Paint

— Мне кажется розовый, — проговаривает Тэхён, шевеля пальцами на ногах. — Как вам розовый? Мисс Пак раздумывает пару секунд, сидя рядом с ним на стуле и глядя вниз на его босые ноги. — Думаю, розовый будет хорошо смотреться. В это время дня в маникюрном салоне совсем немного людей, и ресепшионист за столиком скудно склоняется над журналом. — Этим вечером всё должно быть идеально, — говорит Тэхён, указывая маникюрщице на нежно-розовый цвет. — Мне нужно показать Чимину, какой у него стабильно стильный и совершенно не позорящий его партнер. Джин фыркает и отпивает глоток своей газировки. — Не волнуйся. Даже если ты хоть раз в жизни выбираешь нормальный цвет, уверен, ты найдешь еще хуллиард других возможностей его опозорить. Тэхён кидает в него огурец, который с унылым шлепком падает тому на руку. — Я не боюсь идти на модный риск, большое спасибо. — И Чимин любит это в тебе, дорогой, — нежно похлопывая по руке, уверяет его мисс Пак. — Только… возможно не выбирай снова цвет зелёного горошка. Выглядело, будто у тебя грибок. — О, как симпатично, — мама Тэхёна выглядывает с другой стороны, глядя на его ноги, один ноготь которой уже покрашен в розовый. — Я тоже сделаю розовый. Тэхён слегка дёргается, когда на весь пустой салон начинает играть знакомый рингтон песни Take You Down . Джин стонет. — У тебя все еще этот звонок на Чимине? Тэхён кидает на него взгляд, полный превосходства, и лезет в карман за телефоном. — Волшебство никогда не угасает, детка, — он нажимает «принять» на экране. — Хей! — пауза. — Да, Джин тут, — он убирает телефон от лица и громко говорит: — Юнги сказал Чимину, чтобы он сказал мне, чтобы я сказал тебе, что ты задница и что он думал, что ты сдох. — Почему он подумал, что я сдох? — Он проснулся, а тебя не было, а потом они нашли тело какого-то чувака, который подавился целым хот-догом. О, и Юнги сказал Чимину, чтобы тот сказал мне, чтобы я сказал тебе, чтобы ты даже не смел притворяться, будто это не похоже на то, как бы ты реально сдох. Джин закатывает глаза. — Скажи Чимину, чтобы он сказал ему, что я оставил им записку на гребанном холодильнике, где в деталях расписал свое расписание на последующие три часа, а также список заданий для него на этот вечер. Скажи еще Чимину, чтобы он сказал Юнги, чтобы тот сказал Хоуп, что они должны забрать всё это до пяти. — Джин сказал, что там записка на холодильнике, и он сказал еще что-то там. — Скажи моему негодяю-сыну, чтобы он ответил на моё сообщение! — говорит мисс Пак, пока замачивает свои ноги в ванночке. — Твоя восхитительная, оставленная без внимания мама скромно просит ответить на её сообщение, — передаёт Тэхён Чимину, хитро улыбаясь мисс Пак. — О и еще, малыш, можешь захватить Dawn по пути домой? — пауза. — Нет, не для меня, это для посу… Малыш. Малыш, мне просто нравится тюлень на упак… нет малыш, я обещаю, что не буду этим умыв… Да, да, я клянусь на своем медвежонке принцессы Дианы… Хорошо. Ага. Люблю тебя. Пока. — О чём это вы? — с любопытством спрашивает мама Тэхёна. Тэхён вздыхает. — Он не разрешает больше иметь Dawn в доме после того, как увидел, что я снова им умывался. Теперь заставляет пользоваться чёртовым Ponds, когда моем посуду. — Не ворчи, — говорит ему Джин, снова садясь в кресло и укладывая голову на подголовник. — Ты выглядишь примерно на шестьдесят процентов больше похожим на человека с тех пор, как вы двое начали встречаться. — И твоя квартира тоже стала выглядеть лучше, — добавляет мама Тэхёна. — Но я же съехал со своей квартиры. Я теперь живу у Чимина. — Именно. — Знаете, ему тоже здо́рово так подфортило из-за того, что он со мной встречается! — начинает возражать Тэхён, глядя на свою маму и Джина. — Вы знали, что, когда мы впервые встретились, у него на компьютере до сих пор стоял Windows 98? Как это вообще возможно? А еще у него было где-то три дохлых таракана под чашками, которые хранились там несколько месяцев. Угадайте, кто с этим разобрался. И это я даже не упоминаю, что ЕЖЕДНЕВНО я ем его з… — он замирает, так и не договорив, когда вспоминает, перед кем он сейчас тут распыляется, — … ааааааад. Чёрт, мне правда жаль. Я не смог придумать ничего, что начиналось бы на «з». — Зефир. Запеканка. Земляника. Заварнушка, — спокойно перечисляет Джин, пока мисс Пак прыскает себе в руку. — Зелень. Зубатка… — Задница, — услужливо подсказывает ему Тэхён. Джин сжимает губы в тонкую полоску и поворачивается к маме Тэхёна, которая как раз в процессе закатывания глаз. — Как вам это удавалось? На протяжении восемнадцати лет? — Водка, дорогуша, — говорит она, потянувшись в свою сумочку и доставая оттуда металлическую фляжку. Она откручивает крышку и наливает немного в стакан Джина с газировкой. — Ах, ну да. — В любом случае, мы с Чимином — идеальная пара, и я докажу это, организуя идеальное свидание сегодня вечером в честь нашей знаменательной двухгодовалой задовщины . Джин странно на него косится. — Ты что, надрался? Ваша годовщина была неделю назад, — напоминает он ему, кривясь от резкого вкуса водки, и опускает свой стакан. — Ты заставил закатить вам вечеринку-сюрприз в честь этого и всё такое. Тэхён так же странно смотрит на него в ответ. — Это вообще не имело к тому никакого отношения. Сегодня будем отмечать самый важный день моей жизни. Я отметил этот день в календаре на последующие двести лет, просто на всякий случай, хотя и действительно ожидаю, что мы с Чимином будем первой парой, которая будет жить вечно. — Тогда какого хера было на той неделе? — вопрошает Джин и выглядит задолбанным. — Ты заставил Чонгука нарядиться Купидоном и следовать за Чимином попятам, стреляя в него весь день из игрушечного бластера. — Тш-ш, тш-ш, дорогой, расставляй приоритеты, — успокаивает Джина мама Тэхёна и подносит стакан обратно к его губам. — Просто пей. Я уже вызвала нам такси. Пока маникюрщица трудится над его ногами, Тэхён каждые несколько секунд проверяет свой телефон, и его накрывает небольшая волна паники каждый раз, когда он это делает. Сегодня много чего должно произойти, и оттого много чего может пойти наперекосяк. Сидеть тут и ничего не делать на протяжении получаса, когда еще столько всего нужно успеть, оказывается настоящей пыткой. — Джин, ты и твои две половинки подойдут к шести, чтобы за всем проследить, да? — спрашивает Тэхён, когда наконец-то смотрит на свои накрашенные ногти и ставит ноги на землю. — Ага, — отвечает Джин, закрывая глаза. Через секунду, однако, он их открывает. — Погоди. Две половинки — уже 100%. Тэхён подсчитывает пару секунд. — Верно. — Хочешь сказать, я вношу 0% в свои собственные отношения? Тэхён прикусывает губу и осторожно проговаривает: — Даю тебе 15% за вафли. Значит… 79% для остальных двух. Каждому по 39,5%. — Вау, да ты прямо математик. Ты серьезно посчитал, что 100 минус 15 равняется 79? — Заткнись, я всегда был плох в обратных вычислениях. — Ты имел в виду вычитании. — Хватить меня кибер-буллить, — фыркает Тэхён, когда снова надевает обувь. — А теперь, если позволите, мне нужно пойти подготовиться снести моего бойфренда с гребанных ног. Я уже опаздываю. — Куда? Всё подготавливаем мы с Юнги и Хоуп. Ты вообще нихера не делаешь. — Прошу, блять, прощения! Нам не только нужно провести предварительное свидание, но и мне нужно также подготовиться к восхитительной ночи т… — он округляет глаза, когда снова вспоминает, кто перед ним находится, — … ттттттттраха. Чёрт. Простите. — Танцев. Торжества. Телепортации. Тако. Танго, — обреченно перечисляет Джин, загибая пальцы на руке. — Ничего, милый, — уверяет того мисс Пак и забирает фляжку из протянутой руки мамы Тэхёна. — Это лишь означает, что ваша любовь проявляется физическим образом. Прекрасное явление. — Спасибо, — самодовольно говорит Тэхён и кидает на Джина хитрый взгляд. Он туго затягивает шнурки и встаёт, чтобы кротко поцеловать мисс Пак в щёку, а затем и собственную маму. Когда он выпрямляется, Джин прочищает горло и выставляет напоказ свою щеку в сторону Тэхёна, ожидая. Тэхён закатывает глаза, прежде чем неохотно того чмокнуть. — Эй, ты в норме? — тихо спрашивает Джин с выразительным взглядом. — Лучше всех, — уверяет Тэхён, хотя его и подташнивало весь день. Он понижает голос так, чтобы его мама и мисс Пак не услышали: — Джун, Гуки и мисс Пак всё еще не имеют ни малейшего понятия, да? Чем больше людей в курсе, тем больше вероятность, что Чимин узнает. — Никто не знает, кроме меня, Хоуп и Юнги. Ты уверен, что всё готово? — Да, конечно. Я готовился к этому дню с самой первой ночи, когда мы только встретились. Когда он уже собирается уходить, Джин хватает его за руку. — Точно всё? — Да, мамуля номер 3! У меня есть цветы, есть шампанское, мариачи группа, парные свитера, у меня есть свечи с ароматом жасмина, шиншилла. — Кольцо, Тэ. Кольцо есть? — шипит Джин. — Ко…! Хах. Коль… — все его внутренности скручиваются от паники, а коленки подгибаются. — Кольцо. — Ким Тэхён, что это еще за взгляд? — Нет взгляда. Я точно… подумал о кольце. Определенно не сфокусировался больше на других аспектах предложения, что забыл про кольцо. Спорно — самая важная часть всего процесса предложения руки и сердца. Хах! Кто вообще на всей этой круглой планете забудет про кольцо? — Тебя уже затягивает в пучину стресса, ты явно забыл кольцо, — говорит Джин. — Джин, я не забыл кольцо, — хмыкает Тэхён, яростно потирая шею. — Я точно не забыл кольцо. И я просто определенно не мог забыть кольцо. — То, что ты продолжаешь повторять, что не забыл кольцо, магическим образом не сделает это правдой. — Но это правда, потому что Бог мёртв. Бог мертв, и я забыл кольцо, и я отключаюсь боже мой Джин пожалуйста держи меня.

***

— Чт… что случилось? — вяло мямлит Тэхён, пока промаргивается, закрывая лицо от ослепляющего света. — Ты притворился, что падаешь в обморок и провалялся якобы без сознания 32 минуты, — без доли веселья проговаривает Джин, склоняясь над ним. — Почему не позвонил в 9-1-1? — вопрошает Тэхён в притворном неверии. — Я мог быть мёртв! — Я сказала им оставить тебя, — мама Тэхёна заглядывает через плечо Джина. — Ты постоянно так делал в детстве, когда появлялась проблема, с которой ты не хотел справляться. Приходилось только ждать, чтобы ты перестал. Однажды ты так долго лежал на полу Toys-R-Us , что работникам пришлось закрывать магазин с тобой внутри. — Гх-х-х, — стонет Тэхён, вставая на ноги. — Где мисс Пак? — Мы сказали ей идти домой. Ей нужно было решить какие-то дела с Чимином. А теперь давай, — говорит его мама, кладя руку тому на плечо. — Рассказывай, в чём дело. — Я уже слышал, что Джин рассказал тебе обо всём, пока я притворялся мертвым, — дуется он. — Я проебался. Не суждено мне жениться на самом замечательном мужчине во всём мире. — Тэ. Милый, — говорит его мама, притягивает его ближе и сжимает в объятьях. — Что было самым первым, что ты мне сказал про Пак Чимина? — Что у него самая ангельская и непорочная попа, какую я только видел? — Это… всё еще очень странное заявление, зайка. Но нет, кое-что другое. — Что у него крошечные, деликатные, красивые руки? Его мама знающе улыбается и тянется в свою сумочку, вытаскивая оттуда маленькую коробочку. — Что у него крошечные, деликатные, красивые руки, — она открывает коробочку. — Может, где-то размер седьмой? Горло Тэхёна сжимается, когда он смотрит вниз на маленький светящийся бриллиант. — Это кольцо бабушки? — Она бы хотела, чтобы ты его взял. Тэхён туго сглатывает и трёт глаза. — Я не думаю… не думаю, что она ожидала, что это кольцо будет носить Чимин, мам. Может лучше сохранить его для кузин. — Малыш. Ты всегда был её любимчиком. Никто не любил её так, как ты, — уверяет его мама, мягко поглаживая по спине. — И она была бы в восторге от Чимина. Тэхён шмыгает и неуверенно берет коробочку. — Он и правда идеальный человек. Его мама наклоняется и целует его. — Он замечательный. И вы вдвоем будете отличной парой. Не думаю, что видела более влюбленных людей со времен самих бабушки и дедушки. — Спасибо, мам, — он разворачивается, чтобы как следует её обнять. А затем он наклоняет голову и резко отстраняется, смотря ей прямо в глаза. — Погоди, а с чего это вдруг у тебя оказалось это с собой? Вы с Джином что, ожидали моего фиаско? Его мама смотрит на него с жалостью в глазах. — Ты был якобы без сознания полчаса, дорогой. Я доехала на такси до дома, отдала вещи в химчистку и приехала как раз к моменту, когда Джин начал бить тебя по щекам, чтобы ты уже очнулся к чёртовой бабушке.

***

— ПРИВЕТ МАЛЫШ! — орёт Тэхён, когда заходит через входную дверь. — Готов приступить к первой фазе нашего предварительного свидания? Ты не поверишь, что я купил в магазине! Смазка со вкусом бекона! Теперь я буквально могу есть твой зад на обед… и ты снимаешь видео, привет, миллионы людей! — Не волнуйся, это не прямой эфир, — уверяет Чимин, разворачиваясь к нему наполовину накрашенным лицом, чтобы поприветствовать. — Не то, что в прошлый раз. Если тебе повезет, и если Гук будет достаточно милосерден, он это вырежет. — Я подкуплю его одним из наших размытых секс-видео. — То, которое с мойки? — обыденно спрашивает Чимин. — Вообще-то я думал про то, которое было в новостях во время тропического шторма. — Так, то было случайностью, и я до сих пор не могу поверить, что они пустили это в эфир. — Сколько еще ты будешь краситься? — спрашивает Тэхён, опуская свой рюкзак на диван. Чимин делает виноватую моську. — Еще нескоро. Прости, у меня были кое-какие проблемы с камерой, и я потерял счёт времени. Наверное, нам придется немного урезать наше предварительное свидание. — Всё в порядке, малыш, зарабатывай деньжата, — говорит Тэхён, подходит к Чимину и наклоняется так, что между их лицами лишь пара сантиметров. — Можно поцеловать тебя в губы, или я что-нибудь испорчу? — Можешь поцеловать меня в губы, — отвечает Чимин, улыбаясь, и глаза его поблескивают. — И спасибо, что спросил. Тэхён кратко улыбается и наклоняется ниже, прижимаясь губами к Чимину в сладком чмоке, вздыхая. Через секунду он собирается отстраняться, однако Чимин пропускает пальцы через его волосы, держа того на месте, и горячо вгрызается в его рот. Тэхёна немного заносит вперед, ведь угол не совсем удачный, однако он только «за» продолжение. Он собирается обхватить Чимина за щёку, но тот резко шлепает его по руке. — Сладкий, я тебя люблю конечно, но этот контур занял у меня двадцать минут, — мурчит Чимин в его губы. — Если не хочешь провести двадцать минут на коленях, заглаживая свою вину, советую держать эти ручки при себе. Тэхён глядит на него, раздумывая пару секунд. — Я вижу, что ты рассматриваешь это предложение, негодник, — смеётся Чимин, толкая его. — Иди лучше… займись работой или еще что. Тэхён стонет. — Но я хочу заняться тобой. Своим прекрасным бойфрендом, — он резко поднимает голову, когда кое-что вспоминает. — О! Расскажи своим зрителям о том видео «бойфренд делает мой макияж», которое мы сняли! Когда ты его выставишь? Тэхён в камере замечает, как расширяются глаза Чимина. — Оу, эм. Тут странное дело вышло. Это видео каким-то образом удалилось. — Что??? Мы ведь так старались над ним! — Ага. Капец. Не знаю, наверное Чонгук напортачил. — Что??? — повторяет Тэхён, не в силах скрыть возмущение на лице. — Вот же блядство. Видимо, придется просто… снять заново. Чимин бледнеет. — Нет! Э-э… то есть… Не-е-е, не надо, это необязательно. Не хочу тратить твоё время. — Ты о чём? Было чертовски весело. Помнишь, как я случайно заклеил твои веки клеем для ресниц? Лайф-хак! Мгновенная подтяжка лица. Гений по случайности. Ты выглядел шикарно. Можем завтра снова снять. Чимин глубоко, успокаивающе вздыхает. — Хорошо, малыш, — после этого пару секунд звучит лишь звук клавиш по клавиатуре, пока Чимин что-то яростно печатает. — О ЧЁРТ ты только посмотри, я нашёл видео! Прямо на моем рабочем столе, вот это я дурашка. — Фух. Слава богу. В прошлый раз я использовал все твои голубые тени. Не уверен, что смог бы повторить этот образ. Мне очень даже неплохо удалось. — Вышло отлично, сладкий, — уверяет его Чимин, разворачиваясь к камере с натянутой улыбкой. — Спасибо, — Тэхён гордо ухмыляется. — У тебя всё ещё нет планов на 7 часов, чтобы пропустить по стаканчику в «Квин»? — Конечно, — говорит Чимин. — Лучшего места не найти, чтобы отпраздновать наш большой день. — Можешь поверить, что прошло уже целых два года с того дня, как ты лишил невинности мою задницу? — мечтательно вздыхает Тэхён. Чимин качает головой и слегка нервно посмеивается. — Правда, не могу. — Наша задовщина. — Малыш, это очень тупо. Тэхён дуется. — А Чонгуку понравилось. Джин ничего не понял, — объясняет он, пока берет яблоко из корзины на кухне. — 2 часа! — кричит он и ретируется в свой кабинет, где притворяется, будто собирается работать, но на деле просто восхищенно любуется красивым бриллиантовым кольцом, мучаясь со своим предстоящим монологом бо́льшую часть этого времени. Он уже почти на середине своей оды заднице Чимина, когда слышит приглушенное «Тэтэ?» из соседней комнаты. Тэхён чуть не валится с кровати от шока, словно провинившийся ребенок, которого застали за чем-то постыдным. Он закрывает коробочку с резким звуком и пытается физически успокоиться, убирая коробочку в карман пиджака. — Да? — отвечает он, когда открывает двери и выходит в гостиную. — Я закончил. Можешь быстренько сделать парочку фотографий для моего инстаграма? — спрашивает Чимин, прихорашиваясь в экране камеры. — Да, конечно, — говорит Тэхён, хватая камеру со столика. — Где тебя снять? — На диване? — предлагает Чимин, разворачиваясь, и у Тэхёна во рту резко становится сухо. Два года прошло, а эффект Пак Чимина ничуть не уменьшился для него с той самой первой ночи. Особенно когда на Пак Чимине роскошный персиковый корсет, убийственные белые каблуки и ничего больше. — Тема видео была «пастельный пин-ап», — говорит он и кружится. — Как тебе? — По… почему на тебе нет низа? Чимин жмёт плечами. — На видео они увидят меня только по пояс. — А фото? — спрашивает он, уже боясь ответа. — Стратегическое расположение ноги, — отвечает Чимин с ухмылкой, толкая Тэхёна на диван и припечатывая его белым, острым каблуком в грудь. — Видишь? — спрашивает он, разворачиваясь так, что видно лишь его голую ногу, оставляя в тени все более скандальные части тела. Чимин еще сильнее нажимает каблуком, а член Тэхёна увлеченно дёргается. — Убедись захватить обувь, детка. Это Лабутены. Тэхён звучно захлопывает рот и делает смазанную фотографию ноги Чимина. — Мы опоздаем. — Нет, если всё сделаешь как надо, — дразнит Чимин и выглядит донельзя довольным собой. — Может, даже получишь небольшое вознаграждение попозже. Тэхён облизывает сухие губы и безмолвно кивает, поднося камеру к лицу, пока Чимин толкается каблуком в грудь Тэхёна чуть сильнее. Тот проглатывает стон, однако ему удаётся взять себя в руки и даже сделать несколько довольно-таки отличных фото. Такой угол творит чудеса для гладкой, загорелой ноги Чимина, а эта попка в профиль? Просто неслыханно для этого мира. — Тебе нравится? — кокетливо спрашивает Чимин, давя ногой чуть сильнее. — А? — переспрашивает он, дыша глубоко, но нерегулярно, чувствуя каблук каждый раз, когда делает вдох. — Образ. Тэхён сглатывает, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Ты нереально выглядишь, — он нежно улыбается. — Как всегда. Чимин выглядит слегка смущенным, но довольным. — Сфотай еще пару раз на всякий. Тэхён кивает и снова смотрит в видоискатель, который сейчас сосредоточен на лице Чимина. Это так странно — смотреть на него через линзу таким образом и наблюдать, каким его видят все остальные. Это напоминает Тэхёну о том, как он сам увидел его таким пару лет назад. И как его вид тоже выбил из него весь воздух. И тут на него впервые нисходит, несмотря на то, сколько раз они уже об этом говорили, что он собирается жениться на этом мужчине. На мужчине, который до сих пор вызывает у него бабочек в животе, который всё еще не спит с ним до утра и разговаривает обо всём и ни о чём, который до сих пор смотрит на него, будто в первый раз, даже спустя столько времени. И ему ударяет под дых от мысли что, дай бог, каждый день на протяжении бесконечности он будет проводить с этим мужчиной. — Тэ? — выражение Чимина в видоискателе меняется на беспокойное. Тэхён вдруг осознает, что у него глаза на мокром месте, и он прикусывает губу, чтобы сдержаться. Чимин мгновенно убирает ногу и тут же падает на колени около дивана. — Чёрт, я что, реально сделал тебе больно? Тэхён мокро посмеивается, пока Чимин приподнимает его рубашку, чтобы посмотреть на след от каблука. — Не сделал. Чимин закатывает глаза и яростно потирает небольшую вмятину на коже Тэхёна. — Ты, блять, плачешь! Что я об этом говорил? Ты не должен молчать, когда тебе реально больно. — Чимин, успокойся. Я плачу не из-за этого, — улыбается Тэхён, нежно обхватывая его руки и кладя их на свою грудь. — Просто я чертовски счастлив, что ты у меня есть. Вот и всё. — Ты… — начинает Чимин и полностью отдаётся хватке Тэхёна. — Гребанный придурок. Начинаешь нежничать в середине того, что должно было быть началом очень кинкового секса. Тэхён снова смеётся, опуская его руки и проводя пальцем по его бархатной щеке лишь немного, чтобы не испортить макияж. — Ты такой милый, — с нежностью проговаривает Тэхён, слегка проводя по его скуле большим пальцем. Чимин улыбается, ловко залезая на его колени и устраиваясь сверху так, что их тела прижимаются друг к другу. — Ты только поэтому меня и любишь? Потому что я милый? Тэхён качает головой, и в уголках его губ играет лёгкая улыбка, пока он смотрит на него снизу вверх. — Это просто бонус. Макияж Чимина скрывает его румянец, однако кончики ушей горят розовым. — Я люблю тебя. Затем он наклоняется и сладко целует Тэхёна, а тот замирает, отклоняясь назад настолько, насколько ему позволяет спинка дивана. — Чёрт, твоя помада же размажется! Чимин лишь сжимает их ноги вместе и смеётся, и этот смех отзывается где-то в раю. Он берет руку Тэхёна и ведет к своему лицу так, что его большой палец прижимается к ярко-вишнёвой нижней губе Чимина, а затем ведет этим пальцем вниз, и его кожа окрашивается красным. — Тогда размажь её. Есть что-то в том, чтобы разрушать нечто идеальное; брать этот оттенок красного, которого так упорно добивались, и небрежно размазывать по методично накрашенному лицу, делая его несовершенным. Но ему всегда больше нравился Чимин со своими недостатками: ему всегда нравились его ассиметричные глаза, слегка кривой передний зуб, то, как недовольно он дуется, когда ему кажется, что люди его не слушают. Это напоминает ему о том, что Чимин реален, что он тут и он Тэхёна. Он восхищенно наблюдает, как ярко-красный цвет втирается в загорелую кожу Чимина, становясь розовым; смотрит, как нижняя губа слегка раскрывается, а взгляд наполняется дымкой. Тэхён сильнее хватает его за подбородок. А затем он наклоняется вперед и прижимается к его губам, чувствуя мазок помады и тепло чиминового рта, и он даже представить не может, какой они тут творят беспорядок, но ему серьезно наплевать. Иногда такое случается: они так увлекаются друг другом, что время, пространство и социальные обязательства просто перестают существовать, и Тэхён обожает, когда они просто растворяются в них. Он никогда не устанет проглатывать стоны Чимина ему в рот, никогда не устанет чувствовать маленькие руки, прижимающиеся к его груди, никогда не устанет от того, что Чимин всегда пахнет немного слаще, когда он в дрэг, и хотя он весь в лаке для волос и парфюме, Тэхён всегда может учуять этот естественный запах Чимина за всем этим. Сейчас один из тех случаев, когда Чимин очень теплый и податливый, когда он жмётся к Тэхёну ближе с каждым новым поцелуем и хнычет, если чует хотя бы намек на то, что тот хочет отстраниться. Заканчивается всё тем, что они яростно друг другу надрачивают, Чимин всё еще верхом на Тэхёне, упирается лбом в его плечо и хнычет сквозь тяжелые выдохи. Он выглядит разрушено, все губы размазаны красной помадой, а линии его подводки размылись от пота, и он впивается зубами в плечо Тэхёна, чтобы заглушить разбитые стоны, пока ярко кончает в свой кулак. Его рука тут же замирает на стоящем колом члене Тэхёна, пока он приходит в себя, выглядя затраханно и слегка дезориентировано. Но затем он спускается с дивана на колени, берется за ноги Тэхёна и разводит их, чтобы устроиться между ними. Без какого-либо промедления он наклоняется и вбирает его член в рот. Он берет, сколько только может, и рот его натягивается. Тэхён пропускает пальцы через волосы Чимина: успокаивающе, совсем не требовательно, и сидит смирно, пока тот работает над его членом ртом и руками. — Блять, — стонет Тэхён, когда Чимин делает что-то невероятное своим языком. — К-кончаю. Чимин отстраняется, раскрывая свои красные губы, продолжая дрочить Тэхёну мягкими руками. Это невероятно развратная картина, и Тэхён сильно кончает, попадая немного тому на язык, а остаток окрашивает лицо Чимина, добавляя ещё больше беспорядка. Грудь Тэхёна ходит ходуном, и он снова утаскивает Чимина на диван, укладывая их двоих на него и переплетаясь конечностями. Так они и лежат несколько минут, пока Тэхён не наклоняется и не целует Чимина. Тот отворачивается, хотя и жмется ближе к Тэхёну. — Не смотри на меня, я весь в сперме. Тэхён любовно глядит на него, поддевая каплю спермы с его щеки и вытирая о свою рубашку. — Всё ещё чертовски милый. — Сопля, — дразнит Чимин, чмокая его в губы. — Чёрт, мы точно опоздали, — жалуется он, вытирая еще немного с лица, вставая, но Тэхён тянет его на себя и обхватывает конечностями, словно обезьянка. — У нас еще так много времени. — Уже 18:53, — информирует Чимин, глядя на настенные часы. — Бля! — ругается Тэхён, ослабляя свою смертельную хватку и отпихивая Чимина от себя. — Мы капец опаздываем! — Иди включи воду в душе, — говорит Чимин, хлопая его по груди и вставая. — Мне надо только переслать отснятый материал Гуку. — Эй эй, Капитан! — соглашается Тэхён, быстренько принимая сидячее положение. — Упс, — слышится, когда Чимин садится за монитор компьютера. Он озорно оглядывается на Тэхёна. — Я оставил камеру включенной. Тэхен медлит, глядя через его плечо и дёргая бровью. — Что-то мне подсказывает, что ты всё равно это отправишь. Чимин драматично щёлкает мышкой. — Правильный ответ, — их привлекает громкая вибрация на столике в углу. — Боже, ты ответишь на звонок? Он звенит уже минут двадцать, не переставая. Желудок Тэхёна проваливается, пока он несется, чтобы взять телефон. 23 пропущенных звонка. — Ебучая Мария Иосиф, Джин меня прикончит, — стонет он. Чимин дёргается, когда его собственный телефон начинает звонить, и он со страхом его поднимает. — Думаешь, ты покойник? Чон Чонгук приготовит мой зад на ужин! — Во-первых, почему это? И во-вторых, звучит, как вкуснейшее блюдо. — Возьми чёртов телефон, Тэ! — Точно, — он нажимает «принять» и страшится того, что может услышать. — Приве-е-е-ет, братец. — Прости, прости, — тут же извиняется Чимин рядом, отвечая на собственный звонок. — Какого хера ты не отвечал? — вопрошает Джин и звучит слегка истерично. — Прости, я знаю, что мы задержались, но пока мы тут разговариваем, я параллельно засовываю свой член обратно в трусы, — он накидывает пиджак, убеждаясь, что коробочка с кольцом все еще на месте. — Я не об этом, — говорит Джин, и на фоне слышатся крик и музыка. — У нас компания. — Эм. Что? — спрашивает Тэхён, глядя на Чимина, чьи брови точно так же нахмурены, пока он что-то бормочет в телефон. — Намджун и Чонгук, Тэ. Тут Намджун и Чонгук. — Кто? — шипит Чимин в телефон, отворачиваясь от Тэхёна. Тэхён глухо сглатывает. — Они… что? — Тут. В «Квин». На крыше. С мариачи-группой и каждым цветком, только известным человечеству. Тэхён скептично смеётся. — То есть то, что мы принесли в «Квин». — Нет, Тэ, — выделяет слова Джин. — Они принесли своё. — То есть это не наше? — спрашивает Чимин, плюхаясь на диван. — Ким Тэхён, мне нужно, чтобы ты мне прямо сейчас сказал, что вы с Пак Чимином не запланировали сделать друг другу предложение одним и тем же способом в один и тот же день, — умоляет Джин в телефоне. — Я… — начинает Тэхён, глядя на Чимина, который проводит пальцами по волосам так, как делает всегда, когда нервничает. — Кроме ТОГО, — продолжает Джин, — делаете это на день, который Чонгук называет днём вашей задовщины, а ведь я молился всем богам, чтобы это просто оказалось твоим пьяным бредом, — молчание. — Блять, Тэ, ты там что, с ним? Чонгук сейчас разговаривает с ним по телефону. Тэхён даже не осознает, что у него глаза наполнились слезами, пока он не смотрит на Чимина и не чувствует влагу в уголках. — Он… — глупо бубнит Чимин, находя глаза Тэхёна через всю комнату, и между ними происходит контакт, подобно электрическому разряду. — Эм, — издает непонятный звук Тэхён, и горло сдавливает уже во второй раз за сегодня. — О, — говорит Чимин, его треугольные брови приподнимаются в шоке. — Мне нужно идти, — осторожно говорит Тэхён Джину, чувствуя, как язык во рту тяжелеет и становится сухим. — Нет, Тэ! Что нам делать с двумя гребанными мариачи-группами? Тэ? Тэ! Звонок прерывает тихим нажатием кнопки, и рука Тэхёна безвольно падает вниз, пока он пытается сморгнуть влагу на глазах. Он мнётся на месте, незаметно пробираясь в карман пиджака и хватаясь за бархатную коробочку. Рот Чимина все еще приоткрыт от шока, пока он продолжает слушать Чонгука в телефоне, но взгляд его ни разу не покидает Тэхёна. — Ладно, — бубнит он в трубку, и Тэхён слышит, как на линии орут несколько людей. Чимин даже носом не ведет, убирая трубку от уха и отключаясь. Он тихо шмыгает, пока возится с телефоном в руках. В их доме тишина — явление необычное. На протяжении двух лет в комнатах всегда звучала музыка, болтовня, звуки готовки, криков или стук клавиш. И никогда еще не было такого, чтобы им было нечего сказать. Они спорят, дразнят, болтают, они любят, и такие вот они. Поэтому Тэхён не совсем знает, что делать с воцарившейся тишиной, не когда Чимин смотрит на него нечитаемым выражением лица, позволяя комнате погрязнуть в густой, осязаемой тишине. И так много всего хочется сказать, всё, но не найти способа сделать это, они даже не знают, с чего начать. Тэхён едва не дергается, когда Чимин наконец прерывает их зрительный контакт и смотрит вниз, медленно дотягиваясь до шкафчика в дальнем столе и вытаскивая маленькую коробочку. Он прочищает горло, прежде чем встаёт на ноги и делает пару шагов по направлению к Тэхёну; пальцы его ощутимо подрагивают вокруг коробочки, которую он крепко сжимает. Когда Чимин вновь поднимает взгляд и сталкивается с тэхёновым, глаза его блестят тысячей невысказанных слов, всеми вопросами и ответами, погребенными за этой звенящей тишиной, и весь мир покачивается на паутинной нити. Он улыбается.