Faded and Vague

      — Человек — это все, что я хочу, — раздался над Гарри странный голос. — Чистый, домашний, человеческий бульон. Впрочем...       Воспоминание? Гарри открыл глаза, но сразу же наткнулся на какую-то тряпку. Что за?.. А, ну да. Он прилег, положив себе на лицо холодную мокрую ткань, чтобы хоть как-то облегчить головную боль. Должно быть, он уснул.       — Что… — сказал глубокий низкий голос. Какого...       — Чистый человек, — опять послышался первый голос. — Я так понимаю, перекусить им ты мне не дашь?       Нахмурившись, Гарри потянул за край ткани — уже сухой, — убирая ее с лица. Ему потребовалось немного времени, чтобы уложить всю информацию в голове. Он был в гостиной над Котлом, лежал на диване. Над ним возвышался человек в черном плаще до самого пола, за спиной виднелся меч. Всего на секунду, но Гарри замялся, не узнав сразу его красивое лицо.       — ...Ди, верно? — спросил он, когда сознание перестроилось. — Что ты делаешь?       В комнате не было ни намека на еще одного говорившего. Ему показалось? Или это было воспоминание?       — Ты рано закрыл бар, — Ди посмотрел на него сверху вниз. Кажется, он и правда был здесь один, так что Гарри наверняка всего лишь привиделся второй голос.       — Да? — неуверенно спросил Гарри, со вздохом поднявшись с дивана. Ага, точно. Он был чертовски рассеянным, чтобы продолжать работать дальше. Наверняка ведь даже отпускал посетителей без оплаты? Сейчас он ни в чем не был уверен. — Ты не смотрел, я оставил что-то включенным? Техника должна сама отключаться, но иногда...       — Все в порядке, — ответил охотник на вампиров. Точно — охотник на вампиров. Из-за Тессы. Но ведь Тессу не вампир убил?       Гарри казалось, что слишком много нового произошло за очень короткий промежуток времени. Он отложил кусок ткани на кофейный столик, который стоял рядом с диваном, и какое-то время просто дышал, пытаясь собраться с мыслями.       — Хорошо, — наконец сказал он. — Там… там на стойке лежала фотография. Думаю, я ее для тебя оставил.       Ди молча достал фотографию откуда-то из складок своего черного плаща. Он бросил на нее ничего не выражающий взгляд, а потом передал Гарри. Верно. Там была рана Тессы со следами шприца. Или иглы. Да, возможно, они использовали полую иглу.       Гарри смотрел на разрезы, пытаясь вспомнить лицо Тессы. Изображение в его голове было мутным, но он мог точно сказать, что Тесса была хорошенькой. Это ведь она вплетала цветы в волосы, да? Не всегда, но частенько.       — Наверно, для тебя на этом все? — Гарри опустил фотографию на стол рядом с тканью. — Это был не вампир, так что...       — Хм, — отозвался Ди. — Я нашел вампиров.       Гарри вскинулся, удивленно моргнув.       — Но… это ведь был не вампир?       — Кровь пустил нанятый мутант — мотылек, — сказал Ди. Он немного отошел назад к видавшему виды стулу, который стоял с другой стороны стола. Сняв со спины меч, он пристроил его к подлокотнику, а затем элегантно сел, как самый настоящий, ну, аристократ. — Но сделано это было для вампиров — для двоих, если точнее. Я нашел их в угольных шахтах.       — Ты же?.. — Гарри замолчал, не в силах подобрать слова.       Поначалу Ди не отвечал, а лишь молча смотрел на Гарри. Когда он наконец-то заговорил, в его словах не было и тени эмоций.       — Они новообращенные, но вполне сознательные. Они не хотели, чтобы девушка умерла. Это был мотылек. Не зная, он забрал слишком много крови Тессы.       — Понятно… — Гарри едва заметно нахмурился.       — Я убил мотылька. Вампирам удалось скрыться в тоннелях, — даже не изменившись в лице, продолжил Ди. Если он и был зол или разочарован, то ничем себя не выдал. — Думаю, они попытаются покинуть город сегодня ночью.       Гарри смотрел на Ди и силился понять, о чем же тот думал, чего хотел.       — Ты собираешься последовать за ними?       — Без своего слуги им придется самим добывать кровь, — ответил Ди. — Они оба новообращенные, поэтому не смогут заставить себя остановиться. Мне придется их убить.       Гарри кивнул, отвернувшись. Он вдруг подумал, что Ди, возможно, ждал от него какой-то реакции, проявления участия. Гарри бы тоже этого хотел.       — Так, — он поднялся с дивана, — я проголодался — пойду приготовлю поесть. Хочешь что-нибудь?       Ди проследил за ним взглядом, но так ничего и не ответил. В итоге Гарри пожал плечами и пошел на кухню за сэндвичем.       — Ну же, — вдруг услышал Гарри чей-то шепот. — Он этого даже не вспомнит завтхмф...       Он нахмурился, пытаясь вспомнить этот голос. Каким-то образом он казался ему смутно знакомым. Но вся узнаваемость моментально испарилась, стоило Гарри напрячься сильнее. Со вздохом он продолжил путь на кухню.       Когда Гарри с тарелкой сэндвичей вернулся в комнату, то обнаружил Ди на прежнем месте.       — Угощайся, — предложил он, поставив тарелку на стол, и снова расположился на диване.       Ди посмотрел на нее, но не притронулся, и опять перевел взгляд, полускрытый в тени шляпы, на Гарри.       — Что? — спросил Гарри. Взяв один сэндвич, он откинулся на спинку дивана.       — Что ты такое?       Гарри вопросительно вскинул брови, но почти сразу же расслабился. На лице охотника не было и намека на усмешку. Казалось даже, что он едва сдерживал себя от чего-то.       — Именно поэтому ты сейчас до сих пор здесь, вместо того чтобы разбираться с вампирами в шахтах?       Ди молчал, он даже не моргал, просто смотрел. Тень от шляпы делала его взгляд… неестественно темным. Он говорил одновременно так много и при этом не говорил ничего, потому что Ди в принципе был… противоестественным. Было в нем что-то...       А вот теперь Гарри стало любопытно. Он слегка наклонил голову к плечу.       — Сними шляпу.       Между ними повисла тишина, которая тянулась так долго, что Гарри уже даже засомневался, а говорил ли он вообще хоть что-то. Может, он просто представил, что спросил, забыв переложить мысль на слова. Но потом Ди пошевелился и медленно снял шляпу, повесив ее на рукоять меча.       Его лицо… нет, даже сейчас Гарри не мог вспомнить. Но что-то все-таки он помнил. Кое-кого другого с такими же темными волнистыми волосами, бледной кожей, прямым носом и тонкими губами. Даже эти возмутительно длинные ресницы выглядели знакомо.       Гарри медленно откинулся в кресле и попытался вспомнить. Как давно это было, когда это было… тысячи лет назад. Гарри провел ладонью по губам и отвернулся, пытаясь привести мысли в порядок. Это был… бал? Или торжественный прием? Какое-то празднование. Тысячи людей собрались в огромном зале, освещенном свечами. Не в Хогвартсе, нет. Этот был намного больше, грандиознее. Кругом были витражи и металл, большие люстры над головами...       Гарри пригласили. Мероприятие было настолько важным, что он был при полном параде — в шикарной мантии и все такое. Он помнил волшебников и волшебниц, которые собрались вокруг него. Но не из-за его славы. Они боялись.       «Что думаете, Старейшина? — раздался чей-то голос из прошлого. — Считаете, у нас есть шанс?»       «...нет, я так не считаю», — услышал Гарри собственный голос — более жесткий, чем сейчас, и довольно злой — и поднял голову.       На золотом готическом вида троне, установленном в бальном зале на мраморном постаменте, восседал скучающий человек, чьи глаза светились острым красным блеском. Он смотрел на Гарри поверх толпы, и когда их глаза встретились, он улыбнулся тепло настолько, насколько мог позволить себе айсберг.       Недавно коронованный Король вампиров — бледный и прекрасный, с длинными черными волосами, которые волнами падали на плечи, прямым носом и тонкими губами. Прямо как у Ди.       Гарри опять повернулся к охотнику на вампиров и прищурился. Ди не был им, но был очень похож. Только вот Ди выглядел намного моложе, чем Дракула тогда, каких-то девять тысяч лет назад. Сейчас, когда Гарри в полной мере мог видеть его лицо, ему можно было дать едва ли восемнадцать.       — ...хм, — неопределенно хмыкнул Гарри и встал с дивана. Ди молчаливо последовал за ним взглядом прямо в коридор, где висело зеркало.       Гарри выглядел намного старше восемнадцати. Впалые щеки, бледная кожа с желтовато-серым оттенком, под впалыми глазами залегли тени, что накинуло ему добрых лет двадцать. Он явно ел недостаточно, о витаминах даже речи не шло. Волосы остались примерно такими же — совершеннейший хаосом, торчащий во все стороны.       Сейчас он не выглядел как тогда, перед тем балом, когда стоял перед зеркалом, надевая свою лучшую мантию. Тогда его мантии были черные с золотой отделкой — сейчас он носил блеклые рубашки и поношенные штаны. Гарри не был уверен, когда стирал их в последний раз, не говоря уже о том, откуда он их вообще взял. Очки треснули — почти невидимая линия проходила через нижнюю часть левого стекла. Хех. Как он этого раньше не заметил.       Аристократы называли его последним Лордом Магии еще до того, как их самих стали называть аристократами. Это случилось уже потом.       Взлохматив ладонью волосы, Гарри опустил взгляд в пол, попытавшись сосредоточиться. Из всех его воспоминаний почему именно это было таким четким. Долбаная вечеринка во время конца света.       — Ты что-то вспомнил? — раздался голос Ди из комнаты.       — Ничего стоящего, — ответил Гарри, позволив волосам опять упасть на лицо. Они почти закрыли его глаза за разбитыми стеклами очков. С зеркала на Гарри смотрел самый настоящий незнакомец. Тот, кого он и не вспомнил бы завтра. Как долго он уже так выглядел?       Гарри со вздохом покачал головой.       — Я вниз.       Ди опять промолчал, когда Гарри стал спускаться по ступенькам, ведущим в бар, оставив тарелку с сэндвичами практически нетронутой.

* * *

      Мир уничтожили не вампиры — это были люди. Войны, которые они вели против себя, против волшебников, против самого мира. Все началось с малого, но затем оно ширилось и в итоге перешло от простых инцидентов и несчастных случаев к беспорядкам, террористическим актам, взрывам и, наконец, к бомбам. Гарри и понятия не имел, кто был виноват на самом деле. В конце концов все были виноваты, а волшебники больше всех.       Вампиры пережили ядерную зиму куда лучше, чем магглы. И идея взять контроль над миром не была чем-то уникальным для них. Вампиры были серьезнее подготовлены, а волшебников война потрепала сильнее. Они были слабы.       И все волшебные существа оказались на стороне вампиров. Не за них, а против волшебников. Тысячи лет самодовольного господства волшебников в волшебном мире над всем, что они считали хуже себя… Они не смогли обзавестись друзьями.       Волшебники упустили момент, когда гоблины одними из первых перешли на сторону вампиров. Карги*, оборотни, великаны, гномы. За Детьми Ночи последовали даже кентавры и русалочий народ. В конце концов с волшебниками остались только домашние эльфы, и это только из-за тысячелетий систематического порабощения.       Волшебники проиграли ту войну еще до того, как поняли, что должны были сражаться. Очень скоро коронованный Король вампиров и его двор захватили их. И пока волшебники все еще были зациклены на идее, что после ядерной зимы магглов едва ли насчитывалось несколько миллионов, поэтому их стоило либо уничтожить, либо взять над ними власть в качестве якобы законных хозяев… Вампиры захватили Землю.       В тот торжественный вечер — Рассвет Новой Эры, как назовут его позже — Гарри впервые встретил вампира. Именно там он официально отдал волшебников вампирам и склонил голову перед будущими аристократами и их Священным Предком.       Именно тогда началось истребление волшебников.

* * *

      Весь день Ди переждал в маленькой квартире Гарри. Вздремнул немного в выделенной ему комнате или еще чем занимался. Может, у него была с собой капсула с кровью, которой он пообедал, — Гарри не знал. Он не был уверен, что его вообще это волновало. Спустившись вниз и проверив, все ли в порядке с Котлом, Гарри заглянул в блокнот на случай, если записал там что-то полезное.       Он успел забыть уже как минимум половину записей, которые сделал с утра. Поэтому предложение о том, что стоило начать готовиться к переезду, стало для него полнейшей неожиданностью.       — Но, думаю, уже и правда пора, — пробормотал Гарри и стал листать страницы назад, проверяя остальные записи. Потом он просто на всякий случай взглянул на календарь. Пять лет. Обычно он оставался на десять, но...       Двадцать четвертое мая. В Хогвартсе учебный год как раз бы подходил к концу. Профессора уже начали бы проводить экзамены. Пятикурсники бы начали сходить с ума из-за СОВов, а семикурсники — из-за ТРИТОНов.       Устало проведя ладонью по лицу, Гарри перелистнул блокнот в самое начало. Журналы 1-634 за 1998-4425 годы, Хогвартс.       Гарри медленно провел пальцем по последнему слову, почувствовав углубление, которое оставила надпись на старой бумаге. Он жил в Хогвартсе веками, хотя большинство из них он не помнил. Именно туда ушел последний из волшебников — в самое старое из сохранившихся магических сооружений, которое простояло так долго, потому что Гарри не позволил его уничтожить. Волшебники со всего мира совершили туда свое последнее паломничество.       Именно там умер последний из них.       Гарри не знал, сохранился ли замок до сих пор. Сам он сделал все, что мог, чтобы защитить его и спрятать, но что это вообще значило сейчас. Последний раз, когда Гарри видел Хогвартс, вокруг него, там, где раньше играли дети, было выкопано бесконечное поле могил с похороненными в них волшебниками и волшебницами. Были все шансы, что сейчас замок окружали руины.       Сделав глубокий вдох, из-за которого засвербило в носу, Гарри закрыл блокнот, а потом и глаза и попытался подавить воспоминания. Ничего из этого уже не имело значения. Род волшебников сгинул давным-давно. Гарри не знал, что именно сделал Король вампиров, но сейчас не появлялось даже магглорожденных.       Никого больше не осталось, кроме Гарри. Если бы он только мог, то обменял бы все эти бесполезные болезненные воспоминания на шанс сохранить последнюю неделю в своей памяти.       — Я ухожу.       Гарри поднял голову, только чтобы наткнуться взглядом на Ди, который вышел в бар из подсобки. Там была лестница, ведущая в жилую часть наверху.       — За вампирами?       — Да, — просто ответил Ди. — Вернусь до полуночи.       — Ага, хорошо, — Гарри судорожно потер пальцами лоб. — Спасибо, что сказал, но я наверняка это забуду.       Гарри вдруг показалось, что на какой-то момент на лице Ди проскользнула тень эмоции — удивления, — но все закончилось так быстро, словно ничего и не было. Спустя несколько секунд Ди вышел из бара прямо в раннюю ночь.       Гарри смотрел ему вслед и размышлял о его связи со Святым Предком. Король вампиров, может, лично и не довел волшебников до смерти, но он однозначно даже пальцем не пошевельнул, чтобы остановить подданных от преследования. Те вымещали свои обиды и недовольство на любом несчастном волшебнике, который оказывался рядом...       Это все произошло тысячи лет назад и не имело сейчас никакого значения. Последние волшебники не были убиты — они умерли от старости и инбридинга, потому что не могли ступить за пределы замка, не подвергшись нападению. Они так и увяли, пока Гарри наблюдал и не мог ничего с этим сделать, не мог остановить. И это тоже больше не имело значения.       Дворянство угаснет точно так же, как и волшебники. Еще пара тысяч лет и они вымрут, будут убиты своими бывшими подданными, как когда-то были убиты волшебники. И это не имело значения. Через десять тысяч лет никто их уже не будет помнить.       Особенно Гарри.       Он покачал головой, пытаясь избавиться от этих болезненных мыслей и надеясь, что скоро их забудет. Наклонившись к стойке, он убрал блокнот обратно в сейф. Едва он это сделал, как на двери звякнул колокольчик.       — Что-то забыл? — спросил Гарри, подняв голову.       Это был не Ди.       Это было женщина в драном черно-красном платье. Ее темные волосы растрепались, отчего несколько прядей в беспорядке упали на лицо. В тусклом свете бара было видно, насколько она была бледна; глаза ее светились красным.       — Ты… ты с тем ублюдком, — прорычала она, обнажив клыки. — Этот подонок убил моего мужа. Ты с ним, человек?!       — Эм, — Гарри был сбит с толку. С Ди? Разве? Он ведь просто снимал у Гарри комнату, да?       А потом она вдруг налетела на Гарри с нечеловеческой скоростью. В один момент она стояла у двери, а в другой — уже перепрыгнула через барную стойку и теперь тянулась к нему своими похожими на когти пальцами. Гарри мимоходом заметил, что ногти у нее были тупые, покрыты красным лаком, который уже начал трескаться. А еще он вдруг задался вопросом, не вылезла ли она из собственной могилы после похорон.       Гарри не мог позволить себе отвлекаться.       Она схватила его за плечи и притянула к себе так быстро и сильно, что у Гарри словно что-то хрустнуло в шее, а кончики пальцев начали зудеть. Он почти чувствовал покалывание магии, которая призывала дары своего Повелителя. Но все было так медленно, словно Гарри находился под водой.       Резкая боль в шее заставила Гарри сжать руку в кулак; пальцы сомкнулись вокруг твердого дерева — Старшей палочки. Но всего лишь секунда задержки...       Вампирша зарычала и сомкнула клыки на его шее, разрывая ее.

* * *

      Гарри умирал бесчисленное количество раз. И вампиры кусали его не меньше. Он больше ни к чему не относился настолько наплевательски, как к собственной смерти. И ничто не было ему так противно.       — Ты снова здесь, мой Повелитель, — произнес жуткий голос. Он прогремел в Гарри до самых костей, заставил закипеть мозг. Гарри почти не хотел поднимать голову, но все равно это сделал. Вокруг не было ничего: ни темноты, ни белизны, просто ничего. И прямо перед ним был конец всего.       Смерть посмотрел на него сверху вниз и усмехнулся, когда кровь Гарри стала стекать по его рубашке — нет, по мантии, по плащу, по его обнаженной груди. По всему, что он когда-либо носил, и по ничему. Все было нереально, кроме того факта, что когда-то однажды это произошло.       Гарри покачнулся ни на чем и вспомнил все. Каждый укус, каждую пулю, каждый разрез, что вскрывал его от шеи до паха, прежде чем руки распахивали его грудную клетку и вырывали оттуда сердце. Из порезов на запястьях — тысяч из них — вытекала его кровь прямо в поток истории, а на шее скрутились сотни петель, которые отказались навсегда покончить с его жизнью.       Все, что он пробовал, потерялось во времени.       Последнего родившегося волшебника тоже назвали Гарри. Ее мать надеялась, что это имя даст ребенку силу и шанс на выживание. Но этого не произошло. Она родилась недоношенной и умерла через месяц.       Гарри сглотнул. Его кровь лилась волнами, а Смерть продолжал ухмыляться, нависая над ним. Черные одежды растекались вокруг и, казалось, могли поглотить Его, поглотить всю вселенную. И они это сделают. Когда-нибудь.       — Ты не заберешь меня в этот раз? — спросил Гарри. Голос его прозвучал жалко. — Пожалуйста, просто отпусти меня.       — Отпустить тебя? Отпустить моего Повелителя? — с любопытством поинтересовался Смерть, наклонившись ближе. Гарри задрожал, когда Его обнаженные зубы уперлись ему в лоб в жуткой пародии на поцелуй. — Ты передумал, дорогой?       Гарри показалось, что он закричал, но не смог издать ни звука. На его шее застыли костлявые пальцы, коснувшись разорванного места. Но его горло снова было целое, все раны и порезы исчезли, веревки, на которых Гарри когда-то повесился, испарились. Он стоял в нигде, обнаженный и обескровленный, а Смерть водил холодными костлявыми пальцами по его груди.       — Все, что тебе нужно сделать, это просто сдаться, — сказал Смерть, прижав жесткую ладонь к груди Гарри, прямо к сердцу. — Сдайся, подчинись моей воле, сделай так, как я прошу, и я заберу тебя. Обещаю, что заберу тебя.       Только вот Он этого не сделает. Гарри видел, что случилось с людьми, которые поддались Смерти после того, как были обмануты Его Дарами. И они... запутались в этой жуткой игре так давно, чтобы Гарри знал — это будет слишком легкий конец после стольких тысячелетий.       Смерть был единственной оставшейся правдой, и все же Он был худшим лжецом во вселенной.       — У тебя даже есть этот охотник на вампиров, — почти по-доброму промурлыкал Смерть. — Можешь начать с него. Он старый, почти такой же старый, как и ты. Он непременно будет сладким на вкус. Все, что тебе нужно...       ...это забрать его душу.       Гарри выдохнул и дернулся назад, подальше от отвратительного поцелуя Смерти, от Его прикосновения.       — Нет, — дрожащим голосом сказал он. — Нет, никогда. Я не стану таким, я никогда этого не сделаю.       Смерть замер с протянутой костлявой рукой, будто хотел дотянуться до Гарри. А потом Он медленно ее опустил, и, сверкнув напоследок ослепительно белым, рука исчезла в складках одежды.       — Я так и подумал, — заметил Смерть. Голос его был почти довольным. — Тогда возвращайся, ну же.       Гарри подавился воздухом, когда начал стремительно проваливаться сквозь небытие, падая обратно к жалкому водовороту жизни где-то далеко под ними.       — До следующего раза, мой Повелитель, — пробормотал Смерть и засмеялся.

* * *

      Гарри пришел в себя на полу, задыхаясь. Ему показалось, что все его кости словно заморозило изнутри. Еще до того, как он смог привести свои мысли в относительный порядок, он уже знал, он чувствовал. Рана на его шее заживала, затягиваясь с неестественной скоростью.       Какое-то время он просто дрожал, завалившись на бок. Изменения горели в нем, как лава, ползали по венам, сжимали холодом. Его кости были похожи на вымороженное железо, вокруг которого нарастала плоть. А рана на горле продолжала сшивать сама себя.       — Вот и все, — фыркнул довольный женский голос, и Гарри поднял голову. Вампирша сидела на барной стойке, закинув ногу на ногу. — Я смотрю, ты отлично проводишь время, тварь? Вставай.       Гарри повиновался, дрожа всем телом. На его рубашке была кровь. Вампирша не особо-то церемонилась, когда кусала. Потому что выглядело все так, будто большая часть крови в итоге оказалась просто везде: на самом Гарри, на полу, на ней самой. Весь ее подбородок был красным от крови. Она стекала по бледной шее прямо в ложбинку между грудей. Красоты это вампирше не прибавило.       И не удивительно, что Гарри всего трясло, — похоже, крови в нем вообще не осталось.       — Отлично, — явно довольно хмыкнула вампирша. Она соскользнула со стойки и оказалась прямо перед Гарри, взяв его за подбородок. — Ты все еще похож на чертового гуля, но… пойдет. Когда этот охотник на вампиров придет сюда, мы с тобой убьем его, не так ли, моя маленькая марионетка?       Гарри недоуменно посмотрел на нее. Это ведь она про Ди сказала, да? Именно поэтому она на него напала? Он попытался следовать за ее словами, но в голове все еще раздавался голос Смерти. Хуже всего было то, что Гарри уже начал чувствовать изменения, которые стали происходить с его мозгом. Они закапывались своими холодными пальцами прямо в подкорку, перестраивая структуру.       Дерьмо.       Она обратила его в вампира.