Напиши своё имя огнём на моей коже

Роксана наносит резкий удар — голова Мегамозга по инерции откидывается в сторону. Однако прежде чем она успевает ощутить вкус победы — ей ведь наконец удалось освободить руки во время очередного похищения, наконец-то удалось почти сбежать! — резкая боль пронзает её запястье. Боже, она ведь не ударила его так сильно? Ей в самом деле не хотелось причинить ему боль, лишь слегка дезориентировать, чтобы получить шанс на побег. Но… Нет, боль гораздо сильнее, кожа словно горит… Роксана издаёт болезненный стон и притягивает запястье к груди, прежде чем замечает, что Мегамозг сделал абсолютно то же самое и теперь прижимает собственную руку к груди. Почему… Роксана опускает взгляд на свою руку. Это кровь? Она поцарапалась о его шипы или что? — Стоп. Что? Как… Мегамозг, что ты сделал? На её руке метка. Вовсе не царапина или ожог, скорее татуировка. Тонкие чёрные линии, напоминающие какой-то шрифт. Роксана не может прочесть его, но может разобрать первый знак. Это «М» с двумя молниями — знак, которым Мегамозг обычно помечает свои вещи. «Виновник» взирает на неё с широко раскрытыми зелёными глазами, ревностно прижимая к груди собственное запястье. — Это невозможно, — шепчет он, — Этого не может быть… — Какого черта это делает на моей руке? Сотри это с меня! — О боже, — болезненно выдыхает Мегамозг, — О боже, нет. Пожалуйста, только не это. Роксана смотрит на него в ответ, собирается спросить что с ним не так, как вдруг погружается в облако вырубающего спрея.

***

Она просыпается в своей квартире на диване. Кто-то положил декоративную подушку ей под голову. Метка всё ещё на её запястье.

***

Метка все ещё остаётся на её запястье. Она пытается смыть её с помощью мыла и воды, стереть лосьоном для снятия макияжа, удалить перекисью — всё тщетно. Ничего из того, что она делает, не может даже размазать тонкие черные линии. Разочарованная и измождённая, Роксана ложится спать. Утром метка по прежнему на месте. Она разглядывает её целую минуту, затем ещё полминуты, и в итоге, не придумав ничего получше, просто надевает блузку с длинными рукавами и идёт на работу. Она заставит Мегамозга всё объяснить во время следующего похищения, а также заставит его стереть это с неё и, наконец, привести всё в порядок.

***

Роксане приходится постоянно носить блузки с длинными рукавами в течении следующих двух месяцев. По мере того как пролетают дни, затем недели, а Мегамозг всё ещё не объявляется, Роксана начинает переходить от простого раздражения к прямо-таки разъярённому, а затем уже и вовсе не на шутку волноваться. Он никогда не оставлял её без похищений на столь долгий срок. Роксане казалось она не видела его целую вечность. Она скучала по нему, скучала по этим нелепым театральным представлениям и глупому злодейскому смеху, и по тому как загораются его глаза, когда он говорит о чём-то захватывающем. Она всегда говорила, с самого начала, что просто хотела вернуть свою нормальную жизнь, но сейчас… Сейчас она ощущает дыру в ткани своей реальности, пустоту, которая похожа на потерю… Роксана всё ещё жаждет вернуть нормальную жизнь, но нормальная сейчас подразумевает шипы и лазеры, и синих суперзлодеев с яркими, как магниевый огонь, улыбками и она хочет его вернуть, хочет вернуть его прямо сейчас, хочет его… Она не знает где он. Уэйн не знает где он (она спрашивала). Никто не знает где он.

***

На дворе полночь, и Роксана должна бы уже спать… Но вместо этого, она стоит у стеклянных дверей, что ведут на балкон, смотрит в темноту, на уличные огни и на звёзды, рассеянно потирая большим пальцем метку на запястье. В последнее время это причиняло боль, что-то вроде боли, которая зарождалась под кожей, а затем распространялась на кости, оседая там словно холод, смирение и уверенность… уверенность в том, что где-то происходит что-то ужасное. Она потирает большим пальцем метку вперед и назад, вперед и назад, а затем резко прижимает руку к своей груди, будто пытается оказать давление на рану.

***

Она идёт искать Мегамозга на следующий день. Должно быть, у неё лихорадка. На дворе лето, светит солнце, и на ней кофта с длинными рукавами, но Роксане всё равно холодно, очень холодно. Она не имеет четкого представления о том, где должна искать Логово, но оно у воды, это она хорошо знает. Роксана решает, что лучшей идей будет побродить по набережной. Метка на запястье всё ещё болит, и эта острая боль похожа на обморожение. Роксана накрывает запястье другой рукой, крепко сжимает и дрожит. Сюда, думает она, подмечая как всё будто размыто по краям, и сворачивает в переулок, казалось бы наугад. Сюда. Она сворачивает ещё раз. Здесь. Она оказывается у кирпичной стены, но тот факт, что это должно стать препятствием для нее, даже не приходит ей в голову. Роксана шагает в стену ещё до того как понимает, что должна остановиться, а затем просто не находит ни одной причины для остановки, потому что каким-то образом она уже прошла сквозь стену. И попала, словно по волшебству, туда, куда и хотела попасть. Здесь, — думает она, — Он здесь. Она неуверенно ступает в темное Логово.

***

Она почти плачет от облегчения, когда видит его. Он сидит на своём стуле, смотрит на огромный экран, на котором быстро прокручиваются цифры, одна рука покоится на клавиатуре. Роксана замирает в дверном проеме, колени слегка подкашиваются. Мегамозг поднимает голову и видит ее. — О, это снова ты, — безжизненным голосом произносит он. Этот тон… Мегамозг никогда не говорил с ней в в таком тоне. Это не… — Боюсь, у меня всё ещё нет этого, — говорит он, снова поворачиваясь к экрану, — Как я уже говорил в прошлый раз, я все ближе. И даже Роксана, будучи дезориентированной, точно знает, что здесь что-то не так. Всё ещё нет? — путано думает она, — Нет чего? В прошлый раз? Какой прошлый раз? Когда мы говорили об этом? Последний разговор с Мегамозгом у неё был во время того похищения, а потом он оборвал все связи после появления этой странной метки у неё на запястье. Роксана пересекает комнату, чтобы встать рядом со стулом, оперевшись одной рукой о его спинку. — Что это на экране? — спрашивает она. (Мегамозг объяснит ей это. Он всегда объясняет ей какие-то вещи, если она спрашивает. Стоит ей показать хоть малейший интерес к его злодейским планам, он приступает к монологу). Она опускает взгляд на него. На нём рыже-коричневый свитер с рваными рукавами, где-то посеявший добрую половину пуговиц… возможно это самая уродливая вещь, какую Роксане приходилось видеть. Он одет в обычную одежду. Она никогда прежде не видела его в обычной одежде. На нём нет этих плащей с шипами и высокими воротниками, хотя он всё ещё носит перчатки. Пальцами одной руки что-то печатает на клавиатуре, другая же, словно мёртвая, покоится на подлокотнике. Боже, он выглядит… он выглядит ужасно: похожие на синяки тени под глазами и скулами и то, как он держит себя… как будто простое существование причиняет ему больше боли, нежели он может вынести. Он выглядит так же, как Роксана себя чувствует. У неё начинает кружиться голова, она не может больше так стоять, ей хочется… Она взбирается к нему на колени, усаживается боком, ее ноги касаются подлокотника кресла, одна рука обхватывает его шею, другая касается его груди. — О, — тихо говорит Мегамозг, — трогательно? Это… это что-то новенькое. Он легко обнимает ее, одной рукой придерживает за талию, пальцами другой скользит по ее волосам, как будто делал это тысячу раз раньше. Это чувство… Она чувствует… Роксана чувствует себя в безопасности, ужасное ощущение холода в ее костях, наконец, немного ослабевает под давлением его рук. Она почти вздохнула с облегчением, и все же… И все же это не приносит ей полного удовлетворения. Она хочет… она ​​хочет быть ближе к нему, даже ближе, чем сейчас. Роксана прислоняется к нему, прижимаясь лицом к его шее, кожа к коже, содрогаясь от ощущения, но этого все еще недостаточно. Рука в ее волосах скользит к задней части ее шеи и почему, почему он носит перчатки? Мегамозг говорит… в течение нескольких мгновений она была слишком увлечена звучанием его голоса, чтобы понять, что он говорит, а затем… — Химический состав готов, просто нужно закончить последовательность, и тогда я смогу избавить тебя от этого, — бормочет он, рука снова путается в её волосах, — Это исчезнет, это скоро исчезнет, тебе не нужно беспокоиться… Роксана как раз собирается спросить его, о чем он говорит, когда вдруг слышит шокированный голос Прислужника. — Мисс Ричи? Рука Мегамозга всё ещё в её волосах. — Ты тоже её видишь? — озадаченно спрашивает он, — Я думал это… Я думал это было другое… Она и в правду здесь? — Конечно я здесь, — говорит Роксана, сжимая пальцами воротник его отвратительной рубашки. Мегамозг отпускает ее, будто она сделана из огня, и в тот же миг в глазах Роксаны резко темнеет, зрение начинает падать. Это, думает она, ее последняя мысль, в то время как тьма окутывает её, застилая собой все, что, вероятно, не является хорошим.

***

Разбуженная громкими голосами Прислужника и его хозяина, Роксана вновь обнаруживает себя в объятиях Мегамозга. — Это ужасно, сэр, как вы можете даже думать об этом, это… это богохульство! Вы не можете просто разорвать духовную связь…  — Это физиологическая реакция, Прислужник! Есть физиологическая причина и физиологическое излечение и…  — Это не болезнь! Это опасно! Вы можете умереть и…  — Люди даже не предназначены для такой связи! Это… посмотри на нее, это больно… — Это потому что Вы… — Она будет в порядке, когда я… — Она будет…? Что насчёт Вас? — Сказала, что не хотела… Роксана шумно выдыхает. Гнев, ужас и страдания, словно вода, льющаяся в сосуд, наполняют её тело. Это словно нечто другое… Словно эмоции исходят не от нее, а откуда-то извне. Она слышит быстрое дыхание Мегамозга, чувствует внезапный всплеск этого странного страха вне себя. — Что происходит? — слабо спрашивает Роксана, приподнимаясь, чтобы осмотреться, но оставаясь как можно ближе к Мегамозгу. Они в спальне, понимает она, на кровати. Они… Это спальня Мегамозга? — Ничего, — быстро отвечает Мегамозг, — ничего не происходит. Возвращайся ко сну. Я всё исправлю. Роксана оборачивается к нему.  — Что исправишь? — спрашивает она. Он сглатывает, слегка прикрывает глаза и снова открывает. — Эту… эту метку на твоем запястье, — отвечает он, — Это было… Это результат… несчастного случая. Роксана слышит как Прислужник мычит в знак протеста. — Несчастный случай, — твердо повторяет Мегамозг, — Это… физический контакт, когда ты ударила меня, наша кожа… это начало заражение, которое повлекло за собой инфекцию, вот почему…  — Вот не почему, — говорит Прислужник. — Вот почему, — громко продолжает Мегамозг, — в последнее время ты чувствовала себя болезненно, потому что ты больна, но я нашел лекарство от этого, поэтому тебе не нужно беспокоиться… — Это неверное представление фактов, сэр, и Вы это знаете! — кричит Прислужник. — Это не верно! Люди не должны иметь это! Как, черт возьми, ты еще можешь это назвать, кроме как заражением? — Мне холодно, — шепчет Роксана, — Мне снова холодно. Мегамозг обнимает ее и притягивает к себе, и Роксана облегчённо выдыхает. Он такой… теплый. — Я всё исправлю, — говорит он, — Я собираюсь всё исправить. Роксана утыкается носом ему в шею, и чувствует как мурашки пробегают по ее позвоночнику. После недолгих размышлений она делает это снова. И вновь эта рябь удовольствия… Мегамозг на этот раз шумно вдыхает, будто только что вынырнул из-под толщи воды. Роксана пробует на вкус его кожу, проводя языком по его горлу, и ловит ответный тихий стон. Пальцы находят пуговицы его рубашки, расстегивают их, открывая взору внутреннюю сторону материала. — Ээ… — слышит она голос Прислужника, — Я просто собираюсь… Да, я пожалуй пойду. И какая-то часть Роксаны, довольно далёкая часть, потрясена тем, что она только что начала раздевать Мегамозга перед Прислужником, а другая её часть потрясена тем, что она, кажется, продолжила бы это делать, если бы Прислужник не заявил о своём присутствии… Однако большая её часть всё же сосредоточена на уничтожении этих чертовых пуговиц. — Это… — слабо говорит Мегамозг, — Это на самом деле не то, что я имел в виду под исправлением — Это полная противоположность… у меня есть лекарство, шприц, я могу… — он целует Роксану, затем разрывает поцелуй, — Я могу взять его прямо сейчас, я могу… — Или, — говорит Роксана, расстегивая застежки его перчаток, —… или ты мог бы этого не делать и снова поцеловать меня. Она срывает с него перчатки и видит… … на его запястье… … это ее имя. Это ее имя, Роксана Ричи, черные буквы, написанные ее же почерком… и она думает о букве «М» с двумя молниями на своем запястье, перед инопланетной надписью… Это его имя у неё на запястье? И она думает, что она почти… она ​​почти понимает, что с ней происходит, что происходит между ними, что это такое… — Роксана, — произносит Мегамозг, снова целует ее, и все мысли одномоментно покидают её разум. Она проводит пальцами вниз по его горлу, и он вздрагивает от удовольствия. Внезапно она ощущает, как словно эхо, эти же ощущения появляются в ее собственном теле, и это… Это похоже то, откуда приходят незнакомые эмоции… Не правда ли странная связующая петля между ними двумя? Он толкает ее на кровать, и Роксана ощущает его… его мысли и чувства гудят на задворках ее сознания, но это всё совсем не так, до тех пор, пока они не оказываются совсем близко, кожа к коже, и ничего между ними… И она чувствует эту связь настолько четко и… … тогда… … он повсюду… Над ней, вокруг и внутри нее, их мысли текут вместе, словно вода, желание, удовольствие и любовь… Так много любви, что разум Роксаны просто не способен ее вместить. Я люблю тебя, думает она с последним стоном, последней мольбой, и он стонет вместе с ней, и кажется, весь мир в этот момент разрывается на части, утопая в ярком свете и сгорая в жарком пламени. Я люблю тебя.

***

Она просыпается одна.

***

Она одна в постели, и когда она вновь пытается убедиться в его присутствии, пытается вновь услышать то тихое гудению его мыслей в глубине ее сознания… Их там нет. Его там нет. Она сидит на кровати, переводит взгляд на свое запястье и… Метка исчезла. Имя Мегамозга исчезло. Ее запястье опустело. — Нет, — шепчет она, — Нет нет нет. Она слышит как кто-то издаёт болезненный звук откуда-то из-под кровати, и быстро смотрит вниз. Мегамозг, снова одетый, сидит на полу, привалившись спиной к стене. На полу рядом с ним пустой шприц. — О, — говорит он ровным голосом, — Я выжил. Роксана чувствует дрожь. — Это хорошо, — говорит он, чуть вздрагивая, — Полагаю, Прислужник будет рад этому, в любом случае. — Мегамозг, — дрожащим голосом говорит Роксана, — что ты сделал? — Я всё исправил, — с той же интонацией отвечает он, — Связи больше нет. Проверь свое запястье. Роксана снова смотрит на чистую кожу своей руки. — Моей тоже нет, — говорит Мегамозг. Он поднимает собственную руку, демонстративно закатывая рукав рубашки. Там пусто. Имя Роксаны исчезло. О Боже. О Боже. — Но, — шепчет Роксана, — но мы просто… как ты мог, когда мы просто… Мегамозг отворачивается, поджимает губы. — Да, — говорит он, — Я… приношу извинения. За… это. Я никогда не должен был… У меня помутился рассудок эта… Эта связь, этот импульс… — Он делает резкий жест, — Но, конечно, это не оправдание. Замешательство это не… Я не должен был. Мне очень жаль, мисс Ричи. Роксана издает непроизвольный звук ужаса и закрывает рот обеими руками. Но я думала, что ты любишь меня, — хочет она сказать, и крепче прижимает ладони к губам, чтобы сдержать свой порыв. Цикл обратной связи. Она думала… она ​​думала, что любовь исходит от них обоих, но… о боже… это была только она. Было ли это его желанием… Этот импульс… помутился рассудок… нет, о нет, пожалуйста, нет. Он не любил ее. Он даже не хотел ее. Она никогда… она ​​никогда больше не услышит его мыслей. Она будет всегда одинока в своей собственной голове, одна… — Пожалуйста, — говорит Мегамозг, стоя с выражением вселенской печали на лице, — О боже, пожалуйста, не плачь. Роксана закрывает лицо руками, пытаясь заглушить рыдания. — Мне очень жаль, — говорит он, — мне очень жаль, так сильно… я никогда больше не прикоснусь к тебе, тебе не нужно беспокоиться об этой связи… не нужно беспокоиться о… Я никогда не буду… я буду держаться подальше от тебя, я клянусь, тебе больше никогда не придется меня видеть, Роксана… — Разве это, — наконец умудряется вставить слово Роксана, — должно заставить меня почувствовать себя лучше? — Конечно, этого… недостаточно, — говорит он, — этого совсем недостаточно. Я не… Я не знаю, что ты от меня хочешь. Я сделаю все, что захочешь… всё, что заставит тебя чувствовать… — Ты ничего не должен делать, — говорит Роксана, свернувшись калачиком, сжимая руками волосы на голове, пытаясь сдержать рыдания, —Ты не… Боже, Мегамозг, ты ничего мне не должен, просто… просто не веди себя так, будто ты ожидаешь, что я буду счастлива тому, что ты… не хочешь меня, — говорит она, сжимая зубы, чтобы не взвыть от обиды, — … Когда я просто… когда ты знаешь… — Подожди, — говорит он, — что я не…? Я не пони… я не понимаю. Что ты… — Ты знаешь, что я чувствую к тебе! — вскрикивает Роксана, хлопая руками по матрасу и взирая на него своими заплаканными глазами, — Ты почувствовал это! Прекрати делать вид, будто этого не было! Я понимаю, что ты не хочешь меня, и это… — она ​​проводит рукой по лицу, —… что ж, отлично! Но не притворяйся, будто… — Это была не ты — с широко раскрытыми глазами сказал Мегамозг, — Это было не то, что ты чувствовала. Это было все… ты не… ты сказала мне, что хочешь, чтобы эта связь исчезла! — Когда, черт возьми, я это сказала? — разъярённо воскликнула Роксана, утирая слезы рукой, — Это было во время одной из твоих галлюцинаций? — Это не относится к делу! — отрезал он, — Они случаются, когда я не сплю больше недели и… ты это сказала! Ты сказала это в тот день, когда появилась метка! Ты сказала: «Какого черта это делает на моей руке? Сотри это с меня!» и ты попыталась стереть её и… — Я не знала, что это! — вскричала Роксана, — Ты не сказал мне, что это было! Какого черта я должна была… — Я тебе даже не нравлюсь! — вскричал Мегамозг в ответ. Разум Роксаны словно белеет от ярости. Она перекидывает ноги через край кровати и встает, не удосужившись укрыться простыней, не утруждая себя вообще ничем, лишь делая шаг вперёд к Мегамозгу. На его лице вспыхивает тревога, он отступает на несколько шагов, но тут же оказывается прижат к стенке. Ему некуда идти, и Роксана стоит прямо перед ним, блокируя пути отхода. — Не нравишься? — повторяет она тихим и немного опасным голосом, —Ты чертов идиот. — Ты не можешь, — говорит он ей, — Ты в принципе не можешь. — Позволь мне продемонстрировать, — говорит она и целует его. Языки пламени охватывают ее запястье, также как Роксана обхватывает чужие плечи, в попытке притянуть ещё ближе, чувствуя, как связь вновь, словно огонь, возрождается в ее голове. Она тянется к этой связи и пытается передать через неё столько любви, сколько сможет, прямо в его разум. Мегамозг шумно выдыхает в поцелуй, и она чувствует тихо нарастающее удивление в его мыслях, чувствует момент, когда он начинает верить ей, чувствует радость, которая разрывается внутри него, и затем пульс… пульс любви, звучащий словно музыка… словно музыка их связи. И это не отголосок ее собственных чувств… это от него… он это чувствует, он тоже это чувствует, и Роксана позволяет ему осторожно толкнуть ее назад на кровать… снова.

***

Позже она просыпается и видит Мегамозга, лежащего рядом с ней, подпирающего голову локтем и прослеживающего линии его имени у неё на запястье. Роксана берет его за руку и целует собственное имя у него на запястье. Мегамозг улыбается этой своей яркой, словно магниевый огонь улыбкой, и наклоняется, чтобы снова поцеловать ее.