Ковен

Они старались сделать лофт Дерека меньше похожим на декорации мистического сериала. Правда, по скромному мнению Стайлза, которое он благополучно держал при себе, вышло не очень. Но Лидию устраивало, остальные молчали, чтобы не нарваться на гнев девушки, или, что хуже, её согласие, а следовательно — дополнительную работу. Потому как Скотт, заметивший, что плакат, нарисованный Лидией буквально за полчаса до этого, висел недостаточно ровно, уже двадцать минут его перевешивал. — Левее, Скотт, — в которой раз повторила Лидия, балансирующему на стремянке парню. Стайлз так и не понял, откуда она взялась в доме Хейла. — Лидия, может, хватит, — пропыхтел он, оборачиваясь и смотря сверху на, стоящую чуть в отдаление и придирчиво осматривающую его работу, девушку жалостливыми глазами. — Нет, всё должно быть идеально, — покачала она головой, игнорируя возглас отчаяния, вырвавшийся у Скотта. Стайлз наблюдал за страданиями друга со стороны, боясь, что стоит подойти ближе — и его ждёт та же участь. Он, как и Малия с Дереком, выданные им поручения сделал; теперь те двое засели на диване. Девушка, как и Стайлз, следила за Лидией со Скоттом. Хейл просто задумчиво изучал, что стало с его домом, наверное, в который раз жалея, что однажды связался с подростками. Сам же Стилински облюбовал стол, на котором сидеть оказалось очень даже удобно. Когда он только на него уселся, боялся, как минимум, получить удар когтистой рукой по голове, но Дерек только хмуро посмотрел на него из-под бровей. Поэтому теперь Стайлз радостно болтал ногами, следя за происходящей драмой Скотта. Он, конечно, понимал, что сидеть на чужом столе не очень вежливо. Но у Дерека, кроме кровати и дивана, приземлиться было некуда, а диван — занят. И что-то подсказывало, что лучше уже стол, чем святая-святых, то есть кровать. До приезда бет Дерека оставалось ещё минут тридцать, и в голову Стайлза пришла, как всегда, просто волшебная мысль, которую он пытался утихомирить, но в итоге сдался, здраво рассудив, что всё равно в этом разобраться нужно. Он соскочил со стола и подошёл к дивану, стараясь как можно меньше привлекать к себе внимание Лидии. — Дерек, можно тебя на пару слов, — вполголоса сказал он поднявшему на него глаза Хейлу. Он кивнул в сторону двери, и тот молча встал, первым идя на выход. Никому не было дело, куда они пошли, во всяком случае, спрашивать никто ничего не стал. Они спустились на первый этаж и вышли из здания. — Это, чтобы нас никто не слышал? — поинтересовался Стайлз у прислонившегося к стене здания Дерека. — От вас подростков слишком много шума, — произнес он, хмуро смотря на Стайлза. — С другой стороны большая его часть исходит от тебя. — Ты сам связался с нами, — Стайлз имел в виду не эту имитацию вечеринки, на которой вместо алкоголя — газировка, и непонятно для чего Лидия вообще решила их всех собрать. Стайлз говорил о том самом моменте, когда Скотт только обратился. И Дерек его понял: — Лучше было бросить вас одних? Ничего не знающих о сверхъестественном. — Разобрались бы как-нибудь, — пожал плечами Стайлз. Дерек промолчал, но его взгляд красноречиво давал понять, что он думал об этом стайлзовом «как-нибудь». Хотя сам Стилински мог поспорить, чьи способы решения проблем эффективнее. — Как ты узнал? — Он вперил заинтересованный взгляд в лицо мужчины, который нахмурился ещё сильнее. — Когда Скотт сказал, что Питер стал альфой и наведался к тебе, — заговорил Дерек, когда Стайлз уже собирался уточнить свой вопрос. — Я не был уверен, поэтому не стал говорить Скотту раньше. Подумал, что вмешательство тебя только подтолкнет. — Стайлз бы удивился небывалой многословности Хейла, но его слова зародили первые ростки раздражения внутри него. — По-твоему, я бы сделал всем назло? — Я этого не говорил. Но ты не можешь отрицать своего упрямства. Стайлз хмыкнул, пряча руки в карманы. Так, на всякий случай, если слова Дерека заденут его сильнее. Хотя волк внутри, на удивление, вёл себя послушно в присутствии альфы. Возможно, потому что Дерек был абсолютно спокоен. — Но с чего ты изначально решил, что Питер захочет обратить меня? — Может, потому что он приехал сюда именно для этого, — в первую секунду Стайлз подумал, что у Дерека начали прорезаться первые зачатки юмора и даже рассмеялся, но, встретившись со светло зелёными глазами без грамма веселья в них, выпалил: — Ты же это не серьёзно, да? Питер? Вернулся, чтобы обратить меня? — А, по-твоему, зачем ему оставаться в Бейкон Хиллс? Из-за дочери? — Думаешь, в нём не могли проснуться отцовские чувства? — Тебе напомнить о ком мы говорим? На что Питер готов был пойти ради силы? — Ты убил родного дядю ради силы, — не то чтобы Стайлз собирался давить на больные мозоли, но какое-то инстинктивное чувство, вероятно, продиктованное преданной бетой внутри него побудило вступиться за Питера. Дерек нахмурился сильнее, отстраняясь от стены. И его расслабленность, возможно и напускная, исчезла. — Да, и он сейчас спокойно пьёт виски у себя в квартире. А моя старшая сестра была разорвана на части. Питер был опасен. И тебе напомнить, кто помог в его убийстве? — Он не моя семья, — тихо произнес Стайлз, как обычно, не сумев вовремя сдержать язык за зубами. — Он уничтожил крупицы того, что осталось от нашей семьи, — глаза Дерека потемнели, но он всё ещё держал свой гнев под контролем. И Стайлз не чувствовал никакой угрозы, зато совесть ударила по голове, но недостаточно сильно, чтобы он мог закончить этот разговор. — И почему-то ты всё равно решил, что человек, подобный Питеру, получив альфа-силу, вернётся, чтобы обратить меня. Вернётся в город, где ему не рады, хотя никаких гарантий, что я соглашусь нет? — Ну, похоже, он был склонен верить, что именно сейчас ты согласишься. И, как видишь, Питер оказался прав, — Дерек смотрел куда-то поверх головы Стайлза, словно не желал встречаться с ним глазами. — Ты думаешь… — Стайлз осекся, хмуро смотря на Дерека. Питер, если подумать, второй раз так и не предложил ему обратиться напрямую. Инициатива исходила от Стайлза, вот только… — Ты принял это решение на эмоциях, даже если сам так не считаешь. Питер хорошо разбирается в людях и неплохо ими манипулирует. — А сам я не мог захотеть стать оборотнем? — Но ты бы не пришел с этой просьбой к Скотту, — Дерек наконец перевёл взгляд на лицо Стайлза, встречаясь с ним взглядом. — Ты бы не пришёл с ней ко мне. Он оказался в нужное время и в нужном месте. — И это значит… — Это ничего не значит, Стайлз, — перебил Дерек. — Теперь не имеет значения, кто сделал выбор — ты или Питер. Ты не найдёшь у меня ответа на этот вопрос в любом случае. — Я и не искал. — Правда? Разве ты позвал меня не для этого? Разобраться. — В этом я разберусь и сам. «Если решусь», — пронеслось в его голове. — Тебе интересно, когда я узнал, что ты стал оборотнем? Я был у Питера, и там пахло тобой, новым тобой. Думаю, это было на следующий день, как он тебя обратил. Скотту не сказал сразу, потому что думал, что ты расскажешь сам. Всё? — Дерек хмурился сильнее обычного. Его лицо так и кричало, как он хочет закончить этот разговор. Удивительно, что он вообще всё ещё не послал Стайлза далеко и надолго. — Допрос окончен? — Ещё секунду. Почему ты всё-таки рассказал ему в полнолуние. — Ты долго тянул. А полнолуние… Иногда люди после обращения меняются слишком сильно. Находят в себе то, чего не видели или то, чего и не было до обращения. И не всегда это хорошо, — без пояснения ответил мужчина, и взялся за ручку двери. — Знаешь, Дерек, — он остановился в проёме, но не обернулся. — Малоразговорчивым ты мне нравишься больше. — Не задавай вопросы, на которые не хочешь знать ответы, Стайлз. Дерек скрылся в здании, а Стайлз остался на улице. Он откинулся на стену, борясь с желанием побиться о неё головой. Не то, чтобы он не понимал, что с Питером всегда нужно быть настороже. Но всё же до этого он был уверен, что принял решение стать оборотнем сам. Сейчас в нём появилось сомнение, и Стайлз боялся, что быстро избавиться от него не получиться.

***

Обратно в лофт Стайлз вернулся спустя минут десять проветривания на улице — голова немного прочистилась, но тяжёлый осадок так никуда не делся. Скотт уже находился на земле, а плакат весел ровно на том же месте, где и в первый раз. Стайлз едва заметно улыбнулся подмигнувшей ему Лидии, и подошёл к подпирающему стол другу, вставая рядом. Дерек снова сидел на диване, не смотря в сторону подростка. Стайлз тоже поспешил отвести взгляд: осадок в душе только тяжелел. Хотелось сорваться с места и уехать отсюда подальше. На плечо опустилась ладонь, Стайлз поднял глаза на друга. Скотт похлопал по руке, ободряюще улыбаясь. Он качнул головой, словно спрашивая, всё ли в порядке. Стайлз улыбнулся, говоря этим: «Да». Идея поведать всё другу казалась заманчивой. Вот только сразу несколько «но» не позволяли ему этого сделать. Наверное, Скотт был прав, говоря, что Стайлз с ним ничем не делится. Похоже, он разучился это делать, если вообще умел. Недоговаривать проще, чем взвалить свои проблемы на других. Да и не время и не место для таких разговоров. У них, вообще-то, праздник. И как по заказу, дверь в лофт открылась, и внутрь зашли Айзек и Джексон. Стайлз только надеялся, что они не успели спеться, и не будут портить ему нервы, теперь оба. Пока Стайлз представлял возможное радужное будущее, успел пропустить приветствия. Хотя, он не то чтобы очень расстроился. Но вот видеть Джексона, впервые за довольно большой промежуток времени и сразу на расстоянии пары шагов с выгнутой бровью и кривой ухмылкой, было не лучшим возвращение к реальности. — Стилински. Неужели Макколл сжалился над тобой и всё же обратил, — Стайлз закатил глаза. — Покажешь коготочки, если они, конечно, у тебя отросли. — Только после того, как покажешь хвост. Или он у тебя отпал и ты полноценный оборотень. Джексон зарычал, похоже, слова задели его сильнее, чем думал Стайлз. — Ты бы придержал язык за зубами, Стилински. Сколько ты оборотень? Две недели-то есть? Вдруг я тебя случайно покалечу, — произнёс Джексон уже спокойнее, тем не менее, чуть сверкая холодными синими глазами из-под ресниц. Глазами убийцы. Вот только Стайлза не пугал их цвет, потому что Джексон не выбирал этого. Иначе самому Стайлзу следует бояться собственного отражения в зеркале, откуда на него будут смотреть его родные карие глаза. — Только не нужно запугивать меня своими прожекторами, — произнес Стайлз. — И не такие видели, — он прошел мимо Джексона, борясь с желанием задеть его плечом. Его волк был насторожен большим числом новых оборотней, половину из которых повстречал впервые; удивительно, что он спокойно реагировал на Дерека, хотя тот являлся альфой. Потому что даже рядом со Скоттом был настороже, наверное, дело было в том, что от Дерека не исходило давления, даже неосознанного. Слишком большой контроль над собственной волчьей сущностью. Но вот Джексон, только приблизившись, заставил зверя ощетиниться. — Не разнесите мне лофт, — произнёс Дерек, беря свою кожаную куртку со спинки дивана. Зачем она ему летом — сложно понять. — Ты мог бы остаться, — произнес Скотт. Дерек выразительно выгнул брови, давая понять, что думает об их детском празднике. — У меня дела. И, я надеюсь, вы не станете устраивать разборки в моём доме, — он посмотрел на Джексона со Стайлзом. И, если первый ощутимо напрягся, то второй только дёрнул плечом. — Ничего обещать не могу, — деланно весело и беззаботно пропел Стайлз, получая тяжёлый взгляд в ответ.

***

Отец довёл Эллисон до дверей лофта, вероятно, он вообще отпустил её на это мероприятие, только чтобы они всей своей шумной компанией не завалились в больницу. Они старались не прислушиваться к тому, что говорил мистер Арджент дочери, по крайней мере Стайлз старался, за остальных он ручаться не мог. Он отошёл к стоящей в отдалении от остальных Малии, получив её благодарную улыбку. Она всё ещё чувствовала себя не в своей тарелке, находясь в большом скоплении сверстников. И не сказать, что присутствующие были самыми простыми в общении представителями данной группы. Эллисон, стоило ей только зайти внутрь, попала в центр всеобщего внимания, что, собственно, неудивительно, если учесть, в честь кого затеяно мероприятие. Конечно, они все были в больнице и знали, что она поправится, но сейчас можно было сказать официально: всё хорошо. Они пережили ещё одного монстра. Лидия улыбнулась, оживая, а на Скотта с Айзеком, которые щенячьими глазами следили за каждым жестом девушки, без жалости взглянуть было невозможно. Джексон, хоть и не убирал свою маску придурка с лица, тоже повеселел. Его не было здесь во время произошедших событий, но он словно успел пропитаться остаточным страхом и тьмой, всё ещё витающими в воздухе, а сейчас они отступили, и, хотелось бы верить, навсегда. Эллисон посмотрела на Стайлза, улыбаясь ему, и он не смог сдержать улыбки облегчения, расползающуюся на лице. Ему всё ещё неловко в присутствии девушки, и всё же он тоже соскучился. По ней вне холодных стен больницы, с румянцем на щеках, одолевшем нездоровую бледность, и даже по этому глупому взгляду лучшего друга, направленному на неё. — Она кажется милой, — едва слышно выдохнула Малия почти в самое ухо Стайлзу. А он только кивнул.

***

— Ну вы бы хоть выпивку достали, — протянул Джексон, крутя стаканчик с колой в руках. А Стайлз знал, знал, что будет так неловко. Они же не собирались вот такой «дружеской» компашкой никогда, только, если произошёл апокалипсис местного масштаба. — А смысл? — устало выдохнул Айзек. — Большая часть собравшихся всё равно не пьянеет. Они сидели в кружке на полу, прямо как в детском лагере (хотя Стайлз сомневался, что он очень чистый — но Лидия, на счастье, предусмотрительно захватила несколько пледов), и смотрели друг на друга. — Тогда вообще не понимаю, зачем всё это, — Джексон развёл руки, имея ввиду сидящих. — А смысл в том, что мы все вместе прошли уже через многое. И пора бы уже признать, что мы друзья, — произнесла Лидия. — Ох, Лидия, не смеши меня. Друзья? — Ну, то, что Джексон ко мне неровно дышит — это факт, — вставил свои пять копеек Стайлз. — Да, прямо глаз оторвать не могу, — Джексон сверкнул глазами. «Кого ты пытаешься этим напугать, Уитмор», — пронеслось в голове Стайлза перед тем, как собственный волк Стайлза заинтересовано поскреб когтями о рёбра, чувствуя не угрозу, а разгорающийся азарт. Карие глаза стали на мгновение ярко жёлтыми и, честно, Стайлз даже как-то повеселел от этого, но это чувство быстро прошло, потому что… — Стайлз? — удивлённо произнесла Эллисон. Ему определенно следовало начать вести список: кому он успел поведать о своём новом статусе, а кто ещё может удивиться. Ну, теперь все присутствующие в комнате знали, уже не плохо. — Эллисон, — произнес он, стараясь сделать вид, что ничего необычного не произошло. Девушка уже смотрела на Скотта, явно гадая, когда тот собирался рассказать ей. Она наверняка подумала, что это он обратил Стайлза. — Скотт не при чём, — сказал Стайлз, становясь серьёзным. Ему всего лишь предстояло сказать, что, вроде как, в стае Питера. Питера, который убил, пусть и сумасшедшую, но родную тетю Эллисон. — Стоп, кто тебя обратил Стилински. Если не твой дружок и, очевидно, не Дерек, — заинтересовался Джексон. — Неужели Питер Хейл? — Вроде того, — судя по тому, что удивление было написано только на лице Джексона и Эллисон, Айзеку всё рассказал либо Дерек, либо Скотт. — И ты… — Эллисон не договорила, наверняка, уже размышляя, стоит ли сказать отцу, что старший Хейл взялся за старое и обращает ни в чём не повинных маленьких школьников.  — И я теперь в его стае, — отрезал Стайлз, ловя на себе сложно распознаваемый взгляд Скотта. Они же ещё не обсуждали, что Стайлз планирует делать дальше: становиться омегой, стать частью стаи Скотта или остаться с Питером. Теперь он знал. — Забавно, тут собрались представители трёх стай оборотней, банши и охотница на нечисть, — подал голос Айзек. — Многовато для одного Бейкон Хиллс. — Это ты ещё забываешь, что Скотт — истинный альфа, а Малия — койот-оборотень, которая провела кучу лет в теле зверя. И скоро ещё Кира вернётся, — Стайлз, прищурившись, посмотрел на друга. — Когда она там вернется, Скотт? — Через неделю. — Ага. И будет ещё и Кицунэ. Такой себе клуб по интересам. — Это то, что объединяет нас, — произнесла Эллисон. — Сверхъестественное. — Или то, что не оставляет выбора. — Не будь таким депрессивным, Стилински. Теперь у тебя есть шанс общаться с Лидией, а раньше ты мог об этом только мечтать. Стайлз закатил глаза. — Ага, а ещё миллион шансов умереть. — Ну, мы уже многое пережили, — заметил Скотт. — Но не всё. — И, пока мы живы, нам стоит наладить нормальное общение, — Лидия строго посмотрела на Стайлза с Джексоном. — Потому что пока мы живем в Бейкон Хиллс, нам придётся встречаться с чем-то, что может нас убить. И, скорее всего, нам предстоит с этим бороться. Вместе.

***

Стайлз изначально не собирался ехать сюда, но в итоге осознал себя стоящим перед открытой дверью в квартиру Питера. — Ну, ты бы хоть позвонил, — произнёс совсем не удивлённый мужчина, под радостное пофыркивание волка внутри Стайлза. — Вдруг я не один. Стайлз вскинул бровь, проходя внутрь, игнорируя восторг, расползающийся по телу, совершенно ему не принадлежащий; по крайней мере, он на это надеялся. — Мне не нравится скепсис написанный на твоём лице, — Питер обогнал Стайлза, усаживаясь на диван. — И всё же, что привело тебя ко мне? Вопрос Питера ввёл Стайлза в ступор, заставив растеряно встать посреди комнаты. Потому что у него изначально не было плана ехать к Питеру. Он, конечно, думал об этом после разговора с Дереком. Но на деле, что он мог ему сказать или предъявить, даже если Питер и правда повлиял на принятое им решение? И в итоге он стоял здесь. — У нас было что-то вроде объединяющей вечеринки, которая, по мнению Лидии, должна была нас сдружить. Не знаю уж как сработало, но мы с Джексоном так и не подрались, — произнёс Стайлз, подходя к дивану и, уже смелее, чем в первый раз, усаживаясь на него. — А ещё я поговорил с Дереком. — И что интересного мой племянник поведал тебе, — вычленяя сразу самое важное из слов Стайлза, поинтересовался Питер. От Питера исходило спокойствие, оно почти гипнотизировало, заставляя каждую напряжённую мышцу в теле расслабиться. Стайлз понимал, чем это вызвано, но не сопротивлялся, поддаваясь альфа-влиянию, сбрасывая всю тяжесть дня. — Он думает, что ты приехал из-за меня, — он посмотрел прямо в лицо Питеру, стараясь не пропустить ни одно возможное изменение. — Как по мне, та ещё глупость. — Возможно, — Питер склонил голову к плечу, прищурив глаза. — А ты как думаешь? — Я не думаю, что ты стал бы возвращаться в Бикон Хиллс из-за какого-то подростка. — Думаешь, ты обычный подросток? — Разве нет? — Поразительная способность недооценивать себя, Стайлз, — сказал Питер, поднимаясь и явно не собираясь пояснять свои слова. Стайлз подскочил следом, расценив действия Питера за намёк, что ему всё же стоит уйти. — Я, наверное, пойду. — Оставайся. Очевидно же, ты пришёл, потому что не хочешь сейчас домой. Это нормально, что твой волк хочет быть рядом со мной. Скоро ты перестанешь чувствовать это так остро. — Я, кстати, хотел кое-что спросить об этом, — устало выдохнул Стайлз. У него действительно не было желания уезжать, смотреть на отца и думать о своём вранье ему. — Поговорим об этом завтра. Хотя, если тебя не устраивает диван, я не держу. — Он вполне неплох, — покачал головой Стайлз. — Вот и хорошо. Выдать тебе подушку? — Было бы неплохо, — согласился Стайлз, осматривая твёрдые диванные подушки. Конечно, в его новом состоянии, шея на утро вряд ли болеть будет, но всё же хотелось бы что-то помягче. — Вот и чудно. Питер скрылся на втором этаже, а Стайлз остался с единственной мыслью о том, что совсем не представляет, как его жизнь докатилась до того, что диван в лофте Питера кажется ему уютнее собственной кровати. И что со всем этим делать?