Это должен быть лавхейт

- Вы позвали на наш мокбан кого? - Джемин не верил своим ушам. Он хотел провести этот вечер (отметить конец экзаменов и все такое) в компании своих близких друзей - Джено и Джисона, а не делить его еще непонятно с кем. С ними был, конечно, еще и Донхёк, пусть на его счет оставались сомнения. Джемин начал с ним общаться-то только потому, что тот вдруг стал другом Джено. Что Джено в Донхёке нашел, было неясно - амбициозный, истеричный, одним словом стерва, да еще и приехал учиться в Сеул с Чэчжу. Донхёк бесил своим поведением, так и хотелось придушить, но и это было не худшим. Худшим были взгляды, которые он кидал на Джено - будто хотел, чтобы его тут тотчас завалили. Джено, конечно, добрая невинная душа, ни о чем не подозревал и питал к Донхёку какую-то ненормальную нежность. - Моего друга. Мы вместе поем в университетском хоре, - терпеливо объяснил Донхёк, закатывая глаза. - Смирись, На Джемин, мир не крутится вокруг тебя. Дело в том, что Джемин, пусть был общительным и в общем-то популярным парнем, очень мучительно кого-то подпускал к себе. И сегодня, когда он, так уж и быть, был готов причислить к своему кругу лучших друзей Донхёка, тот все испортил. - Ты не говорил, что он китаец, - кисло проговорил Джемин, когда друг Донхёка представился именем Хван Ренджун. В другой раз Джемин бы и не обратил на это внимания, он все-таки не считал себя мудаком, но сегодня все раздражало. Джено, сидящий рядом, заехал ему локтем по ребрам, чтобы Джемин заткнулся и не позорился. - Спасибо, Джено, - мстительно проговорил Донхёк. Ли Джено, вот предатель. Хван Ренджун не понравился Джемину сразу, как снял с себя пуховик: маленький, с короткой стрижкой, в каких-то брюках, белой слегка мятой рубашке и свитере с вышивкой будто из фильма про британских школьников. Да он и выглядел как школьник, эдакий лучший ученик и президент школы, сын маминой подруги, которого вечно ставят в пример. У него на щеке Джемин разглядел акне, и это стало последней каплей. А после того, как Ренджун сказал, что учится на стоматолога, потому что хочет обеспечить в будущем финансовую стабильность (да, так и сказал!), то ведро ненависти переполнилось. Джемин с детства мечтал стать врачом - хирургом, но родители вели собственное дело, а Джемин был их единственным наследником. Добро пожаловать в бизнес школу, На Джемин, забудь о собственной мечте! Джемину перерасти бы это давно, но как, если вот тут перед ним сидело такое нелепое напоминание. Весь вечер Джемин старательно делал вид, что Ренджуна за их столом нет, а мокбан проходит как надо. Ренджун не лез к нему тоже, хотя со всеми остальными быстро нашел общий язык и смог разговорить даже вечно стеснительного Джисона. Стоило признать, что Ренджун очень хорошо говорит по-корейски - сам Джемин к своему стыду на китайском знал ровно три фразы - “привет”, “ты поел” и “я тебя люблю”. Джено, чтобы Джемина задобрить - он всегда чувствовал напряженность, если она была - подливал Джемину соджу и клал ему на тарелку лучшие кусочки свинины. - Если я напьюсь, понесешь меня домой, - предупредил он. - Эй, это я собирался остаться у Джено, моя общага уже закрыта. - Донхёк завидовал. Джемин был отомщен. - Можешь остаться у меня, - предложил тогда Ренджун мягким голосом и пожатием плеч. И Джемин почему-то вспылил. - Вообще-то я сказал "если". Как они прощались, он совсем не помнил, Джено, как и обещал, проводил до дома и остался на ночь. "Ну ты и мудло, На Джемин," от Донхёка с ночи висело одно непрочитанное сообщение. "Извини, что испортил твои планы - провести ночь безответной любви с Ли Джено". "Придурок". Джемин вспомнил, как они, прощаясь, стояли на улице, Джемин в распахнутой куртке, потому что было жарко от выпитого, а Ренджун - застегнувшись на все замки и в капюшоне. И все-таки у него от холода подрагивали пальцы. На душе почему-то было паршиво. *** Хуан Ренджуна он быстро выкинул из головы как бесполезное знакомство, он не хотел с ним даже оставаться приятелями. Когда они однажды пересеклись в кампусе, Джемин притворился, что его не видит, хотя боковым зрением внимательно осмотрел с головы до ног - смотреть особо было не на что. Ренджун, кажется, махнул ему рукой? После он не думал о нем до следующей встречи - абсолютно неслучайной, спасибо Ли Донхёку и его стремлению испортить Джемину жизнь. Опять. Джено глядел на них с непониманием: - Вы о чем вообще? Ренджун, он же классный, и так здорово говорит по-корейски, я бы так не смог. - Ты сам кореец, Джено, - напомнил ему Донхёк с нежностью в голосе, так и пойми, издевался или нет. Джено улыбнулся, по-доброму, будто признал правоту - “ну извините меня, что я вот такой”. Это обезоруживало. Донхёк рядом чуть не заскулил, Джемин видел, как он сжимает зубы в очередном внеплановом приступе любви к Ли Джено. - Держись, Донхёки, - поддел его Джемин и получил злобный взгляд в ответ. - Эй, вы оба чего-то мне не говорите? Джемин пожал плечами. Ну, хоть судьба поиздевалась над Донхёком. Сколько было его безответной влюбленности, два года? - Да ничего особенно. Просто Джемин опять ведет себя как заносчивый придурок. - Неправда. Я само очарование. - Никогда не замечал. - Ну, не ссорьтесь, - Джено обнял их обоих за плечи. - А то побью. Джено с детства занимался боксом, и будь это кто другой, то можно было бы принять это за угрозу. Но Джено все еще был и самым добрым человеком на планете, который никогда никому физически причинял боль - разве что на ринге, и еще раз, когда защищал Донхёка от каких-то ублюдков, когда тот будучи в очередном раздрае из-за своей безответной несчастной любви отправился искать приключения на свою задницу. Классика! Донхёк поклялся после, что никого никогда кроме Джено не полюбит: - Не понял, почему это ты говоришь мне, - Джемин его очень внимательно выслушал. - Может потому что ты кроме Джено мой единственный друг, блять? И не могу же я в этом признаться ему? Донхёк впервые в жизни выглядел в глазах Джемина как живой человек, очень ранимый и несчастный. *** Был вечер пятницы, а все питейные заведения возле кампуса забиты студентами, поэтому они еле-еле нашли свободный столик. Джисон сказал, что у него танцевальная репетиция, а Марк опять торчал с обожаемым Тэён-хеном в студии. Ренджун сел напротив Джемина и сложил на столе руки в замок. Сегодня он выглядел как-то по-другому, возможно дело было в прическе, усталом виде или впалых щеках. Он выглядел замученным (но они в конце концов были студентами, поэтому кто из них не?) и очень маленьким. Донхёк сидел с ним рядом, и лицо Ренджуна в сравнении было чуть ли не вдвое меньше. - Донхёк, тебе нужно прекратить столько жрать, - бросил Джемин беззлобно. - Либо больше никогда не садитесь рядом, - взгляд на Ренджуна. - Вы вроде одного роста, но разница… - Умеешь же ты портить аппетит, На Джемин, - еду только принесли, а Донхёк уже успел запихать себе что-то в рот из закусок, поэтому чуть не подавился. Ни для кого не было секретом, что Донхёк к теме своего веса и комплекции относился очень чувствительно. - А мне нравится, - успокоил его Джено. Джено никогда не врал. Ренджун вместе с ними не пил, стакан с пивом так и стоял на столе нетронутым. Джемину не было никакого дела до того, пьет Ренджун или не пьет, но почему-то взял его на слабо. - Ренджуна, не слушай этого придурка, - Донхёк хотел было его остановить, но Ренджун отмахнулся и выпил залпом, после вытерев ладонью губы. - Недавно ты звал меня своим другом, - Джемин приподнял бровь. - Ты пожалеешь об этом, На Джемин. Если честно, раньше Джемин даже не представлял, как можно напиться с одного бокала пива, но Ренджун поразил его воображение. Он раскраснелся, глаза загорелись - хоть больше стал походить на живого человека, а не зомби - а потом, глядя Джемину в глаза, сказал: - От твоей улыбки у меня слабеют колени, - и рассмеялся. Джемин так и застыл с палочками у рта и почему-то покраснел. С самооценкой у него было все отлично (ты иногда такой заносчивый мудак, - слова Донхёка), а еще у него был байк (так родителям пришлось откупаться от медицинского), так что да, Джемин не в первый раз такое слышал. Но все-таки, что это сейчас было? Джено рассмеялся вслед за Ренджуном: - Мило. Донхёк от ревности стал как спелый круглый помидор - еще краснее Джемина. А потом произошло то, чего никто (кроме Донхёка) не ожидал - Ренджун упал на стол и засопел. - Вот что с тобой не так, На Джемин? - Донхёк закрыл лицо ладонью и застонал. - Ты разве не знаешь, что не нужно заставлять людей, которые не пьют, пить? - Но я его не заставлял. Джемин может и чувствовал себя слегка виноватым, потому что и правда повел себя как малолетний придурок, но признавать это перед Донхёком он не собирался. - У него вообще-то есть имя, На Джемин. Когда их ссора начала распаляться, встрял Джено. - Да хватит вам двоим, ничего же страшного не случилось, - он потянулся к руке Донхёка через стол и крепко сжал. - Давайте расплатимся и пойдем? Донхёк с шумом выпустил воздух и пробубнил себе под нос: - Ты специально это делаешь? - Что? - Да нет, ничего. Ренджун спал крепко и никак не просыпался. Донхёк их “обнадежил”: - Он проснется только утром. Они недолго рядились, кому Ренджуна нести, потому что Джено вызвался сам, Джемин был не против, но был против Донхёк. - Джемин-а, имей совесть, - его взгляд был страшен. Кажется, он заревновал Джено к Ренджуну всерьез. - Ладно-ладно, я понял, я понесу. Ренджун не был пушинкой и тащить его на спине было тем еще удовольствием (Ренджун все еще ни капли ему не нравился); им повезло, что Донхёк знал, где тот живет и его соседа Чжон Чэнлэ. Сложно было не знать Чжон Чэнлэ, чья семья спонсировала множество университетских проектов. Всю дорогу, пока они не спеша возвращались, Ренджун горячо дышал ему в распахнутый ворот, и Джемин молился, чтобы это поскорее закончилось (или нет). *** Спустя полторы недели на номер Джемина пришло сообщение с незнакомого номера: “Спасибо, что донес меня в тот вечер до дома”. Не стоило уточнять адресата - Ренджун был в своем роде единственным, кто удостоился от Джемина такой чести. “Не поздно ли для благодарности?” “Только вчера об этом узнал”. “Донхёк дал мой номер?” “Нет, Джено”. И когда это Джено с Ренджуном успели обменяться номерами? Джемин почувствовал недовольство, пусть и постарался убедить себя, что просто ревнует друга, потому что Хван Ренджун (какой-то китаец и главное - друг Донхёка) - абсолютно не тот человек, с кем должен общаться Ли Джено (самый лучший и преданный на свете человек)! “Джено с твоим китайцем общаются?” Отправив Донхёку сообщение, Джемин присосался к трубочке и выдул залпом полстакана своего адского напитка (девять шотов эспрессо со льдом). - Хён, у тебя от кофеина тахикардия и нервный тик уже, - Джисон вместе со своим подносом подсел к нему за столик. - Вот доживешь до моих лет… - Это всего пара лет. - Целых пара лет, - выделил Джемин и чуть не подпрыгнул от уведомления в телефоне. Писал Донхёк. “У него имя есть, блять, Джемин, ты заебал. Но….. В смысле?” “Джено дал ему мой номер”. “Нахрена Ренджуну номер такого придурка, как ты?” “Вот тебя и не спросили, Донхёк-и. Но о чем это я. Уведут у тебя парня”. “Джено не мой парень”. “Вау, наконец-то ты поставил слова джено и парень в одно предложение”. “В любом случае, это не твоего ума дело, На Джемин. И чего ты так завелся? Ревнуешь?” “Не смеши меня, Ренджун мне даже не нравится”. “Я имел в виду Джено….” “А. Может выпьем сегодня?” “Я свободен”. “Изольешь мне свою исстрадавшуюся душу”. Ренджуну Джемин написал: “Без проблем. В конце концов в этом был и я виноват”. “Все равно спасибо :)” И что это было? Его признание двухнедельной давности все еще отдавалось в сердце каким-то теплом. Вот поэтому Ренджун и бесил! *** Джемин любил свой байк, потому выкатил его из гаража, как только позволила погода. Донхёк не понимал его страсти и просто говорил, что Джемин слишком любит выебываться - “пощади, На Джемин, в твоем фанклубе и так половина студенток университета”. Вечерами все еще было прохладно, но уже ничто не могло Джемина остановить. В один из таких мартовских вечеров он и возвращался из университета домой. На улице было ветрено и свежо, и Джемин старался не разгоняться, чтобы не обветрить лицо. Знакомую фигуру он заметил случайно: Ренджун спал, полулежа на пластмассовом столике возле входа в круглосуточный комбини. Возможно, Джемин бы и проехал мимо, он вообще-то хотел поскорее попасть домой, принять горячий душ, завернуться в одеяло и вот это все, о чем думаешь, когда руки от холода еле шевелятся, но рядом с Ренджуном ошивался очень подозрительного вида аджосси (может, извращенец? Боже, Джемин, почему именно это пришло тебе в голову первым), и все получилось само собой - Джемин уже припарковался рядом с тротуаром, а потом широким шагом подошел к Ренджуну, чтобы его разбудить и... почему-то не смог. Ренджун как-то трогательно сопел, чуть дрожа от холода, под головой лежала тетрадка с какой-то лекцией, Джемин заглянул в нее и ужаснулся почерку - разве это вообще реально разобрать? Рядом стоял пустой контейнер из-под быстрой лапши и молочный напиток. Джемин почувствовал, как у него заурчал от голода живот, и решил, что ничего не будет страшного, если он составит Ренджуну компанию. Он помялся пару мгновений и прежде, чем забежать в магазин, достал из рюкзака запасную толстовку, которую возил на случай, если станет холодно, и накрыл ею спину Ренджуна. “Пиздец, Нана”, сказал внутренний голос. Джемин посоветовал ему заткнуться - он всего-то навсего после повеселится над реакцией Ренджуна. Когда Ренджун открыл глаза, Джемин как ни в чем ни бывало доедал свою порцию лапши - почему-то сегодня она была особенно вкусная. - Джемин? Что ты здесь делаешь? Ренджун смотрел на него осоловелым взглядом, и Джемина чрезвычайно увлекало наблюдать за тем, как он постепенно просыпается, осознавая, где находится. И с кем. - Сторожу твой сон, - это должно было прозвучать с сарказмом, но получилось как-то мягко и совершенно не раздраженно, а потом его понесло: - Ренджуна-а, ну что ты творишь, ты же уже взрослый мальчик и должен знать, что нельзя спать на улице, во-первых, тут холодно, во-вторых, тебя могли похитить, мало ли здесь ходит подозрительных людей, - он посмотрел на того странного аджосси, который тут же поспешил отвернуться. - И чему ты смеешься? Джемин откинулся на спинку стула и сложил на груди руки, всем видом показывая свое неодобрение. У Ренджуна на щеке отпечатался переплет тетради, глаза припухли со сна, и он опять выглядел как полный дурак, который На Джемину все еще совершенно не нравился. - Спасибо за то, что укрыл меня, - Ренджун погладил край толстовки Джемин ладонью, и Джемин почему-то смутился этому жесту. - И сторожил мой сон. Я не знал, что ты такой заботливый. О боже, Джемин же шутил об этом, шутил! Хорошо, что здесь не было Ли Донхёка, чтобы над ним посмеяться, потому что не каждый день На Джемина заставляют смутиться. - Что ты несешь, Хуан Ренджун? - У меня плохой корейский? - Очень, очень хороший. Джено сказал, что лучше, чем у него. - Неправда, - Ренджун немного покраснел и отвел взгляд в сторону, улыбнулся каким-то своим мыслям. Джемин не понял, что это только что было, но почему-то похолодел изнутри. Только не говорите, что… - Но я правда благодарен. Сам не понял, как уснул. Лекции… скучные, хоть мне и нельзя так говорить. - Почему? - Я должен хорошо учиться. Они сидели еще какое-то время, пока совсем не замерзли. Джемин заканчивал свой спонтанный ужин, Ренджун тоже не уходил, хоть и убрал тетрадь в сумку, только то и дело зевал, прикрывая рот рукой. Он выглядел очень устало. - Почему ты не уходишь? - Жду тебя. - Зачем? - Пойдем вместе? - он опять погладил рукав его толстовки. - Надень ее, - вдруг сказал Джемин. - Что? - Надень мою толстовку и подожди меня. Одну минуту. Я быстро. Он чуть ли не бегом вбежал в магазин, схватил с прилавка банку кофе, быстро расплатился на кассе и вернулся к Ренджуну, который посмотрел на него с непониманием. - Пей, - Джемин протянул ему уже открытую банку - чтобы у Ренджуна не было возможности отказаться. - Но я не пью кофе на ночь. Боюсь потом не уснуть. - Мне нужно, чтобы ты не уснул сейчас. Ренджун в его толстовке буквально тонул, она и так была оверсайз, а на миниатюрном Ренджуне смотрелась совсем огромной - но почему-то Джемин почувствовал удовлетворение. - И зачем? - Я прокачу тебя до дома, - Джемин кивнул на свой байк и подмигнул. - Не хочу, чтобы ты уснул по дороге. Запасной шлем у Джемина всегда хранился под сиденьем, он передал его Ренджуну и проследил, чтобы тот хорошо его закрепил. - Держись за меня, ладно? Дом Ренджуна находился недалеко от кампуса, Джемин запомнил адрес еще в прошлый раз. Он вел байк не спеша, здесь не на кого было производить впечатление, но Ренджун все равно цеплялся так, будто от Джемина зависела его жизнь. Спиной Джемин чувствовал тепло и быстрый стук чужого сердца. Или это так билось его собственное? Правда была в том, что этим вечером Джемин себя совершенно не понимал. Где-то через десять минут они подкатили к нужному дому. Ренджун, держась за его плечо, ступил на землю и снял шлем. - Кажется, у меня трясутся коленки, - признался он. - Спасибо, что подвез меня до дома. И за этот вечер. Я был рад узнать тебя поближе. И когда Ренджун почти развернулся, чтобы скрыться в темноте дома, Джемин поймал его за запястье, удерживая. Он выпалил: - Вы с Джено встречаетесь? - и даже задержал дыхание в ожидании ответа. Ренджун побледнел. - Нет. С чего ты взял? - Но он тебе нравится, - даже не вопрос. Ренджун промолчал, и Джемин спеша добавил: - Донхёку он тоже… нравится. Позднее ночью, когда Джемин в тщетных попытках уснуть проигрывал в своей голове их диалог, то не мог понять, черт возьми, что с ним не так. Ренджун выглядел таким уязвимым, что его хотелось обнять. Но он ни о чем не жалел. *** Когда Донхёк вдруг за обедом пожаловался, что Ренджун его уже несколько дней как игнорирует, то Джемин поначалу не придал этому значения. Иногда Донхёка было слишком много, особенно когда он вступал в свой драма-квин мод, делая для окружающих жизнь невыносимой. Чаще всего это приходилось на очередной виток страданий от любви к Ли Джено(тм), а слушателем как правило выступал Джемин. - Ты не прав, На Джемин, мы с Ренджуном соулмейты. У него наверняка что-то случилось. Джемин открыл рот, чтобы ответить. Быть может, он догадывался о причинах, но Донхёку было не обязательно о них знать, но вдруг Джено их перебил: - Ты говорил, что я твой соулмейт. Ты это всем говоришь? - он улыбался своими глазами-месяцами, но Джемин видел, что он это всерьез. Да и Джено никогда не занимался такой херней, как выяснением отношений. Это была прерогатива Донхёка. - Джено, давай не сейчас, - Донхёк хмурил лоб и пялился в своей телефон на открытый с Ренджуном диалог. От слов Джено он только отмахнулся, что было немыслимо. Джемин приподнял брови: перед глазами разворачивалась какая-то драма, и Ли Джено был в самом ее центре. Кажется, мир перевернулся, пока Джемин разъезжал с Ренджуном на своем байке. Но тут Джено просто ответил: - Хорошо. Только через пару долгих мгновений до Донхёка что-то дошло – он медленно перевел взгляд с экрана на невыразительный профиль Джено и неверяще произнес: - Джено, ты обиделся? - Нет. - Джено, ты правда на меня обиделся? Донхёк теперь вцепился в его руку и не отпускал. - Ты не сделал ничего плохого. Ты заботишься о своем друге – разве на это обижаются? На Джемина никто из них не обращал внимания. - Ли Джено, со мной не прокатит этот номер. Просто признай, что ты обиделся на мои слова. Джено поджал губы и промолчал. - Ли Джено. … - Ли Джено. - Да, - наконец, признал тот, и в этот момент у него было такое открытое, такое честное и серьезное выражение, и смотрел он Донхёку глаза в глаза, что тут Джемин понял – Донхёк сейчас взорвется. - Ты совсем слепой? - Донхёк прикрыл веки, как перед прыжком с высоты, и, выдохнув, прижался губами к губам Джено. Без всякого стыда, прямо на виду у всех, как только мог сделать бесстыдный или бесстрашный и совсем отчаявшийся Ли Донхёк. Джемин ему мысленно поаплодировал. Джено смотрел круглыми глазами и не отвечал, и Донхёк, враз опомнившись, отшатнулся от него с паникой во взгляде, схватил сумку и сбежал, по дороге столкнувшись с кем-то плечом. - И что это только что было? – на лице Джено отражался шок. - Тебе только что признались в любви, - подсказал ему Джемин. Ну серьезно? – Ты еще успеешь его догнать. Если захочешь. Свой обед Джемин доедал в одиночестве. От Ренджуна не было получено ни строчки, и Джемин чувствовал себя странно одиноким - особенно на фоне того, что его два лучших друга вот-вот начнут встречаться. *** Целый месяц ничего не происходило. Джено принял чувства Донхёка (возможно, это был все-таки шантаж), и проводить с ними время стало невыносимо. - У меня теперь новый лучший друг, - заявил он с кислым лицом и посмотрел на Чэнлэ, который сидел рядом с Ренджуном. - Но, хён, а как же я? - Джисон сморщил нос. - А ты мой самый любимый донсени-и-и-и, - Джемин сделал милый голос, который у всех за столом вызвал одно желание. - Я его сейчас убью, Ренджун-а, держи меня, - Донхёк вцепился в его плечи и чуть ли не залез на колени. Джено рядом выглядел оскорбленным - что выбрали не его. - Только не раздави, - ляпнул Джемин. - На Джемин, ты худший! - Да и ты больше не мой лучший друг. Ренджун в один прекрасный день перестал их игнорировать. Он написал Джемину одно сообщение: “Спасибо, что сказал мне”. А Джемин, пусть никто его в этот момент и не видел, закатил глаза - и откуда все эти непонятные жесты признательности. Джемин делал это не для Ренджуна и даже не для Донхёка с Джено, он сделал это для себя, а вот зачем - “можешь врать себе и дальше, Нана”. “все ок?” “Все ок”. “Присоединишься на обеде?” Джемин правда больше не мог наблюдать в одиночестве за тем, как обжимаются его лучшие друзья! И немного, совсем немного, ему нравилось, как Ренджун сглаживал их общение. А потом настал конец апреля - день рождения Джено, и Донхёк предложил всей компанией устроить кэмпинг в парке. - Только без ночевой, - Джемин поставил их перед ультиматумом, - я не буду с вами спать даже в соседней палатке. - А я бы поспал с ними в одной, - невозмутимо заявил Чэнлэ и расхохотался, когда Джемин, Ренджун и Джисон ответили ему одинаковым выражением отвращения на лице. - Ой, фу, - Джисон накинул капюшон на голову и уткнулся в свои колени, как всегда делал, когда его хёны были слишком слишком. - Да ладно вам, мы бы не стали. - Ли Джено, в смысле мы бы не стали!? Донхёк явно был не согласен. *** - Только уберите сахар и перец из поля зрения Джемина, - командовал Донхёк. Кому-то же нужно командовать и ничего не делать. - И все специи. Иначе это будет невозможно жрать. Джемин смеялся, переворачивая на решетке кусочки говядины. Он был в этом лучший, Донхёк зря переживал. Ренджун рядом резал овощи, и взгляд Джемина то и дело обращался к нему. Его кожа была чистая и гладкая, и Джемину стало стыдно за прежние мысли - может это он был слишком предвзят? Стресс от экзаменов и все такое. Ренджун улыбался, объясняя что-то Чэнлэ и Джисону, переходил на китайский, когда Чэнлэ не понимал, переводил на корейский, чтобы всем было понятно, пел какие-то песни с Донхёком, потому что “ну, без музыки как-то скучно, Джено, я надеюсь, что ты не забыл колонки, которые я подарил тебе на день рождения”, смотрел на Джено тепло, но без прежнего обожания, а с Джемином… С Джемином они стояли бок о бок. Ренджун смотрел, будто заигрывая, когда Джемин задевал его плечом, и поддевал в ответ, смеясь глазами из-за длинной челки. “Он бы идеально вписался в мои объятия”, думал Джемин, совсем не смущаясь своих мыслей. Мясо едва не сгорело, но никто не заметил. Хорошо, что для каждого нашлось занятие - иначе Джемин мог бы стать слишком очевидным. Донхёк подкрался незаметно, пока Джемин высматривал опять что-то в мягком профиле Ренджуна, и стащил с решетки кусочек мяса - самый готовый и сочный. Джемин несильно ударил его по ладони, чтобы не лез. - Эй, это вообще-то день рождения Джено. - И? - А значит, мне все можно, - его щеки уже раскраснелись от алкоголя, который налил ему Чэнлэ - под его же чутким руководством. (- Нужно же чему-то полезному учить детей, - вещал Донхёк. - Хён, значит, мне можно остаться с вами с ночевой? - Чжон Чэнлэ, я обещал твоим родителям, что буду следить за твоим поведением, - одергивал их Ренджун.) - Джемин-а, не думал, что доживу до этого момента, - Донхёк прошептал ему на ухо, чтобы никто не услышал. - До какого? - Что ты будешь на кого-то пялиться ревностным взглядом. А то говорил, какой-то китаец, какой-то китаец. Джемин резко закрыл рот ему рукой и, повернувшись к остальным, широко улыбнулся. Все были заняты своими делами, и никто на них кроме Джено не смотрел. - Кое-кто, кажется, уже напился. - Это не мешает мне говорить правду. Донхёк обслюнявил Джемину всю руку и его пришлось отпустить. Ренджун заботливо передал салфетку, глядя на них заинтересованным взглядом. - Не обращай на него внимания, - Джемин улыбнулся своей фирменной широкой улыбкой. “Я же все вижу”, подмигнул им Донхёк. “Ой, иди,” Джемин закатил глаза. Джемин был морально готов, но вот к чему - опять же не хотел признаваться сам себе. Ренджун весь вечер находился по его сторону, и Джемин, когда они вынесли торт и зажгли свечи, крича наперебой, чтобы Джено поскорее загадал желание, приобнял его за плечи. Ренджун замер на несколько секунд, приподнял голову, чтобы посмотреть Джемину в глаза - и расслабился, увидев обращенную к нему, счастливую улыбку Джемина. - Ренджуни, - Джемин кивнул в сторону Джено, - мы все смотрим туда. Но я не против, если ты будешь смотреть только на меня. И подмигнул. Щеки Ренджуна медленно краснели под его взглядом, и Джемин подумал, что сейчас не сдержится - так хотелось прижаться к ним губами. И даже может прикусить, чтобы остался след. "Это пиздец, Нана". К концу вечера Чэнлэ и Джисон уже спали в палатке, обнявшись и мило сопя. Донхёк тоже намеревался остаться. - Я хочу спать с Джено тут, - пьяно вещал он, навалившись на Джено всем весом своего телом. - Это будет худшая ваша ночь, - обнадежил его Джемин. - После этого тебе будет нечего бояться. Ренджун тихо смеялся - Джемин обнимал его за плечи весь вечер, чем вызывал непомерное возмущение Донхёка. - Ренджун-а-а, ты вообще на чьей стороне? - начал он, подорвавшись с колен Джено, но тот его удержал, сцепив руки на животе и никуда не отпуская. - Или все? Так и сдался под напором обаяния этого придурка? Ренджун чуть отодвинулся и даже побледнел. - Да нет же, - ответил он, путаясь в словах, и Джемин почувствовал себя совсем глупым. Таким глупым в своей внезапной влюбленности, что обнял Ренджуна со спины и прижал к себе. Как он и думал - Ренджун идеально ему подходил. *** Джемин предложил Ренджуну его подвезти. Третьей палатки все-равно не было, а Джемин не был готов делить Ренджуна ни с кем. Их не так-то просто отпустили. - На Джемин, ты пьян, иди проспись, - орал Донхёк с колен Джено, пока Джено, наконец, не засосал его при всех. Ну, не при всех - всего лишь перед ними двумя, но для Джено это был уже прогресс. Весь вечер Джемин пил чай, который то и дело Ренджун подливал ему из своего термоса. Джемин, конечно, любил кофе больше, но в тот момент был готов признать, что жасминовый чай - это лучшее, что с ним случалось. Особенно когда Ренджун был для него таким внимательным и старательным. По дороге Ренджун что-то бессвязно кричал, сцепив руки в замок на его животе, когда Джемин увеличивал скорость - и его дыхание у себя на шее хотелось сохранить в своей памяти. - У меня опять трясутся коленки, - признался Ренджун, ступая одной ногой на бордюр возле своего дома, когда они остановились. - Хочешь, чтобы я тебя донес? - Джемин рассмеялся, пока Ренджун все еще переводил дыхание. - Ты флиртуешь со мной? - Откуда ты знаешь такие слова? - Донхёк? - Поменьше с ним общайся, - улыбнулся Джемин и взял его руку в свою, переплел пальцы. - Но ты прав, я с тобой флиртую. - Мне кажется, что я не понимаю. - Что именно? - Корейский язык? Я не могу этого слышать от тебя. Ренджун сжал их пальцы в ответ и посмотрел Джемину в лицо. Джемин улыбнулся недоверию, отразившемуся у него на лице. - Я знаю по-китайски три фразы, но одна из них точно подойдет. Ни хао. Чи фан лэ ма?* А потом Джемин дернул его на себя и поцеловал открывшиеся ему навстречу губы. Во ай ни. Ренджун ответил. У него изначально не было шансов - ведь никто не мог сопротивляться улыбке На Джемина. *Ты поел?