Семь лун и земель

      «Я сделаю всё ради тебя.»       Аристия улыбается, крепко прижимаясь к мужской груди и слушая ровно бьющееся сердце. Чужие руки обвивают её тело, и девушка прикрывает глаза, вдыхая приятный запах.       Её отец — самый лучший в этом мире.       Её отец — глоток свежего воздуха в токсичном окружающем мире.       Её отец — единственный, кого она может любить своей изломанной душой.       Получив второй шанс, Аристия даже не думала над тем, чтобы связать жизнь с кем-то. После первого «удачного» брака ступать на ту же кривую дорожку ей не хотелось от слова совсем. Да и смысла особого не было, особенно после новости, что детей иметь она не сможет. В общем, Тия просто собиралась унаследовать титул маркизы Моник и мирно жить с любимым отцом.       И ведь в одном она точно не промахнулась.       Верно.       Аристия живёт с единственным родным человеком, купаясь в его искренней любви и отдавая свою. Кому какое дело, что любовь эта совсем не такая, какая может быть у отца и дочери? Не испорченной знати осуждать её.       Она знает, что Кейран лишь послушно даёт ей желанное, даже если его чувства совсем не похожи на её. Знает, но пользуется этим, не ощущая и капли вины. Даже проклятая клятва крови, цепями сковавшая её отца, не может помешать.       «Навеки быть с Джеремией.»       Тия — не Джеремия, но частичка её в теле юной Моник имеется. Способ обойти клятву забавен, но, на удивление, действенен, и, пока девушки и женщины всех возрастов томно вздыхают, сетуя на невозможность связать себя узами с прекрасным маркизом, Аристия лишь крепче сжимает отцовскую руку, невинно улыбаясь. Да, они не могут, а она — да.       Но при всём этом Кейран не видит в ней мёртвой жены, в то время как в глазах других Тия — маленькая копия Джеремии, что различается только цветом волос да холодным огоньком в золотых глазах. Аристии смешно слышать слова любви от принца, во взгляде которого она наблюдает горькую привязанность к мёртвой женщине. Право слово, разве такое можно скрыть?  — Папочка~ — счастливо тянет она, крепко цепляясь тонкими пальчиками за руку отца и получая его тёплую улыбку в ответ. Поглаживания по голове ощущаются прикосновением лёгкого перышка, неуловимо отдающего нежностью, щемящей сердце.       Пусть Кейран никогда не посмотрит на неё как на любимую женщину, Тие и обычной отцовской любви хватает.       Пока.