госпиталь

Ни для кого не было секретом, что доктор Ким Джонхен восхищался своим коллегой доктором Ли Джинки. Гинеколог, пожалуй, был самым блестящим врачом их выпуска, и многие на самом деле были разочарованы, что он выбрал гинекологию в качестве специализации, а не что-нибудь более смелое, вроде кардиологии или общей терапии. - Я неуклюжий, - ответил Джинки, когда его спросили о его выборе. – Боюсь, я бы мог перерезать кому-то артерию, если бы стал делать серьезные операции. Что ж, он и правда был неуклюжим, но Джонхен считал, что в этом докторе есть гораздо больше потенциала. Каждый день он узнавал что-то новое от Джинки и о нем, и просто продолжал увлекаться старшим с головой, так что к тому моменту, когда он осознал свою глубокую симпатию к Джинки, уже поздно было сдавать назад. У Джинки было так много граней, так много интересных привычек и мыслей таилось в нем, и Джонхен хотел разузнать каждую из них. Правда, сейчас Джонхен был не особо счастлив обнаружить, что Джинки, наверное, был самым худшим из всех уничтожителей веселья. - Воу, вот это должно было быть больно, и, наверное, могло повредить ей шейку матки. Джонхен вздохнул, рука застыла у него на коленке. - О чем ты вообще? - Джинки валялся на животе на кровати Джонхена, пока сам Джонхен сидел по-турецки на полу. - Ну, - он указал пальцем на экран, где разыгрывалась довольно грязная сцена порнофильма. – Если он будет таранить ее с такой силой, это, конечно, должно быть приятно, но потом там все воспалится. Скорее всего, она после такого не сможет нормально ходить какое-то время. Он даже не нашел ее точку G, и она так откровенно симу… - Угомонись, а? – сказал раздраженно Джонхен. – Я тут пытаюсь расслабиться, доктор! Пожалуйста, зачитывай свои лекции по женской репродуктивной системе где-нибудь в другом месте. - Сорян, - Джинки виновато улыбнулся. И снова наступила тишина, прерываемая только тяжелым дыханием Джонхена и влажными хлопками от, ну, вы поняли. - У тебя совсем не встал, - Джинки просто необходимо было отметить это, и Джонхен мучительно застонал, поворошив собственные волосы свободной рукой, когда Джинки рассмеялся. – Прости, я имею в виду… этот просмотр обещает быть совершенно бесполезным, разве ты не понял? - А у тебя тогда почему не встал?! – Джонхен уставился на Джинки. – Ты разве не смотришь тоже? - Я устал смотреть на вагины, - пожал плечами Джинки. Оу. Джонхен не был уверен, стоит ли восхищаться тем, как Джинки вопиюще бесстыдно говорит такие вещи, как вагина. Было в этом что-то сексуальное, в том, как Джинки бросается вульгарными словечками, будто он целенаправленно говорит грязные пошлости… Вот ведь дерьмо. - О, а вот теперь ты начал возбуждаться, это странно, - Джинки обаятельно смотрел на него, и Джонхен почувствовал, что краснеет и возбуждается еще больше (а вот теперь это и правда было странно). – Тебя заводят такие слова? Ты как невинный подросток, право. - Нихрена меня не заводит! – выпалил Джонхен, пытаясь засунуть себя обратно в штаны. Это была болезненная попытка, потому что ширинка больше не застегивалась, так что он решил просто завалиться на кровать рядом с Джинки, с расстегнутыми штанами и боксерами, выглядывающими из них. Джинки игриво болтал ногами в воздухе, перевернувшись на кровати, чтоб оказаться со вторым доктором лицом к лицу. - А ты разве не гей? Ты ведь встречался с Кибомом. - Я би. Боги, мы реально что ли будем говорить об этом? – простонал Джонхен. – И ты тоже встречался с Кибомом. - Мы просто соседи по комнате! - Соседи, как же. - Не виноватый я, он сам пришел! - А ты впускаешь его, каждую неделю. Они лежали так некоторое время в полной тишине, пока Джинки снова не заговорил, к глубокому огорчению Джонхена. - Ты теперь в порядке? Хочешь продолжить смотреть? Раз у тебя уже встал, ты сможешь спустить сегодня. Джонхен накрыл голову подушкой. - Не хочу. У меня пропало настроение. - Твой пенис считает иначе. Джонг почувствовал, как его собственный член предательски дернулся, а Джинки засмеялся. Он наверняка все видел. Черт побери. - Так и знал. Ты странный, Джонхенни. - Что? Что?! Чего это я странный? Джинки пожал плечами, но ему на лицо приклеилась многозначительная улыбка, и она сводила Джонхена с ума. Он проигнорировал Джинки, спустив руку, чтоб прикрыть и защитить свою промежность, ведь серьезно, его член грозился растаять от такого пристального взгляда Джинки. - Я могу помочь тебе с этим, - внезапно сказал Джинки, вынуждая Джонга подпрыгнуть от неожиданности, и скатиться с кровати, пыхтя. - Ч-что?! – воскликнул Джонхен, забираясь обратно в постель. Джинки потрепал рукой свои волосы. - Я помогу тебе разрядиться. Раз уж, думаю, из-за меня у тебя встал, я мог бы и закончить то, что начал, не правда ли? - …Откуда ты знаешь, что причина в тебе?! Джинки задумался на мгновенье, а потом подполз поближе – слишком близко, как на вкус джонговой промежности. - Что ж, давай проверим, - и он приблизился, чтоб прошептать это Джонхену на ушко. Эффект был незамедлительным, и не прошло и пары минут, как Джонг принялся кусать нижнюю губу, выстрелив в его руку, хотя Джинки еще и пальцем не прикоснулся к нему. - Ты завелся от того, как Джинки орудует научными терминами? – у Кибома было не верящее выражение лица, тут же сменившееся истерическим смехом. - Харе ржать! – крикнул Джонг. Он и так был смущен, а Кибом лишь сыпал соль на раны его эго. – Я не знаю, почему, окей? Думаю, я завожусь от задроства! - Так что конкретно вы делали? – с откровенным отвращением на лице, Кибом наколол свой салат на вилку, но не притронулся к нему. - Он шептал инструкции, как я должен кончить, а я следовал им. - Используя научные и анатомические термины? - Да. Кибом подавился листком салата. - Это самое озадачивающее дерьмо из всего, что я слышал за сегодня. - Йа! - Не переживай, - сказал Кибом, подняв руки, сдаваясь. – Лишь бы ты был счастлив, друг мой. Должно быть, ты находишь очень сексуальным, когда Джинки-хен произносит слова типа препуциальные железы, или уретра, или… - Заткнись, Кибом. Ты отвратителен. – Джонхен шумно отхлебнул содовой из своего стакана, пока Кибом негодовал и ныл, почему это он отвратителен, а Джинки при этом сексуален, и вообще-то не он тут странный, а Джонг, и ему не помешало бы сходить к психологу ой погодите-ка он же сам тут психолог. - Хей! – Джинки небрежно направлялся в их сторону, а Кибом глазел на Джонхена, облачающегося в ментальную броню. Ему хотелось смеяться. - Хей, а я вот как раз закончил обедать, - Джонг быстренько сгреб свой поднос и уже направился прочь отсюда, но Джинки схватил его за шлевки штанов. – Ч-что? Джинки моргнул и провел ладонью в аккурат под поясом его брюк. - Да ничего. Просто твои штаны так низко сидят. Разве они не должны быть на порядок выше копчиковой кости, нет? Кибом с огромным удовольствием наблюдал, как Джонхен переключался с одного оттенка красного на другой, каждый раз все темнее, прежде чем пробормотать что-то и сбежать. - В чем его проблема? – растерянно спросил Джинки, занимая место, на котором только что сидел Джонг. - Прекращай это, - Кибом нацелил на него вилку. - Что? – взгляд Джинки, полный искреннего недоумения, заставил Кибома закатить глаза. - Сексуально нашептывать ему анатомические термины. Ты же специально доводишь его. Они сверлили друг друга взглядами некоторое время, пока Джинки не расплылся в улыбке – слишком невинной, чтоб принадлежать кому-то, кто мог бы довести человека до возбуждения от сексуального произношения научных терминов. - Прекрати, у меня от тебя мурашки по коже, - пожаловался Кибом, запихивая себе в рот полную вилку салата. Но Джинки так и не перестал улыбаться, вместо этого он поднялся и потрепал Кибома по голове, промычав: - Не рассказывай ему, хорошо? – прежде чем удалиться. Кибом задумался, стоит ли ему заглянуть в часовню и помолиться за потерянную душу Джонхена.