Потерянные

      В последний вечер профессор Вектор предложила студентам отправиться на море и попрощаться с прекрасной стихией. Ребята с радостью поддержали эту идею и после ужина разошлись по номерам, чтобы переодеться.       На берегу Невилл и Гарри развели большой костёр, а девушки зашуршали пакетиками с маршмеллоу. Они раздали каждому желающему по наколдованной палочке с наколотыми лакомствами. Все расселись вокруг костра, наслаждаясь шумом волн и тихой музыкой из прибрежного кафе. Ребята общались, смеялись и выпивали. В этот вечер границы между факультетами стёрлись: не было ни споров, ни даже колких шуточек.       Блейз и Полумна незаметно ушли гулять по берегу, а через некоторое время и Гермиона покинула компанию. Она села недалеко от кромки воды, позволяя волнам касаться своих ног. С самого прихода на побережье её не покидали грустные мысли. У девушки в голове всплывали картинки из детства.       Её отец очень любил, когда море бушевало. Они вдвоём кувыркались в волнах, случайно заглатывая солёную воду, а мама со смехом фотографировала их с берега. Семья Грейнджеров в отпуске приходила на море в любую погоду и била рекорды по проведённым на пляже часам. Гермиона чувствовала себя виноватой, что может наслаждаться всем этим без них. Это казалось неправильным.       — Будешь скучать по морю? — Драко приземлился на мягкий песок рядом с девушкой, не отводя взгляда от бушующих волн.       Гермиона с грустной улыбкой покачала головой.       — Не в этом дело. Просто… Я всегда летала на море с родителями. Так странно, никак не могу осознать, что для них жизнь остановилась. Они больше никогда не смогут искупаться в море, хотя так это обожали. Прости, звучит…       — Нормально звучит. Даже я иногда скучаю по Люциусу, а ведь он был полным дерьмом, — Драко усмехнулся и наконец перевёл взгляд на девушку. Сильный ветер путал её густые кудри, приводя их в полный беспорядок. — Уверен, твои родители достойны того, чтобы о них помнили. Но, вероятно, — Малфой убрал пряди с лица Гермионы, заправляя их ей за ухо, и облизнул пересохшие губы, — они бы хотели знать, что ты счастлива, несмотря ни на что.       Губы девушки предательски задрожали, и она зажмурилась, стараясь сдержать непрошенные слёзы. Драко нежно провёл по лицу Гермионы своими пальцами, и волшебница, поддаваясь сиюминутному порыву, уткнулась лбом в сильное мужское плечо. Горячие слёзы заскользили по её веснушкам, срываясь и отпечатываясь на белой рубашке Малфоя. Гермиона не могла сказать, когда именно позволила себе быть рядом с ним слабой. Но сейчас она об этом точно не жалела.       — Ты будешь в порядке. Мы все будем, — Драко приподнял лицо девушки за подбородок, заглянул в блестящие от слёз шоколадные глаза. Медленно наклонился и оставил лёгкий поцелуй на припухших губах. Гермиона громко всхлипнула и улыбнулась. Малфой усмехнулся в ответ и вернул прежнюю дистанцию, с неохотой отпуская нежный подбородок. В груди у девушки разлилось чувство благодарности. Малфой мог быть настоящим засранцем, но именно в такие моменты всё плохое о нём забывалось. Гермиона вдруг схватила Драко за воротник рубашки и потянула его на себя. И откуда в ней берётся столько смелости? Их носы соприкоснулись, а дыхание участилось. — Ты не должна… Если я…       Гермиона впилась в губы Малфоя, не оставляя ему ни единого шанса на побег. Драко крепко обнял девушку за талию, сокращая последние сантиметры между их телами. И это казалось по-настоящему правильным. В эту минуту им обоим было абсолютно всё равно, что их могли увидеть однокурсники. Разве можно о чём-то думать, когда сплетены тела, языки и души?

***

      На другом конце пляжа Полумна без толики смущения стянула с себя последний элемент одежды и, бросив его на влажный песок, забежала в освежающую воду. Блейз проводил блондинку ошарашенным взглядом и огляделся по сторонам, убеждаясь, что поблизости никого не было. Последние лучи солнца красиво играли на молочной коже девушки, но та не обращала на это внимания, ловя вздымающейся грудью волны и смеясь. Забини готов был поклясться, что Полумна выпила в этот вечер минимум алкоголя, но кажется, её совершенно ничего не смущало.       — Присоединяйся ко мне! — крикнула Луна, оборачиваясь к мулату. Блейз сглотнул, ощущая волны возбуждения, заставляющие кровь пульсировать.       — Mamma mia, я выпил не то количество, чтобы оставаться джентельменом! — парень не тронулся с места. Он впервые почувствовал, каково это — сопротивляться собственному телу. Блейз всегда получал тех, кого хотел, и никогда этого не стыдился. И вот сейчас прямо перед ним стояла обнажённая героиня его эротических фантазий, но он словно прирос к песку. Меньше всего на свете Забини хотел её обидеть, и видит Мерлин, он этого не допустит.       — Так перестань им быть! — девушка засмеялась и спустя несколько секунд игры в гляделки нырнула в очередную волну, скрываясь из вида.       Море было неспокойно, и Блейз не на шутку испугался. Он направился в воду, на ходу срывая одежду. Когда парень остался в одних плавках, Полумна вынырнула ему навстречу, утягивая в морскую пену.       Она ловила его губы своими, позволяя сильным рукам блуждать по своему телу. Луна больше не сомневалась, отдаваясь собственным чувствам без остатка. Солнце стремительно уходило за горизонт, окутывая их пару будоражащей темнотой. Забини в последний раз замер, вопросительно заглядывая в затуманенные серо-голубые глаза. Полумна задумчиво улыбнулась и укусила мулата за губу. Блейз зашипел, притягивая девушку к себе за волосы, и впился губами в нежную кожу на шее. Стихия шумела, заглушая их стоны и позволяя им незаметно наслаждаться друг другом. Солнце скрылось, наконец оставляя волшебников наедине.

***

      — Эй, тебя не было вечность! — Джинни подвинулась, и Гермиона приземлилась на ветровку Гарри под пристальным взглядом подруги. — Вы там отмечали возвращение в свои тела, что ли? — рыжая понизила голос до шёпота.       Гермиона улыбнулась — всё произошедшее за последние дни походило на странный сон, и порой не верилось, что ещё недавно она на самом деле была заперта внутри Малфоя. Даже звучит глупо. Удивительно, как Джинни смогла это всё принять и согласиться помочь. Ведь такой и должна быть дружба? Гермионе на мгновение стало стыдно, когда она поняла, что на месте подруги точно бы решила, что её разыгрывают.       — Ты же знаешь, что я люблю тебя? — шатенка крепко обняла младшую Уизли.       — Ну а как иначе? — Джинни усмехнулась. — Так что у вас с ним?       Гермиона смущённо поправила свои волосы. У неё не хватало смелости заглянуть в глаза подруге. Она бы точно по одному взгляду всё поняла.       — Ты что-то видела? — Гермиона ответила вопросом. Однако даже этого расплывчатого ответа было достаточно, чтобы ореховые глаза Джинни заинтересованно заблестели.       — Милая, я что-то наблюдаю с самого начала учебного года. Между вами определённо есть химия, и сколько не отрицай, такое так просто не исчезнет. Это возникает стихийно, но… Словно клей в отношениях, понимаешь? То, чего вам с Роном не хватало…       Гермиона выдохнула и закусила губу, она почувствовала себя страшно виноватой. Девушка совершенно забыла про Рона, и это было так несвойственно для неё — заботиться лишь о собственных чувствах. В особенности ей было стыдно перед Джинни. Лучшая подруга всегда принимала её сторону, понимала и поддерживала во всём, а она даже с её братом по-человечески не смогла расстаться, только мучала его никому не нужной ложью.       — Насчёт Рона…       — Герми, я знаю, что ты собираешься сказать, — Джинни остановила подругу движением руки и ободряюще улыбнулась. — Мы приедем в Нору на рождественские каникулы и во всём разберёмся. Такие вопросы лучше решать на месте, разве нет?       Гермиона кивнула. Она пока плохо понимала, что их ждёт с Драко. Будет ли продолжение их египетской истории? Или то, что случилось в Египте, остаётся в Египте? В своих чувствах девушка была уверена — ей определённо нравился Малфой, со всеми его закидонами. Она не смотрела на него сквозь розовые очки, трезво понимая, что порой слизеринец бывал просто невыносим. Однако первый раз в жизни Гермиона была готова нырнуть в омут с головой. Если Малфой этого захочет, разумеется. Значило ли это, что между ними было что-то настоящее?       К ним подсел Гарри, которого распирало от смеха. Он сразу начал рассказывать про попытки Ханны привлечь внимание Невилла и искреннюю веру последнего в их «дружбу».       — Честное слово, он будто притворяется! Неужели можно правда не замечать таких очевидных вещей? — Поттер усмехнулся и покачал головой. Девушки переглянулись. У обеих всплыли в памяти все их неудачные попытки. Парни определённо не понимали намёков.       — Ещё как можно… — Гермиона улыбнулась.       — Просто в один прекрасный день он проснётся женатым на ней, — подытожила Джинни.       Все трое звонко рассмеялись. По правде, каждый из них понимал, что подобный итог имел высокую вероятность. Невилл был из тех хороших парней, невинная дружба с которыми могла с лёгкостью перерасти в любовь и впоследствии в крепкую семью. Да, сейчас ему было больно и тяжело принять разрыв с Полумной, но цепкости Ханны можно было позавидовать. Она всегда держалась неподалёку: поддерживала, возвращала уверенность в себе и являлась единственной из всей компании, кому удавалось вызвать его искренний смех. Ханна давно была влюблена в Невилла и совершенно не походила на ту, кто так просто сдаётся. Девушки искренне желали ей удачи и верили в счастливый конец. Ведь все они имели право на счастье, разве нет?