Брат, отец, папочка. И все это - Мин Юнги.

Время сменяет цвет листвы на деревьях, мерзлая земля вдруг становится теплой и, запуская новый сезон в вечный круговорот жизни, вновь промерзает Каждый пришедший день старается убежать из жизни людей как можно скорее. Люди не ценят, живут заботами... А ведь прошлое не возвращается... Парень, уже семнадцати лет, замирает над сумкой. Руки не двигаются, сердце не принимает. Темная комнатка, что хранит в своей памяти множество теплых воспоминаний, вдруг будет покинута. Привычное парню " Кто это читает, тот дурак" и некогда раздражающее "Мин хуесос", станут недостающей частичкой в жизни. Скрипучая кровать с твердым матрасом, рисунки брата на стене - все это на столько въелось в душу, что угнетающим чувством будет напоминать о себе до конца жизни. Каждая деталь, каждая продолговатая царапина дополняет комнату, создавая теплую, привычную Мину атмосферу. - Чимин... Ободранные обои и старый линолеум... Шкаф с оторванной дверцей в углу комнаты... Все это - память. И пусть с попаданием сюда связана не очень приятная история, но... Здесь остается кое что родное. Мин тяжёлыми ногами идет к шкафу, поднимает с пола стоящую в углу гитару и, закинув ее на плечо, направляется к брату. Медный ком в грудной клетке, будто намертво схваченный медвежьей лапой, тянется вниз. Тянется, высасывая из парня душу. Тянется, унося за собой смысл. Тянет, убивая. Он, старательно скрывая подступающие к глазам слезы, присаживается возле Чимина на корточки. Истерические всхлипы ребенка не прекращаются, а лишь немного утихают. В грудной клетке обоих будто что-то сжимается и убийственно давит душу. Юное тельце вздрагивает. - Малыш... Парень нежно гладит детское колено, задерживает ладонь на его ножке, будто пытаясь запомнить теплоту родного тела. Теплоту, воспоминания о которой будут безудержно рвать сердце. Теплоту, что будет чертовски не хватать. Невыносимо тоскливый просящий взгляд, направленный на Мина, терзает душу. Терзает, мучает, но не убивает. - Маленький мой, подожди немного. Я вернусь за тобой. Я обязательно вернусь. Младший не отвечает. Он лишь нервно бросается на шею брата и выпускает новый поток слез.

***

- Намджун! Скорее! Он сказал мама! - Милая, - парень, теперь уже отец, подходит к девушке и нежно укладывает ладонь на ее плечо, - он ещё даже сидеть не умеет. - Но он сказал! - Ну, хорошо, пусть будет так. Безмятежная улыбка касается лица брюнета. Он с нежностью в глазах смотрит на сына и ласково гладит его ножку. С момента начала беременности Мунбель прошло много времени, но отцом Ким почувствовал себя недавно. Маленькое чудо принесло в дом счастье и окончательно укрепило семью. Бессонные ночи, трудные месяцы беременности сплотили возлюбленных, ведь все это - не только временные сложности, но и их общая ответственность. - Малыш, - обращает на себя внимание Мунбель, - согрей пожалуйста бутылочку.

***

*n месяцев назад* Холодное, заваленное старыми вещами помещение. Тусклый лунный свет проникает в щели и, не добравшись до середины, резко прирывается. Мин укладывает бледные костлявые ладони на пожелтевшие клавиши пианино и позволяет мелодии окутать подвал. Спокойствие. Вот что чувствует в эту секунду Юнги. Музыка - его спасение. Она всегда поможет отвлечься от повседневной рутины, жизненных трудностей и прочих неприятных явлений. Она ненавязчиво утягивает за собой, в свой мир спокойствия и жизнелюбия, где все просто и легко, красиво, от чего жизнь вновь кажется любимой. Альфа безусиленно рисует клавишами сдержанную мелодию, размеренно расставляет акценты и полностью предается расслаблению. Хрустальный водопад с ярко-голубой водой отражает в себе призрачный свет луны. Волшебные, приглушенные сумраком ночи цветы покрывают берег, и света, что скрыт в каждом их бутоне, хватило бы, чтоб осветить всю вселенную. Такая картина открывается перед Юнги, стоит ему коснуться клавиши пианино. - Юнги-оппа! Тишину прирывает девушка лет тринадцати - Черин, - Вздыхает старший, - это опять ты. - Ты так красиво играешь. Девушка обходит инструмент и, облокотившись о него, становится возле Мина. - Правда, мне кажется, в твоей игре были заметны фальшивые ноты. Парень сдержанно закатывает глаза. - У меня все четко по правилам. Ошибки быть не может. В глазах девушки читается удивление. - Это твое? - Да. Парень закрывает крышку инструмента и задвигает стул, на котором сидел, в дальний угол. - И все равно что-то здесь не так. Я ведь слышу. - Мне все равно. - парень укладывает руки в карман и направляется к выходу, - разводить полемики я ее собираюсь.

***

*Настоящее время* - Милая, - шепчет парень. На его лице показывается хитрая ухмылка, а руки касаются бедер девушки. Светловолосая тут же разворачивается в его руках, придвигается ближе и затягивает в несдержанный поцелуй. Его руки ползают по ее хрупкой спине, беспутно бродят по коже, запуская волны возбуждения. - Господи, как же давно, - задумчиво произносит парень. - Я тоже скучала. По твоему члену. Девушка ухмыляется, а после, опускается на колени и поспешно высвобождает богатство Кима. - Господи, какая же все таки шлюха, - восхищенно тянет альфа. - Ну так. Твоя)

***

Холодный ветер дул в окно черного автомобиля. Серые улицы быстро мчались вдаль. Молодой парень, чей взгляд был зацеплен за одну точку, тонул в своих мыслях. В глазах его крылась пустота и глубокая печаль.

***

- Как приятно, - довольно начинает девушка, - иногда оставлять ребенка с друзьями. - А я давно тебе говорил. Парень придвигается к любимой и обнимает. Мунбель улыбается, и , развернувшись лицом, нежно целует мужа в нос. - Ты был прав. - Ха! Ещё бы. - Ложись, - ласково произносит девушка,- дурачок. Люблю тебя. - И я тебя люблю.

***

*n месяцев назад* Ночь размеренно проникала в здание детдома, заботливо укладывала спать каждого воспитанника, а после начинала медленно бродить по коридорам. Обстановка в комнате Минов ничем не отличается от других. Тишина нарушается детским сопеньем и тиканьем часов. Чимин крепко обнимает залатаного медведя, подаренного братом и, кажется улыбается во сне. Свет неожиданно загорается в комнате. Юнги, схватив блокнот и ручку, начинает что-то писать. Я не хочу умирать Но здесь так много боли Много слез И лезвия тупые. Альфа задумчиво зажевывает конец ручки и чешет затылок. Свет посреди ночи, конечно, дело не совсем хорошее и вполне тянет на наказание, но вдохновение - штука капризная. Я пытаюсь встать Но у меня не получается Я устал быть сильным Осколки ранят я должен... - Боже, что за бред, - критикует парень Он сминает листок и швыряет его в пол.

***

* настоящее время* - Мальчики, за стол, - ласковый голос раздается из кухни. Намджун с сыном на руках спешит занять свое место за столом. Хорошее утро непременно начинается с завтрака. Девушка ставит перед Кимом чашку кофе и оладьи. - Ты сегодня до восьми? - интересуется Мунбель. - Угу, - коротко кивает Ким. Видимо, он не желает отрываться от пищи. Девушка вздохнула. В последнее время Намджун задерживается на работе. Упорный труд ради повышения перетягивает внимание мужа на себя. Но что поделать? Семью надо обеспечивать, тем более, они планируют расширить жилплощадь. - Я думала, мы съездим в парк. - Милая, - отрывается от еды Ким - я должен работать. Парень улыбается. - Но я обещаю тебе, в эти выходные мы все вместе поедем на пикник. Он накрывает ее руку своей ладонью. Лица девушки касается едва заметная улыбка. - Ещё не лето, Намджун. Минхек замерзнет. - Не переживай, погода будет теплая. - Намджун кидает смешок, - хоть купаться иди. - Дурак, - ласково усмехается омега, - ещё двадцати градусов не было, а ему уже речку подавай. - А чего мне бояться? От любой простуды ты меня вылечишь. Девушка по доброму закатывает глаза. - Точно с ума сошел. - Ну так. От тебя же)

***

*n месяцев назад* Холодный зимний ветер за окном обдувал крыши. Снежинки, подгоняемые ветром, кружились в волшебном танце и на паузах приземлялись на землю. Мин достает излюбленную гитару и, едва начав музицировать, замечает нечто неладное. - Кто порвал мою струну? Раздраженный резкий крик, кажется, прошелся по всему корпусу. В комнату забегает Субин. - Юнги-хен, - виновато роняет младший, - это, - недолгая пауза, - был я. Юнги по прежнему зол. Но, узнав имя виновника, он немного успокаивается. Несколько мгновений тишины и гнев в глазах старшего пугают Субина, но тут же: - Ладно, - сдержанно и, с некой твердостью в голосе произносит Мин, - придется записывать на рояле.

***

*настоящее время* Холодный мрак окутал комнату. Навязчивая тишина давит на уши и, кажется, так будет всегда Ребенок, чьи мысли наполнены братом, неподвижно уставился в стену.