — я его буквально засыпала вопросами. — Хе-хе, лисенок, милая, ты сейчас утопишь Аки-куна в своем энтузиазме, сбавь немного напор эмоций. — ага, сейчас, бегу и прыгаю, но я же не хочу остаться без тренировки. Кстати «лисенком» меня может называть только то-сан и никто другой. — Ладненько, раз все в сборе, начнем со стандартной разминки. Бег вокруг полигона и физические нагрузки, начали. — Хай! — получил в ответ хор голосов то-сан. Мы пробежали 15-ть кругов, выполнили приседания, отжимания, прыжки и хотели начать отработку тайдзюцу, как то-сан окликнул меня. — Лисенок, а ты подожди, сейчас будешь улучшать контроль чакры. Садись под столб и начинай медитацию, не обращая внимания на происходящее вокруг. — Хорошо, то-сан. — ответила я и выполнила все указания отца, мимо летели кунаи, сюрикены, но мне было не до них, я абстрагировалась от окружающего мира и сосредоточилась на очаге чакры.       Чакра была теплой, слегка обжигающей, но она так приятно растекалась по чакроканалам и грела изнутри, что хотелось фырчать от удовольствия, и тут я понимаю, что нахожусь уже не на полигоне, а в каком-то зале перед огромной клеткой, а в ней сидит ЛИС?! Большой, пушистый и на вид не очень дружелюбный. Судя по количеству хвостов — это Девятихвостый Демон Лис, великий и ужасный Кьюби-но-Йоко, но мне кажется это лишь обложка, искусственно созданная маска для защиты. Может я смогу растопить лед многовековой ненависти? Я читала о нем, на протяжении своего существования его все называли монстром, демоном и ненавидели его, а он как и любое другое живое существо подстроился под обстоятельства, и сам стал считать себя монстром и демоном. И вот теперь, я не поверю, что это неразумный сгусток чакры! У него ведь тоже есть имя и я уверена, что оно красивое. Я решила начать разговор. — Привет! — уверено сказала я. — Я, Узумаки Мива! — Зачем ты сюда пришла, а малявка? Хочешь моей силы? А не мала ли ты для этого? — огрызнулся он. — Какой-то Вы очень грубый, а ведь я Вам ничего не сделала? — обиженно произнесла я, он в шоке, малявка с ним на ВЫ общается, нонсенс, у него очень забавные мысли. — Хм… А ты интересная малявка. — Мое имя Мива, Узумаки Мива, а как вас зовут, я вот в жизни не поверю, что у такого милого, большого и пушистого лисенка нет имени! — я его явно заинтересовала, у него пропало желание меня убивать, уже прогресс. — ЛИСЕНКА? МИЛОГО? ПУШИСТОГО? СМЕЕШЬСЯ НАДО МНОЙ, ДА? — он посмотрел на меня и увидел лишь уверенность в глазах и ни намека на ложь, — Ты не боишься меня, почему? — Ваши эмоции нестабильны. С одной стороны, вам интересно. С другой стороны, вы хотите меня убить. А третья сторона боится, боится привязаться и потерять. Да и кто был бы рад веками сидеть запертым в клетке? — Такая малявка и говорит такие умные вещи, похвально. — он задумался. — А почему вы тут, я думала джинчурики, является моя ка-чан? — неуютное молчание напрягает, — И я чувствую только Инь чакру, вас разделили? Это из-за печати? — А ты верно все заметила, да, я ровно половина настоящего себя. Я — темная часть. Во время родов печать треснула и пришлось создавать новую, но твоя мать бы не пережила бы создания второй полноценной печати, поэтому было принято решение меня разделить. От лица Курамы — Ясно, — малявка как-то погрустнела, — Так как вас зовут? Я хочу жить с вами в мире! — вот теперь я чувствую ее эмоции, уверенность и решимость, и ни капли страха. Удивительная малышка, настоящая хитрая и умная лисица. Хм… А прозвище «лисенок» ей очень даже к лицу. — Мой отец даровал мне имя — Курама!— ее глаза заискрились и она нежно, с любовью улыбнулась, стало так тепло на душе, что это за чувство? — Приятно познакомиться, Курама! Ты ведь станешь моим другом? А я могу тебя погладить? О, вижу ты не против, ты такой мягкий, — я был в шоке от ее действий, она меня даже немного пугала, но было так приятно. От лица Мивы — Эй, лисичка, тебе пора, там тебя дозваться не могут, — и меня силой выбрасывает обратно, мой новый друг, Курама. Мы с ним станем настоящей командой. Сколько же времени прошло, после начала медитации?       Меня тряс за плечи то-сан, а рядом стояли обеспокоенные ребята и ка-чан, я поспешила им ответить. — Со мной все хорошо, просто задремала, — сонно ответила я. — Лисенок, — папуля порывисто, но нежно обнял меня, — Как же ты нас напугала. Я думаю на сегодня приключений достаточно, уже поздно. — и действительно уже стемнело. Меня подхватили на руки и мы в одно мгновение оказываемся у меня в комнате. С меня сняли всю лишнюю одежду, ополаснули в душе и уложили спать, нежно поглаживая по голове. Проходит меньше минуты и вот я уже отправляюсь в царство Морфея! А на задворках сознания я слышу фразу, которая дает надежду!       Спи спокойно, малявка!