Осколки прошлого в зеркале настоящего

      Питер приходит в себя в светлом и чистом помещении, где пахнет медикаментами. С него сняли костюм и натянули голубую пижаму. К руке подключена капельница, а на груди датчики от каких-то приборов. Это немного успокаивает парня — он в больнице. Значит Баки нашёл его и всё хорошо. Он лежит на удобной кровати и рядом на столике лежит его маска стоит стакан с водой, а рядом — какое-то оборудование.Судя по всему, монитор, который отслеживает его состояние. На противоположной стене висит плазменный телевизор. Под ним узкий комод на котором ваза с цветами и пульт. В целом, он чувствует себя весьма не плохо. Болит левая рука, но она в гипсе. Ещё ощущается повязка на щеке и сильно болит голова, да тошнит.       — Здравствуй, Питер, — в помещение заходит мужчина средних лет в сером медицинском костюме. У него короткие тёмные волосы и добрые серые глаза. На шее стетоскоп, а в руке — папка, — меня зовут доктор Штраус. Ты в госпитале и с тобой всё хорошо, я немного осмотрю тебя, если ты не против, — он говорит спокойно и даже ласково, поэтому Питер коротко кивает, — я осторожно, — доктор достаёт из ящика комода перчатки и отложив папку, натягивает перчатки, — так, посмотрим, как шов на твоей щеке, — Питер шикает, когда доктор осторожно отгибает повязку и пальпирует шов, — всё хорошо, Питер, ты молодец, — он отстраняется и сняв перчатки, делает в папке какие-то пометки, — как в целом себя чувствуешь?       — Голова болит и сильно тошнит, — бормочет Паркер, — а мой папа… он… он привёз меня сюда?       — Да, Питер, — кивает брюнет, — мистер Барнс забрал твои вещи, ну кроме этого, — он указывает на маску, — я позвоню ему и скажу, что ты пришёл в сознание. Пока ты в реанимации, я не могу его сюда пустить.       — Хорошо, — слабость снова накатывает и он сползает по подушке, — когда… когда я смогу пойти домой? — он отлично знает, что ускоренная регенерация справится с его травмами за пару часов, нужна только большая доза анальгетиков.       — Ну, куда же ты спешишь, — усмехается доктор, — мне нужно, чтобы ты полностью поправился. Мы же хотим, чтобы всё было в порядке? — Паук кивает, — вот и замечательно.       В палату заходит светловолосая девушка в коротком халатике. Перед собой она катит тележку накрытую светлой тканью.       — Добрый день, мистер Паркер, — улыбнулась она, — меня зовут Моника, и я буду следить за вашим состоянием. Могу я измерить вам температуру? — он кивает и ему ставят градусник подмышку, — и ещё немного крови. Мы сделаем анализ.       Штраус стоит около комода и наблюдает, как медсестра берёт у Питера четыре пробирки крови, отчего появляется лёгкая слабость и головокружение, но Питер молча наблюдает за происходящим.       — Моника поставит тебе анальгетик и успокоительное, хорошо, Питер? Тебе не о чем беспокоится, это стандартный набор препаратов, — Питер кивает снова, — всё будет хорошо, Питер, мы о тебе позаботимся.       После укола ему становится немного лучше и уходя, доктор предлагает ему включить телевизор и Питер соглашается. Идёт какая-то документалка про Мстителей и сначала Паркер даже пожалел, что пульт остался на комоде, а он не мог встать из-за слабости, но в целом, фильм его затянул.

***

      — Где Питер, подонок?! — Баки замахивается и со всей силы прописывает Тумсу. Когда они приехали, то никого кроме него на пляже не было. Тумс потерпел крушение и валялся на песке.       — Да не знаю я где он, — рычит Эдриан, — сбежал может.       — Лучше скажи ему, он и убить может, — отмечает Стив и хотя он не в восторге от методов друга, но сейчас речь шла о жизни Питера и информация была нужна срочно.       — Не знаю я, — отмахивается Стервятник, которого привязали к стулу, — может они забрали.       — Кто они? — фыркает Барнс.       — Были тут одни, — ответил Тумс, — немцы что ли, ну акцент похож был. Сказали, что заплатят если я выведу их на Паука. Ну я и вывел.       — Немцы, — Стив тяжело вздыхает, — Баки, оставь его. Питер у ГИДРЫ.