Узумаки Мива

***

— Акайо, где мы? — этот вопрос сейчас очень беспокоил аловолосую джинчурики. Этот лис появился с ними не пойми где и сейчас молчит как партизан на допросе. Ибики на него нет. Этот же вопрос интересовал и маленькую брюнетку. — И сколько сейчас времени? — на свои вопросы девочка получила ровно ничего, только странную ухмылку и хитрый взгляд. Сейчас он выглядел, как самый настоящий лис. — Мы в Ивагакуре-но-Сато. Сейчас восемь часов утра и сегодня Третий Этап Экзамена на Чунина. На данный момент мы в гостинице, где остановились все Каге. Сейчас идем к номеру Райкаге. Там уже увидите, что будет дальше. — Ты с ума сошел? Нас потом то-сан на печати пустит и дома запрет. — Я тут подумал вот номер Хокаге, вот… — он перечислил где и кто остановился. — А теперь я, пожалуй, пойду. Пока. — исчез! Опять бросил на произвол судьбы! Бесит и в печати чакра не концентрируется. Предатель. Убью! На воротник пущу!       Он вас обманул, в этом номере Райкаге. Я по чакре чувствую, но и твой отец сейчас там. Попробуйте постучаться. Сейчас это наилучший вариант. Однако одеты вы не очень, но это полбеды. Скажи просто, что вас тут Акайо выкинул и все. И думай быстрее, на вас АНБУ странно посматривают. — Что будем делать? — Как там говорил сенсей? Сохранять спокойствие в любой ситуации? Этим и займемся. Тут сейчас Райкаге и это его номер, однако и мой то-чан сейчас тут. Поэтому стучимся, извиняемся и получаем по тыковкам. — Кхм… Хахаха… Оптимистично. Все равно нам терять нечего. Стучись. — за дверью резко стихли голоса, явно гостей сейчас там никто не ждал. Дверь отворил парень в маске АНБУ. Парень сразу впал в каплю и не знал куда бы нас послать подальше. Однако из-за столь затянувшейся паузы и ожидания. Главы селения сами решили выйти в свет. Ну, по крайней мере Райкаге. — Здравствуйте, извините, пожалуйста за вторжение. Мы не хотели вас беспокоить, нам просто передали информацию, что тут остановился Хокаге-сама. — Хм. Ты ведь дочь Минато? А это твоя подруга из Клана Учиха? — он смотрел строго и выжидающе. — Все верно, Райкаге-сама. — Что же, я помню вам было почти пять в нашу последнюю встречу. Как-то вы быстро выросли. — Мы были полтора месяца, по нашему времени, в плане призыва, Райкаге-сама. Однако там прошло два года. Сейчас мне с моей подругой почти восемь. — Проходите, не будем томить Хокаге. Неужели один наглый лис решил довести твоего отца до инфаркта? — слышать более мягкую интонацию намного легче, чем тот строгий, властный и холодный голос. — Акайо-сан решил нас оставить на попечение судьбе, а сам ушел обратно в Вишневую Долину. — мы прошли внутрь номера и остались стоять за Райкаге. Видно нас не было, да и чакру мы свою скрыли, поэтому… поэтому готовимся к худшему. — Эй-сама, все хорошо? Вы как-то странно напряжены? Что-то случилось? — уже более серьезно спросил Четвертый, а его глаза слегка потемнели. — Минато, обещай держать себя в руках. — обращаясь так, он дал понять, что официальный тон сейчас будет не актуален, к слову совсем. Получив сомнительный, но все же кивок. Райкаге-сама подал нам знак.       Сначала вышла маленькая брюнетка. — Изуми? Нет. Нет. Нет. Потом вышла девочка с волосами цвета спелой вишни. — Мива? — Минато явно пропустил пару ударов своего сердца, а в глазах на несколько секунд потемнело. Туда, куда он не хотел тащить детей, привел Акайо. Минато даже не сомневается, кто виновник в данной ситуации. — Я требую объяснений! Мива? — чуть охрипшим голосом произнес он. — Фу~х, Я думала будет хуже. Извини. Акайо выкинул нас из призыва в этой гостинице. Сказал, что мы в Иве. Сказал, где кто живет. А потом ушел оставив нас под этой дверью. Вот. Однако он намеренно неправильно назвал две двери — твою и Райкаге-самы. — Я убью его. — Райкаге-сама, он посоветовал нам поинтересоваться у вас о ваших сопровождающих. — как по заказу из соседней комнаты показалась блондинистая макушка миловидной женщины. Она аккуратно прошла за водой. Я сразу в ней узнала девушку с общей фотографии. Она окинула взглядом всех присутствующих и остановилась на то-чане, при этом в ее глазах промелькнуло удивление и печаль. Я чувствую, что она не знала о том, что то-сан жив и здоров. Она хочет сейчас же во всем ему признаться, но не может и из-за этого печалится. На нас внимания не обращали. Ну, голос-то подать надо. — Эйко-сама, доброго вам дня. Мне приятно познакомиться с вами лично. Акайо очень лестно отзывался о вашем муже. — совершаю поклон и теперь все внимание сосредоточено на мне. В глазах женщины сразу появился страх. — Райкаге-сама, Хокаге-сама, не представите гостью, пожалуйста. — то-сан напрягся, по нему видно. Глаза слишком сильно его выдают. Бабушка не глупая женщина она все поняла, просто она сейчас боится этой правды. Правда бывает жестокой, но лучше ее знать. Однако правду надо преподносить деликатно, чтобы она не убила и не ранила человека. Правда не должна быть ядом. Правда — это достаточно хрупкая вещь, которую надо беречь, чтобы она не разбилась и при этом не разбила других. Правда — вещь коварная. Она всегда ускользает и прячется. Да и к слову, правда у каждого своя. В последние несколько минут, мне начинает казаться, что Акайо играет в игру со своими правилами, но не учитывает второстепенные. Что же, может попробовать ему навязать свои? — Она моя дочь. Узумаки Мива, которая резко подросла из-за некоторых лисов на два года. Вы знакомы? — решил улыбнуться, ага, так и поверила, вижу я твое негодование. — Лично нет, во время тренировок Акайо отлучался и я смогла у него обнаружить очень интересные фотографии. Потом я очень грамотно вывела его на разговор и знаете… Я сейчас наверное скажу лишнее, но я чувствую, что так надо. Знаете, говорят, что все хорошо пока не знаешь правды. — Я сделала паузу. Сейчас надо хорошо подумать перед тем как сказать. Ведь, у нас есть еще один слушатель — Акихиро-джи. Я могу смело их так называть. Отчасти я понимаю почему они так поступили. Да, сначала было больно, но потом приходит осознание. Да и Акайо явно мне не все показал и не все рассказал. Я не хочу зависеть от чужого мнения. Сейчас я им свое мнение и скажу, это будет даже более чем корректно. — Есть шесть вещей, которые надо уметь делать: прощать, молчать, благодарить, слушать сердцем, не верить глазам и говорить правду. — Я специально сказала слова именно в этом порядке тот кто должен меня услышать, услышит и надеюсь поймет. — Я считаю, что лучше говорить правду, которая сначала причиняет боль, но потом она исцеляет, придает сил и уверенности в себе. Иногда ты задумываешься и спрашиваешь себя: «А что есть правда?». Лучше такая правда, чем ложь, которая на время успокаивает, а потом отравляет человека и убивает его. Вот. То-сама, извините пожалуйста, мы прервали ваш разговор с Райкаге-самой. Нам наверное лучше подождать в коридоре. — Ты так выросла. — вот чего я не ожидала так это оказаться сейчас в медвежьей хватке моего то-чана. Он ведь меня сейчас задушит. — Я так скучал! Вот куда ты собралась. Обе остаетесь тут. — в этот момент он начинает душить и Изуми, так надо спасаться. Хана котяткам. Надо драпать. Моя подруга придумал идеальный план подставы и своего освобождения. — Минато-сан, а у Ми есть ушки. — так и хочется сделать жест «рукалицо» и при этом провалиться сквозь землю. Аура моего то-сана начала пугать. Причем всех. Хорошо, что на номере стоит барьер, я постаралась. Знала ведь, что так будет. — Убью! — аж мурашки по коже прошлись, а вокруг него начали метаться молнии. — Папа, спокойствие. Я тебе в этом даже помогу. Папуля, то-чан, потрогай их. — он резко проморгался, фух~, КИ отступила, дышать сразу начали все, даже Акихиро, который в другой комнате прячется. Хотя нет, не легче, из его объятий только Изуми спаслась. — Мягкие. — отлично у него появилась улыбка, уже прогресс. — Ну вот и славно, а теперь с вашего позволения я их уберу. То-чан мы пойдем в соседнюю комнату, а вы продолжайте разговор. Если, конечно, Райкаге-доно не против. — получаем легкую улыбки, положительный кивок и теперь я могу дышать полной грудью. Ведь меня наконец поставили на пол. А теперь быстро ретируемся. Жить еще хочется, а я чувствую, что у то-чана на меня великие и страшные планы. — Хотя я тут подумал, вы наверное еще не завтракали. Мы с Райкаге-самой уже все обсудили, поэтому сейчас мы с вами пойдем в свой номер. Там Фугаку, я думаю он будет рад вашему появлению. — ну все, двойную порцию смертельно опасных обнимашек я не переживу. С надеждой смотрю на папулю, но результата ноль. Мы попрощались со всеми кого видели и покинули номер Райкаге.

***

      Сам экзамен прошел тихо, мирно и без происшествий. Краем глаза я смогла увидеть Такеши-сана, то есть своего дядю, и его сыновей. А ведь одного из них я уже знаю. Его зовут Горо, а про второго рассказывал Тсучекаге. Второй, Дейдара, является его учеником. Был ли нам рад дядя Фугаку? Очень, прям безмерно. Правда после, он был готов рвать и метать. Из Акайо уже четыре человека, ну это по моим данным, хотят сделать воротник. Сейчас подходит к концу наше пребывание в Иве. Акайо так и не явился, и, видимо, не явится. Значит, в Узушио мы не попадем. Обманщик, он с самого начала не собирался нас туда отводить. Он специально оставил нас одних. Значит, мы увидим их не скоро. Сейчас выходя за ворота Ивы, я с тоской надеваю свою повязку шиноби. Тора, Изуна, Дара, Хаши, простите нас. Мы будем тренироваться, как вы нас учили. Два дня в пути. Время подумать будет. Может стоит поговорить с Кагами-саном?

На следующий день в Конохе… Дом Минато и Кушины!

      На просторной кухне-гостиной порхала, как бабочка бывшая джинчурики Конохи. Правда, об этом никто не знает, но не суть. Активно готовить ей помогала ее подруга Микото. Красивая брюнетка с почти черными бездонными глазами. В доме сейчас было шумно. Все готовились к возвращению Глав семей и их малышек. Прошло полтора месяца, а от девочек нет вестей и Акайо молчит. Нагато пытался интересоваться у своих лисят, а те как-будто воды в рот набрали. Важные, домашние встречи всегда пытались проводить в доме семьи Узумаки-Намикадзе. Как никак Минато стал Хокаге, поэтому его фамилия не пустое место. В доме помогали убираться сыновья женщин и друг семьи Шисуи Учиха. Младшие пытались не мешать старшим и делали подарки для своих любимых старших сестер. Правда, всю идиллию нарушил один гость, однако пришел он не один, а привел еще четверых незнакомцев. — Кагами, ттебане! Предупреждать вообще-то надо. — Кагами, что-то стрелялось? — женщины стали сразу серьезнее. А мужчины думали как-бы начать разговор. В кухне-гостиной уже были все нынешние посетители дома. — Куши-чан, а я тут… — однако договорить ему не дали. — Так, что ты от меня хочешь, ттебане? Знаю я этот тон. — Ладно, не могла бы ты у себя приютить четверых моих гостей. Деревня является их домом. Опережая твои вопросы, скажу сразу… Эти люди мертвы для Конохи. Их нахождение здесь должно остаться секретом. Возьми эту фотографию, посмотри на нее, подумай кто эти люди и почему я их привел именно к тебе в дом. — Кагами еще никогда так сильно не нервничал. Он боялся реакции Кушины. Сама виновница его переживаний сейчас снимала с фотографии защитный фуин, а гости сравнивали этих женщин и своих учениц. Уж больно они похожи. Девушки посмотрели сначала на фотографию, потом на людей, на которых явно была наложена иллюзия, потом немного проверили всю эту ситуацию на гендзюцу. Особенно фотографию. Только после этого пришли к общему выводу. — Ками! Кагами, ты мог нормально представить наших гостей. Я ведь уже не весь что тут надумала, ттебане! — Поддерживаю Кушину, Кагами-сан, так не делается! — То-чан, что ты успел натворить, что тебе Кушина-сан сковородкой угрожает? — А, Шисуи, ты тут? Какая прелесть. Помнишь ты желал себе Мадару в учителя? — Названный при этом подавился воздухом, а не самый младший Учиха напрягся и с большим подозрением покосился сначала на отца, а потом на гостей. Потом утвердительно кивнул. — Ну так вот, хочу тебя познакомить, как и всех тут присутствующих. Сенджу Хаширама, — с молодых людей начала спадать техника, — Учиха Изуна, Сенджу Тобирама и Учиха Мадара. Прошу любить и жаловать. По дороге в деревню я с ними договорился, они будут вас тренировать и обучать. — У мальчиков челюсть можно было искать где-то в Суне, а те вещи, которые были у них в рука попадали. — Приятно познакомится, — первый пришел в себя Итачи. — Позвольте представиться. Меня зовут Учиха Итачи. Сын Главы Клана Учиха Ичизоку — Учихи Фугаку, являюсь старшим наследником. Моя ка-чан — Учиха Микото, мой кузен — Учиха Шисуи и мой отото — Учиха Саске. — В честь отца Хирузена назвали, кивнул каким-то своим мыслям Тобирама, а Мадара видел истинного Учиху, мальчик не растерялся, на лице ни один мускул не дернулся, был собран и речь хорошо поставлена. Сейчас все могли лицезреть улыбку Мадары Учихи, которая является очень редким явлением. — Приятно познакомиться. Позвольте представиться. Меня зовут Узумаки Нагато. Сын Четвертого Хокаге — Намикадзе Минато. Моя мать — Узумаки Кушина. Являюсь третьим наследником клана после моего кузена — Узумаки Аки и моей имото. Она сейчас отсутствует, с ней вы сможете познакомиться вечером. Мой отото — Узумаки Наруто. — Приятно познакомиться. Поз… — тут Аки был прерван… — Кьюби меня дери… Мадара с Хаширамой. Кагами, ты можешь о таких вещах предупреждать? Доброго всем дня. — И тебе не хворать Таро. Сейчас Глава Клана ты? Значит ты собственному сыну представиться не дал? Хоть бы свою жену нам тогда представил. — Дара, ты все такой же. Моя жена — Узумаки Мэй, мой сын Узумаки Аки. А я еще помню, как ты и Изуна нянчились с моей любимой имото. — Хм. Значит, помнишь. Приятно слышать. — А? Со мной? Так, что это я, пойдемте я покажу вам ваши комнаты. — Хаши, а ты что такой молчаливый? Хаши? — Как много детей! Так и хочется всех потискать! — младшее поколение с опаской посмотрело на Первого Хокаге и предусмотрительно сделали пару шагов назад. — Пф. Пошли за Кушиной, ребенок! — Но Тоби! — Умолкни! — Извините их, но что-то в этой жизни совершенно не меняется. Для справки. Старшие застряли в возрасте 22-х лет, я с бело…кхм… Тобирамой в возрасте 19. Спасибо за гостеприимство. Мы не хотели вас утруждать. А, Нагато, верно, ты говорил про имото, а как ее зовут? — Вечером познакомишься, Изуна-кун, а сейчас иди наверх. — Все четверо в компании Кушины пропали в пространстве второго этажа. — Кагами, скажи честно. Зачем ты привел их в дом, который является проходным двором для всех кому не лень. — Таро, сейчас не понимал логики своего друга. Что-то он упускал и картинка складываться не хотела. Ну не просто так он привел их именно к Кушине. — Потому что такие секреты можно хранить только большими компаниями. О, вы уже вернулись, замечательно. Сейчас будете помогать накрывать на стол. Готовить им не предлагайте, они не умеют. Шисуи, сынок, ты чего застыл? — ухмылка так и застыла на лице Кагами. Он так доволен произведенным эффектом, просто слов нет. А девочки то, как счастливы будут. Только вот Наруто с Саске подозрительно тихо себя ведут. — То-сан, ты страшный человек! Ичи-чан, пошли, нам еще полы мыть. — Шисуи! Я же просил так меня не называть! — Пошли давай, вредина. — Смешные! — в один голос сказали основатели. Спустя некоторое время…       Дорога до деревни была достаточно веселой. Больше всего мне понравилось прикалываться над Обито с Какаши. Смешные до жути, а если вспомнить их лица, когда отец вернулся в номер с нами, так вообще умереть не встать. Обито даже шаринган активировал от шока. Теперь они пучеглазики. Хотя меня удивила их реакция, ведь то-сан, наверное, предупреждал их. Короче непонятно. Когда мы вступили на территорию деревни, я была удивлена увидеть на КПП Изумо и Котетсу. На мою фразу в чем они так провинились, у них синхронно задергался правый глаз, а потом они со стоном отчаяния ударились головой об стол. Видимо этим интересовались все. Нету теперь у нас в АНБУ барсука и мыши, а точно, еще грача, то есть Ямаширо Аоба. Он стал наставником одной из команд нашего выпуска. Интересно, как поживает Анко-чан в отделе дознания. Она, наша любимая змейка, пошла к Ибики на повышение квалификации. Еще поговаривают, что Обито за эти два дня дороги решил сбагрить нас другому сенсею, а сам решил свалить в АНБУ. Ага, так мы его и отпустили. Он прям нарывается на мою сковородку. Она ведь у меня всегда с собой, на запястье в печати, и там есть не только сковородка. Блин, самое обидное, что папа отказался ходить со мной по магазинам. Он сказал, что пусть моим гардеробом занимается женская рука, а он тут вообще не причем. А я ведь просто не хотела одевать дома одежду Узушио, жаль, что ему об этом не сказать. Также по пути домой мы, то есть я и Изуми, думали как бы нам попасть в Узу. Мысли в голову не приходили от слова совсем, от чего стало противно на душе. Ладно, приду домой, приму душ, переоденусь, развешу фотографии, спрячу копии и можно будет спускаться вниз на семейный праздник. Я уже для себя решила, что надену черные лосины и нежно голубую свободную тунику. Она перевязывается на талии белым меховым поясом, также имеет белый мех у горлышка и на конце рукавов. Она сделана из очень мягкого и приятного для тела материала, а самое главное, благодаря печатям, в ней можно ходить даже летом и жарко тебе не будет. Прелесть! Волосы, которые сейчас чуть ниже колен, оставим распущенными. На ноги наденем домашние следки-тапочки с белой меховой окантовкой, такого же голубого цвета что и туника. Они, вроде как, шли в комплекте. Думаю будет смотреться очень даже неплохо. Откуда такая любовь к меху, ну тут не трудно и самим догадаться. Другой вопрос, откуда я знаю про праздник? Все просто! Ка-чан с тетей Микото очень любят такие события и наше возвращение точно захотели отпраздновать. Сейчас мы в резиденции, ждем пока то-сан заполнит все необходимые бумаги и отправимся домой. Папуля решил смиловаться, поэтому перенесет нас прямо к моей комнате с помощью хирайшина. Я бы и сама могла, НО в комнате нет моей метки. Да и показывать уровень новых знаний тоже не хочется. Путь будет сюрпризом, иначе сенсей от нас точно сбежит. Самое обидное, что наставников и сопровождающих, удавшихся и не очень чунинов, как и самих участников уже отпустили по домам, а то-сан копается. Я, конечно, не люблю документы, но что там можно так долго делать? А еще пока я сидела на подоконнике в кабинете Хокаге, видела как за ручку гуляли Хаяте и Югао. Также я была рада, что отцу с документами помогает Иваши, так хоть дело быстрее идет. В деревню мы прибыли в пять часов вечера, сейчас уже восемь и вроде наш любимый Хокаге уже заканчивает. Уже даже Фугаку-сан ушел домой приводить себя в порядок. О, со стороны стола послышалось слово «готово!» и победный усталый вздох. Потом мы резко оказались около моей комнаты, куда мы с Изуми пулей залетели, чтобы привести себя в порядок. А я говорила, что я люблю печати против скопления пыли и грязи? Нет? Ну теперь вы и это знаете! В порядок мы себя приводили около тридцати минут, потому что пришлось мыть и сушить голову, но тут нам помогло сродство с катоном. Если бы тут был Тора-кун, он бы нас за такое пренебрежение к волосам убил бы на месте. Изуми надела черные лосины и нежно сиреневую тунику с белым тряпичным поясом на талии, также следки-тапочки в цвет туники. Последние два года мы вообще одевались похоже, что же поделать если у Тобирамы с Изуной была холодная война на тему чья ученица лучше выглядит. Детский сад одним словом, а нам приходилось это все терпеть, потому что иногда такие ситуации выходили за рамки всего дозволенного. Курама нас ждать не стал, поэтому пошел вперед. Он видите ли бедный, несчастный, мясом его полтора года не кормили и вообще взаперти маленького нашего держали. Не успели мы спуститься с лестницы, как на нас, ладно на меня накинулись с криком. — ИМОТО! Мы так скучали! Ой, как ты выросла! Вообще на свой возраст не похожа! Какая ты красивая у нас. — все это мои любимые изверги говорили, пока душили меня в объятиях. С Изуми была другая ситуация, тут уже она душила своих братьев. Все-таки плохо я на нее влияю или она на меня, а не важно потом с этим разберемся. — Мальчики, — решили мы мягко начать разговор, — вообще-то нам будет восемь. А теперь закрываем уши. Жаль, у меня есть вторые, но им об этом знать не обязательно. — ЧТО? — тут даже Итачи маску свою потерял. — Ми-чан, Изу-чан, мы так рады вас видеть! Надеюсь вы хорошо отдохнули, наверное, совсем о тренировках забыли. Бедненькие вы наши. — и стоит ухмыляется засранец. — Шисуи. Беги! — сказали, мы холодно и в один голос. Горжусь. Правда, соображал он долго, поэтому уже был захвачен печатями и двигаться не мог, а на десерт… — Как ты долго думаешь. Приятных водных процедур! — и отпускаем водяной шар прямо на голову. — Какая прелесть, тебе понравилось, Шиии-чаааан? — А теперь бежим. Уж больно взгляд у него недобрый. — КА-ЧАН, спасите помогите, убивают! — бежим в сторону кухни, не обращая внимания на наших гостей, которые смотрели на нас так, будто они приведение увидели, и на шоковое состояние некоторых личностей, поэтому с разбега обнимаем любимых ка-чан. — Девочки, как вы выросли. Какие вы красивые! Это одежда Узушио? Кто выбирал? Точнее откуда у вас такая? — упс, оправдание-то мы не придумали. В смысле кто выбирал? Какая-то реакция у нее спокойная. Мы что-то упускаем из виду. Тут в проходе появился еще один человек, который любезно пропустил воссоединение семьи. — Кушина, а у вас ведь есть домашняя библиотека? — этот голос, это же… — ДАРА! — бедный Учиха аж опешил, когда у него на шее повисло две обезьянки. — Мы так рады тебя видеть! Акайо, он…он отказался. Сказал, что нам туда нельзя. Еще и кинул одних в Камне. Мы так рады! — Мива? Изуми? Точно. Ками, эти туники, я ни с чем не перепутаю. Так вы и есть маленькие имото этих дьяволят? Смотрю один чертенок превратился в мокрую выдру, похвально. В смысле в Камне вас кинул? Одних? В чужой стране? Он совсем спятил? Убью! На воротник пущу! — какая КИ, прям как бальзам на душу. Он так крепко нас обнимал, видно, что без нас скучал. Однако чувствую я, что спины наши кто-то прожигает взглядом, а точнее пытается убить таким образом Мадару. Неужели и они тут? Аккуратно поворачиваем голову. Да, да, да. Улыбка сама на лице появляется. — Тора! — Изуна! — А как же я? — Мадара, отдай детей! — Обойдетесь! Я первый их увидел! — Ты не вовремя зашел! — Ну, Дара, ну, пожааалуйста! — Пф! Делайте, что хотите. — Ура! — выпрыгиваем из стальной хватки нашей ёлочки и обнимаем остальных. Все кто был на кухне впали в астрал, ну, кроме ка-чан и Кагами-сана. То-чан решил аккуратно уточнить. — Доченька, лисичка моя, вы знакомы? — переглянулись, посмотрели на ребят, коварно улыбнулись и теперь собираемся с духом, чтобы все тут объяснить. — Ну, это долгая история… — Ну, у нас много времени… — коварно протянул дядя Фугаку, я начинаю верить в слова Курамы о том, что хороший Учиха — это мертвый Учиха. — Тора, меня можно уже отпустить. — Не-а, даже не подумаю. Ты сегодня сидишь со мной. — Изуна? — Аналогично! — Хм! — видимо наша синхронность ответов, уже стало делом привычки. — Сними иллюзию, пожалуйста. — Ни~за~что, я не хочу их показывать, мне ведь жить не дадут и не делай такое лицо. Нет. Ой, Ками! Ладно. Изверг, ты, Тобирама. Только не смотри так на меня. — его рука сразу опускается к моим ушками и судя по сияющим глазам всех остальных у меня большие проблемы. Мне же теперь жить не дадут. Тут ко мне на ручки прыгнул Ку и прижался ко мне всем своим тельцем. Это у него на Ма-куна такая реакция? Интересная. Интересно, как давно они не улыбались, в особенности Тора. У него такое умиротворенное лицо сейчас и улыбка. — Девочки, мы все во внимании. — А про меня все-таки забыли. — Хаширама, о чем ты говоришь? Они про своих родных забыли. Даже на любимых оджи-санов внимания не обратили. — Ну прости, простите. В общем все началось с тренировки в плане призыва… — все сели за стол и начали внимательно слушать, кушать и задавать уточняющие вопросы. — …потом он нам показал точки воспоминаний и провел в одну из них. Так мы оказались в Узушио. Там нас встретили эти четверо, правда, помладше они были. Как оказалось, привел он нас туда из-за них, чтобы они стали нас тренировать. Так и началась наша веселая жизнь в тренировочном домике. — Значит та комната под барьером ваша? И дом барьером защитила ты? — Да, это все Ми. Она соединила два разных стиля печатей и добавила пару символов от себя. Так у нее и получились эти барьеры. — Это было трудно. — Кстати, хочу добавить, что общение у этих вот не задалось в начале. В первую нашу встречу наши отото решили над ними поиздеваться. Девочки в свою очередь продемонстрировали свои навыки шиноби и окатили их водой, предварительно обездвижив фуином. — Они нас недооценили, сами виноваты. Ай, аккуратней можно? — Не выпендривайся и вообще, почему опять лохматая ходишь? — Пф! — Хахаха…ой…хаххаа.ха. — абсолютно все начали смеяться. — Кагами-сан, если вы были в нашей комнате в том доме, значит вы нашли фотографии. Я могу обрадовать Ши-чана? Или это сделаете вы? — Ой, я и забыл. Шисуи, Мива твоя кузина, а мальчики кузены. — ЧТО? — Ну и зачем же так орать. Сейчас все объясню. Короче. Мама Кагами-сана была старшей дочерью Узукаге. Тогда это был Узумаки Арэта. У него был еще сын и была дочь. Сына звали Кадзуо Узумаки. Кадзуо был отцом Ясуши Узумаки. А Таро-оджи и ка-чан — дети Узумаки Ясуши. Вот. — Подожди, в мальчишке Учихе есть кровь Узумаки? — Да. Дара, это так плохо? — Нет, просто из твоей безвыходной ситуации только что появился выход. Если, конечно, того потребуют меры. — Хм. — а ведь я об этом даже не подумала. Дара и Изуна рассказали мне о последствиях пробуждения Мангекё. Они сказали, что у меня очень высоки шансы его пробудить с таким-то везением по жизни, да помимо везения я — Узумаки. Мы сами по себе личности эмоциональные и то, что я полукровка меня не спасет. Переизбыток эмоций со мной сыграет злую шутку и не важно, что я их хорошо контролирую. — Мива теперь старшая в семье. — о, сейчас я тебя огорчу оджи-сан. Даже не мечтай. Я в кресло Главы не сяду! — Теперь ты точно станешь Главой Клана. — вижу как облегченно выдохнули мальчики. Ясно все с вами, ну, ничего, я в долгу не останусь. — Таро-оджи, я полукровка. Я думаю это тебе говорит о много, не так ли? — Чертов лис! Все разболтал! — Видно не судьба. Ками, спасибо. Ведь я терпеть не могу бумажную работу. Рин-не, а как у вас дела с Обито-сенсеем? Когда свадьба? — и делаем самую невинную мордашку, ушки и так у меня к голове прильнули, спасибо Торе. — Дорогая, не переводи тему. Тут такое дело, когда в семье девочки старшие и они не собираются становится Главой, на них начинается… — то в какое русло текут мысли Главы Клана Узумаки не нравилось никому, особенно Миве. Благо, она была начитанной. — Таро-оджи, по-умерь свой пыл. Я вторая в клане и это зависит в первую очередь не от возраста. Во-первых, у тебя есть сын. Привлеку к нему твое внимание. Он живой, здоровый, чистокровный, прошу обратить внимание на это слово, Узумаки. Его сватай, его сажай на свое место. Во-вторых, я дочь Хокаге, поэтому имею в этом вопросе некоторые привилегии. С ними можешь ознакомиться в книге, которая стоит в твоей библиотеке на третьем стенде с конца, на самой верхней полке в самом дальнем углу третьего ряда. Не смотри так на меня, да, я и туда залезла. Надеюсь, ко мне больше вопросов нет? Вот и отлично! — Слышу тихий смешок Тобирамы. — От твоей дочери, Минато, ничего спрятать нельзя! Она — везде, и все знает! — Не удивил! — Мива, а про какую ситуацию ты говорила с Мадарой-самой? — за последние полчаса Итачи впервые подал голос и его вопрос был, как гром среди ясного неба. Ну и как выкручиваться будем, интересно мне знать? За полтора года я достаточно хорошо освоилась с глазами, но рассказывать о них кому-то, как и использовать их, я не собиралась. Итачи, чертов гений, кроме него никто на маленький диалог и внимания не обратил. Итачи не глупый, может сложить два плюс два, да и его отец напрягся. То что о глазах может догадываться Фугаку-сан, я и так предполагала. Они тогда с Цунаде обсуждали что-то, что их сильно волновало. Однако это что-то выплыло в шаринган. — Неужели подарок Данзо дал о себе знать? — Значит Фугаку знает. На этих словах Тобирама напрягся всем телом. Он крепко обнял и на ушко прошептал так, чтобы услышала только я. — Прости! Это моя вина. Я не уследил за учеником, я привил ему неправильные идеалы. Из-за меня с тобой все это произошло. — я на это лишь отрицательно покачала головой, давай понять, что он тут не причем. Если бы не эти глаза, мы бы с ними и знакомы не были. Столько лет живет, а в душе такой ребенок или это возраст тела ТАК на него влияет? — Ита, ничего страшного со мной не произошло. Просто небольшой сбой в организме после того похищения, его еще Цунаде обнаружила. Связан с контролем эмоций и эмпатией. — чувствую, что альбинос сильно удивился, поэтому локтем ударяю его. Ибо не фиг мне все портить. — Хм. — Я правду говорю, ттебане! — Хм? — Лисеныш, сдайся. Ты проиграла тогда, когда сказала свое слово паразит. — Предатель Тора. — обиженно пробубнила она, надув щечки и скрестив руки на груди. Ушки на голове жили своей жизнью. — То-сан, а я шаринган пробудила. — Изуми, лапочка, спасибо! Глаза у старших Учиха засияли, а у Фугаку еще и улыбка промелькнула на лице. — Вот, смотрите. — ее глаза покраснели и в них закрутились томое, в количестве трех штук. Тут счастья не было предела, а про меня все благополучно забыли. Начав, обсуждать успехи юной Учихи. Итачи на меня грозно посмотрел, давая понять, что мы с ним разговор не закончили. За его действиями следил Мадара и Тобирама, если первый как-то странно улыбался, то второй тихо хмыкнул и продолжил лишать меня законно положенного воздуха. С этим спорить бесполезно, как выяснилось, поэтому сидим спокойно и не рыпаемся. Так глядишь быстрей отстанет.       В этот момент у Минато было желание придушить всех в этой комнате, ибо что-то не так. И вообще, он и сам свою дочурку потискать хочет. У нее такие милые ушки и два дня дороги ему не хватило. Кагами же с легкой ухмылкой смотрит на ревнивого отца, говоря про себя, что он знал, что так будет. Около малышки собрались все кому не лень, чтобы потискать ее ушки. Тобирама жестоко ее подставил. Сегодня она потерпит всех, но вот завтра она уже сократит список. Подарок от Данзо? Фугаку что-то скрывает, но причем тут Шисуи? Кровь Узумаки. Шисуи. Родственники. Черт! Да быть такого не может! Неужели шаринган? Интересно как хорошо она его развила? Эта девочка должна быть в нашем клане и точка! Какие Узумаки? Какие Намикадзе? К Шинигами пусть все идут, а девочку уже я не отдам. Прости Таро, но я тебе не помощник. Только не в этом вопросе. Самое интересно сколько я помню сенсея, он практически не улыбался, всегда был напряжен и достаточно холоден к своему окружению. Как-будто у него отняли что-то очень важное. Отняли то, что он больше никогда не увидит. Сейчас смотря на его умиротворенное лицо и нежную улыбку, я понимаю, чего ему не хватало. Маленькой имото, за которую он будет готов убивать. Второй Минато, только этого ей сейчас не хватало. Везучие малышки, правда, Хаширама слегка обиженный на них сидит. По девочкам видно, как на них повлияли их сенсеи. У одной появилась любовь к меху, и как ей не жарко? А у второй поменялась манера речи и модель поведения. «Ттебане» любимое слово паразит Кушины, все-таки удивительно, старшие дети, если и используют такие словечки, то очень редко и только в момент сильного волнения или когда нервы уже на пределе. У Наруто есть свое личное словечко «даттебайо» и он, как и мать, использует его очень уж часто. Внешность отца, а характер от матери. У Нагато в тихом омуте черти водятся, а Мива вообще загадка природы. Она идеально контролирует себя и свои эмоции. Ну и семейка. Пока я тут размышлял я пропустил момент, когда двух любителей синего цвета и белого меха окатили техникой суитона, и кто спросите? Мой сынок, уверен в этом, хотя догадалась вроде только Мива. Вот это КИ, а какая жажда крови, а какая темная аура. Это у нее волосы поднимаются, как у Куши-чан? Ну все, писец суслику, Шисуи, я тебя сильно люблю, но ты сглупил, ой, а сковородка откуда взялась? — Тора, отпусти меня! — обманчиво спокойно произнесла эта бестия. — Я его убью! Он сам будет мне новую тунику с мехом искать! Шисуи, подойти сюда. Обещаю твоя смерть будет быстрой. — так надо подумать, он стоит рядом с Хаширамой, на Хаши есть моя печать. Отлично! Сейчас никто и не поймет как я это сделала, подумают, что это шуншин. Перемещаемся и бьем. — Получай, ттебане! — десяточка, прямо по тыковке, я собою довольна. Волосы успокоились и приняли прежнее положение, я успокоила КИ и убрала темную ауру. Теперь можно и улыбнуться. — Хороший Учиха — это побитый Учиха, особенно если он неправильно Учиханутый! — Я не буду ее злить, это опасно для жизни. Она же убьет и не заметит. — тихо прошептали мальчики. Минато: Она напоминает мне Кушину. Слишком сильно. А одежда то уже сухая, катон? Хм. Интересно. А это был шуншин? — Сразу видно, чья это дочка, да, Мико-чан? — Обито, удачи тебе! Я и Рин запомним тебя смелым шиноби, хорошим другом и вообще отличным человеком. — Заткнись, Какаши! Бака, хватит хоронить меня раньше времени! — Тобирама, ты на ребенка явно плохо влияешь. — Я.я. тут не причем. Скажите, а она всегда такой кровожадной была? Да и сковородка у нее откуда взялась? — Хм. — И не говори брат, страааашно. Жуть. — Изу-кун, ты что-то сказал? — Ми-чан, тебе показалось. Я был нем, как рыба! Честное Хаширамовское! — Сделаю вид, что поверила. То-чан, а ты завтра потренируешься со мной? — вот это взгляд, как у него глаза сияют, ой, ко мне на голову прыгнул лис и ударил хвостом. Наглость — второе счастье, да? Трусишка он, а не могучий демон лис. Только ест и спит. Пф! С этого все немного посмеялись. — Имото, завтра то-сан тренируется со мной и Аки. Он обещал нам показать новую технику. — папуля и рта открыть не успел, как все решили за него. Обидно, поэтому делаем вид вселенской обиды! Будем учить расенган! Свиток у меня есть, проблемы не вижу. — Ой, ну и не надо! Тора? — с надеждой в голосе обращаюсь к нему. — Если вспомнить на чем мы остановились, то сейчас твои тренировки — это библиотека. Особенно после твоего полета в дерево! — Ну ты и бака. — Ка-чан, я завтра займу кухню. Сделаю сладостей, а потом буду дразнить ими всех вредных и нехороших людей. Ты мне поможешь? Мы можем еще приготовить много разных вкусностей, например, рагу, пирог, такояки, на закуску можно сделать суши, на десерт моти и данго. Можно ведь, да? — Виии~, конечно, можно! Еще завтра идем по магазинам, тебе надо обновить гардероб! Мико, ты берешь с собой Изуми и идешь с нами. Это не обсуждается. — Кхм.кхм. Я тут хотел напомнить, что в понедельник в 9:00 я и Нобу будем ждать девочек у резиденции. Надо включаться в процесс выполнения миссий. — Хай, Обито-сенсей. — Девочки, скажите честно, вам не жарко? — искренне поинтересовалась Микото-чан. Мы даже потупить успели. — А? — Нет, совсем нет. — Сейчас объясню. На одежде стоит специальный фуин, который не дает телу перегреваться. Да и материал не самый теплый. — А кто печать ставил? — Мне по началу помогал Арэ-джи, а потом и сама начала справляться. — так вижу движение с мою сторону с трех сторон, все НАДОЕЛИ! Это мои уши и кислород для дыхания мне нужен. Прыжок и я на потолке, ибо жить еще хочу. Теперь активируем печать сокрытия и начинаем думать что делать дальше. И так все понятно, идем к Хашираме и просим у него политическое убежище. Около него снимаю с себя печать, поднимаю на него глаза полные надежды и вот мы уже сидим с ним на диване. Прекрасно, теперь меня и мои ушки никто не трогает, даже лис расслабился. Ура! Можно спокойно поговорить с нии-санами. Этот день был прекрасен!