Узумаки Мива

***

      Кику и Изуми быстро подскочили к Горо и Дейдаре. Сенджу возвела деревянный защитный купол, а Учиха преступила к диагностике. Состояние парней хоть и было плачевным, но достаточно стабильным. Их жизнь висела на волоске и далеко не в первый раз. — Девочки, отойдите в сторону, — мягко и успокаивающе произнес первый Хокаге, приступая к лечению двух блондинов. — Судя по реакции Узумаки, они ей очень дороги. — девочки сдержанно кивнули. — Вы ведь знаете, как пройти на территорию барьера? Тогда поторопитесь. Ей понадобится Ваша помощь. — Был бы здесь еще один наш сокомандник, было бы все намного проще. — прошептала Изуми, — Мива плохо себя контролирует в состоянии праведного гнева, поэтому изготовила специальные печати, которые помогут пройти сквозь любой ее барьер. Такие печати есть у сенсея, меня и Нобу, но они многокомпонентные. И чтобы не подставить подругу, мы разделили их на двоих. У сенсея есть полный комплект. — Учиха от беспомощности разбила первый попавшийся камень на своем пути на маленькие кусочки, почти в пыль. — Сестренка Иза! — прокричал детский голосок, после непонятного раската грома. Рядом с девочкой, скрючившись, стоял Учиха Обито в стандартной форме шиноби Конохи. — Сестренка Мива дала сигнал и я привела папу! — Акеми, — с ужасом прошептала Изуми, видя, что на ту несется шквал техник, отраженных ребятами. — Акеми! — Обито достаточно быстро пришел в себя, хватая дочь на руки и уходя от техник. — Ками-сама, сенсей! — подала еще раз голос Изуми, привлекая внимания мужчины. Тот осмотрелся и очень сильно нахмурился, перемещаясь ближе к скоплению людей. — Папу? — хрипло переспросил порабощенный Обито. — Маленькая безрассудная безобразница. Черепашка тебя по головке дома не погладит, а мама еще и поварешкой по голове пройдется. Сама обратно уйдёшь? — Обеспокоено уточнил у дочери Учиха, на что девочка смешно надула щеки. — Я, в отличие от вас всех, читаю предварительно инструкцию по использованию техники. Мама ничего не узнает, если ты ей не проболтаешься. — Обито удивленно посмотрел на дочь и немного опешил от ее серьезной речи. — И не надо так на меня смотреть. Сестренки обучили меня некоторым приемам. И вообще, я пошла гулять с Юичи. Три недели с ним на полигоне встретится не можем! — Акеми, не смей даже близко подходить к этому блохастому! — почти прорычал Обито, недовольно смотря на дочь. Девочка издала звук похожий на «хм» и отскочила от отца на пару шагов. После чего девочка распечатала маленький шарик, сложила две, может три печати и исчезла в раскате грома. — Если она опять придет домой в слезах, я того Инузуку на кусочки разорву. — себе под нос, достаточно громко, пробубнил Обито. — А дочка у вас сообразительная, сенсей. — чуть посмеиваясь сказала Изуми. — У нас проблемы. — Мы без особых проблем пройдем через барьер, а вот что делать дальше я слабо представляю. Я бы на вашем месте помог мальчикам с Мадарой или занялся запечатыванием этой черной гадости. А еще нельзя допустить того, чтобы Мадара поглотил древо. — Сенсей? — чуть ли не рыча переспросил Итачи. — Черт тебя дери, Итачи! Больше доверия! Если она подала знак мне, это не значит, что ей действительно требуется помощь. Она вас волновать не хочет, в первую очередь. — поймав скептический взгляд парня, Обито тяжело выдохнул. — Итачи, ей не четыре года. Сенсей уже проболтался о том, что она в положении. Да, это заставляет волноваться за нее в большей степени. — Вы считаете, что использовать шаринган и сусано в ее состоянии это норма? — наорал он на Обито. — Сбавь тон! — не остался в долгу ученик Четвертого. — Это ее родной дед! Ей лучше знать на какие подлости тот способен. Не все в нашем мире становятся генинами в пять лет! Или ты так не считаешь? Я не дам тебе возразить. Девочку учили лучшие: Мадара, Тобирама, Кагами, немного Хаширама, а с катаной ей помогал Изуна, на ровне с остальными. Ее обучали Узукаге. Изуми тоже способна на многое. Ее отпустил отец. Почему бы и тебе не поверить в нее? — Гребанный лже-Мадара! — прошипел Итачи не в силах сдвинутся с места. — Какой же ты проблематичный! — уставшим голосом произнесла Ацуко, сковывая Учиху тенями. — Выдохни! Нукенин недоделанный. Превратили все в абсурд! — От нукенина слышу. — недовольно бросил в ответ ему Обито, подходя ближе и давая ученику затрещину. — Ацуко, вы какими судьбами? Отпусти его, я думаю, он все понял. — Обито тяжело вздохнул и перевел взгляд на ребят, которые сражались с Мадарой. — Я должен забрать наших юных диверсантов. — уже серьезно сказал Учиха. — Кику, Изуми, держите нашего любителя низких хвостиков под контролем, а иначе я оставлю Миву без мужа. — После этого в руках Обито появился такой же шарик, как и у его дочери. Он ловко подхватил двоих подростков и исчез в раскате грома.

***

      Тем временем Миве было не до разговоров. Все ее внутреннее «я» говорило о том, что давно пора было закончит со всем этим спектаклем. Давно пора было перекрыть все доступы в Вишневую Долину, но ее прекрасный лис и наставник, Акайо, запретил какие-либо манипуляции со свитком. «Пусть все идет свои чередом», — говорил ей лис. — Ками, как я вас всех ненавижу.       Девушка ловко уходила от всех атак своего противника, стихия молнии и воды прекрасно ее слушались, поэтому проблем c отражением вражеских техник у нее не возникло. Подобравшись ближе, почти вплотную к своему оппоненту, девушка перешла на ближний бой. Блок-удар-подсечка-прыжок. Их руки складывали печати почти одновременно, в небе заискрились молнии. — Смотрю, ты не забыла основы ближнего боя. — снова удар, за ним последовал блок. — Подстилка для Учихи. — прошептал девушке на ушко, касаясь рукой ее живота. — Мива среагировать не успела на его скорость, но Акихиро отдёрнул руку так же быстро как и приложил. Чакра девятихвостого беспрекословно выполняла свою функцию. — Джинчурики… Испортили девочку… — в его руке образовался водяной хлыст. Миве пришлось активировать шаринган, чтобы не попасть под удар. — И эти глаза, Данзо действовал опрометчиво. — кулаки мужчины сжались, что не укрылось от зоркого глаза девушки. «Что повлияло на этого человека? Что? В чем причина таких изменений? Думай. Думай. Думай, черт тебя дери! Уклоняйся. Защищай!» Печать, вторая, десять. — Суитон: Потоковый снаряд, — два мощный водяных вихря столкнулись, закручивая в себя все новые и новые ветряные потоки. Техники постепенно развеялись, орошая поле боя водой. «Спасти. Найти причину. Спасти!» — Шаринган. — рисунок ее глаз изменился, затягивая всех в мощное гендзюцу. Девушка стояла между лентами воспоминаний. Видела взлеты и падения, историю любви, а главное искреннее нежелание подчиняться старым традициям острова. — Что же… Что же так на тебя повлияло? Свадьба, дети, вот… Вот оно… Его дедушка… Печать подчинения… «Ты избавишься от нее только тогда, когда умрешь» — Вот оно как…       Иллюзия покачнулась вместе с уверенностью того, кто использует технику. — Ты потеряла уверенность в своих действиях? — девушка не стала острить, она промолчала, пытаясь сдержать слезы. — Слабачка! — «Не он. Не его чувства. Ему плохо и больно. Почему? Почему я раньше не слышала его душу? Почему я позволила себе выйти из себя? Мива. Соберись. Вдох…» Мива вздохнула и открыла глаза полные решимости. — Не ты. Не твои слова. Это слова тех, кто был до тебя, тех кто из поколения в поколение следовали старым традициям. А теперь ответь на вопрос… Почему ты отправил своих собственных детей подальше от острова, подальше от их родного дома? — в мужчине что-то изменилось. Его осанка, его взгляд… — Почему? — молчание, — Потому что они были слабы! Потому что они были ничтожествами! — Вранье! — его стойкая уверенность дала сбой. Он встретился взглядом с ее красными глазами и провалился в свои воспоминания. — Ты до сих пор пытаешься всех защитить, заставляя тебя ненавидеть! — выкрикнула девушка, сокращая расстояние. Мужчина хотел было отпрянуть, но оказался скован с объятьях хрупкой и такой взрослой внучки. — Как и тогда, — сиплым голосом начал он. — Ты смотришь в самый корень. — по его щеке скатилась одинокая слеза. — Печать не снять. Ты должна убить меня. — Спустя мгновение, его аура изменилась, совсем неуловимо. — Мужчина постарался нанести удар в спину, но девушка ловко отбила удар катаной, а потом произошло что-то быстрое и неуловимое. Катана мягко вошла в тело мужчины, прямо в области сердца. — Не хочу больше вредить тебе. Передай Эйке, что я всегда любил ее. — он осел перед девушкой на колени, соскальзывая с оружия, — Будьте счастливы. И, — он задумался, — Учиха Минами. Звучит неплохо. — это было последнее, что он сказал ей. Барьер, поставленный Мивой спал. Она смотрела на дедушку не моргая, с грустью, постепенно осознавая происходящее. — Передам. — девушка запечатала тело и быстрым шагом направилась к остальным. «Не смогла. Не спасла.» Слезы сами покатились по щекам. — Почему все так получилось? От любви до ненависти…

***

— Успокоился? — грозно спросила Ацуко у Учиха. — Если еще раз сделаешь что-то необдуманное, то я тебя не отпущу, а дома сдам АНБУ на пытки. — Я лишь хочу защитить ее. Не хочу потерять!       Секунда и теневые путы слетают с парня, вторая и на его шее повисает маленькая, зареванная Узумаки, чьи руки были измазаны в крови. Девичье тело содрогалось от рыданий. — Если у нас родиться дочка, — всхлип, — То мы назовем ее Минами. Он так сказал, — всхлип. — Итачи бережно прижал девушку к себе, утыкаясь носом в ее макушку. — Как скажешь, лисенок. — парень нежно улыбнулся и прикрыл глаза от нахлынувшего чувства полного спокойствия и умиротворения. — Какой же ты проблематичный. Мива, ты могла не доводить его до состояния обозленного дикобраза? Истерички, черт вас всех дери. Мива! Потом, все потом. Надо сделать так, чтобы древо не смогли поглотить. Есть идеи?       Всхлип, — Есть печать разделения, но она может не помочь. Хвостатые запечатаны в Мадаре. — Тряпка, а ну соберись. Иначе Нагато разорвут на куски. — Нии-сан сам кого хочешь на куски разорвет. — Мива! — отчаянно накричала на подругу Нара. — Лисенок, давай посерьезней. — прошептал ей Итачи, — А потом пойдем домой. — Честно, честно? Тогда можно его срубить и запечатать. Вот свиток. О… смотри, падает. — Итачи обернулся и, выхватив свиток из рук девушки, швырнул его в сторону падающего дерева, намереваясь его запечатать, что получилось у него очень даже сносно. — Укрепишь? — ответом было тихое «угу». — Что дальше? — Теперь Кагуя пробудиться не должна. Надо запечатать Зецу.       Снять с Обито паразита оказалось достаточно легко, а вот удержать в барьере достаточно тяжело. Мива пропустила тот момент, когда на поле боя появился обозленный Таро и обеспокоенный Фугаку, но девушку от процессов запечатывания и распечатывания оградили, зато припахали ее обленившихся и уставших братьев, которых к этому процессу не подпускала она. Пока дядя Фугаку читал Итачи лекцию о том, что нельзя обижаться на свою жену, Аки напутал пару символов в печатях, поэтому над полем боя прогремел «маленький» взрыв. Таро дал своему сыну еще парочку шансов, после чего вернул к работе свою любимую племянницу, которая просто нарисовала нужные печати. — После этого вы меня спрашиваете, почему я не хотел ставить во главе клана своего сына. Да они же криворукие! — Конечно они криворукие, ты ведь не уделял их воспитанию нужное количество времени, деттебане! — Узумаки подозрительно посмотрел на свою племянницу и сделал пару шагов в сторону. Она очень редко использует слово паразит, а когда использует, то сковородка всегда прилетает в цель. — Ты только не нервничай. Тебе вредно, — успокаивающе проговорил действующий Узукаге. — А я и не нервничаю. Я просто подвожу общий итог. И вообще, когда Акайо нас от сюда заберет? Я ведь знаю печати призыва и знаю сколько чакры надо вложить, чтобы он появился. Если не явиться сам, то я все уши ему поотрываю, даттебане! Вас то он сюда привел! Пусть теперь всех нас забирает обратно! — Солнышко, — Фукагу осторожно погладил девушку по макушке, — Может мы поможем распечатать хвостатых, а потом будем решать проблемы с лисом? — в его словах был смысл, но Мива не могла не заметить того, что люди с поля боя потихоньку пропадают. — Подождите, то есть Тобираму, Ацуко, девочек и Шисуи он забрал, а меня забирать он не собирается? — Ребята сами ушли. — постарался оправдать лиса Учиха. — Дядя Фугаку. Давайте будем говорить начистоту. Я знаю, что храниться в той коробке на дальней полке. — мужчина сглотнул и отступил на пару шагов назад. — Да как этот лис вообще смеет себя так вести? Вот негодник, — сразу переключил тему мужчина. — Ну ты и тряпка, — подвел итог Таро. — Таро-оджи, что в подвальном помещении за третьим крайнем стеллажом, я тоже знаю. — Вот ведь блохастый ковер! Это ведь беспредел! — Имото, ты страшный человек. — Аки, а я ведь всегда говорила, что любая информация в правильных руках всегда сыграет свою роль, поэтому я знаю, что у папы есть тайник под черепицей на крыше. Правда, дядя Фугаку? — мужчина косо на нее посмотрел и постарался смериться с происходящим. — Хм. — Вот видишь. Так, надо помочь. — Дорогая, — ее без разрешения заключили в нежные объятья, подойдя со спины. — Мой отото сам прекрасно справиться, а Аки с Нагато им помогут. — а потом на ушко прошептал, — Я не хочу пересекаться больше со своими родителями, да и Саске в глаза мне стыдно смотреть. И я не хочу больше рисковать твоим здоровьем и здоровьем моего ребенка. Призывай лиса и давай домой. С меня приключений в этой жизни хватит. Мне и прошлой хватило. Хочу тишины, любви и спокойствия. Я предполагаю, что ты тоже устала от приключений? — Угу. Даже слишком сильно. — Итачи, забирай эту катастрофу, мы сами справимся. Меня не просто так гоняли все мое сознательное детство, — Нагато скосил недовольный взгляд на дядю, активируя риннеган. — Вот, даже печать для глаз придумал, что бы людей не пугать. — Нии-сан, ты никого не пугаешь. — Итачи, забирай ее.       На призыв лис не откликнулся. Мива почувствовала себя полной дурой, хотелось расплакаться от такого уровня игнорирования. Девушка вернулась на камень и стала восстанавливать печать на своей руке. За то время пока она возилась с печатью, ребята успели справиться с Мадарой, запечатать древо вместе с Зецу в другом измерении, вернуться от туда и поговорить с Кланом Учиха. Цунаде Сенджу, Пятая Хокаге, была очень рада тому, что полиция восстановит свою деятельность, а также она хотела бы узнать подробности. За юной Узумаки она наблюдала сосредоточенно, не сводя глаза. — Ты похожа на Минато. — озвучила она после часа наблюдений. К тому времени собралось слишком много наблюдателей. Одна Пятерка Каге, чего стоила. — Он мой отец, ничего особенного в этом не вижу. — Братья, сестры? — Мива тихо ругалась про себя. Она не любила, когда ее отвлекали от такой кропотливой работы. — Пять братьев. Старший — Узумаки Нагато, младший — Узумаки Наруто. Три двоюродных — Узумаки Аки, сын маминого старшего брата, Намикадзе Дайдара и Намикадзе Горо, сыновья папиного старшего брата. — женщина нежно улыбнулась. — У вас большая семья. — Иногда мне кажется, что слишком. Все так и норовят влезть в личное время и пространство друг друга, но от этого становится тепло на душе, — она скосила взгляд в сторону братьев, — Радует мысль, что ты знаешь, что эти обалдуи всегда рядом. — вязь символов вспыхнула и поднялась над девичьей рукой. — Это визуальная модель печати. Мы можем увидеть ее каркас, стены, основание и наполнение. Каждый символ можно расшифровать на три, а то и более. Это сложнейшая печать S-класса, — ответила девушка на немой вопрос окружающих. — Поразительно. А мы потеряли такие великие познания. — Пятая косо глянула на Третьего, который старался затеряться за Вторым и Первым Хокаге. — Солнышко, а может ты не будешь капать так глубоко. Можно же просто восстановить линии в знаке «перемещение», — прозвучал спокойный голос аловолосого мужчины, который уже стоял прям рядом со своей внучкой. — Джи-сан, это дело принципа. — девушка продолжила копаться в печати, а потом визуальная модель вернулась к исходному виду на руке аловолосой. — Джи-сан? — она подняла на него потерянный и удивленный взгляд, — А ты тут какими судьбами? — откуда-то справа повеяло любимым табаком Акайо, и Мива хищно улыбнулась. — На ловца и зверь бежит. А ну стой на месте, сука ты лисья, — грозно прикрикнула девушка на лиса, который старался затеряться в толпе. Лис, чувствуя темную ауру своей подопечной, выпрямился по струнке и сильно напрягся. — Мива-чан, ты прекрасно выглядишь с короткими волосиками, — постарался подлизаться проныра, — Ходила к парикмахеру? — встретившись взглядом с потемневшими глазами девушки, лис дал деру. — Не убежишь! — обрадовала она его, — Печать то я восстановила. — Аловолосая мило улыбалась, поднимаясь с камня. — Мива-чан, пощади. — Ты, скотина такая, знал про печать! Ты про все знал! И никому ничего не сказал! — лис прижал уши к голове, а его хвосты опустились к земле. — На то были причины. Печать уничтожала его личность, этот процесс был необратим. — Вранье! У любой техники есть слабое место. Выход можно найти из любой ситуации. А ты, пустил все на самотек! Твое желание контролировать все и вся чуть не погубило всех нас! Но нельзя все контролировать! Слышишь… Нельзя! Он знал, но по твоей наводке молчал! Он умер, потому что ему не захотелось причинять нам боль. Ты всегда мог вернуть меня в деревню, из любой точки мира, но ты этого не сделал. Ты ни разу меня не спас. Даже сегодня ты не откликнулся на призыв. Иногда я думаю, что ты, в своем роде, паразит, который питается чужими нервами и слезами горечи от чужих потерь. Если бы не Кагами-сан, основатели до сих пор сидели запертыми на острове. Если бы не вмешательство Мадары, то отец бы никогда не узнал о том, что у него есть брат. — Если бы не твой длинный нос, то и шаринган бы у тебя никогда не появился! — рявкнул лис ей в ответ. — И про Намикадзе бы никто не узнал! И вообще, если бы не ты, то все было бы по другому. Если бы не мой долг перед Ясуши, то я бы в жизни больше ни с кем не заключил контракт, особенно с такой катастрофой, как ты! — Лис резко замолчал, осознавая то, что только что наговорил лишнего, защищая себя в этой словесной битве. Для девушки это был удар ниже пояса. — Мива, лисичка, я… — у лиса встал ком в горле. — Вот и поговорили. Верни нас всех домой. — слезы сами начали скатываться по щекам. Ясуши с неодобрением посмотрел на своего давнего друга и уже с сожалением глянул на совершенно растерявшуюся внучку. Итачи осторожно подошел к девушке со спины, заключая ту в объятия, нежно сомкнул руки на ее животике. — Не слушай его. Сейчас придём домой, сходим в купальню. Все будет хорошо, — шептал он ей, ласково целуя ее за ушком. «Малая, сохраняй спокойствие.» — посоветовал ей пушистый друг. Девушка уже давно спустилась в подсознание. Она не хотела смотреть на эту мерзкую лисью морду. Она его долго простить не сможет. Горы, пруд, сакура — это все так успокаивало девушку, что ей жутко не хотелось уходить с мягких хвостов девятихвостого. — Курама, сделай так, чтобы я заснула. Пожалуйста. Я не хочу больше их всех слушать. — Ты напугаешь Итачи. — Его я предупрежу. — Тогда действуй. «Итачи, я не хочу больше их всех слушать. Не хочу больше с ними разговаривать и еще больше разочаровываться в тех, кого считала друзьями. Итачи, я очень устала. Я не чувствую рук и ног.»       Печать связи работала без перебоев. «Спи. Я не буду будить тебя, по крайней мере постараюсь.»       Заботливо ответил ей Итачи, подхватывая девушку на руки. Все вокруг сразу напряглись. «Спасибо.» — Что с ней? — обеспокоено уточнил у друга Нагато. — Спит. Она сильно устала и физически, и эмоционально. — Мы благодарим вас за помощь и поддержку. — это был Наруто. — Надеюсь, еще увидимся. Итачи-сан, вы всегда будете для меня примером… Я       Более Мива не вслушивалась в реальность. Она полностью расслабилась на руках своего заботливого мужа, который уж точно доставит ее до дома в целости и сохранности. Больше у них не будет недомолвок, тайн и секретов друг от друга, иначе и семьи из них не получится.