Твоим смертельным оружием видимо сам я себя убил

***

Хоккей... Такая завораживающая и вместе с тем бессердечная игра. Где кончается жизнь, начинается лёд и я был готов следовать этому правилу. Я всегда старался не выносить свои чувства, эмоции и рассуждения дальше поля. Что было там, оставалось в моём сердце и не уходило за его пределы. Когда я приходил домой, я весь отдавался моей семье. Как бы тяжело не было проигрывать огромное количество игр подряд, рядом были они — мои любимые белокурые красавицы и я растворялся. Но в тот день что-то пошло не так. Это был обычный матч против «Динамо Москва». Мы с ребятами были полны сил после новогодних каникул. Наша команда достаточно неплохо раскатала двух самых сильных соперников своих дивизионов — «ЦСКА» и «Ак Барс». Мы уступили в недавнем матче «Локомотиву», но это, по большей части, была ошибка по невнимательности, счёт был без большого отрыва и мы проиграли в овертайме, что давало нам возможность заработать 1 очко. На игру с «Динамо Москва» я шёл в хорошем расположении духа и ничего не обещало сбить мой настрой. Почему-то именно в тот день я решился пройтись до хоккейной арены пешком. Мне действительно нравится город, в котором я живу. Его название созвучно с моим именем и это вызывает какую-то сжимающуюся внутри светлую грусть. В тот день шёл легкий снег и я засматривался на проезжающие машины. Мне всегда было интересно, о чём думают люди внутри. О чём они разговаривают, куда едут. Люди в этом городе были суетливые, но добрые, и манера вождения у них была такая же. Мои мысли прервал трудно стоящий на ногах мужчина в пушистой шапке. Он подошёл ближе и начал что-то тарабанить. Я совсем не выучил русский язык, пока находился в России, но по интонации можно было понять, что он меня отчитывает. Пытаясь объяснить ему что-то на английском, я заметил, что мужчина подошёл ко мне ближе и замахнулся. Всегда, когда я нахожусь на публике, я стараюсь улыбаться. Выглядеть максимально дружелюбно и счастливо. Возможно, в какие-то минуты, действительно, происходит что-то такое, что приносит мне счастье. Эта привычка быть милым делала меня уязвимым и создавала неверное впечатление о том, что можно делать в отношении меня, а чего лучше не стоит. Я сжал руку нападавшего мужчины и коленом пробил его колено. Я делал это максимально неосознанно и из желания защититься. К счастью, вокруг было немноголюдно, я повалил скривившегося мужчину, державшегося за колено, на обочину, встал, почистил перчатки друг об друга и с ужасом осознал содеянное. Будучи в своём уме, я ударил проходящего мимо человека. Этот факт не оставлял меня в покое, но навстречу шла толпа подростков в шарфах нашего клуба и я решил подозвать их. — Парни, это же Метсола! Юха Метсола!!! — из произнесённого я понял только то, что они говорят обо мне. Я попросил о помощи. К счастью, эти ребята неплохо владели английским языком. Мне пришлось соврать, что я встретил этого мужчину по пути на тренировку. Он был не совсем трезв, просил перевести его через дорогу. Я сказал, что не смог его удержать и хотел вызвать скорую помощь, но был не уверен, что он поймут ситуацию из-за того, что я плохо владею языком. Также, я обозначил, что очень тороплюсь и поэтому не могу ждать скорую. Парни пообещали, что обязательно вызовут помощь, дождутся машину и сказали, чтобы я перестал волноваться. Улыбнувшись, я попрощался с ними и хотел было уйти, как самый младший из ребят, видимо чей-то брат, произнес на русском: «Юха, удачи! Ты мой герой!». Ком встал в моем горле. Я знал значения всех этих слов. Каким я был героем... Ударил невинного человека, о чьих намерениях я даже не знал, обманул парней, которые явно хотели брать с меня пример... Витая в этих мыслях, я дошёл до раздевалки. Из-за случившегося инцидента, я пришёл одним из последних. Помещение уже было наполнено гулом моих коллег по команде. Я было хотел воткнуть наушники, чтобы послушать музыку и привести мысли в порядок, но не успел этого сделать из-за начавшего со мной разговор Линуса. — Дружище, где ты пропадал! Мы уже испугались, что с тобой что-то случилось, — улыбнувшись, сказал Умарк. — Да, мы с водителем попали в небольшую аварию. Но не стоит переживать. Он остался с машиной, а я решил пройти остаток пути пешком, поэтому, опоздал, — соврал я. — Да, не круто, — почесал бороду нападающий, — Я вообще хотел обсудить с тобой некоторые вещи касательно карьеры в нашей команде. Ты ведь знаешь, что мой контракт заканчивается в конце апреля и это мой последний сезон? Я помнил. И меньше всего хотел думать об этом, потому что Умарк был одним из самых близких мне легионеров. Мы с ним были постоянно на связи, общались на каждой тренировке и в свободное время, когда не было домашних дел и подготовок к играм, могли встретиться и поговорить о самых разных вещах. Нас объединял не только хоккей. Но всё, что я смог выдавить из себя, было: — Удачи, Линус. Я думаю, что ты красиво завершишь карьеру в Швеции. Судя по взгляду хоккеиста было понятно, что я сказал что-то неправильное. Нападающий изменился в лице. Умарк всегда не отличался тактичностью, поэтому, ответил достаточно резко: — С чего ты решил, Юха, что я собираюсь уходить из клуба и заканчивать карьеру? Я старше тебя на два года. Ты тоже сольёшься спустя это время и уедешь в свою Финляндию? И знаешь, — он подошёл ближе, — Что ты любимчик всех в КХЛ, не даёт права тебе зазнаваться. Будь я в другой команде, обязательно пожелал бы, чтобы тебе забили максимальное количество шайб. Дырка, — Линус развернулся, взял свою клюшку и ушёл на лёд. Меня словно окатили из ведра. Я не мог понять, что сегодня происходило со мной и окружающими людьми. Почему этот день начинался с таких неприятных инцидентов, было ли это совпадением или мне уже давно пора было разобраться со своими мыслями и начинать находиться в моменте.