"Средства против икоты" или "Однажды ночью"

POV Себастьян Михаэлис. [Placebo — Breathe Underwater (Slow)] *Спустя некоторое время* Недавно Грелля повысили и даже выдали собственный дом, в который мы благополучно переселились на прошлой неделе. Правда, теперь меня немного заботит тот факт, что его кабинет в организации находится рядом с кабинетом Уильяма. Нет, это не ревность, просто, мне не по себе. Кстати, в последние несколько Грелль немного изменился, что тоже меня сильно всколыхнуло. Сейчас я направляюсь в его кабинет, несу ему бензопилу, которую он благополучно оставил дома. По-моему, уже все начинают замечать, что с ним творится нечто странное. Даже сейчас, когда Живаго поинтересовался о самочувствии Грелля, я был очень удивлен. Честно, я не знаю, что с ним творится. Когда я начинаю спрашивать его об этом, этот хитрец переводит тему или внезапно его одолевает сон и он клянется, что мы поговорим утром, а через час его уже нет в постели. Может, я надоел ему за все это время? Если я уйду, станет ли ему лучше? — Привет, мистер Растеряша! — Улыбнулся я, входя в кабинет. Грелль выглядел помятым, на его щеке красовались следы от букв. Все ясно, заснул на кипе бумаг особой важности. — Себастьянчик, а что ты тут делаешь? — Устало спросил он. — Принес твой занпакто. А ты сегодня опять сбежал. — Прости. Обещаю, я все тебе расскажу, когда приду домой. — Грелль, что с тобой творится? — Подошел и, сев на край стола, провел ладонью по щеке жнеца. — Да я сам не знаю, поэтому, не хочу, чтобы ты видел меня таким. — Прекрати так говорить. Так, все, собирайся! Мы едем домой, тебе необходим отдых. — Нет! — Выкрикнул Сатклифф, а затем продолжил говорить слабым голосом. — Я не могу пойти через центральный вход. — Почему? Что-то произошло? — Я не хотел бы это обсуждать. — Грелль? — Ну, сегодня во время вручения ордена… — Продолжай, я слушаю. Парень поморщился. — Я внезапно стал женщиной. — И что в этом такого? Захотел и стал. — В том-то и проблема — я не хотел! Я больше не могу это контролировать, Себастьян! — Но сейчас же можешь. Он покачал головой. — Мне поставили укрепляющую вакцину и это ужасно, потому что теперь мне стало только хуже! — Не знаю что это, но тебе необходимо вернуться со мной домой. Я заварю тебе чай. — Я должен остаться здесь. В лучшем случае, я смогу уйти только через час. — Кто это выдумал? — Закрепленные правила шинигами, Себастьян. А вообще, здесь только Уилл отпустить может, но я туда в таком виде не пойду! И ты не пойдешь! Себастьян! Я уже не слушал последние слова, я направлялся в кабинет Ти Спирса. — Можно? — Постучав, спросил я. — Мистер Михаэлис? Прошу, заходите. Что привело вас сюда? — Мистеру Сатклиффу срочно нужна медицинская помощь. Напишите, что отпускаете его сейчас. — Хм, а почему же он сам не пришел? Я не выдержал и повысил голос. — Повторяю для особенных: ему нужна срочная медицинская помощь, и меня не волнуют ваши вопросы, мистер Спирс! — Соблюдайте субординацию в моем офисе, мистер Михаэлис! — Он начал что-то писать на листе. — Держите, и передайте, что я желаю ему скорейшего выздоровления. — А что же вы сами не скажете ему это? — Ухмыльнулся я, повторяя его же слова. — У меня полно работы. До свидания. Мысленно чертыхнувшись, я покинул его кабинет. — Грелль, вот разрешение. — Я протянул ему бумажку. — А теперь пойдем. Все время, что мы шли до медицинского центра шинигами, у меня складывалось впечатление, будто я его на казнь веду, он ведь шел с таким печальным лицом. — Может, ты подождешь меня здесь? — Спросил Грелль, когда мы подошли к регистратуре. — Если тебе так будет лучше. — Не беспокойся, все хорошо будет. — Слабо улыбнулся он и тут же согнулся пополам. — Грелль! — Воскликнул я. — Девушка, вызовите кого-нибудь из врачей! — Обратился я к медсестре. — Непременно, сэр. — Кивнула она. — Грелль, как ты? — Спросил я, опустившись рядом с ним. — Теперь более-менее порядок. — Улыбнулся Грелль, который теперь представал передо мной в женском обличае. — Не пугай меня так больше. — Я с нежностью посмотрел на жнеца и провел ладонью по его волосам. — Сейчас придет доктор, и все будет отлично. Грелль закатил глаза. — Вот что ты со мной, как с малышом разговариваешь? Не делай так больше, хорошо? Я только кивнул. Вскоре к регистратуре прибыл медицинский персонал с «каталкой», на которую они погрузили Грелля. — Мистер, вы кем больной приходитесь? — Спросил один из врачей, делая пометки в блокноте. Грелль усмехнулся его словам. — Я жених. — Ответил я, стараясь не рассмеяться. — Ясно. Девушка, — теперь он обращался уже к жнецу, — назовите свое имя. — Грелль Сатклифф, начальник отдела приема шинигами, организация «Несущие смерть». Извините, визитку дома оставил. — Рассмеялся Сатклифф. — Значит, шинигами. — Доктор посмотрел на пациента поверх своих очков. — Что ж, везите мистера Сатклиффа в смотровую, будем разбираться. А вы, мистер… — Михаэлис. — Сказал я. — Мистер Михаэлис, значит. Я попрошу, чтобы вас пригласили в мой кабинет, после осмотра и мы все обсудим. Я кивнул и опустился в кресло у кулера с водой. Не знаю, сколько я так просидел, но за это время я успел многое повидать: раненного жнеца, с занпакто, что торчал из его грудной клетки, так же, мимо проехала «каталка» со старым жителем Преисподней. Внезапно, этот самый житель Преисподней, попросту говоря — бес, уставился на меня, что-то беззвучно говоря, одними губами. Либо мне показалось, либо я действительно видел, как его губы изгибались, произнося «Сантьяго»… Стараясь не думать об этом, я подошел к регистратуре и поинтересовался, не звали ли меня еще к врачу. — Фамилия? — Михаэлис. — А, да, секунду. — Медсестра что-то потыкала в своем компьютере. — Да, 210В, можете пройти. Это прямо по коридору, а затем налево. — Спасибо. — Кивнул я и отправился в указанном направлении. Дойдя до нужного кабинета, я постучал и заглянул внутрь. — О, мистер Михаэлис. Проходите, присаживайтесь. Я кивнул, устраиваясь поудобнее в кресле, напротив доктора Кента. — Что ж, мистер Михаэлис, могу вас поздравить со скорым прибавлением в семействе. — Спасибо, доктор Кент. — Спокойно сказал я, но потом я начал осознавать, сказанное им. — Простите, вы не могли бы повторить? Мужчина усмехнулся, но все-таки повторил: — У вас с мистером Сатклиффом скоро появится младенец, поэтому, я выпишу вам некоторые рекомендации по уходу за беременными в дородовой период. Хотите что-то спросить? — Да, — кивнул я, — скажите, а долго он будет в женском облике? — Это зависит от особенностей организма, мистер Михаэлис, но, в любом случае, плод не даст принять первоначальный облик, пока он находится внутри. Это, надеюсь, понятный факт. — Да, это понятно. То есть, месяцев 9 он будет женщиной, а затем, как получится, да? — Совершенно верно. — Доктор Кент протянул мне лист с рекомендациями. — Держите. Мы поставили мистера Сатклиффа на учет, так что, каждый месяц мы ждем вас здесь. — Большое спасибо, доктор Кент. Я могу забрать Грелля домой? — Нет, естественно, в данном случае, им с малышом пойдет это на пользу. И, да, мистер Михаэлис, мистер Сатклифф сказал, что на работе ему поставили укрепляющее, чтобы сдержать вторую сущность… нельзя так делать. В этот раз обошлось, возможно, потому что срок был маловат, 4 недели всего, но, прошу вас, больше так не стоит рисковать. Это может негативно сказаться как на ребенке, так и на мистере Сатклиффе. — Да, конечно. Больше такого не повторится. Доктор Кент, ему ведь теперь нельзя будет посещать работу? — Думаю, лучше не стоит. Жнец — это ведь постоянный стресс от сбора душ, нужно преодолевать постоянные эмоциональные всплески. Вы же понимаете, что сейчас мистер Сатклифф особенно эмоционален из-за того, что психика старается перестроиться, принять то, что внутри теперь зародилась новая жизнь. — Я понимаю. — Я слегка улыбнулся. — Большое спасибо, доктор. До встречи. — Берегите себя. [Sam McCarthy ft Harry Styles — Don’t Let Me Go] Покинув кабинет, я прижался лбом к холодной стене, переводя дыхание и пытаясь успокоить разбушевавшееся сердцебиение. Ну и день сегодня выдался! Осторожно сложив лист с рекомендациями, я убрал его в нагрудный карман рубашки и направился в приемный покой. Грелль уже был там, сидя на кушетке и болтая ногами. Как ребенок, честное слово! — Готов идти домой? — Спросил я, подойдя к парню и погладив его по голове. Он ничего не ответил, кротко кивнув. — Грелль, доктор сказал, что, скажем так, быть мужчиной, для тебя и ребенка сейчас вредно. Сатклифф поднял на меня свои зеленые глаза, тяжело вздохнул и принял другое обличье. — Так я ужасно выгляжу, Себастьян. У меня же синяки под глазами, да и вообще. — Потому что, друг мой, спать надо больше и питаться, хоть немного. — Ты же знаешь, что я только ужинаю, когда домой прихожу. К тому же, в выходные я нормально весь день питаюсь. Я улыбнулся. — Не ворчи, теперь-то я постоянно буду рядом и прослежу, чтобы ты много и вовремя ел, не сомневайся. Жнец рассмеялся. — Ещё скажи, что сам колыбельные мне будешь петь. — Буду, — я наклонился и поцеловал его в макушку, — куда ж я денусь. Грелль всхлипнул, встал с кушетки и обнял меня, уткнувшись носом в плечо. Я приобнял его за плечи. — Ну, ну, хватит слез, все же хорошо. — Угу. Можно я не буду на работу ходить, а? — Конечно. — Спасибо. — Сатклифф даже повеселел немного. — Ладно, я больше не могу здесь находиться, пойдем домой, я кушать хочу. — Отстранившись, он взял меня за руку и потянул к выходу.