Сердцебиение

— Что ты делаешь, Ричи Ру? — с улыбкой спрашивает его Беверли, щёки которой заливает краска от перенапряжения и, уж точно, алкоголя. — Почему ты не танцуешь? — Я только что танцевал с тобой, и ты постоянно наступала мне на ноги и даже ударила по лицу! — возмущается Ричи, поднимая ногу и пытаясь помахать ей, чтобы привлечь внимание именно туда, где туфли девушки оставили болезненно пульсирующий синяк.       На самом деле, боль вполне терпимая, потому что на нём надеты армейские ботинки, приглушившие удары, но ему точно нужно выпить перед тем, как он вернётся на танцпол. — Оу, бедный Ричи, — передразнивает его Бев, ущипнув за щеку, из-за чего его внутренний Альфа едва скалится, чувствуя вмешательство в личное пространство, но это всего лишь Беверли, поэтому он никак не реагирует. — Давай найдём тебе выпивку.       Девушка приобнимает его за плечи и тащит в сторону соломенного домика, служившего местным баром по выходным. Ричи не совсем понимает, почему вечеринка до сих пор в полном разгаре, потому что это лишь вопрос времени, прежде чем объявятся копы и разгонят веселящуюся толпу, при этом арестовав кого-нибудь за продажу алкогольных напитков на пляже без лицензии, потому что у закативших эту вечеринку студенток местного университета навряд ли есть разрешение.       Пока что, он был в настроении. Здесь есть алкоголь, причём вполне дешёвый, так что его всё вполне устраивает. — Где Майки? — спрашивает Ричи, оглядываясь в поисках последнего члена их трио, но вокруг них как минимум две сотни человек, и в этой какофонии запахов невозможно различить запах Майка, особенно потому что он был Бетой. — Он разговаривал с каким-то парнем, — Беверли пожимает плечами. — Или, может, с двумя.       Лицо Ричи украшает хитрая улыбка, и он уже хочет было что-то сказать, но девушка закрывает его рот ладонью. — Бип-бип, Рич!       Они наконец добираются до очереди за напитками и встают в неё, поворачиваясь друг к другу. — Я просто хотел сказать, что рад за него, потому что прошло много времени. Он никак не мог забыть того мудака Альфу, так что если ему сегодня повезёт уединиться с одним или даже двумя людьми, то круто!       Сопроводив свои слова игрой бровями, Ричи ухмыляется, и девушка лишь вздыхает, тем не менее сохраняя тёплое выражение лица. Её волосы вновь отросли, так что огненные кудри стали ещё пышнее, золотом отливая под заходящим за горизонт солнцем, словно ореол вокруг её головы.       Ричи мягко улыбается, глядя на неё, и невольно задумывается о том, стала бы его жизнь проще, если бы его привлекали Альфы.       И девушки — это тоже имело значение. — Перестань облизывать меня взглядом, Ричи, — укоряет его Беверли, хихикнув и, тут же решив срочно изменить свою реакцию, тыкнув в него пальцем. — Отделайся ото всех своих мыслей, тебе не идёт. — Отделаться, м? — со смешком спрашивает Ричи, оглядываясь на девушек за барной стойкой, так как очередь наконец дошла до них. — Мне пиво, а... — он прерывается, ожидая, пока Беверли закажет себе выпить, и та в конце концов останавливается на чём-то розовом с блестящей трубочкой. — По крайней мере, их трубочки не пластиковые. Спасаем черепах и всё такое. — Да, но красные стаканчики сделаны из пластика, так что... — девушка закатывает глаза. — И посмотри на весь этот мусор. Он повсюду! Они никого и ничего не спасают, а мы только делаем хуже.       Она на самом деле выглядит расстроенной, совсем не похожей на подвыпившую и весёлую Беверли, которая считанные минуты назад зажигала под Шакиру и оттаптывала Ричи ноги.       Парень подцепляет красный стаканчик в её руках и подносит его к губам Бев, побуждая ту сделать глоток, и после того, как она выпивает около половины и опускает напиток, то вновь выглядит счастливее. — Потанцуешь со мной, Ричи Ру? — спрашивает Беверли с улыбкой, убирая завивающиеся, спадающие на его лицо кудри. — Только если ты пообещаешь больше так меня не называть, — предпринимает попытку Ричи, вызывая у подруги лишь смех. — Ни за что! — отвечает она, беря его за руку и утаскивая в сторону танцующей толпы.       Если честно, он и сам прекрасно понимал, что это бесполезно — Беверли называла его так с трёх лет, хотя тогда это больше напоминало «‎Риши Ру», и он был более чем уверен, что когда она попросит его стать подружкой невесты на её свадьбе, то обратится к нему точно так же.       Это было неважно, потому что когда наступит время подружке невесты произносить речь, Ричи доведёт всех на её свадьбе до слёз, и они будут хлопать ему стоя. Потому что он абсолютно точно расскажет про тот раз, когда девушка напилась тёплой винной газировкой и её вырвало на самые её дорогие ботинки, которые она позднее не сняла и так и пошла домой, не вытирая с них свою рвоту. — Майк! — внезапно кричит Беверли, замирая, и Ричи оборачивается в ту сторону, куда направлен её взгляд, тут же замечая их друга.       Майк стоит в компании незнакомого парня с кудрявыми волосами, примерно одного возраста с ними, либо Альфы, либо Беты. Конечно, он может быть и Омегой — Ричи никогда не относился к тем придуркам, которые судили о втором гендере человека по его внешности. Но есть что-то в том, как этот парень держит себя, что характеризует его как Альфу или Бету. — Надо познакомиться с его новым другом, — решает Ричи, не дожидаясь ответа или мнения подруги на этот счёт, потому что она может либо последовать за ним, либо остаться и продолжить танцевать, её дело. Беверли всегда делала только то, что хотела именно она.       Майк оборачивается к Ричи ещё до того, как тот подходит к ним, очевидно уловив запах знакомого Альфы даже своим более слабым нюхом, и улыбается, махая ему рукой.       Парень рядом с ним обращает на Ричи взгляд, тоже улыбаясь. — Привет, Майки! — здоровается с ним Ричи, приобнимая друга за плечи и касаясь его шеи, тем самым помечая его своим запахом. — Как зовут твоего друга? — Это Стэн, — с улыбкой представляет незнакомца Майк, чуть ближе пододвигаясь в объятие Ричи. — Стэн, это Ричи и Беверли. — Привет, — парень вежливо им улыбается, пусть его взгляд и продолжает возвращаться к руке Ричи, всё ещё обёрнутой сзади шеи Майка.       Мгновение Ричи хмурится, пока всё же не опускает свою ладонь на спину Беты вместо его шеи, пусть для него это уже и вошло в привычку — помечать близких ему людей своим запахом. Тем не менее, он понимает, что со стороны может показаться, словно их связывает нечто большее, чем просто дружба, потому что пометка запахом была в основном распространена лишь между семьями и связанными парами. Всё же, Майк и Беверли и есть его семья. — Стэн пришёл сюда с друзьями, — продолжает говорить Майк, не замечая движения руки Ричи и того, как Стэн заметно расслабляется, когда ладонь парня опускается с шеи Беты на спину, пусть это и странно, потому что по языку их тела сразу можно было понять, что они не заинтересованы друг в друге в этом плане.       Иногда Майка было сложно считывать, но Ричи знал его с самого детства и замечал, когда парня кто-то привлекал, и сейчас он мог с уверенностью сказать, что его друг не был заинтересован в своём новом знакомом, который точно был Бетой, а не Альфой, но Стэн всё равно казался сбитым с толку, когда Ричи пометил Майка своим запахом. — Вы с друзьями тоже учитесь в Калифорнийском Государственном? — спрашивает Беверли, прижимаясь к Ричи с другой стороны и опуская голову на его плечо, при этом потираясь носом о его шею и тоже оставляя там свой запах. — Да, — Стэн кивает. — Ну, я и Эдди, а Билл задержался с подачей документов на год, решив поработать, и в итоге понял, что не имеет ни малейшего понятия, что хочет изучать, поэтому принял решение продолжать работать, пока не определится с выбором. — Где он работает?       Майк буквально спотыкается о свои собственные слова, и Ричи с лёгким удивлением понимает, что его друг заинтересован не в Стэне, а в этом Билле. Может, поэтому Стэн так присматривался к ним с Ричи — пытался понять, в отношениях Майк или нет. — В старинном книжном магазине, неподалёку от кампуса, — отвечает парень с улыбкой. — Его повысили до менеджера. — Как это место называется? — спрашивает Ричи, пусть его это и не очень интересует. Он не зайдёт в книжный магазин просто забавы ради, но одному из его лучших друзей определённо требовалась помощь, поэтому он решил не вынуждать Майка задавать все вопросы самому. — «Однажды в Романе‎», — отвечает Стэн, и Майк едва заметно пихает Ричи локтем, показывая таким образом свою благодарность. — Что вы изучаете?       Майк и Беверли начинают рассказывать об учёбе, шутя и без затруднений находя общий язык с их новым знакомым, и обычно Ричи любил рассказывать о программе, на которой обучается, потому что в кои-то веки учёба у него шла как по маслу, но внезапно донёсшийся до него с порывом морского бриза запах вынудил Ричи замереть, пока парень пытался найти его источник.       Повернув голову, он едва ли не стонет от досады, глядя на количество окружавших их людей — это было практически невозможно, обнаружить, откуда доносился этот запах.       Внезапно он улавливает его снова, словно только что прошедший дождь, лепестки роз и оттенок чего-то резкого, напоминающего цитрус. Рука Ричи исчезает с плеча Майка, и он вновь оглядывается по сторонам, даже не скрывая того факта, что ищет кого-то. — Рич? — спрашивает Беверли с нотками забавы в голосе. — Ты в порядке? — Да, — бормочет он, всё ещё выискивая источник запаха в толпе.       Его взгляд замирает на стоящей неподалёку компании из четырёх девушек, которые определённо являлись Омегами, но от них доносится отчётливый аромат лаванды, ванили и перекрывающий их парфюм, так что он продолжает обегать взглядом толпу вокруг.       Пока наконец не находит источник запаха.       К ним направляется Альфа, с тёмно-русыми волосами и ухмылкой на губах, одетый в лёгкую голубую футболку и пару шортов, и на его спине, обняв парня за шею, сидит Омега.       Абсолютно прекрасный Омега, с тёмными каштановыми локонами и ободком из цветов вокруг головы, на котором надеты лавандовый топ и джинсовые шорты, едва ли оставляющие что-либо для фантазии и оголяющие его стройные загорелые ноги и потрясающе выполненную пастельных оттенков татуировку на его левой икре.       С каждым мгновением пара подходит всё ближе и ближе к ним, и было очевидно, что Омега выпил более чем достаточно, судя по тому, как горят его глаза и как крепко он обнимает Альфу за шею, но тот лишь смеётся и не обращает на это никакого внимания.       Ричи не осознаёт, что в открытую пялится, пока парни не останавливаются перед ними, и Омега смотрит прямо на него, больше не улыбаясь, а поджимая губы и чуть хмурясь. Боясь показаться грубым и невоспитанным, Ричи тут же отводит взгляд. — Я нашёл Эдди! — заявляет Альфа, очевидно не замечая напряжённой атмосферы и нагибаясь вперёд, чтобы Омега смог слезть с его спины и встать на едва заметно подрагивающие ноги.       Парень обращает вопросительный взгляд на Беверли и Ричи, пусть он и не выглядит раздражённым их присутствием, как Омега рядом с ним. Это и хорошо, и плохо, потому что Ричи не горит желанием выводить кого-либо из себя, но также не хочет показаться отморозком, поэтому заставляет себя улыбнуться Альфе, когда Стэн подаёт голос: — Это Ричи и Беверли, друзья Майка, — представляет их парень. — А это Билл и Эдди.       Билл делает шаг вперёд, улыбаясь и вежливо протягивая руку, пока Эдди остаётся позади, переводя недоверчивый взгляд с Беверли на Ричи и обратно. — Привет! — легко говорит Билл, и у Ричи буквально камень с души падает, потому что иногда Альфы ведут себя как придурки, особенно встречаясь с другими Альфами в первый раз, пытаясь наполнить воздух своими феромонами и установить доминирование над ситуацией.       Но этот парень кажется дружелюбным и доброжелательным, пожимая Ричи руку и широко улыбаясь Беверли. Это тоже определённо плюс, потому что многие недалёкие сексисты и просто идиоты считают женщин-Альф неполноценными и даже недостойными, в отличие от Альф-мужчин, но, кажется, Билл сначала пожал его руку, а только потом обратился к Беверли только потому, что стоял ближе к Ричи, пока девушка всё ещё едва заметно покачивалась под музыку, держа в руке свой напиток.       Но затем Ричи переводит взгляд на Эдди, задаваясь вопросом, протянет ли тот ему руку или нет, но Эдди больше не смотрит на него, сфокусированный на том, чтобы дёргать Стэна за предплечье. — Стэ-эн, я хочу пиццу. — Мы только что поели, — отвечает тот, ухмыляясь, и освобождает свою руку из хватки Эдди, чтобы приобнять его за плечи и притянуть Омегу ближе к себе, словно так и должно быть.       Сжав губы, Ричи отводит взгляд, чувствуя, как рука Беверли приобнимает его за талию, пока нос девушки вновь трётся об его шею. — Кстати, а это откуда? — Стэн кивает на цветочных ободок, покоящийся на голове Эдди. — Ты его украл? — Нет! — возмущается парень, прежде чем нахмуриться и пожать плечами. — Я всё равно выгляжу лучше, чем те студентки.       Улыбнувшись словам друга, Билл переключает своё внимание на Майка. — Эм... Думаю, нам пора идти. Мне завтра н-надо рано открывать магазин.       От Ричи не укрывается то, как Стэн и Эдди смотрят на своего друга с любопытством и едва заметными улыбками на лице, и он переводит взгляд на Билла и Майка, в основном потому, что не хочет, чтобы Эдди вновь уличил его в том, что он пялится на него.       Разочарование Майка комически очевидно даже для тех, кто не был близко с ним знаком, несмотря на то что его было сложно считать и Беты не могли выделять феромоны, выдающие их эмоции. — Д-дашь мне свой номер? — Да! — громче, чем требуется, отвечает Майк, тут же осознавая это, если румянец, заливший его щёки, о чём-то говорит, и прокашливается. — Гм, да.       Ричи не сдерживает смешок. — Что ж, было весело, — Эдди хмыкает, звуча ни капли не заинтересованно, но всё равно улыбается краешками губ. — Но мы можем наконец пойти за едой?       Ухмыльнувшись, Билл достаёт телефон и быстро обменивается с Майком номерами. Помахав им на прощание, он подхватывает двух своих друзей, и те уходят с пляжа, с Эдди посередине, едва уловимо качающим бёдрами и оставляющим за собой всё тот же изумительный запах.       Вот и всё.       Ричи только что встретил самого красивого парня с самым потрясающим запахом на всём белом свете, а Эдди даже не взглянул на него дважды.

***

      Ричи раздражённо выдыхает, сняв с себя гарнитуру и положив её на стол с наименьшей осторожностью, чем следовало бы при обращении со стоящим немалых денег имуществом, которое ему не принадлежит.       Часы показывают одиннадцать вечера, и он один остался в кабине звукозаписи, так что его небрежное обращение с техникой никто не увидел. Оставив гарнитуру на столе, Ричи чуть отъезжает назад на кресле и намеренно стукается головой об стол. Может, он и драматизирует, но даже если бы кто-то был рядом, парень бы всё равно вёл себя именно так, и никто бы этому не удивился.       Он сказал Лауре Твисс, что сможет взять на себя её сегодняшнюю смену на университетской радиостанции, потому что деньги никогда не бывают лишними, но это означало третью ночь работы подряд, и ему было скучно. Иногда на станцию звонили его постоянные слушатели, и Ричи любил с ними общаться, но некоторые звонили только чтобы пофлиртовать с ним, услышать свои собственные голоса на радио или в очередной раз заказать песню NSYNC или Westlife.       Не то чтобы Ричи против бойз-бэндов — его сердце целиком и полностью принадлежало Гарри Стайлсу, когда он ещё учился в старшей школе и после того, как певец вернулся с сольной карьерой, но ему больше всего нравились Backstreet Boys, и у него осталось совсем немного терпения, прежде чем он наотрез откажется крутить «My love».       Возможно, сегодня на всё это также накладывался тот факт, что по пути на радиостанцию он получил сообщение от Беверли, оповестившей его о том, что Майк пригласил их выпить с Биллом, Стэном и Эдди.       К сожалению, на тот момент Ричи уже пообещал, что подменит Лауру, так что теперь он застрял в кабине звукозаписи, пока его друзья проводят время с Эдди. Беверли, очевидно, стало его жалко, когда он сообщил ей, что не сможет прийти из-за работы, но она пообещала ненавязчиво порасхваливать его и убедиться, что выставляет его в благоприятном свете.       Беверли — лучшая.       Песня Little Mix подходит к концу, и Ричи вновь надевает гарнитуру и поправляет микрофон, благодарный за то, что смена Лауры не обязывает его много разговаривать.       Прокашлявшись, он отвечает на несколько звонков и даже поверхностно обсуждает парад Защиты Прав Омег, который пройдёт через несколько недель, побуждая всех, несмотря на их второй гендер, посетить мероприятие во имя равноправия перед тем, как включить следующий трек.       Незадолго до полуночи Ричи получает снэпчат от Беверли и открывает его, пока на фоне играет последняя на сегодня песня. На видео запечатлён Эдди, сощурившийся в концентрации и чуть высунувший язык, держащий в руке дротик. После броска камера Беверли перемещается на мишень, с воткнутым в неё дротиком прямо по центру, и звук заглушается громкими овациями и недовольными стонами.       Парень вздыхает, когда видео подходит к концу, потому что его друзья, очевидно, хорошо проводят время, вместе с Эдди, что расстраивало его сильнее, чем он готов был признать, поэтому Ричи тяжело вздыхает вновь и выключает всю технику, приводя кабину в порядок перед тем, как покинуть станцию.       У него уходит немного времени на то, чтобы вернуться обратно на кампус, с задёрнутым воротником слишком тонкой для ночного воздуха куртки, убрав руки в карманы джинсов и жалея о том, что он не взял с собой наушники, потому что тогда он бы смог хотя бы послушать музыку по дороге домой.       Поднявшись на третий этаж своего корпуса, на самом краю территории, где у него была собственная комната, как и у большинства Альф, он тянется было открыть дверь, как его телефон в кармане вибрирует. Достав его и открыв очередной снэп от Беверли, параллельно закрывая за собой дверь и запирая её, оставаясь наконец в полном одиночестве, Ричи позволяет себе раздосадованно застонать и стукнуться лбом об дверь.       Это фотография Беверли и Эдди, в удивительно хорошем фокусе и освещении для двух людей, находящихся в баре и выпивших уж точно больше одного коктейля. Глаза Эдди, кажется, накрашены тенями, и на его губах заметен блеск, хотя они могли и слегка покраснеть и блестеть от выпитого им алкоголя.       Беверли знала, что делала, отправляя ему все эти фотографии.       Ричи бубнит себе под нос что-то про несправедливость этой жизни, отвечая на сообщения девушки несколькими плачущими смайликами, и затем раздевается и приземляется на кровать, чувствуя, как Альфа внутри него тихо скулит.

***

— Я узнала, что Стэн учится на фотографа! — радостно восклицает Беверли, поправляя воротник надетой на Ричи рубашки. — И это просто замечательно, потому что я и сама умею делать хорошие фотографии, но не идеальные, и мне лучше фокусироваться на том, как ты стоишь и как на тебе сидит одежда, вместо того, чтобы пытаться сделать идеальный кадр, пусть мне и нужны фото и видео для моего курса.       Раньше Ричи искренне побаивался, что девушка может уколоть его одной из булавок, которыми закрепляет материалы на своих манекенах, когда слишком много говорит, очевидно отвлечённая от работы, но этого никогда не происходило, так что сейчас он даже об этом не думает. — Так что он придёт сюда через двадцать минут, чтобы помочь с фотосъёмкой. — Стэн кажется крутым парнем, — отмечает Ричи, пусть и встречал его всего один раз, на пляже. — Так и есть, — соглашается Беверли, и из-за того, что его взгляд обегал студию, в которой они сейчас находились, он не замечает, как девушка коротко смотрит на него из-под ресниц. — Он также приведёт Эдди.       Ричи вздрагивает, совсем чуть-чуть, и тогда девушка и правда укалывает его булавкой, прямо в щиколотку.       На его вскрик Бев лишь закатывает глаза. — Заткнись, ты сам в этом виноват, — бормочет она, дожидаясь, когда парень вернётся в изначальную позу, чтобы продолжить работу. — Так вот это для кого?       Ричи показывает на внушительную кучу одежды, покоящуюся на одном из столов, совсем не похожую на те вещи, которые он сейчас примерял. — Ага, — с ухмылкой отвечает Беверли, на мгновение встречаясь с ним взглядами перед тем, как продолжить расправлять воротник, не обращая совершенно никакого внимания на шокированное выражение лица Ричи, чувствующего себя подло и бесстыдно преданным. — Всё, я закончила. — Погоди, Эдди придёт сюда и будет сниматься со мной? — буквально выругивается он, когда Беверли расправляет идеально сидящую на нём рубашку и улыбается достигнутому результату. — Он — хороший контраст твоим чертам, — отвечает она. — Я сама была удивлена, правда, когда мы вчера примеряли с ним экземпляры. Он может вести себя дерзко и нахально, но при этом подчёркивает свою нежную сторону Омеги.       Девушка пожимает плечами, изучая его взглядом. — Ну, это не совсем справедливо с моей стороны, ассоциировать его с гендерными стереотипами. Это полная противоположность равноправию, — Бев корчится, и Ричи лишь поднимает бровь. — Окей, в любом случае... Если тебе нужен совет, то можешь с ним об этом поговорить. — Ладно, просто чтобы уточнить, — он щурится, показывая на подругу пальцем. — Ты достаточно времени провела с Эдди, чтобы узнать, что он дерзкий и нахальный, но в то же время подчёркивает свою нежную сторону Омеги, когда я виделся с ним всего один раз?! Я думал, что мы друзья, Бев! Меня, может, лишают любви всей моей жизни!       Беверли наблюдает за ним с совершенно не впечатлённым выражением лица, за годы дружбы выработавшая иммунитет к внезапным вспышкам драматичности Ричи. — Ты не можешь заявлять, что он любовь всей твоей жизни, — возражает она, — просто потому, что тебе кажется, что он вкусно пахнет. — Очень вкусно, — поправляет подругу Ричи. — Неважно, — отмахивается Бев. — Я не буду отчитываться перед тобой каждый раз, когда мы вместе проводим время, и это и так едва ли происходило. Но он скоро сюда придёт и будет фотографироваться с нами ближайшие несколько часов, и всё это время ты будешь рядом с ним. Я решила, что это будет своеобразным поводом для тебя увидеть его, и сказала тебе об этом только сейчас, потому что не хотела, чтобы ты запаниковал и вся студия провоняла твоим волнением.       Она машет рукой, этим как бы показывая на лофт, который они снимали, когда Ричи позировал для неё. — Я более чем уверена, что это последнее, что нужно тебе или Эдди.       Лишь состроив рожицу подруге в ответ, Ричи решает на всякий случай перепроверить её предположение и глубоко вдыхает, совсем не скрывая того факта, что пытается вынюхать потенциальные феромоны тревоги, которые могли бы перебить свежий воздух в студии. — Это так очевидно? — не может не спросить парень, и Беверли в который раз за последние пять минут закатывает глаза. — Пока нет, но если ты сильно переживаешь по этому поводу, то открой окна, — предлагает она. — Думаю, здесь где-то должен валяться блокиратор запаха, но он, скорее всего, дешёвый.       Поморщившись после её слов, Ричи останавливает свой выбор на окнах. Блокираторы запаха были широко распространены по всему миру, и университеты обязывали размещать их почти во всех кабинетах и комнатах, потому что их достаточно было просто подключить к розетке. Их часто можно было встретить в общественных местах, но в подобной студии, где сейчас находились они с Беверли, вряд ли кто-то подумал установить какой-либо блокиратор.       Это сбивало с толку, невозможность уловить запах друг друга, и блокираторы часто не очень приятно пахли, особенно дешёвые, которые обычно закупал университет, чтобы не сильно тратиться из бюджета. — Поэтому я тебе ничего не сказала, — добавляет Бев. — Ага, ага, — закатив глаза, он вновь поворачивается к девушке и расправляет чуть задравшуюся шёлковую рубашку. — Что?       Узнав этот её взгляд, который ему никогда не нравился, Ричи опускает голову, смотря на свою одежду, но Беверли лишь ухмыляется, достаёт телефон и пишет кому-то перед тем, как вновь посмотреть на него. — Окей, сначала надень чёрные брюки с цветочным принтом и оставь свои армейские чёрные ботинки. Думаю, ты будешь в них почти во всех комплектах одежды, окей? — спрашивает она, вновь возвращаясь к своему рабочему тону, который она использовала, когда включала «‎режим дизайнера», поэтому Ричи быстро перестаёт показательно дуться и пытается помочь подруге всем, чем только может, потому что именно за этим он сюда и пришёл. — Да, без проблем. — Попробуй переодеться за фоном, так как мы будем не...       Беверли прерывает звук открывающейся двери, в которую мгновение спустя заходит Стэн.       И Эдди.       Наверное, это было к лучшему, что Стэн зашёл в студию первым — Ричи хотя бы успел осознать, что сейчас произойдёт, потому что стоило Эдди заглянуть вслед за ним, как мозг парня отключился на минимум минут пять.       Эдди пахнет как солнце, и только что закончившийся дождь, и лепестки роз, и он радостно улыбается, увидев Беверли, и оглядывает студию, стоящий в центре свет, фон для фотосессии и лежащую на столе одежду. На нём надеты короткие джинсовые шорты, так что его ноги вновь на виду, прямо как и в прошлый раз, пара лиловых кед и свободная серая футболка с разбросанными по ней розовыми сердечками, и он был... Он — самое прекрасное, что Ричи когда-либо видел, и парень не имеет ни малейшего понятия, как ему функционировать ближайшие несколько часов.       У Эдди на щиколотке виднеется татуировка, маленький цветок, с другой стороны от пастельного цвета тату, которое Ричи заметил ещё на пляже, и теперь у него есть две татуировки, по одной на каждой ноге. Не то чтобы Ричи считает. — Рич? — с забавой в голосе зовёт его Бев.       Парень поворачивается к ней, медленно моргнув, и до него запоздало доходит, что все в лофте выжидающе смотрят на него, даже Эдди. — Прости... — он выдавливает из себя смешок, инстинктивно поднимая руку, чтобы провести ладонью по лицу, но вспоминает, что на нём есть макияж, за порчу которого Беверли точно вставит ему по полной программе. — Привет.       Широко улыбнувшись вошедшим парням, он всё равно задерживается взглядом на Эдди, пусть тот и рассматривает выложенные на столе наряды, не обращая на него никакого внимания. — Спасибо за помощь, — обращается Беверли к Стэну, на шее которого висит очень недёшево выглядящая камера, уж точно получше той, что девушка бронировала у университета.       Фотографии наверняка выйдут лучше, чем раньше, и это было Бев только на руку. — Не благодари, — заверяет её Стэн, но Ричи едва ли слушает его, наблюдая за тем, как пальцы Эдди скользят по всевозможным тканям, которые ему сегодня придётся перемерить.       До этого Беверли приглашала других людей побыть для неё моделями, пусть её выбор чаще всего падал на Ричи, и на сегодняшний день парень уже позировал для такого количества фотографий, что относился к ним как к данности. Однако никогда ещё он не предвкушал фотосъёмки, не переживал перед ними — они воспринимались им в порядке вещей.       Сейчас же он и предвкушал, и волновался. — Окей, Рич уже знает, что надеть, так что он переоденется первым, — чуть громче, чем требовалось, говорит Беверли, и Ричи понимает, что она делает это специально, чтобы вернуть его в реальность. Следующие её слова, тем не менее, обращены к Эдди: — Ты принёс с собой косметику? — Ага, — он поворачивается к ним с радостной улыбкой, и в том, как Эдди сейчас держит себя, едва заметно перекатываясь с носков на пятки словно ребёнок, есть что-то очаровательно милое. — Тональный крем, консилер, всё такое... И несколько помад и блесков с тенями.       Медленно моргнув, Ричи невольно приоткрывает рот, и взгляд Эдди падает на него, после чего парень чуть хмурится. Почему он всегда выглядел столь недовольным, стоило ему только взглянуть в сторону Ричи? — Окей, нанеси базу, пока я собираю тебе первый комплект одежды. Переоденешься после Ричи? — спрашивает Беверли, вновь возвращаясь в режим профессионала.       Кивнув, Эдди отворачивается к висящему на стене зеркалу с кучей лампочек, которое девушка заставляла Ричи притаскивать в лофт каждый раз, когда устраивала фотосъёмки.       Ричи наблюдает за тем, как Эдди аккуратно выкладывает всё содержимое своей фиолетовой косметички, которую парень заметил только сейчас, на стол и уже было собирается начать наносить тональный крем, как его взгляд встречается со взглядом Ричи через зеркало.       Сглотнув и буквально заставив себя отвернуться, Ричи чувствует, что его запах внезапно усилился. — Рич, — стоящая прямо перед ним Беверли кивает в сторону фона в другом углу комнаты, но в её взгляде есть что-то ещё, и Ричи понимает, что ему надо заканчивать пялиться. — Да-да, — бормочет он, подходя к столу и забирая с него чёрные брюки с цветами, и направляется за стоявший неподалёку от противоположной стены фон для фотосъёмок.       У него не уходит много времени на то, чтобы переодеться, пусть он и надевает вещи с предельной осторожностью — Беверли вкладывала столько любви и заботы в каждый предмет одежды, который изготавливала, поэтому он всегда старался быть аккуратен.       По комнате внезапно разносится знакомая мелодия. — Обожаю эту песню! — слышится с другого конца лофта голос Эдди.       Ричи улыбается, узнавая новый хит Камилы Кабейо, взорвавший все чарты, но эта песня всё равно через пару недель всем надоест из-за того, что её будут крутить до самых дыр.       Надев тёмные брюки с золотыми цветами по линии швов, он застёгивает ширинку, поражаясь тому, как Беверли подогнала их прямо под него. Уже надетую на нём шёлковую рубашку остаётся только заправить с одного боку, с другой стороны позволяя струиться по телу.       Создаваемые девушкой вещи не вписывались в повседневный гардероб Ричи, но иногда он с радостью заимствовал что-то из особо понравившейся ему коллекции, когда собирался пойти на день рождения или поужинать с друзьями в ресторане, и искренне не мог дождаться, когда мир моды увидит её творчество, а люди станут скупать все её коллекции в магазинах. — Начнём с нежных цветов — розовых и фиолетовых, в твоём случае, так что пока нанеси только вот эту помаду, — как раз говорит Беверли Эдди, когда Ричи выходит из-за фона.       Девушка показывает ему большие пальцы вверх, коротко улыбнувшись, и вновь поворачивается к Эдди, как раз наносящему помаду цвета нюд. Стэн наблюдает за Ричи с любопытным выражением лица, но тот лишь вопросительно поднимает бровь и пожимает плечами, переводя взгляд на камеру. — Хорошо, иди переоденься вот в это, — говорит Бев, отдавая Эдди кофту кремового оттенка и розовые шёлковые брюки.       Тот забирает одежду из её рук и направляется в сторону фона, туда же, где переодевался Ричи. — Ты выглядишь сногсшибательно, как и всегда, Ричи Ру, — Беверли подмигивает ему, расстёгивая верхнюю пуговицу надетой на нём рубашки, и тихо добавляет: — Не пялься на него, словно извращенец.       Ричи как раз собирается ответить ей, как Беверли делает шаг назад и поворачивается к Стэну. — Можешь сначала поснимать Ричи одного?       Всё проходит не так... невыносимо, как он ожидал.       Всё ещё ошеломительно, да, но на удивление легко.       Он быстро настраивается на нужный ритм со Стэном, который с лёгкостью считывает волну, на которой находятся Ричи и Беверли, и без затруднений передаёт в фотографиях то, как девушка видит свою коллекцию и фотосъёмку в целом, пусть они и работали вместе в первый раз. К тому же, Стэн время от времени не брезгует сарказмом, что Ричи очень веселит.       Когда Эдди наконец выходит из-за фона, ему кажется, что он умер и попал в Рай, и затем Беверли ставит их сниматься вместе, и Ричи не только окружён потрясающим запахом парня, но и им самим.       Их руки время от времени соприкасаются, как и ноги, и затем Бев говорит ему приобнять Эдди за талию, и... Всё идёт как по маслу.       Сначала оба парня были немного напряжены, и Эдди, кажется, сомневался — в такой близости было несложно уловить запах его лёгкого волнения, но затем из колонки послышалась песня My Chemical Romance, и парень звонко рассмеялся над внезапной сменой музыкального жанра, и Ричи признал, что ему тоже нравится эта перемена, особенно если Эдди так хихикает под его рукой. — Я им поклонялся, — комментирует песню Ричи в надежде начать хотя бы какой-то разговор. — Джерард Уэй был одним из моих первых увлечений, — признаётся Эдди, противоречиво улыбаясь краешками губ.       Ричи даже не пытается подавить ухмылку, проступившую на его губах, краем глаза замечая, как Беверли в сотый раз закатывает глаза, но решая не обращать на это внимания. — К сожалению, я не успел купить билеты на их тур по случаю воссоединения. Это было очень обидно.       Возможно, Эдди и собирался ответить на его слова, но внезапно девушка окликает их с просьбой не отвлекаться и сосредоточиться на работе, прерывая момент.       Стэн делает фотографии Эдди в одиночестве, и Ричи даже немного расстраивается, потому что парень, кажется, переодевается во что-то пышное и покрытое цветами, но у него не получается лицезреть это своими глазами, так как Беверли гонит его надевать следующий наряд.       К тому моменту, когда он вновь выходит из-за фона во втором комплекте одежды, Эдди тоже идёт переодеваться, по дороге посылая ему длящуюся всего мгновение улыбку, и Ричи становится немного легче.       Со следующим заходом съёмок атмосфера перестаёт быть напряжённой, как раньше, и Эдди позволяет себе чуть ближе прижаться к нему, когда Беверли просит их встать рядом, и затем Ричи в порыве смелости наклоняет голову, касаясь носом виска парня, и со стороны Бев буквально слышится крик. — Замрите! — её голос чуть ли не переходит на визг, перекрывая собой Адель, поющую что-то про «‎найти кого-то, похожего на тебя», и камера Стэна щёлкает так часто, словно он не отпускает кнопки, и Ричи невольно затаивает дыхание.       Их тела повёрнуты друг к другу — на Ричи надет тёмно-синий костюм, состоящий из свободных брюк и пиджака, напоминающего на удивление искусно исполненный плащ, а Эдди одет в нежные зелёные, фиолетовые и жёлтые цвета, блузу с бантом и облегающие брюки с высокой талией, подчёркивающие его талию и бёдра. Он смотрит вперёд, одной рукой держась за предплечье Ричи, которое было ближе к камере, но тот повёрнут не в сторону Стэна и Беверли, а к Эдди, со склонённой вниз головой и почти что закрытыми глазами, что, наверное, выглядит чересчур откровенно.       Но затем Эдди чуть поворачивает голову вверх и набок, и внезапно нос Ричи касается изгиба его брови, и парень, кажется, и сам закрывает глаза. — Идеально, идеально, идеально, — скандирует Беверли себе под нос, пока Стэн продолжает щёлкать фотоаппаратом.       Ричи правда пытается не обращать внимания на то, что теперь его нос едва ли комфортно упирается в лицо Эдди, и запах парня поглощает его полностью, заполняя изнутри, но это тяжело.       Пусть ему и очень не хочется отстраняться от Эдди, он всё равно с облегчением выдыхает, когда Бев хлопает в ладоши. — Окей, теперь мы сфотографируем только тебя, Эдди. Рич, переоденешься в последний комплект?       Он делает шаг назад, из личного пространства Эдди, но не сдерживает себя, мягко сжимая его локоть перед тем, как забрать у Беверли одежду, при этом краем глаза замечая, как тот чуть хмурится.       Когда фотосъёмка подходит к концу, Беверли предлагает отметить удачно выполненную работу парочкой коктейлей, на что Ричи соглашается почти сразу, если это означает провести больше времени с Эдди.       Модели переодеваются обратно в свою одежду, и Ричи ощущает себя намного комфортнее в протёртых джинсах и футболке с логотипом группы In The Moment, но ещё комфортнее ему становится, когда Эдди так же переодевается обратно в ту одежду, в которой пришёл.       И теперь пахнет собой, без запаха Беверли через её вещи.       Это означает, что его ноги и татуировки вновь открыты всеобщему обозрению, а воротник свободной футболки оголяет одну из ключиц, при виде которой Ричи остро захотелось укусить его шею, оставив за собой метку, в совершенно дикой манере, которую он тут же попытался выкинуть из головы.       Один коктейль превращается в два, и вскоре к ним присоединяется Майк, как раз вышедший с последнего на сегодняшний день занятия, так что они заказывают несколько порций начос в стол. До того, как их заказ успевают принести, приходит и Билл, которому Эдди написал с предложением заглянуть после того, как он закроет «‎Однажды в Романе», и он также приводит с собой тихого коллегу Бена.       Где-то на задворках сознания Ричи чувствует, как Беверли пихает его ногой под столом, но он не уверен, было ли это из-за того, что он даже не пытался скрывать своего интереса в Эдди или потому что ей приглянулся Бен. В общем-то, Ричи было как-то всё равно.       Сначала Эдди сидел с противоположной стороны столика, но после того, как шоты и стаканы стали постепенно опустошаться, люди — прибывать, а Беверли в какой-то момент попросила Эдди подвинуться, чтобы выйти из-за стола и сходить в туалет, Эдди присел на край полукруглого дивана рядом с Ричи.       Их бёдра соприкасались, как и руки, и иногда Ричи задевал парня своим локтем, за что раз за разом извинялся, что было совсем на него не похоже, и Беверли поглядывала на него с забавой, хитро улыбаясь и посмеиваясь себе под нос. Эдди же продолжал закатывать глаза, и ему, кажется, было совершенно плевать, но затем он отобрал начос прямо из руки Ричи, и тот понял, что для него пути назад уже нет.       Когда Ричи вернулся домой, будучи намного менее трезвым, чем обычно после походов с друзьями в бар, и уложив очень влюблённого и пьяного Майка на своём диване, у него в телефоне был номер Эдди.

***

Если меня ещё раз попросят поставить «‎thank you, next», я закричу. Это я закричу, если ещё раз услышу, как ты ставишь «‎thank you, next».       Ричи улыбается ответу Эдди, стуча пальцем по телефону перед тем, как напечатать ответное сообщение. Слушаешь мою передачу, м, Эдс? Я же, блять, попросил так меня не называть! Ты не ответил на мой вопрос! Эдс! Эдддддддддиииииииии...       В ответ Ричи приходит лишь несколько смайликов средних пальцев, из-за чего тот ухмыляется ещё шире, и он едва ли не пропускает окончание заслушанной до дыр песни Арианы Гранде, после которой ему надо начать говорить.

***

      Билл предлагает Майку стать его парнем спустя два месяца со встречи на пляже, и с тех пор рядом с Майком становится практически невозможно находиться. Беверли едва не запрещает ему появляться в их квартире, потому что изначально она согласилась жить с ним только потому, что он почти не производил никаких феромонов, а теперь парнем пахнет почти всё вокруг, и из его запаха, смешанного с запахом Бев, выходит не самое приятное сочетание.       И Ричи, и Беверли, тем не менее, очень за него рады.       Билл добрый, и милый, и заботливый. Раньше они оберегали Майка, не брезгуя вмешаться в его личную жизнь, когда что-то шло не так с Альфами, с которыми парень встречался, но с Биллом всё было по-другому — он никогда не вёл себя так, словно был выше Майка, не злился и возмущался по тому поводу, что его парень очень близко дружит с двумя другими Альфами, и не вынуждал Майка чувствовать себя неполноценным партнёром для него из-за того, что тот являлся Бетой, а не Омегой.       Последняя часть была важнее всего.       Некоторые конченные придурки всё ещё вели себя так, словно Беты не могли удовлетворить все их желания и потребности как Альф, как могли Омеги, из-за разницы в анатомии, и у Майка было не самое приятное прошлое, связанное с такими мудаками, но Билл точно к ним не относился.       С началом их отношений у двух компаний друзей появляется ещё больше поводов проводить время вместе, за что Ричи бесконечно благодарен, потому что теперь он видится с Эдди как минимум дважды в неделю, и это не считая их спонтанных встреч, инициированных Эдди, в здании, где находится радиостанция.       Потому что иногда он так делает.       Просто появляется в студии без особой на то причины.       Ричи мог отвечать на звонок от нахального члена студенческого братства, настаивающего на том, чтобы он поставил песню DJ Snake, или девушки с очевидно фальшивым придыханием, просящей включить Лану Дель Рей, и внезапно его нюх улавливал солнечный свет, лепестки роз и цитрус, и спустя пару мгновений Эдди появлялся из-за угла, и день Ричи сразу же становился в десять раз лучше.       Иногда Эдди искрится от счастья и не может усидеть на месте, иногда дерзок и язвит, огрызаясь на каждое второе слово, и всегда — интересен и очарователен, и так Ричи узнаёт, что его любимый цвет — небесно-голубой, что он обожает блёстки, но ненавидит их использовать из-за бардака, обязательно сопровождающего процесс их нанесения и смывания, и смотрел «‎Лило и Стич» больше раз, чем мог сосчитать.

***

      Сделанные Стэном фотографии были сданы преподавателю предмета, к которому Беверли их подготовила, и после того, как ей пришли результаты — разумеется, она сдала на лучший балл — девушка выложила их в свой инстаграм.       Оказалось, что Стэн тоже поговаривал о том, что хочет использовать их на одном из своих уроков, потому что ему очень нравится конечный результат. Беверли также включила несколько фото в своё портфолио, которое собиралась в будущем использовать при поиске работы, но до этого ещё было далеко.       Ричи, не задумываясь дважды, делает репост фотографий в свой аккаунт, проследив за тем, чтобы отметить в посте фотографа и дизайнера, как и всегда, и спустя пару мгновений сомнения отмечает и Эдди.       Парень пилит экран своего ноутбука несколько долгих минут, сидя в забитой библиотеке со своими партнёрами по проекту для Цифровой Коммуникации, пока Фиби Данверс не бросает маркер ему в лицо, чтобы привлечь его внимание, потому что, как оказалось, она уже трижды задала Ричи вопрос, а он полностью её проигнорировал.       Эдди лайкает его пост спустя пару часов, как и ещё несколько сотен подписчиков Ричи, и пишет комментарий, состоящий из большого количества смайликов.       Там есть и розовые сердечки, и непонятно к чему относящиеся эмодзи дорожных знаков, и взрывающиеся хлопушки, и четыре средних пальца, и, напоследок, смайлик с сердечками вместо глаз.       Ричи ухмыляется, даже не обращая внимания на то, что может выглядеть как полный идиот.

***

      Майк рассказывает и Беверли, и Ричи, что у Билла скоро начнётся гон, который они решили провести не вместе, потому что их отношения всё ещё совсем свежие и между парами заключалась особая связь, когда они проводили вместе гон или течку. Не та связь, только если случайно, но всё же.       Это заканчивалось относительно быстро, если человек проводил течку или гон в одиночестве, но если он состоял в отношениях, то это всё проходило намного напряжённее и дольше, при этом сильно утяжеляя и усложняя взаимоотношения между партнёрами, особенно те, что начались так недавно.       Майк всё равно испытывает сильное чувство вины, потому что буквально вырос с двумя Альфами в качестве лучших друзей, и пусть он никогда и не проходил через течку или гон, но всё равно прекрасно знал, какими болезненными они могут быть, особенно в одиночестве.       По этой причине Беверли и Ричи решают организовать вечер кино и приглашают всех остальных, чтобы отвлечь их и помочь улучшить их настроение, тоже.       Ричи едва не переворачивает стол, когда слегка потрёпанный Эдди появляется в дверях, пахнущий гоном, и Альфой, и Биллом. — Эй! — Беверли щипает его за бок, чтобы отвлечь, но Ричи игнорирует её.       Он ведёт себя как идиот и прекрасно это понимает, но осознаёт, что низко рычит, пока Эдди извиняется за опоздание и говорит, что ему нужно было занести кое-какие вещи к Биллу, только когда все остальные поворачиваются к нему, и Ричи приходится приложить все свои усилия, чтобы подавить рвущееся из глотки рычание.       Эдди смотрит на него, нахмурившись, и Ричи хочет извиниться, хочет улыбнуться и сменить тему, но всё его тело словно напряжено и находится на грани.       В итоге Эдди садится рядом с Беном.       Стэн приходит только к окончанию первого фильма и сразу же направляется к Эдди, чтобы крепко его обнять. Ричи понимает, что в открытую пялится, но не может себя остановить, напряжённо наблюдая за тем, как Эдди расслабляется, пока его друг мягко поглаживает его по спине. — Простите, что опоздал. Задержали на уроке, — говорит Стэн, влезая между Эдди и подлокотником дивана, и Ричи прослеживает каждое их движение пристальным взглядом. — Хочешь что-нибудь выпить? — спрашивает Беверли, пусть квартира и не её, а Ричи, но тот, очевидно, в ближайшем будущем не собирается ничего никому предлагать. — Нет, спасибо, — отвечает парень, приобнимая Эдди и притягивая его ближе к себе.       Ричи чувствует, что очередной рык в любое мгновение норовит вырваться из его горла, но в этот раз успевает подавить звук, запивая его щедрым глотком пива.       Тем не менее, взгляда с Эдди он не сводит.       Плечи Омеги напряжены, пусть Стэн и поглаживает его спину так, словно пытается успокоить, и Ричи чувствует рвущегося из него Альфу, взбешённого и встревоженного. — Следующей идёт «‎Эйс Вентура»! — объявляет Майк, и Ричи понимает, что остальные наверняка уже почувствовали витающее в комнате напряжение, так что он благодарен своему лучшему другу за то, что тот помогает разрядить обстановку.       Ему относительно стыдно за то, что всё это происходит именно из-за него, но он ничего не может с этим поделать. Майк включает второй фильм, и некоторые шёпотом переговариваются между собой, но Ричи никак не может заставить себя перестать прослеживать каждое движение Стэна и Эдди. — Всё было в порядке, когда ты заглянул к нему? — тихо интересуется Стэн, и Эдди кивает. — Да, я же сказал, что всё пройдёт нормально, — немного резко отвечает тот, сидя так, словно всеми силами заставляет себя смотреть только вперёд и не оборачиваться.       Ричи интересно, избегает ли парень смотреть в его сторону.       Это неприятно и даже больно, но не то чтобы он этого не заслужил.       Ричи в курсе, что всё ещё заполняет всю комнату раздражёнными и взбешёнными феромонами, которые могли почувствовать даже Беты и уж точно чувствует Эдди.       Едва ли проходит полчаса с начала второго фильма, как Эдди встаёт со своего места и расправляет надетую на нём мешковатую толстовку.       Только сейчас до Ричи доходит, что эта толстовка принадлежит ему. — Спасибо за приглашение, — бормочет Эдди, оглядывая комнату, но не встречаясь с ним взглядами. — Мне нужно доделать кое-какую домашку, так что я пойду.       Беверли расстроенно стонет, но никто не останавливает Эдди и не пытается уговорить его остаться, лишь прощаясь с парнем со своих мест.       Стэн также надолго не задерживается, и Бен уходит после того, как фильм подходит к концу, так что в квартире Ричи остаются только он, Беверли и Майк. — Молодец, — с сарказмом говорит ему девушка. — Отлично сработано.       Ричи лишь стонет и зарывается лицом в диванные подушки.       Его рука тянется за телефоном, чтобы отправить быстрое сообщение, потому что последние пару месяцев, когда они расходились по домам, Ричи всегда проверял, дошёл ли Эдди до своей квартиры в целости и сохранности. И запер ли он дверь, после того раза, когда Ричи пришёл к нему и обнаружил входную дверь приоткрытой, пусть Эдди и только вернулся домой и не закрыл её, потому что знал, что Ричи вскоре подойдёт. Запри дверь.       Выходит резко и грубо, и он чувствует себя полным мудаком сразу же после того, как отправляет сообщение, но теперь предпринимать что-либо уже поздно. Ричи сжимает телефон в руке так крепко, что его костяшки белеют, и в какой-то момент ему даже кажется, что он слышит едва уловимый треск. Сделано.       Короткий ответ приходит десятью минутами спустя, и Ричи едва сдерживает резкий порыв швырнуть телефон в стену.

***

      Проходит пять дней, и за это время он ни разу не видится с Эдди. Конечно, их компании не пересекались и дольше, но Ричи и Эдди всегда находили способ увидеться чаще, чем вместе со всеми остальными, даже если ненадолго.       Также Ричи давно ничего от него не слышал, потому что Эдди не писал и уж тем более не звонил ему после того, как подтвердил, что запер дверь, когда вернулся в тот день домой.       Разумеется, Ричи ничего не пишет, потому что первым делом ему следует извиниться, что нельзя делать через сообщение или какой-то мем, пусть раньше он и предпочитал поступать именно так.       Днём пятницы он направляется в библиотеку, где обычно не проводит время по собственному выбору, только если его обязывает групповой проект, когда улавливает запах Эдди. Свежий и лёгкий, от него его внутренний Альфа буквально скребётся по стенкам, давя на рёбра, и Ричи неосознанно ускоряет шаг, перескакивая через ступеньки лестницы, и открывает дверь в библиотеку, быстро оглядываясь по сторонам, пусть поиски Эдди и могли занять не одну минуту и даже не пять из-за огромной площади библиотеки.       Но удача сегодня на его стороне, и парень почти сразу замечает Эдди за дальним столом вместе с какой-то незнакомой девушкой за пару мест от него, со слегка вьющимися, мягкими на вид волосами и опущенными плечами, и на нём опять надета толстовка Ричи.       Ричи даже не знает, откуда она у него, но он с радостью бы отдал Эдди весь свой остальной гардероб.       Он медленно подходит к столу, зная, что Эдди сможет уловить его запах, и плечи парня заметно напрягаются, когда Ричи подходит почти вплотную. Он сглатывает, останавливаясь у стула Эдди, и ему до дрожи в кончиках пальцев хочется прикоснуться к его шее и нежно провести по ней ладонью, успокоить Омегу, потому что он знает, что тот волнуется.       Тем не менее, Ричи не делает этого, потому что сейчас это бы означало пересечь черту, и вместо этого мягко, едва ощутимо поглаживает костяшками плечо Эдди, ожидая, когда тот повернётся. — Привет, — тихо бормочет Эдди, едва поворачивая голову, но не поднимая на него взгляда, вместо этого смотря туда, где рука Ричи всё ещё касается его предплечья. — Привет, — так же шёпотом отвечает Ричи.       Это странно, вести себя тихо, потому что это буквально идёт вразрез всем его жизненным установкам, самому его существу, но с Эдди всё по-другому. Он хочет быть нежным, хочет убедиться в том, что между ними всё нормально, и, важнее всего, узнать, в порядке ли Эдди. — Не против, если я присяду? — спрашивает Ричи, всё ещё не убирая руку с предплечья Эдди, смакуя любой телесный контакт, который только мог получить. — Как хочешь, — он пожимает плечами, но пихает ножку стула, чтобы тот отъехал назад, тем самым приглашая Ричи сесть.       Ричи опускает свои побитый и потрёпанный жизнью ноутбук, покрытый стикерами различных музыкальных групп, и учебник на стол. — Я скоро вернусь.       Эдди кивает, и он направляется в научную секцию библиотеки, убирая руки в карманы и делая то, зачем изначально сюда и пришёл — ищет нужный ему учебник.       Когда Ричи возвращается за стол, незнакомой девушки там уже нет, так что остаются только они с Эдди.       Он всё равно садится прямо рядом с ним.       И пытается подавить самодовольную улыбку, потому что Эдди пахнет их смешанными запахами.       Не сильно, нет, и Ричи всегда говорили, что от него пахнет не резко, если только он не находится на грани — раздражённый, расстроенный, взбешённый или движимый какой-либо ещё эмоцией, усиливающей его запах. И он не особо верит в судьбу и предназначение, но его запах идеально подходит запаху Эдди.       Эдди пахнет как розы, и солнце, и летний дождь с щепоткой лайма.       Ричи пахнет как луг с древесными нотками, словно сырая кора, и плодородная земля, и совсем немного горького шоколада.       Они потрясающе пахнут вместе, и Эдди точно это знает, учитывая тот факт, что он уже не в первый раз буквально утопает в толстовке Ричи. — Эдс? — начинает Ричи. Со стороны Эдди слышится недовольное бурчание, и парень бросает на него взгляд, вызывающий у Ричи лишь улыбку, потому что он знает, как Эдди ненавидит это прозвище, и именно это побуждает его называть парня так снова и снова. — Пожалуйста, прости за тот вечер. Мне стыдно, что я вёл себя как... — Как мудак? — подсказывает Эдди, наконец окончательно поднимая глаза с книжки и встречаясь с ним тёплым взглядом.       Обвитые вокруг сердца Ричи верёвки сожаления и совести ослабляют свою хватку, и он даже не осознавал, как тяжело ему было дышать, но как только Эдди посмотрел на него своими нежными, выразительными глазами, всё словно встало на свои места, позволяя его сердцу вернуться в привычный ритм. — Да, как полнейший мудак, — соглашается Ричи, кивая.       Долгое мгновение Эдди изучает его взглядом, и он ждёт ответа, но вместо этого чувствует прикосновение ноги парня к его ноге под столом. Ему хочется почувствовать кожу Эдди своей, без брюк, носков и кроссовок, но сейчас Ричи довольствуется любым прикосновением, которое только может получить. — Прости меня, — добавляет он спустя мгновение, и Эдди дарит ему тёплую улыбку.       Они на самом деле занимаются вместе, и за следующий час Ричи делает больше работы, чем за весь вечер учёбы с Майком и Беверли. Когда они начинают собирать свои вещи, он чувствует более настойчивое прикосновение ноги Эдди к его ступне, но парень не поднимает на Ричи взгляда, собирая все свои цветные гелевые ручки в пенал. — Я просто занёс Биллу еду и воду, — его голос граничит с шёпотом, и Ричи замирает, чтобы услышать, что Эдди говорит. — Обычно это делает Стэн, но у него был урок, поэтому... Я не был с ним во время гона.       Ричи знал это, знал, что Эдди не провёл гон Билла вместе с ним, когда пришёл к другу домой — это было просто очевидно. Он не думал, что они могли так поступить с Майком, и, даже если у Майка и Билла и была какая-то договорённость, Ричи бы об этом знал. И когда Эдди пришёл в его квартиру в тот день, он бы пах сексом, а не только гоном и Альфой, но всё же... Ему было приятно это услышать.       И особенно приятно — слышать то, как Эдди заверяет его.       Заверяет Альфу внутри него.

***

      Эдди был тактильным человеком от природы — как и большинству Омег, ему всегда нравился телесный контакт, и он охотно подавался навстречу любому прикосновению близких ему людей и просто обожал быть в центре их внимания.       Сначала это проявлялось только со Стэном и Биллом — с ними Эдди было комфортнее всего, так как они были знакомы практически всю их жизнь. Но со временем, когда все они постепенно сблизились, Эдди стал идти на тактильный контакт и с остальными. Беверли играла с его волосами, когда те чуть отрастали, завиваясь на концах, и Майк с Беном всегда оберегали его, заслоняя собой, когда Альфы пытались навязать ему свою компанию, пока Эдди заказывал выпить или просто пытался существовать без постороннего вмешательства в его личное пространство.       И был Ричи, также очень тактильный человек, который хотел буквально искупать Эдди в своём запахе — просто зарыться лицом в шею Омеги и пару раз потереться носом о нежную кожу, с радостью идя на любой контакт, который Эдди только хотел.       Он сдерживал себя, даже сильнее, когда выпивал, на что требовалось немало самообладания, наличием которого Ричи очень гордился, но когда Эдди впервые просто подошёл к нему и прижался к его боку, положив свою голову на его плечо с невольно закрывающимися от сонливости, вызванной количеством выпитых коктейлей, глазами, это того стоило.       Все играли в бильярд, и Ричи ненадолго присел за столик в ожидании своей очереди, но когда Эдди сел рядом с ним, положил его руку себе на плечи и тут же уснул в его объятиях, Ричи сразу же вышел из игры, пусть и вёл счёт, обыгрывая всех остальных. — Ой, я даже не знаю, почему, Ричи Ру, — тихо, чтобы не разбудить Эдди, съязвила Беверли, ухмыляясь, и у Ричи, на удивление, не нашлось ни малейшего желания сострить подруге в ответ на прозвище, поэтому он лишь кривовато, но оттого не менее искренне улыбнулся и приобнял Эдди ещё крепче.       Тот раз, кажется, стал переломным моментом, потому что после него Ричи стал получать ещё больше прикосновений и объятий.       До этого, разумеется, имел место быть какой-то телесный контакт — прижатые друг к другу бёдра, когда они сидели рядом, и порой сталкивающиеся плечи, пока они шли куда-то вместе — но теперь всё стало намного отчётливее.       Когда они выходили на танцпол, Эдди танцевал ближе к нему, и их тела время от времени соприкасались, а после пары напитков Эдди и вовсе мог ненавязчиво потереться о него, игриво двигая бёдрами и улыбаясь с закрытыми в блаженстве от музыки и алкоголя глазами.       Когда они играли в бильярд, Ричи улавливал феромоны счастья, исходящие от Эдди, когда они объединялись в команду и в пух и прах уничтожали все шансы Беверли и Бена на победу, играючи пихая друг друга бёдрами, и Эдди убирал непослушные тёмные кудри с его лица нежными прикосновениями таких же нежных пальцев.       Но больше всего Ричи любил моменты, когда они были абсолютно трезвыми и Эдди просто искал телесного контакта с людьми, которым доверял. Иногда это происходило во время киновечеров, иногда — во время совместного выполнения домашнего задания, а иногда пока они с Ричи вместе шли по кампусу.       Эдди обхватывал мизинец Ричи своим, или брал его под руку, или садился рядом с ним на диване и легонько пихал парня, пока тот не обнимал его за плечи или талию, и всё сразу вставало на свои места.

***

— Ну конечно ты слизеринец! — с улыбкой восклицает Ричи, переводя взгляд с телефона на смотрящего на него напущено невинными глазами и хлопающего своими пушистыми ресницами Эдди. — И что это значит? — приторно сладким голосом интересуется тот, и со стороны Стэна слышится смешок. — Он хочет сказать, что ты изобретательный и интеллигентный, как и любой слизеринец, — протягивает парень на мотив песни, словно этот разговор уже случался не один раз. — Но ты также упёртый засранец и когда попадаешь в неприятности, то переваливаешь на нас своё спасение и разрешение всех проблем. — Эй! — возмущается Эдди, по-детски очаровательно тыкая Стэна пальцем. — Не думай, что я не знаю, что ты съедаешь весь мой мармелад, пусть я и продолжаю прятать его в разных местах, — отмечает Ричи, и Эдди лишь поднимает бровь. — Не моя вина, что ты не умеешь его нормально прятать, — отрезает он, при этом всё равно ухмыляясь, и наклоняется в сторону Беверли. — Слизеринцы держатся вместе. — Именно, дорогой, — с улыбкой соглашается девушка и приобнимает Эдди за плечи, оставляя поцелуй на его виске.       Ричи не может не проследить за этим движением, и в глубине души он хочет быть тем человеком, который может так его целовать, но старается на этом не зацикливаться. — Бен! Кто ты? — зовёт друга он, поворачиваясь к пуфику, в котором Бен буквально утонул вместе с косяком, который решил выкурить сам по себе, запивая всё это двумя шотами текилы.       Оказывается, днём его откровенно вывел из себя клиент книжного магазина, закативший истерику из-за того, что «‎Пятидесяти оттенков свободы» не было в наличии, и ему пришлось заказать дополнительную партию. Ричи никогда бы не подумал, что в книжных магазинах могут быть чокнутые клиенты, но он был более чем рад достать Бену зажигалку. — Пуффендуец, сучки! — восклицает Бен, и все громко заливаются смехом. — Да, сладкий, — Беверли встаёт с места, выпуская Эдди из объятий, и садится на пуфик к Бену, чтобы поцеловать своего парня.       Эдди, кажется, совсем не против — вместо этого он ёрзает на полу до тех пор, пока не прислоняется плечом к ноге сидящего на диване Ричи. Тот перестаёт слушать их друзей, обсуждающих свои факультеты Хогвартса, и Эдди прижимается ещё ближе к нему и тянется назад, к руке парня.       Проводя ладонью по коленке, Ричи подаётся ему навстречу, и его сердце невольно совершает кульбит, когда пальцы Эдди обхватывают его запястье.       На мгновение, всё замирает, с маленькими пальчиками Эдди на его руке, пока подушечка большого пальца парня надавливает на пульс, и Ричи наблюдает за тем, как он мимолётно напрягается.       Но затем Эдди кладёт его руку себе на голову, без слов побуждая Ричи запустить пальцы в его волосы, и дышать вновь становится легче.       Пока Эдди не узнаёт, что Ричи — гриффиндорец, и не начинает называть его таким же скучным, как и Билла, и затем Билл начинает возмущаться и протестовать, вскоре привлекая на свою защиту и Майка, и в конце концов все они кучей оказываются на полу гостиной, с Эдди между упирающихся в пол по обе стороны от его головы рук Ричи, защищающих парня от пытающихся задавить их друзей.

***

      Зимы в Калифорнии — не самые неприятные на памяти Ричи, но теперь всё приобретает новые краски. С наступлением холодов Эдди начинает носить очаровательные свитера, рукава которых достают ему чуть ли не до кончиков пальцев, и милые носки с зайчиками и пандами, и на морозе щёки парня неизменно наливаются румянцем под его огромной вязаной шапкой.       Ричи хочется расцеловать красные щёки Эдди, и согреть его замёрзшие руки, и закутать его в сотню шарфов, пахнущих ими обоими, и целовать его слегка потрескавшиеся губы до тех пор, пока парень не раскраснеется ещё сильней.       Беверли безжалостно высмеивает его днями напролёт.       Майк чуть тщательнее скрывает то, как его забавляет поведение Ричи, но всё равно ухмыляется каждый раз, когда ловит смотрящего на Эдди с лицом влюблённого по уши идиота и едва ли не балдеющей улыбкой друга.       Даже Стэн начинает замечать, пусть он лишь знающе поднимает бровь, смотря на них двоих и улыбаясь краешками губ, наверняка против своей воли.       Не то чтобы Ричи старается скрывать свои чувства, особенно если судить по количеству радостных феромонов, исходивших от него каждый раз, когда Эдди находился рядом.       Что уж тут говорить, если Ричи даже без задней мысли отдаёт ему свою куртку, пока они возвращаются из кино, оставаясь лишь в футболке, пока довольный Эдди рассматривает падающие на его руки снежинки, закутанный в две куртки и пушистую шапку.

***

Мы собираемся пересмотреть последние две части «‎Звёздных войн», чтобы подготовиться к выходу новой!       Это совсем не обязательно, сообщать Эдди, что сегодня вечер кино, потому что ещё две недели назад все они согласились пройтись по всей вселенной «‎Звёздных войн», в том числе и по «Мандалорцу‎», но Ричи готов был воспользоваться любой причиной, чтобы написать ему.       Тем не менее, Эдди не отвечает на его сообщение даже через час, что для него очень странно и несвойственно. Сейчас у него нет занятий или подработки. Возможно, Эдди решил взять дополнительные пару часов в библиотеке, но тогда он бы всё равно был на связи и проводил бы больше времени в телефоне, нежели за раскладыванием книжек по полкам и помощи посетителям. И даже если его ловили за прокрастинацией в рабочее время, Эдди достаточно было похлопать ресницами и включить свой шарм, и ему всё сходило с рук.       Несомненно слизеринец, показывающий себя во всей красе. Эдс?       Последнее занятие Ричи закончится через двадцать минут, и тогда он должен будет направиться в сторону дома, где его наверняка уже ждут Майк и Беверли с Беном, пусть последний иногда и задерживался в книжном магазине вместе с Биллом.       Квартира Эдди, однако, находится по пути, если ему вдруг захочется прогуляться по кампусу, так что когда профессор подводит лекцию к концу и Ричи всё ещё не приходит никакого ответа на его сообщения, парень выходит из здания и направляется чуть другим путём, чем обычно. — Эдди? — зовёт он, стуча в дверь квартиры.       Эдди жил не в общежитии, как Стэн, Беверли и Майк, а арендовал недорогую квартирку поблизости, как и Ричи, что непременно означало серые скучные коридоры, похожие друг на друга. Но было что-то в двери квартиры Эдди, выделяющее её из всех остальных.       Возможно, это была фиолетово-чёрная доска со свисающим с неё розовым маркером и рисунком Иа в самом углу, который определённо нарисовал Стэн, потому что ослик был его любимчиком. Эдди же просто обожал Стича, и Ричи уже искал огромную мягкую игрушку ему на день рождения, о которой отказывался говорить Беверли. — Эдс? Я выбью дверь, если ты не ответишь, — голос Ричи становится значительно громче, и он стучится в дверь сильнее, чем раньше, потому что знает, что Эдди дома.       Его запах проникает через дверь, намного сильнее, чем обычно, будто Эдди только вернулся домой. Или потому что он стоит по другую сторону двери, прямо за ней. — Эдди?       За дверью слышится едва уловимое движение, и Ричи делает шаг назад.       И у него чуть ли не подкашиваются ноги, когда его окутывает новая волна дурманящего запаха.       Однако сейчас он тяжелее и отличается, совсем чуть-чуть. — Эдди, — на выдохе шепчет Ричи, опираясь ладонью на дверной косяк. — Рич?       Взгляд парня встречается с его. Эдди выглядит только что проснувшимся, почти с ног до головы обёрнутый в пушистый плед, с едва взлохмаченными после сна волосами и сонливыми глазами.       И на нём опять толстовка Ричи. — Ты... — Ричи замолкает, пытаясь вдохнуть просачивающийся в коридор запах и распробовать его без слишком очевидной реакции.       Теперь понятно, что интенсивность запаха не зависела от того, что Эдди только вернулся домой или стоял с другой стороны двери, как изначально подумал Ричи, потому что после того, как парень появился на пороге, запах стал ещё сильней. — У тебя течка? — спрашивает он, тут же едва заметно кривясь, потому что, во-первых, это грубо, спрашивать о гоне или течке, и, во-вторых, Эдди не пах возбуждением.       Всё же, он пахнет ещё лучше, чем обычно — потрясающе, умопомрачительно... слишком.       И совсем немного как мёд, чего Ричи раньше не замечал. — Эм... — Эдди замолкает, и он замечает его слегка покрасневшие щёки, когда парень ещё глубже пытается укутаться в пушистый плед, наклоняя голову набок и очаровательно потираясь щекой о мягкую толстовку Ричи. — Нет, это... мягкая течка.       Раньше Ричи, разумеется, слышал о мягких течках, но никогда с ними не сталкивался. Они не были так широко распространены, как обычные течки, и здесь всё не крутилось вокруг секса, и сцепки, и чувства заполненности — наоборот, мягкие течки были о комфорте, и гнездовке, и нахождении рядом со своим партнёром.       Многие Омеги принимали подавляющие препараты, также относившиеся к средствам контрацепции, так что они проходили через течки всего лишь раз в год, в то время как без подавителей это случалось раз в три месяца. Побочным эффектом как раз таки и были мягкие течки, но Ричи ни разу в жизни не пересекался с Омегой, проходящей через неё прямо в момент их встречи. — Оу, — он несколько раз кивает, не находя подходящих слов.       Эдди выглядит таким милым, уютным и домашним, и внутренний Альфа Ричи говорит ему, что он может помочь Эдди почувствовать себя ещё теплее и уютнее, но он не хочет пересекать никаких черт. — Ты... в порядке?       Эдди ещё глубже укутывается в плед, и тот факт, что он не съязвил Ричи в ответ на его беспокойство, многое говорит о том, в каком состоянии парень сейчас пребывает. — Да, в порядке, — мягко отвечает он, цепляясь пальцами за пушистый плед. — Полагаю, ты не пойдёшь на киновечер сегодня? — уточняет Ричи, пусть уже и знает ответ.       Отрицательно качнув головой, Эдди опускает взгляд. — Я не... Мне нужно находиться здесь, в своём пространстве.       Это имеет смысл, и Ричи отчасти его понимает — во время гона он даже не рассматривает вариант покинуть свою квартиру, свою территорию, где его окружают принадлежащие ему и пахнущие им вещи.       Но он также не хочет оставлять Эдди одного, и, пусть это и неполноценная течка, это всё же что-то, и Эдди пахнет по-другому и выглядит таким маленьким, что Ричи просто хочется закутать его в кокон из одеял и своих рук, нежно тереться лицом о его лицо и шею, оставляя на Омеге свой запах, и усыпать его полными любви и заботы поцелуями. — Хочешь, чтобы я остался? — вырывается у Ричи прежде, чем он успевает себя остановить.       Эдди поднимает на него поражённый взгляд всё ещё сонливых, но таких выразительных и тёплых глаз, и, судя по слегка смазавшимся теням и светло-коричневой подводке, внезапное желание прилечь застало его врасплох, потому что обычно Эдди всегда смывал весь макияж перед сном. — Я... — его щёки заливаются краской, а запах становится ещё сильней. Он переживает, и Ричи это не нравится. Все его инстинкты говорят ему успокоить Омегу, устранить любую проблему, которая может хоть немного его волновать. — Я не... У тебя планы. — Да, с нашей компанией, которые повторяются каждую неделю, — отвечает Ричи, потому что если Эдди переживает лишь по этому поводу, то это совсем не проблема. — У Майка и Бев есть ключи от моей квартиры, так что они смогут впустить всех остальных и посмотреть фильмы без нас.       Вечера кино всегда организовывались именно у Ричи дома, потому что его квартира была самой большой по площади, и он жил один, пусть из мебели в гостиной у него и были лишь диван и одно кресло — все, кому не хватало места, садились прямо на полу, друг у друга на коленях или же на пуфике. — Я хочу быть здесь, с тобой, Эдс, — мягко говорит он, наблюдая за тем, как Эдди смотрит на него перед тем, как сделать шаг назад, приглашая войти. — Ненавижу, когда ты так меня называешь, — бубнит парень себе под нос.       Не сдерживая улыбки, Ричи поднимает руку и мягко щипает его за всё ещё залитую краской щёку. — Знаю, милый, — нежным голосом говорит он перед тем, как зайти в квартиру.       Ласковое прозвище слетает с его языка само собой, пусть Ричи и убеждён, что никогда ещё так никого не называл.       Запах Эдди внутри квартиры ещё более всепоглощающий, и он пытается не показывать то, как глубоко вдыхает его через нос, снимая кроссовки и оставляя их рядом с осторожно расставленной у двери обувью Эдди, и оглядывается по сторонам. Разумеется, Ричи и раньше бывал у него, хоть и не так часто, как парень приходил к нему домой, и пусть квартира и не была слишком просторной, всё вокруг очень напоминало Эдди.       И лампы с абажурами пастельных оттенков, и переливающиеся мягким свечением гирлянды, развешанные по стенам, и свежие цветы в расписных вазах, и разноцветная обивка мягкого дивана. Эдди, кажется, уснул прямо на нём, потому что рядом с диванными подушками лежит ещё один плед и... — Это мой шарф? — спрашивает Ричи и когда поднимает на Эдди взгляд, тот краснеет ещё сильней и очевидно пытается сделать вид, что в этом нет ничего такого и он ни капли не смущён, но безуспешно. — Возможно, — бурчит он себе под нос, и Ричи с улыбкой оставляет свой рюкзак у двери перед тем, как подойти к дивану.       Стараясь не разрушить построенное Эдди из дорогих ему вещей гнездо, он садится сбоку и ждёт, пока заметно колеблющийся Омега подойдёт к нему. Ричи не пытается поторопить его, поэтому просто сидит в тишине, пусть это для него и нелегко, но он просто хочет, чтобы Эдди делал лишь то, в чём он нуждается, тратя на это столько времени, сколько ему только захочется.       В конце концов, Эдди подходит к дивану, сдвигает вбок сложенные на нём вещи, складывая плед и убирая его на мягкий подлокотник, но оставляет шарф Ричи, кладя его себе на колени и мягко перебирая вязаную ткань пальцами.       Ричи не сдерживает ни улыбки, ни феромонов счастья, наверняка уже давно заполнивших всю гостиную, и когда он делает глубокий вдох, то замечает, что и от Эдди также исходит запах счастья, смешиваясь с его в воздухе вокруг них. — Ты голоден? — спрашивает Ричи, оглядываясь по сторонам в поисках чего-либо, свидетельствующего о том, что Эдди ел и пил, чтобы убедиться в том, что Омега в полном порядке и ни в чём не нуждается. — Нет, я недавно позавтракал, — бормочет Эдди, ёрзая на диванных подушках, чтобы устроиться поудобнее. — Что насчёт воды? — продолжает парень, и Эдди тихо фыркает, будто вопросы Ричи его раздражают. — Я в порядке, Рич, — недовольно бубнит он, но Ричи качает головой, встаёт с дивана, перед этим не сдерживая себя и оставляя лёгкий поцелуй на лбу Эдди, проводя пальцами по мягким, слегка взъерошенным локонам, и направляется на кухню.       В холодильнике есть несколько бутылок воды, и он берёт одну из них, замечая яблоки в отделении для овощей и фруктов. Эдди — единственный студент из всех знакомых Ричи, который на самом деле пользуется этим отделением холодильника.       Заодно подхватывая самое сочное зелёное яблоко, он возвращается в гостиную и садится на то же место на диване, и Эдди буквально забирается под его бок, щекой прижимаясь к плечу Ричи и растирая на нём свой запах.       Альфе Ричи это очень, очень нравится. — Хочешь пить? — предлагает он, оставляя яблоко на кофейном столике и открывая бутылку. Эдди что-то бурчит в его плечо, ещё глубже зарываясь лицом в его толстовку. — Выпей, пожалуйста, немного воды для меня, милый, — пробует Ричи вновь.       Долгое мгновение со стороны парня слышится лишь тишина, но в итоге Эдди поднимает голову, приоткрывая рот, и Ричи улыбается, плавно поворачиваясь к нему и поднося горлышко бутылки к его губам.       Сделав несколько глотков, Эдди едва наклоняет голову, и он закрывает крышку бутылки перед тем, как оставить её на столике рядом с яблоком.       С самого начала это казалось естественным, заключать Эдди в объятиях, но сейчас всё намного более лично и сокровенно, потому что он знает, что Эдди будет буквально купаться в его запахе, выпивая его феромоны Альфы до самого дна.       В этом нет ничего такого, и даже если на его месте бы были Беверли или Билл, то ничего бы, наверное, не изменилось, пусть Ричи и не хочет об этом думать.       Альфа внутри него не хочет об этом думать. — Хочешь чего-то ещё? — тихо спрашивает он, просто пытаясь помочь Эдди расслабиться и почувствовать себя настолько уютно, насколько только возможно.       Ричи помог ровно трём Омегам во время их полноценных течек, и перед тем, как всё происходило, между ними устанавливались некие договорённости, так что тогда всё было совсем по-другому.       Однако Ричи даже близко не чувствовал к ним ничего такого, что он чувствовал к Эдди, и сейчас им двигало стремление окутать парня своим запахом и проследить за тем, чтобы тот чувствовал себя максимально комфортно и удовлетворённо и ни в чём не нуждался, удерживая Омегу за закрытыми дверьми, подальше от всех остальных, пока он не перестанет так чертовски вкусно пахнуть. — Эм... — Эдди прерывается, поднимая на него взгляд чуть сощуренных глаз. Ричи не имеет ни малейшего понятия, чего именно хочет от него парень, но он готов дать ему всё что угодно, если это сделает Эдди счастливым. — Я...       Вместо того, чтобы продолжить, Эдди сбрасывает с себя плед и в мгновение ока перекидывает ногу через бёдра Ричи, забираясь к нему на колени и утыкаясь лицом в его плечо.       Поражённый резким поворотом событий, Ричи замирает и ждёт, пока Эдди усядется поудобней. Новая поза оказывается ещё более интимной, чем раньше, особенно когда парень ёрзает на месте, коленями утыкаясь в диванные подушки по обе стороны от бёдер Ричи и тем самым касаясь его паха своим, зарывается лицом в его шею, прямо рядом с равномерно пульсирующей под кожей сонной артерией, откуда и доносился запах Альфы, и делает глубокий вдох.       Однако затем Эдди почему-то замирает, напрягаясь всем телом, словно его что-то волнует. — Ты ведь не против? — бормочет он в шею Ричи, и у того моментально закрываются глаза от ощущения движущихся поверх его кожи мягких губ.       Улыбаясь самому себе, Ричи наконец поднимает руки с дивана и обнимает Эдди, оставляя ладони покоиться на его спине. — Конечно нет, — отвечает он, едва наклоняя голову и предоставляя Эдди больший доступ к своей шее, и Альфа Ричи совсем не возражает обнажению уязвимого горла, чтобы помочь Эдди почувствовать себя лучше.       Всё тело Эдди моментально расслабляется, словно растекающийся по Ричи растопленный шоколад, уютно, удовлетворённо и счастливо.       Периодически Омега поворачивает голову, и Ричи улавливает сладкий запах счастья, наполняющий комнату, и дурманящий аромат лепестков роз, солнца и мёда, окутывающий его со всех сторон, и он едва сдерживает в себе порыв исполнить какой-нибудь совершенно дурацкий танец от переполняющих его эмоций и радости, что он может так влиять на Эдди и успокаивать его.       В какое-то мгновение парень шмыгает носом и утыкается им за ухо Ричи, где запах сильнее всего, делая глубокий вдох. — Всё в порядке, маленький Омега, бери всё, что хочешь, — мягко шепчет он, одной рукой поглаживая Эдди по спине, и неприятно удивляется, когда тот напрягается, потому что всё же шло так хорошо.       Ослабляя и без того нежную хватку на бедре парня и переставая гладить его по спине, он замирает, не желая подталкивать Эдди к тому, чего тот может не хотеть. Но затем Ричи моргает, наконец понимая, что только что сказал.       Маленький Омега.       Это ласковое прозвище, обычно используемое связанными парами или парами, которые собирались связать себя друг с другом, и Ричи определённо не планировал назвать Эдди так.       Он никогда ещё не называл так ни одного Омегу.       Однако мгновение спустя воздух наполняется новой волной радостных феромонов, и Эдди пододвигается ещё ближе, если это возможно, лбом утыкаясь в ключицы Ричи, тихо всхлипывая и потираясь о них носом, оставляя там свой запах.       Ричи также расслабляется вслед за ним и берёт убранный Эдди на другой конец дивана плед, чтобы накинуть его на плечи парня. Мягкая ткань отчётливо пахнет Эдди, но можно уловить и запах Билла со Стэном, что имеет смысл, ведь именно с ними Эдди был ближе всех, так что их запах наверняка успокаивал его, особенно во время мягкой течки, когда он нуждался в заботе и комфорте.       Конечно же Ричи знает, что запахи двух его друзей помогали Эдди почувствовать себя уютнее, но это не останавливает его внутреннего Альфу от недовольства и даже возмущения, потому что ему очень, очень не нравится то, что об Эдди может заботиться кто-то, кроме него.       Он понимает, что это несправедливо, но его Альфа хочет быть всем, в чём его Омега только может нуждаться.       В чём мог нуждаться Эдди.       Просто Омега.       Не его.       Ричи продолжает мягко поглаживать его по спине поверх пледа, помечая его своим запахом, и затем запускает руку под мягкую ткань, чтобы приобнять Эдди за талию. Тот хмыкает, тихо и довольно, вызывая у Ричи улыбку, и затем вновь поворачивает голову и трётся носом о его горло. Разливающееся внутри Ричи тепло скользит выше по его телу, поглощая его полностью, и он окончательно расслабляется, едва ли не утопая в диванных подушках. — Можешь посмотреть что-нибудь по телевизору, если хочешь, — бормочет Эдди, и его голос звучит так, словно он вот-вот уснёт. — Пульт лежит... Вот там...       Чуть подняв руку, он машет ей куда-то вбок, но почти сразу же залезает обратно под плед, обнимая Ричи. Тот лениво наклоняет голову, замечая лежащий неподалёку пульт, и берёт его, включая первый попавшийся канал, по которому идёт «‎Блондинка в законе», просмотренная им вместе с Майком уже сотню раз, и уменьшая звук, чтобы не мешать Эдди.       Тот, кажется, совсем не против, и Ричи, опустив пульт, возвращает свою ладонь на его спину перед тем, как провести ею вдоль по позвоночнику и остановиться между лопаток Эдди, что тому определённо нравится — его тело словно мякнет ещё больше, нос Ричи приятно щекочут феромоны искреннего счастья, и внутренний Омега Эдди кажется абсолютно удовлетворённым.       И Ричи это очень нравится.       Нравится то, что он может помогать Эдди, вот так.       До этого он помогал другим Омегам пережить течки, но с двумя из них он сошёлся во время своего гона, так что это было не в счёт — он был не совсем в том состоянии, чтобы фокусироваться только на них.       Третьей же была Омега, с которой он состоял в отношениях, но и то, это произошло всего один раз. Тогда Ричи было восемнадцать, и он вот-вот должен был выпуститься из школы, и девушка была напряжена и не удовлетворена на протяжении всей своей течки. Ричи попытался сделать всё, что только мог, чтобы доставить ей удовольствие, но всех его усилий было недостаточно. Он никак не мог понять, в чём была причина, чувствуя себя некомпетентным, недостаточным для Альфы, пусть тогда он и был подростком и не мог знать всего о том, как заботиться о своём партнёре, но в итоге оказалось, что его девушка виделась не с ним одним — причиной того, что они не могли окончательно связаться друг с другом и согласовать свои желания и потребности, послужила её привязанность к кому-то другому, и её внутренняя Омега это знала и не могла быть окончательно успокоена Ричи.       С Эдди же всё было по-другому.       Всё ощущалось правильно.       У друзей и семьи прекрасно получалось успокаивать Омег, если они были Альфами, но лучше всего с этим справлялись вторые половинки, потенциальная пара, и сейчас, с Эдди... Всё казалось правильным.       Его тело отвечает на исходящие от Эдди феромоны своими, успокаивающими, и Омега был таким мягким и идеально умещался в руки Ричи, с размеренным, спокойным сердцебиением под кончиками его пальцев, мягко указывающим на то, что сейчас Эдди чувствовал себя в полной безопасности в его объятиях.       Вскоре Омега засыпает, пока его ладони покоятся на спине Ричи в свободном объятии. Эдди буквально растворяется в нём, и парень улыбается, лишь частично смотря идущий по телевизору фильм, который Майк, скорее всего, мог пересказать от начала до конца, и вдыхает родной аромат только что прошедшего дождя и роз.

***

      К моменту, когда Эдди наконец просыпается, появляясь в дверях кухни лишь в нижнем белье и свободной футболке, оголяющей его ключицы, с испуганным выражением лица, Ричи уже давно на ногах — он готовит или скорее пытается приготовить съедобный завтрак, потому что кулинарные искусства, как Ричи их называл, никогда не давались ему без боя, и этим утром все заброшенные им попытки вернулись и ужалили его прямо в задницу, так как весь процесс катится в никуда.       Сначала Ричи был уверен в своих кулинарных способностях и пребывал в прекрасном настроении, пока не уловил запах отчаяния и беспокойства Эдди, и Альфа резко поворачивается, обнаруживая парня на пороге кухни. — Эдди? — Ричи хмурится и делает шаг к нему. — Что-то случилось?       Волосы парня, как и прошлым вечером, взлохмачены, и на одной из его щёк отпечатались складки подушки, и весь Эдди выглядит очаровательно сонным, но его глаза широко распахнуты едва ли не в испуге. — Я... Я подумал, что ты ушёл, — бормочет он и почёсывает свою щёку покрытыми нежно-розовым лаком ногтями, выглядя крайне смущённо.       Брови Ричи поднимаются в удивлении, пока изнутри его пронизывает чувство вины. — Нет, я пытался приготовить тебе завтрак? — он морщится, неловко посмеиваясь. — Но у меня не особо получилось.       Долгое мгновение Эдди просто смотрит на него, пока не сглатывает и буквально не срывается с места, чтобы налететь на Ричи.       Тот удивлённо охает и делает шаг назад, чтобы восстановить равновесие, но быстро приспосабливается к весу Эдди, одной рукой подхватив его под бедром, а другой приобняв за спину, и наклоняет голову, успокаивающее потираясь щекой о его волосы и помечая его своим запахом. — Эй, всё в порядке, милый, я рядом.       Это всегда были Эдс, и Эддикинс, и Эдди Спагетти, произносимые с теплотой и любовью, но после вчерашнего между ними что-то поменялось.       По крайней мере, он хотя бы больше не называет его маленьким Омегой. — Спасибо, что не ушёл, Рич, — шепчет Эдди в его шею, и его голос всё ещё звучит смущённо.       Ричи это не нравится, поэтому он обнимает парня ещё крепче, поглаживая его по спине, чтобы успокоить. Кажется, это работает, и Ричи поворачивает голову, едва сдерживая себя, чтобы не оставить поцелуй у Эдди на виске. Пару минут они не двигаются, просто наслаждаясь запахами друг друга и комфортом объятий, пока Эдди не вздыхает и не начинает ощутимо ёрзать.       Ричи опускает его на землю и с улыбкой замечает, что лицо Эдди всё ещё залито краской, и он выглядит по-домашнему очаровательно, медленно моргая, словно вот-вот уснёт вновь. — Как долго продолжаются мягкие течки? — спрашивает Ричи, прокашливаясь и наклоняя голову набок. — Я не... Прости, я почти ничего о них не знаю. Они похожи на обычную течку? — Всё в порядке, — Эдди дарит ему тёплую улыбку. — Несколько дней, но первые два всегда ужаснее всего. Мои преподаватели и босс уже знают, так что я побуду дома. — Хорошо, — отвечает Ричи перед тем, как успевает обдумать свои слова.       Эдди поднимает бровь, проводя рукой по волосам и изучая его взглядом. — Хорошо? — Прозвучало не очень, — бормочет парень, поморщившись. — Да уж, — соглашается Эдди, но не развивает эту тему и не упрекает Ричи за неуместный выбор слов.       Они пахнут собой и друг другом, и Эдди выглядит ещё красивее, чем обычно, если это вообще возможно, и к нему так и хочется прикоснуться. Сладкий запах мёда всё ещё витает в воздухе, и Ричи знает, что причиной этому служит мягкая течка Эдди, но всё же невольно задаётся вопросом, просто ли это запах течки или же возбуждения.       Сглотнув, Альфа делает шаг назад. — Думаю, мне пора, — говорит он, понимая, что ему лучше на какое-то время остаться наедине, чтобы проветриться. — Днём у меня занятия, а потом работа.       Эдди кивает, но продолжает цепляться за край своей футболки, переводя взгляд с него на дверь и обратно, и Ричи замечает, как его плечи вновь начинают напрягаться. — Но я вернусь, если ты не против, — уточняет он, вновь делая шаг назад, пусть все его инстинкты и говорят ему коснуться Омеги, прижать его к себе и успокоить, заверяя, что нигде ему не хочется находиться так сильно, как здесь, вместе с ним. — Нет... Нет, не против, — прокашлявшись, Эдди перестаёт теребить футболку пальцами и складывает руки на груди, из-за чего выглядит ещё меньше, чем обычно.       Ричи быстро надевает кроссовки, зашнуровывает их и поворачивается к Эдди, и всё внутри него неприятно сжимается, когда он видит его, сжатого и словно чем-то расстроенного. — Эдди? — он пересекает комнату, останавливаясь прямо перед Эдди, и вновь обнимает его. — Ты в порядке? — Да, — бормочет тот в его грудь. — Ты уверен?       Ричи морщится, зарываясь носом в его мягкие волосы, чувствуя в его запахе лёгкое волнение, и про себя надеется, что Эдди переживает не из-за него.       Ему просто хочется целовать Эдди, пока тот не начнёт улыбаться вновь, навсегда забывая про любое волнение. — Я вернусь после смены, хорошо? — шепчет Ричи в его волосы, получая в ответ лишь неразборчивое мычание.       Этой ночью он спал в толстовке, надетой на футболку, и спортивных штанах, в которых пришёл вчера, и ему нужно будет заглянуть домой, чтобы переодеться, перед тем, как пойти на учёбу, и у него впереди ещё предостаточно времени.       Отстраняясь, Ричи опускает взгляд на свою серо-фиолетовую толстовку и мгновение спустя снимает её с себя и выжидающе смотрит на Эдди. — Руки вверх, — говорит он, когда парень продолжает непонимающе переводить взгляд с него на кофту и обратно. — Что? — Эдди удивляется ещё сильней, но всё равно поднимает руки.       Когда они замирают над его головой, Ричи осторожно надевает слишком большие рукава на каждую из его рук перед тем, как помочь Эдди просунуть голову в толстовку, и стягивает мешковатую вещь вниз по его телу.       Эдди тонет в слишком большой для него толстовке и выглядит и пахнет просто потрясающе.       Он буквально сияет от счастья — Ричи и видит, и чувствует это в его запахе. — Так нормально? — мягко спрашивает он. — Мне всё равно немного жарко.       И это правда. Ричи не просто хочет видеть его в своей одежде — ему на самом деле душно, что странно, но он решает не обращать на это внимания. — Это идеально, — шепчет Эдди с улыбкой, опуская взгляд на свои руки, с которых свисают слишком длинные для него рукава толстовки, перед тем, как вновь посмотреть на Ричи.       Закутанный в его кофту, он пахнет как они оба, смотря на Ричи полными доверия глазами тёплого оттенка шоколада, и сердце Ричи колотится в груди, умоляя его податься вперёд, поцеловать Эдди, коснуться его шеи и уткнуться носом в нежную, потрясающе пахнущую кожу под его ухом, вдыхая цветущие розы, и дождь, и сладкий-сладкий мёд. — Я напишу, как только освобожусь, — обещает Ричи, подхватывая свой рюкзак перед тем, как уйти, и убеждаясь в том, что дверь за ним закрыта. — И не забудь её запереть! — кричит он с другого конца коридора перед тем, как быстрым шагом направиться в сторону своей квартиры.

***

      Этим утром у Ричи только две пары, и после последней у него остаётся час до того, как начнётся его смена на радиостанции. Обычно он проводит это время рядом с кампусом и встречается с друзьями — в последнее время компанию ему составлял в основном Эдди — но ему нужно зайти домой, чтобы переодеться.       Во время занятий он ловит на себе посторонние взгляды, наверняка из-за того, что от него отчётливо пахнет Омегой, хотя, может, и потому, что сегодня на улице относительно прохладно, а Ричи расхаживает в одной футболке, и при этом на его лбу всё ещё как-то проступает испарина.       Ричи совершенно не волнует то, что он пахнет Эдди, но его Альфа был так этим отвлечён во время учёбы, что парень совсем не следил за происходящим на обеих парах, и завтра ему определённо придётся позаимствовать чужие записи с занятий.       Переодевшись, он пишет Беверли, чтобы спросить, где она, и девушка отвечает, что прямо сейчас работает в одной из дизайнерских мастерских в творческом крыле университета. Ричи находит её без малейших затруднений, потому что Бев всегда выбирает один и тот же кабинет, как и с лофтом для фотосъёмок.       Ей достаточно вдохнуть его запах лишь единожды, чтобы тут уже освободить парню место на диване, куда тот незамедлительно плюхается, опуская голову Беверли на колени. — Чёрт, я просто... Я не хочу напугать его, понимаешь? Не хочу давить на него... Тем, как сильно я его хочу, — Ричи стонет и тут же морщится, пряча лицо в свои ладони. — Со всем, что я хочу вместе с ним. — Ты всегда хотел себе пару, Ричи Ру, — голос Беверли мягкий, и она медленно проводит пальцами по его волосам, распутывая непослушные кудри. — Ты хочешь заботиться о ком-то, защищать и любить их. В этом нет ничего плохого.       После слов девушки к щекам Ричи приливает краска, пусть она и говорит правду. Возможно, во многом им и движут инстинкты Альфы, но он всё равно хочет быть чьим-то и иметь возможность называть кого-то своим. — Не думаю, что Эдди бы понравились твои слова о том, что ему нужен кто-то, кто мог бы защищать его и заботиться о нём, — отмечает он.       Беверли смеётся, продолжая поглаживать его волосы. — Ему не нужен кто-то, кто мог бы защищать его и заботиться о нём. Как и всем нам, — возражает она. — Но мы ничего не можем с этим поделать, и Эдди подпустил тебя к себе в момент своей уязвимости. Он доверился тебе, зная, что ты не воспользуешься его положением. Это о многом говорит. Серьёзно, Рич, не будь идиотом. Он влюблён в тебя настолько же сильно, как и ты в него.       Парень поднимает на Бев недоверчивый взгляд, но та лишь улыбается ему. — Ты замечательный Альфа, Рич. Ты всегда заботился о нас, даже если мы не нуждались в твоей заботе или не хотели её, — после её слов Ричи улыбается, поднимая руку с колен подруги, чтобы накрутить один из её мягких локонов на палец. — И непохоже, чтобы ты как-либо надавил на него вчера и сегодня, вынуждая делать то, чего он не хотел. Я более чем уверена, что тогда Эдди сломал бы тебе нос.       Ричи не сдерживает растущей на его лице улыбки, потому что именно поэтому Эдди ему и нравился. — Ты всегда будешь моей любимицей, Бев, — с ухмылкой говорит он, из-за чего девушка вновь смеётся, совсем не как леди. — Да, но не твоим любимым человеком. Это наш Эдди. И, думаю, тебе как раз пора возвращаться к нему. — Сначала мне надо на работу, — возражает Ричи, поднимаясь с дивана. — Ну уж нет, — перебивает его Беверли. — У твоего Омеги течка, они не могут заставить тебя работать.       Глаза Ричи широко распахиваются после её слов, будто девушка ударила его прямо в солнечное сплетение, выбивая из его лёгких весь воздух. — К тому же, твой запах немного усилился, так что... — добавляет она, но Ричи больше её не слушает.       У твоего Омеги.       Чёрт возьми.       Он не знает, что сейчас чувствует сильнее — любовь, возбуждение или отчаянную необходимость вернуться к Эдди, чтобы убедиться в том, что Омега всё ещё пахнет ими обоими. Всё его тело словно замирает на месте, и единственное, что он слышит, это стучащую в ушах кровь и его быстро колотящееся сердце, чувствуя, как жарко и тесно ему в его собственной коже.       Ричи не имеет ни малейшего представления о том, сколько времени проходит, прежде чем он наконец моргает и вновь смотрит на Беверли, наблюдающую за ним с довольной и полной забавы ухмылкой. — Ты серьёзно пойдёшь на работу после такой реакции?

***

      Ричи всё равно отрабатывает свою смену на радиостанции, потому что не совсем доверяет себе из-за реакции, которую в нём вызвали слова Беверли. Просидеть в студии целых полтора часа очень нелегко, и это многое говорит, потому что Ричи обожает свою работу и хочет продолжить карьеру в этой сфере после окончания университета.       Почти всё время он проводит в телефоне, что наверняка не укрывается от всех остальных слушателей радиостанции. Ему также очень жарко, особенно в тесной студии звукозаписи, поэтому Ричи включает кондиционер на полную мощность, пусть за окном и зима и Лауре, которая будет вести подкаст сразу после него, это явно не понравится, и старается думать о чём угодно, кроме проступающей на лбу испарины.       Под кожей неприятно зудит, и он продолжает дёргать себя за волосы, постоянно ёрзая на месте и чувствуя себя на грани, и эта смена кажется самой долгой на памяти Ричи, но он всё равно в конце концов через неё прорывается.       От Эдди приходит только несколько сообщений, и он не хочет загружать его и оправлять три сотни в ответ, пусть в любой другой день наверняка поступил бы именно так. Поэтому Ричи перечитывает его сообщения до тех пор, пока не запоминает их наизусть, и затем пролистывает свою фотоплёнку и заходит в их общую беседу друзей, улыбаясь язвительным сообщениям Эдди на чьи-то подколы и присланным парнем мемам, на каждый из которых отвечает, даже если особо и не следит за ходом разговора.       Ричи обожает его всем сердцем.       Когда Лаура наконец появляется в дверях студии, чтобы сменить его, он дёргает коленом так часто и сильно, что только после её недоумевающего взгляда осознаёт, что стук его ноги о пол всё это время был слышен через микрофон, и буквально вылетает из дверей.       Лаура что-то кричит ему вслед, но у Ричи нет на это времени, поэтому он просто громко прощается с ней и машет рукой, едва не спотыкаясь, и затем чуть ли не срывается в сторону дома, где живёт Эдди.       Слова Беверли вновь и вновь повторяются в его голове.       Твой Омега.       Твой Омега.       Твой Омега, твой Омега, твой Омега.       Это неправда, но Ричи до дрожи в кончиках пальцев хочет претворить её слова в жизнь.       В них с Эдди было что-то такое, благодаря чему они безупречно подходили друг другу, и что-то в Омеге Эдди так же идеально подходило Альфе Ричи.       Эдди не поддавался ему из-за того, что он был Альфой, требовал от Ричи уважения и чуть ли не держал его в ежовых рукавицах, и именно этого Ричи и хотел.       Он не хотел партнёра, который бы просто опускал голову и полагался на него как на Альфу.       Ричи нужен был равный партнёр.       Но вчера вечером и сегодня утром Омега Эдди нуждался в уюте и заботе и нашёл их в Альфе Ричи. То, как Эдди просто растворился в нём, позволяя Ричи позаботиться о себе...       Это очень много значило для Ричи и его Альфы. — Эдди? — он стучит в дверь сильнее, чем требуется. — Эдди, ты не спишь?       Около часа назад Ричи написал ему, сообщая, во сколько закончится его смена, и в ответ получил фотографию малыша Йоды на экране телевизора Эдди с несколькими хлопающими смайликами.       Ричи стоит перед дверью, прислушиваясь к малейшим звукам по ту её сторону, но не слышит даже телевизор и поэтому хмурится, доставая телефон, чтобы позвонить Эдди, но внезапно дверь открывается.       Всё, что улавливает обоняние Ричи, это Альфу. — Привет, Р-рич, — Билл тепло улыбается ему, но его улыбка тут же испаряется, когда он замечает нахмуренное выражение лица парня. — Эм...       Его нос чуть морщится, и в глубине души Ричи искренне не хочет заполнять всё вокруг разозлёнными и раздражёнными феромонами и пытается успокоиться, но, кажется, безуспешно. — Эдди только что уснул. Ты хотел зайти?       Запах Билла, мягкий и успокаивающий, ярким контрастом выделяется на фоне резкого, терпкого запаха, сейчас исходящего от Ричи, но поверх этого он мог уловить и Эдди — всё такой же сильный, сладкий и совсем чуть-чуть липкий, прямо как мёд. — Разве ты сегодня не работаешь? — резко спрашивает Ричи, ужасаясь своей же грубости, но слова слетают с его языка до того, как он успевает их обдумать.       Его челюсть сжимается сама собой, а желваки норовят прорезаться сквозь кожу поверх скул, словно тело Ричи наотрез отказывается забирать слова обратно, ожидая ответ от Билла. — Я всегда отпрашиваюсь, когда Эдди проходит через мягкую течку, — медленно отвечает тот, словно всё ещё анализируя ситуацию.       Его тело постепенно начинает напрягаться, пока Альфа Билла воспринимает негативный настрой, исходящий от Ричи. Ноздри парня раздуваются, и он разминает одно из плеч, сжимая напряжённую кисть в кулак, и Ричи впервые видит Билла... злым.       Злым, из-за него. — Думаю, тебе стоит заглянуть в другой раз.       И теперь Ричи злится, тоже.       Внутри него словно щёлкает переключатель.       Где-то на подсознательном уровне он понимает, что уже был зол до этого и Билл просто противостоял его агрессии, но сейчас Ричи чувствует себя переполненным гормонами, и чувствами, и желаниями, которые он подавлял на ежедневной основе, но вся его кожа словно накаляется изнутри, и ему хочется содрать её с себя, лишь бы избавиться от изводящего мышцы зуда. — Эдди знал, что я приду. Он хотел, чтобы я пришёл, — сквозь зубы цедит Ричи. — Не так, — голос Билла становится резче, увереннее, и он качает головой. — Я передам ему, что ты приходил.       Ричи хмурится, и это неприятное покалывающее чувство усиливается, связывая его в узел изнутри. Сглотнув, он всеми силами сдерживает пропитанные злобой слова, которые ему внезапно хочется бросить в Билла за то, что тот стоит на его пути к Эдди. — Билл, — начинает Ричи, делая глубокий вдох, но парень вновь качает головой. — Не так, — повторяет он и затем делает шаг назад и закрывает дверь прямо перед его носом.       Челюсть Ричи едва не падает на пол в полнейшем шоке. Его тело охватывает голая ярость, и он хочет было ударить по двери кулаком, но успевает остановить себя.       Это не он.       Он так не делал. — Блять, — рыком выругивается Ричи, опуская руку и долгое мгновение буравя взглядом дверь, не зная, чего именно ожидает — пока Билл вновь откроет её или, может быть, даже сам Эдди, разбуженный их разговором.       Но ничего не происходит, и затем из соседней квартиры выходит девушка, смеряя Ричи странным взглядом, и он делает шаг назад и заставляет себя несколько раз глубоко вдохнуть через рот — не через нос, потому что он не хочет почувствовать запах Эдди и вновь потерять над собой контроль.       Ему хочется расчесать свою кожу до мяса, хотя не факт, что после этого взвинченный Альфа внутри него успокоится, поэтому он силой удерживает свои руки по бокам, чувствуя лихорадочную дрожь в кончиках пальцев.       Он был так счастлив вчера вечером и сегодня утром.       Между ними с Эдди словно что-то поменялось, будто они вот-вот собирались пересечь черту между дружбой и чем-то большим...       ...но Билл и Эдди дружат с самого детства.       Вчера плед на диване Эдди пах Биллом и Стэном, и Омега несомненно спал вместе с ним в погоне за комфортом до того, как Ричи появился в дверях, пусть на Эдди и была надета его толстовка.       И теперь Билл вновь вместе с ним, и Эдди, кажется, спокойно и счастливо видит десятый сон...       Возможно, Ричи попадает под ту же категорию, что и Билл со Стэном, и, с недавних пор, Майк, Бен и Беверли. Он — приятная компания, хороший друг, и его феромоны Альфы успокаивают и помогают почувствовать себя в безопасности.       И это хорошо, он хочет быть другом Эдди, хочет помочь любым возможным способом, просто... — Сука!       Ричи бьёт кулаком по двери, пытаясь подобрать нужный ключ и случайно роняя всю связку на пол.       Подняв ключи с придверного коврика, парень наконец открывает замок и заходит в свою квартиру. Он зол, и расстроен, и раздражён — в основном, на себя — и температура его тела продолжает подниматься, и ему душно, пусть на дворе и зима.       Когда Ричи зашёл домой, чтобы переодеться перед тем, как встретиться с Беверли, он надел новую толстовку, но сейчас она покоится в его рюкзаке, и он открывает все окна в гостиной, спальне и на кухне, впуская в квартиру холодный свежий воздух и останавливаясь перед диваном.       Через один из подлокотников перекинута кофта Эдди, которую он наверняка забыл в последний раз, когда приходил к Ричи — с танцующим капкейком и надписью «‎cладкий, как кексик», выполненной розовыми нитками, и когда парень поднимает её, мягкая ткань расправляется, окутывая его своим запахом. — Да ёб твою мать, — бормочет Ричи, чувствуя, как его член реагирует на запах, наливаясь кровью под слоем джинс.       И испарина, и непривычно накалённый настрой, и никак не проходящий зуд под кожей сразу обретают смысл.       Гон.       У него начинается гон.       В мгновение ока Ричи достаёт телефон и открывает отслеживающую программу, обнаруживая, что по расписанию до следующего гона ему остаётся ещё шесть недель.       Такого никогда не происходило.       В распахнутое настежь окно проскальзывает новый порыв ветра, подхватывая запах Эдди и ударяя им Ричи прямо в лицо, и его член буквально пульсирует.       Из-за Эдди у него начинается гон, а тот, кажется, воспринимает его только как друга.

***

      Гон Ричи обычно продолжался четыре дня, но этот длится все пять и кажется самым напряжённым и болезненным на его памяти. Он не в первый раз проходит через гон сам по себе, но впервые у него такие сильные чувства к кому-то, и Ричи срывает горло с именем Эдди на губах.       Ему следует сжечь злосчастную кофту, заявить, что он не имеет ни малейшего понятия, куда она подевалась, потому что провёл почти все эти дни, зарывшись в неё лицом и наверняка испачкав вещь нереальным количеством спермы, и соврать Эдди, если тот спросит, не забыл ли он её у Ричи дома.       Или очень хорошо её спрятать, потому что ему очень нравится мысль о том, что у него будет что-то, принадлежащее Эдди и пахнущее ими обоими.       Ричи стонет, вылезая из кровати, и пропускает пальцы сквозь сальные волосы. Ему казалось, что он принял душ вчера, но в его голове творится полная каша, так что он вполне мог потерять счёт времени — судя по состоянию его волос, душ имел место быть позавчера. По крайней мере, ему хватило ума открыть настежь все окна в своей спальне и на полную включить кондиционер.       Или это сделал Майк, когда дважды заглядывал к нему. Беверли также навещала его пару часов спустя после того, как Ричи ушёл от Эдди, перед этим здорово наехав на Билла, за что ему определённо придётся извиниться, но ей достаточно было вдохнуть сильнейший запах гона и Альфы, чтобы тут же развернуться и уйти.       Ричи слышал, что она приходила, и почувствовал её запах из спальни, но знал, что девушка сразу же уйдёт, понимая, что происходит — они всегда оставляли друг друга в покое во время гона, учитывая то, какими территориальными были их Альфы несмотря на не первый десяток лет дружбы.       Майк всегда проведывал их, чтобы убедиться, что они пьют, едят и принимают душ, если проводили гон в одиночестве, и это лишь одна из тысячи других причин, по которой он — один из самых замечательных людей на планете.       Сразу после Эдди и Гарри Стайлса.       Как только мысль об Эдди пересекает его сознание, Ричи берёт телефон с пола у кровати и замечает несколько уведомлений с фейсбука, сообщение от Беверли и ещё пару — из беседы.       Он помнит, как пользовался телефоном вчера вечером, помнит на пару мгновений ослепившее его свечение экрана в кромешной темноте комнаты с зашторенным окном и почти полночью на часах, и как ответил на пару писем однокурсников, скинувших ему заметки с занятий и домашние задания.       Там также было несколько сообщений от Эдди, но он не прочитал их, и слава Богу. Ричи многое помнил во время гона, но сложно было сфокусироваться на чём-то, кроме желания трахать и сцепки, так что по крайней мере у него хватило ума думать не членом и не ответить Эдди.       Но затем Ричи проверяет снэпчат и видит, что Эдди прислал ему несколько вложений, которые он заскринил и сохранил. Повеселись с этими фото. Напиши мне, когда всё закончится.       Брови Ричи в непонимании сводятся к переносице, прежде чем он открывает фотоплёнку, и тогда они и вовсе взлетают на лоб, исчезая под тёмными кудрями.       Первая фотография — всего лишь селфи Эдди, чуть надувшего губы и выглядящего невинно мило, пусть на нём и надета толстовка, которую Ричи отдал ему тем утром до того, как ушёл.       Долгое мгновение он пялится на экран телефона, на пухлые губы Эдди, перед тем, как смахнуть пальцем влево.       Ещё одно селфи, но уже не в толстовке Ричи и совсем не с невинным лицом.       Губы Эдди покрыты красным блеском, и по его плечам струится кружево, изящно собираясь вокруг шеи. Остаток одежды не видно, но то, как Эдди смотрит в камеру, с лёгкой самодовольной ухмылкой и томным взглядом из-под накрашенных ресниц...       Ричи чувствует, как узел в основании его члена в который раз начинает набухать, пусть всё его тело и ноет от количества стимуляции за все эти дни. Под кожей всё ещё зудит, пусть и не так сильно, как в первые дни гона, напоминая о том, что всё это ещё не закончилось.       Он не будет пялиться на фото Эдди как полный извращенец, и он не будет утыкаться лицом в его кофту, как уже сотню раз до этого. Вместо этого Ричи идёт в ванную, включает воду в душе и кончает, вжавшись лбом в кафельную стенку кабинки, до крови прикусывая нижнюю губу.

***

Что, блять, произошло между тобой и Биллом? Моя квартира провоняла вами. Ричи?       Временной разрыв между этими сообщениями и следующими — около пары часов. Бев только что сказала, что ты побудешь один следующие пару дней. Она не сказала, что у тебя начался гон, но это бы объяснило твоё мудацкое поведение по отношению к Биллу. Он тоже почти ничего не объяснил, но выглядел знатно взбешённым. Мне это не подходит, Чи. Я хотел обнимашек. Теперь мне грустно, потому что у меня остались только Стэн и Билл. Ты обнимаешься лучше всех, Ричи.       Несколько раз моргнув после последних сообщений, Ричи устало наклоняет голову набок. После душа он сменил постельное бельё, открыл окна, чтобы проветрить душную спальню, и бросил на кровать ещё несколько одеял и теперь зарывается в них, чтобы проспать через остаток гона и дать своему уставшему телу отдохнуть.       Теперь его голова наконец чиста и свежа, и поэтому он решает прочитать остаток сообщений. Бев сказала, что на следующей неделе у нас будет фотосъёмка, если тебе удобно, прямо перед рождественскими каникулами.       Следующими идут несколько смайликов. Этот топ вполне сексуальный... Хочешь фото? ;)       Он абсолютно точно может подтвердить, что топ — более чем сексуальный, если Эдди говорит о том, что было надето на нём в отправленной парнем фотографии. Мжт я слишком вэто вчитываюсь... Но у тбя начался гон изза моей тчки?       Всё внутри него резко сжимается, и Ричи вдыхает так резко, что едва не давится воздухом. Чиииии... Я хотю ещё толствку.       Очевидно, Эдди был пьян, когда отправлял эти сообщения, и Ричи искренне рад, что не ответил на них, будучи под воздействием бушующих гормонов, потому что знает, что ему определённо не понравился бы его ответ после того, как гон закончился. О Господи. Мне так стыдно. У меня жуткое похмелье. Извини. Хотя нет, не извини. Я всё ещё хочу новую толстовку. Ты можешь загладить вину, принеся мне свою толстовку.       Последнее сообщение пришло около двух часов назад. Скучаю по тебе.       Лишь пара слов, без каких-либо смайликов, и внутри Ричи всё ноет ещё сильнее, чем за длящуюся последние пять дней пытку, а это много о чём говорит. У этого чувства нет ничего общего с возбуждением, но оно точно побуждено желанием. Я могу увидеть тебя?       Закусив нижнюю губу, Ричи смотрит на время — почти семь часов вечера. Сейчас понедельник, и у Эдди нет занятий или работы, и обычно он никуда не выбирается в самом начале недели.       Он пилит взглядом экран своего телефона, будто может силой мысли заставить Эдди ответить быстрее, и тот, словно услышав его, присылает ответ через пару мгновений. Только если принесёшь свою толстовку.

***

      Ричи не знает, чего именно ожидать, когда появляется перед дверью квартиры Эдди, со всё ещё немного влажными после душа волосами, раскрасневшимися на ветру щеками, так как температура его тела вновь вернулась в норму, и двумя толстовками, одна поверх другой, но уж точно не увидеть открывшего ему дверь Билла.       Он замирает в удивлении, и Билл поднимает бровь и смотрит на него с нейтральным выражением лица. — Что ж... Это пиздец как неловко, — бормочет Ричи себе под нос, и парень, прыснув, улыбается. — Насчёт того дня, я повёл себя как кусок дерьма и... — Всё в порядке, Р-ричи, — заверяет его Билл, делая шаг назад и впуская его в квартиру.       Внутри также находятся Майк и Стэн, но стоит Ричи переступить через порог, как его взгляд падает на Эдди, выбивая всё остальное из фокуса — тот сидит на диване, поджав под себя ноги, в свитере и спортивных штанах, и каштановые локоны спадают ему на лицо. Эдди, едва прищурившись, смотрит на него как ястреб на добычу, и Ричи снимает обувь, закрывает за собой дверь и подходит к дивану, чувствуя на себе внимание всех находящихся сейчас в комнате. — Привет, милый, — мягко говорит он, прикусив нижнюю губу, и мгновение спустя на лице Эдди проступает смущённая улыбка, а уши парня едва заметно краснеют, пока волна феромонов счастья едва не сбивает Ричи с ног, до абсурда сильно радуя его Альфу. — Толстовка? — спрашивает Эдди, и он тут же начинает снимать вещь без единого возражения.       Ричи более чем уверен, что слышит смешки Майка и Билла и бормочущего «‎с головой под каблуком» себе под нос Стэна, но ему в общем-то плевать.       Когда он снимает с себя верхнюю толстовку, Эдди пихает Стэна в плечо, отталкивая Бету от себя. — Подвинься, Стэн, — бубнит он, подключая в дело и ноги. — Это место Ричи.       После этого глаза Ричи распахиваются в удивлении, и он даже не пытается подавить наверняка по-идиотски выглядящую со стороны улыбку. — Угу, я всё понял, — Стэн закатывает глаза, но не выглядит ни задетым, ни недовольным, отодвигаясь на другой конец дивана, куда Эдди сложил самые пушистые подушки.       Садясь рядом с Эдди, Ричи отдаёт ему толстовку, и парень тут же переодевается в неё из своего свитера перед тем, как поудобнее усесться на диване с довольным выражением лица.       Они впятером смотрят три эпизода «‎Лучшего пекаря Британии», переговариваясь между собой, пусть Ричи особо и не вступает в обсуждение, потому что всё ещё чувствует себя измотано и устало. Завтра надо будет вернуться в строй, как для учёбы, так и для работы, поэтому этой ночью ему следует отоспаться, но он всё равно рад, что пришёл сюда, чтобы увидеться с Эдди, и смог всё прояснить с Биллом, пусть ему и не кажется, что он достаточно извинился — даже когда они с Беверли могли срываться друг на друге из-за вмешательства в личное пространство, то всегда извинялись после, и Ричи хотел делать так же со всеми их друзьями.       Вечером этой пятницы Майк на все рождественские каникулы уезжает к своей семье, что они уже давно знают, потому что парень постоянно говорил об этом на протяжении последних нескольких недель.       Родители Билла и его младший брат встречают его в аэропорту днём воскресенья, чтобы вместе полететь в Сан-Франциско и провести там Рождество с родственниками, включая даже самых дальних.       Утром субботы Стэн уезжает к своей семье, потому что Ханука начинается уже двадцать второго декабря.       А Эдди просто... остаётся здесь.       О чём Ричи даже не подозревал.       Стэн и Билл молча переглядываются, когда Майк спрашивает о планах Эдди, но тот лишь отвечает, что будет здесь. В запахе Эдди не меняется ничего, что свидетельствовало бы о том, что ему грустно или обидно оставаться в городе, и Ричи определённо хочет услышать больше, но не собирается расспрашивать его при остальных. — Рич тоже остаётся, — из ниоткуда говорит Майк, поднимаясь с ковра, где сидел рядом с Биллом, потягиваясь и разминая затёкшие ноги. — Так что не то чтобы ты будешь один.       Ричи без сомнений чувствует на себе взгляд Эдди, но не реагирует, потому что Билл и Стэн также наблюдают за ним. — Думаю, мне уже пора... — решает Майк. — Я подвезу тебя, — предлагает Билл, тоже поднимаясь с пола, и берёт его за руку, привычно переплетая их пальцы. — Как насчёт вас, ребят?       Он поворачивается к Ричи и Стэну, и последний в качестве ответа встаёт с дивана и тоже потягивается. Ричи же хочет остаться, хочет поговорить о сообщениях и фотографиях, которые прислал ему Эдди, и его очевидной погоне за запахом Ричи. Он хочет поговорить о том, что у него начался гон намного раньше, чем ожидалось, что более чем вероятно спровоцировала течка Эдди, и они оба это, кажется, знают.       Но Ричи устал, и Эдди выглядит так, словно вот-вот уснёт, поэтому он поднимается с дивана вслед за Стэном. Билл сжимает руку Майка в своей перед тем, как подойти к Эдди и обнять его на прощание, поглаживая его предплечье и вдыхая его запах, что крайне не нравится Альфе Ричи, но он тут же подавляет этот очередной необоснованный порыв собственничества.       Стэн также обнимает Эдди, а Майк дарит парню тёплую улыбку перед тем, как все они начинают собираться, и Эдди что-то недовольно бормочет себе под нос и тоже поднимается на ноги. — Тебе не обязательно провожать нас, — заверяет его Ричи, хмурясь.       Эдди выглядел так уютно и тепло, словно вот-вот готов был провалиться в глубокий сон, обёрнутый в толстовку Ричи, спортивные штаны и пушистые носки. — Всё в порядке, — бормочет тот, потирая глаза.       И берёт его за руку.       В этом нет ничего особенного, но сердцебиение Ричи всё равно учащается, когда он чувствует нежную, тёплую кожу руки Эдди в своей. Парень переплетает их пальцы, и ткань толстовки Ричи оказывается зажатой между их ладонями, потому что рукава его одежды просто очаровательно свисают с Эдди, оставляя на виду лишь кончики пальцев.       Чувствуя скачок исходящих от Омеги феромонов, Ричи улыбается, пока они подходят к двери. Билл и Майк уже спускаются вниз по коридору, а Стэн опирается рукой на дверной проём, надевая ботинки. — Увидимся завтра, Эдди, — прощается он, задерживаясь взглядом на их соединённых руках, но сохраняя нейтральное выражение лица. — Мне пора, — шепчет Ричи, сжимая ладонь парня в своей, пусть ему и очень не хочется её отпускать. — Не забудь написать Бев. Она сказала, что хочет устроить ещё одну фотосъёмку на этой неделе, но сначала ей нужно подшить под тебя пару вещей, — говорит ему Эдди, и он кивает. — Я разберусь с ней и дам тебе знать, — отвечает Ричи, и Эдди тоже кивает в ответ. Между ними повисает тишина, и только после того, как всё ещё стоящий в дверях Стэн прокашливается, он вновь подаёт голос: — Я напишу тебе завтра. — Напиши, когда доберёшься до дома, — возражает Эдди, и парень не сдерживает улыбки.       Надев обувь и умудряясь при этом не отпустить руку Эдди, он вспоминает о том, что задерживает целую машину людей, только после того, как Билл зовёт их с другого конца коридора. — Что ж...       Ричи замолкает, смотря на их соединённые руки, и как раз собирается вновь поднять взгляд на Эдди, когда тот поднимается на носочки и оставляет поцелуй на его щеке. — Надеюсь, фотографии помогли, — шепчет он, отстраняясь с озорным блеском в глазах и едва заметной ухмылкой.       Ричи не имеет ни малейшего понятия, что ответить, и едва не спотыкается о свои же ноги, когда делает шаг назад, и его рука, к огромному сожалению, отпускает руку Эдди. — Запри дверь, — успевает напомнить он перед тем, как Стэн берёт его за локоть и буквально тащит вниз по коридору.

***

      Что-то изменилось.       Что-то определённо изменилось, и они оба это чувствуют.       Ричи не уверен, знает ли Эдди, к чему всё это ведёт, или ничего не понимает так же, как и он сам.       Они не видятся во вторник, но переписываются в любое свободное мгновение. За последние месяцы они заметно сблизились и стали общаться намного чаще, проводя друг с другом время даже за пределами компании, но сегодня это особенно очевидно — сообщения не прерываются даже во время занятий, и губы Ричи расплываются в улыбке каждый раз, когда ему на телефон приходит уведомление от Эдди.       После смены на радиостанции он встречается с Беверли в одной из мастерских, и они вместе работают над одеждой, в которой позднее Ричи будет сниматься. Нарядов всего два, потому что портфолио девушки почти собрано после их с Эдди фотосъёмки и прошлой недели, когда Стэн фотографировал для неё девушку-Бету. — Эдди говорил об одном тебе весь вчерашний вечер, — комментирует Беверли, разбираясь с одной из десятка молний на надетой на Ричи куртке.       Парень отстранённо хмыкает, не желая развивать тему, потому что что-то явно происходит и он не хочет это спугнуть. — Не хочешь узнать, что он говорил? — поражённо интересуется Бев. — Он отправил мне пару сообщений, — отмахивается Ричи, и девушка щурится в ответ на совсем не похожие на него слова. — Что в них было? — едва не требовательным голосом спрашивает она, но Ричи лишь ухмыляется. — Не скажу.       Беверли кривит губы и зажимает кожу его плеча молнией, и Ричи шипит от боли. — Прости! — на манер песни вытягивает она, очевидно ни капли не имея это в виду.

***

      Следующая фотосъёмка назначена на среду, и Ричи улавливает запах Эдди ещё до того, как заходит в комнату. Это тот же лофт, что и в прошлый раз — Беверли почти всегда выбирает одно и то же место для съёмок — и когда он открывает дверь, то замирает в проходе, и ему приходится взять себя в руки, потому что Эдди стоит у зеркала полураздетый, застёгивая белые шелковые брюки.       В его рту моментально становится сухо.       У Эдди есть ещё одна татуировка, прямо поверх одного из рёбер. Набивать её наверняка было больно, учитывая расположение, пусть тату и выглядит изящно и занимает немного места.       Прямо как Эдди, но Ричи не будет произносить эту мысль вслух.       Это чёрного цвета изображение Питера Пэна, Венди и Джона и Майкла Дарлингов в полёте, прямо над надписью «‎Жизнь — это тоже приключение».       У него также есть пирсинг в левом соске, с маленькими розовыми камушками по обе стороны от серебряного стержня.       Ричи знает, что его запах становится сильнее, окутывая комнату, но не то чтобы он может что-то с этим поделать. — Ты же понимаешь, что я знаю, что ты здесь? — подаёт голос Эдди, наконец застёгивая брюки и беря в руки рубашку. — Понимаю, — соглашается Ричи и, не сдерживая улыбки, подходит к Омеге, взглядом скользя по его стройному телу. — Я просто... Не знал, что у тебя три татуировки. — Да? — бровь Эдди поднимается в отражении, пока он надевает лиловую блузку и застёгивает перламутровые пуговицы с невинным наклоном головы. — Ты смотрел на моё тату?       Вопрос простой, но вместе с наклоном головы Эдди и тем, как он проводит кончиком языка по нижней губе, тело Ричи реагирует против его воли, пока в пояснице скапливается приятное жжение, а к щекам приливает кровь.       Эдди прекрасно знает, что именно делает с Альфой. Он должен это понимать. — Мне нравятся твои татуировки, — наконец говорит Ричи, в тайне гордясь тем, что его голос дрожит лишь самую малость. — И твой пирсинг. — Да?       Эдди оставляет верхние пуговицы расстёгнутыми и точно прикусывает нижнюю губу специально, взглядом встречаясь с его в отражении. — Да, — на выдохе отвечает Ричи, и это выходит натянуто, без малейшего сомнения.       Медленно моргая, Эдди отпускает нижнюю губу и хочет было что-то сказать, но мгновение спустя дверь в лофт открывается, и внутрь заходят Стэн и Беверли, тут же морщась. — Да Господи Боже, — сквозь смех возмущается она, направляясь в сторону окон, чтобы открыть их и включить блокиратор запаха.       Ричи лишь закатывает глаза и когда вновь переводит взгляд на Эдди, тот краснеет и быстро застёгивает оставшиеся пуговицы, но от него не пахнет смущением. Не сдерживая порыв коснуться его бедра, Ричи делает именно это перед тем, как повернуться к Беверли. — С чего начнём?       Как и во время первой съёмки, лофт пронизан напряжением. Оно пропитывает воздух настолько, что Беверли приходится пшикать вокруг себя духами, и даже Стэн периодически морщится, но Ричи как-то всё равно.       Снимки наверняка выходят идеально, иначе Беверли бы кричала на них, призывая сфокусироваться на работе и контролировать свои феромоны, но вместо этого девушка лишь периодически отпускает язвительные шутки и перешёптывается со Стэном.       На фоне играет музыка, и Ричи продолжает взаимодействовать с ними, но всё его внимание сосредоточено лишь на Эдди.       Они фотографируются и по отдельности, чтобы каждая вещь получила должное внимание, но именно совместное позирование выделяется ярче всего.       Запах Эдди повсюду, ясный и ничем не приглушённый — ни разбрызганными духами Беверли, ни включённым блокиратором — из-за того, как близко они стоят друг к другу, и его кожа такая нежная и бархатная под подушечками пальцев Ричи... Ему до дрожи хочется попробовать её на вкус и оставить свои метки.       Эдди потирается об него, в открытую прижимаясь всем телом, или крепко цепляется за его плечо, и иногда среди роз и цитруса проскальзывает сладкий запах мёда, щекочущий нюх и вынуждающий Ричи усилить свою хватку на бёдрах парня.       Пару раз дыхание Эдди срывается, и он чувствует, как тот намеренно прижимается к его паху не один раз, и с каждым новым прикосновением Ричи замечает, как взгляд Эдди становится мутнее, а запах — сильнее.       Он чувствует себя так, словно с минуты на минуту вновь впадёт в гон, и крайне благодарен за то, что ему не стоит беспокоиться по этому поводу ближайшие несколько месяцев.       Что-то в последнем этапе фотосъёмки отличается от остальных, после всех тех томных взглядов и дразнящих прикосновений, и Ричи чувствует, как от него ускользает самоконтроль.       Они оба одеты в нечто похожее на костюмы, разумеется, с добавлением фирменных фишек Беверли. На Эдди надеты льняные брюки и пиджак розового цвета с очаровательной фетровой шапочкой сбоку головы, и под единственной пуговицей, на которую застёгнут пиджак, нет совершенно ничего. Под пиджаком Ричи же надета тёмно-синяя рубашка, так что его запах хотя бы немного приглушён, но нет, запах Эдди не сдерживает ничего.       На ключицах парня переливаются блёстки и хайлайтер, и он продолжает наклонять голову набок, оголяя сонную артерию, от которой и доносился запах, и у Ричи едва ли не текут слюнки.       Он даже не осознаёт, что нагибается вперёд, к обнажённой шее Эдди, пока не слышит тихий стон, и затем Омега напрягается в его руках, и Ричи понимает — его лицо буквально зарыто в шею Эдди, с носом прямо за его ухом и губами поверх изящного изгиба плеча, утопая в божественном медовом запахе, дурманящем голову.       Это должен быть аромат возбуждения.       Должен быть.       Его хватка на талии Эдди становится крепче, когда он слышит изданный парнем звук, отчаянно желая остаться с ним наедине где-то, где пахнет ими обоими — примечательно, в одной из их кроватей — и затем его голова резко поднимается вверх, когда Ричи вспоминает, что они не одни.       Только Беверли и Стэн уже носятся по лофту чуть ли не со скоростью света, собирая вещи, и девушка даже не скрывает того, как всеми силами пытается зажать свой нос. — Мне нужны эти вещи! — кричит Бев перед тем, как захлопнуть за собой дверь.       У Ричи кружится голова от того, как сильно он возбуждён и как восхитительно Эдди пахнет, и он очень не хочет выпускать его из своих рук. Но у него нет права так держать его, защищать ото всех остальных в комнате, поэтому Ричи отпускает Эдди, перед этим скользнув губами по раковине его уха и наслаждаясь дрожью, тут же пробравшей его тело. — Переоденься первым, милый, — шепчет он, и Эдди несколько раз дёргано кивает перед тем, как направиться в сторону одежды, в которой он пришёл, и Ричи даже не пытается скрыть довольную улыбку от шаткости его шага.       Когда он выходит из-за фона для съёмок, переодетый в свои вещи, в лофте остались лишь они с Беверли, и Ричи хмурится. — Даже не начинай, — девушка наигранно давится. — Я всё ещё здесь только потому, что мне нужна эта одежда, иначе я бы уже была по ту сторону континента.       Ричи кивает, аккуратно отдавая ей вещи, и Беверли убирает их в чехол для одежды. — Пожалуйста, сделайте что-нибудь со своим сексуальным напряжением перед тем, как я вернусь перед Новым Годом, — она пихает его локтем. — Я никогда больше не хочу давиться всем этим.       Ричи лишь ухмыляется в ответ.

***

Так ты остаёшься здесь на Рождество, да, милый?       Радиостанция официально закрывается на каникулы двадцать третьего числа, как и весь университет, и следующая смена Ричи будет только на второй неделе января, так что он взял себе ещё несколько дополнительных часов работы, чтобы спокойно прожить следующие несколько недель.       Не то чтобы деньги для него проблема, учитывая переводимые на его счёт каждый месяц родителями платежи, но Ричи предпочитает платить за себя из своего кармана.       Однако почти все песни, запрашиваемые слушателями, рождественские — его уже тошнит от Мэрайи Кэри и Майкла Бубле, и он уже жалеет о том, что решил подзаработать. Да. Обычно я провожу Рождество с Биллом и его семьёй, но в этом году они собираются вместе с родственниками, и я не хотел им мешать.       Ричи почти ничего не знает о его семье, но спрашивать про это через сообщения кажется не лучшим вариантом, поэтому он решает оставить этот разговор — разумеется, если Эдди не будет против — на потом. Хочешь провести его вместе?       Раздражённо вздыхая, когда Мэрайа Кэри наконец допевает последние слова «‎All I want for Christmas is you», Ричи вновь начинает говорить в микрофон. Это длится недолго, потому что он не может полностью сосредоточиться, так что отвечает на звонок девушки, которая хочет посвятить своему парню-Альфе песню Карли Рэй Джепсон, ставит её на очередь и вновь берёт в руки телефон, удивляясь, что ответных сообщений больше одного. Да. Дурак. Я предпочитаю ветчину индейке, и мы должны построить имбирный домик!       Ухмылка Ричи едва не рассекает его лицо напополам.

***

      Этим же вечером они собираются вместе в последний раз перед тем, как все начнут разъезжаться на каникулы, потому что Майк уезжает уже завтра.       Один из местных баров устраивает викторину со скидкой на пиво, и многие студенты, кажется, также решают туда заглянуть, потому что перед началом внутри практически не остаётся места. Им повезло, что Беверли, Бен и Майк успели занять стол, иначе им бы просто было некуда сесть, и люди вокруг пьют и веселятся, и даже те, кто не находится под воздействием алкоголя, выделяют столько феромонов, что у всех в баре немного кружится голова.       Эдди и Стэн приходят последними, но первый продолжает тыкать и щекотать Майка до тех пор, пока тот не сдаётся и не двигается, освобождая место, чтобы Эдди мог сесть рядом с Ричи.       Оба парня сегодня особо не налегают на алкоголь, но всё равно чувствуют и ведут себя так, словно осушили уже не один коктейль. Они плотно прижаты друг к другу за тесным столиком, и Эдди выдаёт странные факты на задаваемые со сцены вопросы, пока Ричи продолжает рисовать члены всех форм и размеров на ответном бланке, пусть Стэн и Беверли и пытаются ему препятствовать. — Да Боже мой, — Стэн, кажется, окончательно сдаётся, когда Ричи начинает рисовать член прямо на его руке, которой он закрыл листок в попытке защитить его от маркера парня. — Ты самый настоящий ребёнок. — Очень надеюсь, что нет, — шепчет Эдди, сжимая бедро Ричи, где до этого покоилась его ладонь.       Стэн не слышит его слов, но замечает, как Ричи расслабляет руку, и поэтому выхватывает у него маркер и выбрасывает его прямо в толпу.       За столом повисает тишина, и все они смотрят на то, как маркер исчезает между голов людей. — Что ж, — начинает Ричи, смеряя Стэна взглядом. — Кто из нас ребёнок теперь?       Со стороны Билла слышится смешок, пока Эдди хихикает ему в плечо, и даже сам Стэн не в силах подавить проступающую на его губах улыбку, пусть и заметно пытается.       К тому моменту, когда они выходят из бара, Эдди буквально засыпает на ходу, и Ричи безумно хочется донести его до квартиры парня на руках, покрыть его своим запахом и уснуть с ним в объятиях, чтобы завтра они проснулись вместе, обёрнутые друг в друга.       Но Билл и Стэн уезжают на этих выходных, и ещё вчера было решено, что Эдди переночует у них, чтобы помочь собрать вещи и убраться, так как его учебный семестр и работа на этот год подошли к концу.       Билл не пил весь вечер, и его машина ждёт на улице, поэтому Ричи приобнимает Эдди за талию, и тот сразу едва ли не обвивается вокруг него, пока они направляются в сторону парковки. — Пойдёте с нами, Рич? Майк? — спрашивает Беверли, положив голову на плечо Бена.       Девушка немного выпила, и Бен обнимает её за плечи, губами касаясь её виска, и они выглядят очень мило.       Но не так мило, как Ричи с Эдди будут выглядеть в недалёком будущем, если всё продолжит идти как по маслу. — Я напишу тебе, когда буду дома, — сонно бормочет парень, открывая дверь машины Билла.       Ричи снимает с себя шарф и несколько раз оборачивает его вокруг шеи Эдди, опуская ладони на его плечи. — И не забудь... — Запереть дверь, — заканчивает за Ричи он и встаёт на носочки, чтобы уже во второй раз оставить быстрый поцелуй на его щеке перед тем, как развернуться и сесть в уже заведённую машину.       Стэн вальяжно разваливается на заднем сидении, и Ричи прослеживает за тем, чтобы Эдди пристегнул ремень, закрывая пассажирскую дверь.       Парень обращает на него сонный взгляд, когда Билл выезжает с парковочного места, и когда Ричи отходит к Беверли, Бену и Майку, Эдди поднимает руку.       Ричи уже было решает, что он собирается помахать ему, но затем Эдди показывает ему средний палец и высовывает язык.       Его смех эхом разносится по всей парковке.

***

— Рич? Я очень надеюсь, что это что-то важное, потому что, знаешь ли, я должна была уже собрать вещи и прямо сейчас достигать столько оргазмов, сколько только возможно, перед тем, как поехать к тёте Лауре, — заявляет Беверли, заходя в его квартиру днём пятницы со сложенными на груди руками и вздёрнутым подбородком. — Во-первых, я знаю, и во-вторых, гадость, — бормочет Ричи себе под нос и может точно отследить момент, когда девушка видит то, из-за чего он её сюда позвал.       Беверли взвизгивает. — Это что за херня, Рич?!       Раздосадовано застонав, Ричи падает на диван и зарывается лицом в одну из подушек. — Я знаю, я зна-а-аю, — жалостно тянет он. Бев заливисто смеётся, наконец выходя из состояния шока, и подходит к дивану, чтобы присесть рядом с парнем и погладить его по голове. — Я впервые, наверное, за всю жизнь решил подготовиться заранее и купил её ему на день рождения, но потом подумал, что к тому времени мы уже будем вместе или... Я не знаю, ладно? Я не имел ни малейшего понятия, что она будет такой огромной, когда заказывал её! — Мне казалось, что на сайтах пишут параметры, когда ты заказываешь что-то онлайн, — отмечает Беверли, успокаивающе пропуская его волосы сквозь пальцы. — Я не обратил внимания! — восклицает Ричи всё ещё заглушённым подушкой голосом. — Я просто прочитал, что она большая, милая и всё такое, и поэтому купил её! — Ясно, — девушка вновь смеётся. — Так с чем тебе помочь? — Мне нужно её упаковать, — отвечает он, наконец убирая подушку от лица, и поднимает взгляд на Беверли, надувая губы и часто-часто хлопая глазами из-под очков, которые надел из-за нежелания заморачиваться сегодня с линзами.       Бев морщится. — Что ж, чёрт... — Я знаю, — со вздохом соглашается Ричи. — Нам потребуется больше упаковочной бумаги.

***

Что мне с собой принести? Из едыыыыы? Мы можем вместе закупиться продуктами?       Ричи всем сердцем ненавидит ходить по магазинам, а уж тем более — по продуктовым. Ему быстро становится скучно, и он не может задерживаться в одном месте достаточно долго, чтобы определиться с выбором, но предложение заняться чем-то столь домашним вместе с Эдди звучит как лучшее предложение на свете. Да! Лол, вот это энтузиазм. Ты же понимаешь, что все магазины сейчас забиты? Мы можем пойти вечером в понедельник? У меня как раз будет последняя смена на станции до девяти вечера. Я могу забрать тебя. Типичный Альфа. Это я заберу тебя с радиостанции, и мы вместе закажем такси.       Ричи ухмыляется в свой телефон перед тем, как положить его на кухонный стол и залить высыпанные в тарелку хлопья молоком. И принеси мне ещё толстовку.       Согласно официальным данным, на сегодняшний момент Ричи уже лишился четырёх толстовок, трёх шарфов и как минимум стольких же футболок. В его шкафу оставалось лишь две толстовки, и ни одна из них не была его любимой, но он не особо парился по этому поводу.       Хотя, это было бы неплохо, забрать хотя бы одну свою вещь у Омеги, пахнущую их смешанными запахами...

***

— Это безумие.       Эдди морщится, оглядывая торговый центр, и берёт Ричи за руку.       Атмосфера вокруг пропитана напряжением, пусть повсюду и включёны блокираторы, но даже несмотря на то что их окружают другие Альфы и Омеги, Ричи всё ещё может уловить волнение в запахе Эдди — от состояния беспокойства парня ему остро хочется исправить проблему, но походы за продуктами никогда не были его коньком. — У тебя ведь есть список, да? — спрашивает он, быстро беря ситуацию под свой контроль, когда взгляд Эдди в очередной раз испуганно обегает торговый центр. — Конечно, — у Эдди получается прозвучать оскорблённым, но он всё равно так крепко держит Ричи за руку, словно от этого зависит его жизнь.       Ричи знает, что он впадает в состояние сильного волнения, когда оказывается в ситуациях, к которым морально не подготовился, поэтому протягивает Эдди руку, чтобы взять у него список продуктов.       Его губы тут же расплываются в улыбке, когда парень протягивает ему красно-зелёный лист с аккуратно выведенными серебряными с блёстками чернилами буквами. — Милый, пойдём, — шепчет он, сжимая руку Эдди в своей перед тем, как распутать их пальцы, при этом не отпуская его окончательно, и обхватывает тонкое запястье Омеги, и благодаря его успокаивающим феромонам всё напряжение моментально покидает тело Эдди. — Давай возьмём тележку. — Только посмотрите на этого гриффиндорца, берущего всё на себя и спасающего день, — себе под нос бормочет тот, но Ричи всё равно слышит его и смеётся.       Поэтому им с Эдди так хорошо вместе.       Пусть прямо сейчас Альфа Ричи и успокаивает Омегу Эдди, тот всё равно остаётся собой, всё равно подкалывает Ричи, даже если и без привычного энтузиазма.       Ричи останавливает в себе порыв зарыться носом в шею Эдди и вместо этого подталкивает его вперёд и опускает его руки на тележку. Затем он подходит к нему вплотную и кладёт одну руку на перекладину рядом с рукой Эдди, а другой предусмотрительно обнимает его за талию, толкая тележку вперёд и направляя их внутрь супермаркета.       Они даже не пытаются оставить место между их телами, и Ричи наслаждается каждым мгновением. Эдди откидывает голову ему на грудь, потираясь щекой о его толстовку и вдыхая его запах, когда Ричи тянется за чем-то на верхней полке, и когда наклоняется вбок, чтобы взять мешок яблок, он придерживает Омегу за бедро.       Несмотря на то что продуктовый магазин забит до отвалу, они набирают продукты в строгом порядке, в котором Эдди их записал согласно расположению отделов супермаркета — а как иначе? — так что у них не уходит много времени.       Они задерживаются в мясном отделе, где заодно берут готовый окорок, но самая долгая очередь, как и следовало ожидать, их ждёт у кассы.       Вплоть до этого момента всё шло хорошо, но сейчас вокруг полно раздражённых людей, и плачущих и кричащих детей, и ругающихся друг с другом покупателей и кассиров, пока из колонок чересчур громко раздаётся рождественская мелодия.       Эдди вновь начинает напрягаться, когда они подходят к кассе, и поэтому Ричи наклоняется к нему, губами проводя по раковине уха. — Всё в порядке, маленький Омега, — рискует прошептать он и нежно касается локтя Эдди перед тем, как начать выкладывать продукты на ленту.       Восхитительный запах счастья, деликатный и мягкий как розы, солнечный свет и воздух после дождя с нотками цитруса, невозможно игнорировать, даже если бы Ричи и не был с Эдди на одной волне.       Он не может скрыть свою улыбку, да и не хочет этого делать.

***

      Пусть квартира Ричи и больше по площади, у Эдди более снабжённая кухня, так что они решают провести Рождество именно там.       Вызвав такси, они отвозят к Эдди все купленные продукты, и часть Ричи очень хочет остаться на ночь, но ранее уже было решено, что он останется с ночёвкой завтра, чтобы помочь с приготовлением еды, и рождественским утром они проснутся вместе.       Место, где Ричи будет спать, тем не менее, не было оговорено. В квартире Эдди только одна комната, не считая ванной и кухни, пусть его диван и не показался Ричи болезненно неудобным, когда он спал на нём во время мягкой течки Эдди.       И, так как ночёвка назначена на завтра, Ричи решает уйти.       То, как Эдди реагировал на него в супермаркете, как нежно держал в пальцах ткань его толстовки и как запах Омеги становился сильнее каждый раз, когда Ричи прикасался к нему или шептал нежные слова ему на ушко — всё это свидетельствует о том, что они ходят по самому краю.       Ричи хочет, чтобы они пересекли черту, сделали это вместе, но это должно произойти правильно. — Я вернусь завтра, — шепчет он, останавливаясь в дверях.       Эдди поднимает на него тёплый взгляд, и это очевидно, что он не хочет, чтобы Ричи уходил, пусть и не собирается просить его об обратном. Прислонившись к стене напротив, парень чуть наклоняет голову и наблюдает за тем, как Ричи зашнуровывает кроссовки и затем надевает куртку. — Обещаю, что приду, как только проснусь.       Эдди кивает, и когда Ричи поворачивается к нему, он намеренно медленно облизывает губы, тут же прикусывая нижнюю, и весь воздух комом застревает в горле Альфы.       Опустив взгляд на влажные, блестящие от слюны губы, Ричи делает глубокий вдох и моментально чувствует аромат мёда, которым просто должна была пахнуть смазка Эдди — теперь он был в этом уверен.       Напряжение между ними едва позволяет дышать, и ресницы Эдди вздрагивают, прежде чем он касается солнечного сплетения Ричи указательным пальцем, медленно проводя им вниз до тех пор, пока не достигает низа куртки, и дёргает его за замок молнии. — Поцелуешь меня на ночь, Альфа? — спрашивает он, тихо и нерешительно, и Ричи едва различает его слова.       Но он слышит их.       Он определённо слышит Эдди.       Слышит то, как Эдди зовёт его Альфой.       Ричи не сдерживает рвущийся глубоко из его груди рык, и его рука резко обхватывает запястье Эдди, останавливая прикосновения к замку его молнии. Глаза парня широко распахиваются, и его запах становится ещё сильней, и Ричи знает, что с ним происходит то же самое, потому что в следующее мгновение Эдди глубоко вдыхает, и его зрачки моментально расширяются, оставляя от радужки цвета шоколада лишь едва заметный ободок.       Хватка его пальцев поверх хрупкого запястья становится крепче, и на мгновение глаза Эдди закатываются, прежде чем он закрывает их и делает очередной дрожащий вдох.       Однако Ричи не отпускает его руку, дожидаясь, когда Эдди вновь откроет глаза, и только тогда наклоняется вперёд. Между ними не так много места, но он всё равно не спешит, чтобы дать Омеге шанс отстраниться, если тот этого захочет.       Но Эдди не отстраняется.       Он вновь закрывает глаза и подаётся Ричи навстречу, и тот поднимает руку, не держащую запястье Эдди, и касается его лица. Кожа щеки Омеги такая нежная под подушечками его пальцев, и те скользят вниз по скуле, замирая на подбородке, и поддевают его, побуждая Эдди подняться на носочки.       Их губы соприкасаются единожды, дважды, и в третий раз.       Дыхание Эдди подрагивает, когда Ричи касается его лба своим, мягко потираясь носом о его нос, и нежный жест развеивает напряжение — парень тихо смеётся, и Ричи не скрывает своей улыбки.       Поднимаясь ещё выше и оставляя последний невесомый поцелуй на губах Ричи, Эдди отвечает на его улыбку своей. — До завтра, Омега, — шепчет Ричи в его губы, чувствуя пробежавшую по телу Эдди дрожь и пробуя его предвкушение и новую волну сладких феромонов на вкус.       Всё внутри него умоляет его остаться, но Ричи опускает руки и делает шаг назад. Щёки Эдди залиты краской, а заметно помутневшие глаза блестят в полумраке коридора, пока губы украшает счастливая улыбка, и он подносит к ним большой палец, очаровательно кусая кончик накрашенного ногтя. — Пока, Рич, — шепчет он. — Пока, милый, — отвечает Ричи и уже хочет было уйти, но замирает с рукой поверх дверной ручки.       Эдди закатывает глаза, ни капли не раздражённо и до абсурда очаровательно. — Ты же знаешь, что я оставил дверь открытой в тот раз, потому что ты должен был прийти, да? — спрашивает он, и в его голосе слышится нотка дерзости. — Я знал, что ты придёшь через считанные минуты после меня. — Запри дверь, — всё равно говорит Ричи, прежде чем выходит из квартиры, всеми силами удерживая себя от того, чтобы не вернуться обратно и закончить то, что они начали.

***

      Несмотря на всё то предвкушение, которое они чувствовали перед тем, как провести вместе два дня и одну ночь, Ричи просыпается только около полудня. Он не ставил будильник, потому что у него каникулы — это против законов природы, заводить будильник на каникулах. Тем не менее, он не ожидал, что проснётся так поздно.       От Эдди пришло лишь одно сообщение, около получаса назад, так что он тоже наверняка встал недавно, поэтому Ричи силой вытаскивает себя из кровати и чапает в душ. Рука сама лениво тянется к члену, а другая поддерживает вес тела, пока в его голове проносятся мысли об Эдди, и его мягких губах, и о том, как потрясающе он вчера пах.       У него не уходит много времени на то, чтобы кончить.       Ещё вчера вечером Ричи собрал сумку с вещами, куда в самый низ положил презервативы, просто на всякий случай. Когда он выходит из квартиры, у него звонит телефон, на экране которого высвечивается контакт мамы. — Привет, мам, — здоровается он, направляясь к лестнице. — Ричи, дорогой! — Мэгги Тозиер звучит так, словно уже немного выпила, и он ухмыляется себе под нос. Только на Рождество его мама позволяет себе немного расслабиться. — Я просто хотела позвонить тебе и сказать, что мы всё ещё тебя ждём, если ты захочешь приехать!       Папа с мамой несколько раз предпринимали попытки взять его с собой во Францию, и Ричи даже рассматривал этот вариант — это же Рождество, тот самый праздник, который надо встречать с семьёй. Но его папа наверняка будет знакомиться с новыми людьми и устанавливать связи, а мама — развлекаться с семьями его коллег, и Ричи уже не один раз проходил через это, так что в этом году просто сказал им, что слишком занят учёбой. — Мы всё ещё можем купить тебе билет! — вновь предпринимает попытку Мэгги. — Всё в порядке, мам. Я проведу Рождество с другом, — говорит он ей, спускаясь на первый этаж. — К тому же, даже если я успею сесть на самолёт, перелёт займёт весь день, так что на кануне Рождества у меня будет джетлаг. Это к херам испортит весь праздник. — Наверное, — со вздохом соглашается женщина на другом конце телефона.       Её голос звучит расстроенным, что можно понять — она даже не отчитала его за нецензурную лексику. Это не первое Рождество, которое Ричи встречает отдельно от родителей, но пусть они и не были очень близкой семьёй, это всё ещё семья. — Не забудь позвонить нам завтра, хорошо? Рождество не то без тебя. — Я позвоню, обещаю, — заверяет маму Ричи, выходя из дома и перехватывая съехавшую было с плеча сумку. — Люблю тебя, мам. — И я тебя люблю, дорогой.

***

      Квартира Эдди выглядит так, словно по всей ней зелёным, красным и золотым стошнило рождественских эльфов. Всё это, наверняка, будет очень нелегко убирать после праздников, но сейчас Ричи просто в восторге и даже заливается смехом, когда Эдди открывает перед ним дверь и он видит квартиру в первый раз.       На Эдди надеты чёрные легинсы, подчеркивающие его стройные ноги, пара зелёных носков с оленями и, конечно же, одна из толстовок Ричи, пусть в ней и нет ничего рождественского. — Рич, — приветствует его Эдди, улыбаясь со сверкающими глазами. — Эдс.       Улыбка Эдди тут же испаряется. — Эй, — бурчит он, надувая губы. — Ты больше так меня не называешь...       Ричи не сдерживает улыбки — Эдди заметил, что он и правда перестал называть его прозвищем, которое парень, по его же заверениям, ненавидел. — Знаю, милый, — исправляет себя он, и Эдди буквально сияет в ответ. Наклоняясь, Ричи оставляет нежный поцелуй на его лбу и заходит внутрь квартиры. — Вау... Так ты любишь Рождество?       Потому что даже кухня выглядит так, словно эльфов знатно прорвало мишурой и маленькими серебряными колокольчиками. — Я люблю идею Рождества, — поправляет его Эдди, закрывая дверь и запирая её на замок. — За всю жизнь у меня была только пара хороших рождественских праздников, и, думаю, это будет один из них.       Ричи оставляет свою сумку в ванной и затем возвращается на кухню, качая головой при виде хозяйничающего там Эдди, выглядящего очаровательно по-домашнему. — Я подумал, что мы можем подготовить всю еду сегодня, чтобы завтра просто приготовить её? — Звучит прекрасно, — соглашается Ричи, кивая. — Всем нам известно про мои прекрасные отношения с кухней, так что просто говори мне, что делать.       Конечно же, из них выходит идеальная команда.       В колонках не играют ни рождественские мелодии, ни Мэрайа Кэри, ни Майкл Бубле — вместо этого Эдди включает плейлист, больше напоминающий танцевальные треки из ранних нулевых, и Ричи знает почти каждую песню, подпевая парню на ухо, из-за чего тот смеётся и с улыбкой отталкивает Альфу от себя.       Он помогает с нарезкой и чисткой продуктов и мытьём и сушкой посуды, но большую часть работы, то есть готовку, делает Эдди.       Вскоре почти готовы салат из запечённых овощей, и печёный картофель с картофельным пюре, потому что Ричи настоял на первом, а Эдди просто обожал второе. В холодильнике покоятся восхитительно выглядящий, пусть и маленький по размеру окорок и заправленная чесноком и розмарином говядина, которую следующим утром надо будет поставить на режим медленной готовки в мультиварке, которую Эдди позаимствовал у Стэна. И также там есть печенье с кусочками молочного шоколада и ореховый пирог, от запаха и вида которого сами собой текут слюнки.       Часы показывают одиннадцать вечера, и они в середине просмотра «‎Отпуска по обмену», параллельно украшая имбирный домик Эдди. Ричи сидит на диване прямо позади расположившегося на полу парня и с улыбкой наблюдает за ним, периодически крадя M&M's вместо того, чтобы помогать процессу декорации.       На протяжении всего дня было ещё заметнее, как хорошо им друг с другом, как легко они ладят и находят общий язык, и эта химия между ними, очевидно, ведёт к чему-то, чему-то хорошему.       Он обожает всё, что связано с Эдди, даже маленькие черты, которые местами раздражают его и могут привести к несерьёзным перепалкам, и его Альфа определённо распознаёт Эдди как хорошего Омегу, хорошего партнёра — пока они вместе готовили еду к их совместному Рождеству, Ричи заметил, как щёки Эдди покрылись румянцем, когда тот достал свежеиспечённые печенья из духовки, и всё внутри него буквально затрепетало.       Прямо сейчас Эдди держит в одной руке кондитерский мешочек с заварным кремом, а в другой — несколько конфет, но его внимание обращено не на имбирный домик на кофейном столике перед ним, а на фильм, и он выглядит так, словно вот-вот расплачется.       Ричи смотрит этот фильм не в первый раз, и он ему нравится не так сильно, как, очевидно, нравится Эдди, потому что парень выглядит с головой погружённым в происходящее на экране телевизора.       Героиня Камерон Диаз бежит обратно к мужчине-Омеге, с которым, как все и догадывались, ей суждено было сойтись. Ричи переводит взгляд с Эдди на телевизор и обратно, пока Альфа возится с калиткой и затем распахивает входную дверь, зовя героя Джуда Лоу. Омега появляется из-за угла со слезами на глазах, и со стороны Эдди слышится дрожащий выдох. — Оу-у, милый, — мягко поддразнивает его Ричи. — Заткнись, — бубнит Эдди, но его голос подрагивает от слёз, и инстинкты Ричи берут над ним верх.       Забирая из рук Эдди кондитерский пакет и убирая его на расстеленную вокруг имбирного домика в целях не испачкать стол заварным кремом газету, он также берёт из его рук и конфеты, чтобы положить их обратно в миску. Затем Ричи подхватывает его и усаживает между своих ног, и Эдди ни капли не сопротивляется, не отрывая взгляда от телевизора, пока Камерон и Джуд признаются друг другу в чувствах перед тем, как помчаться навстречу друг другу, и Камерон приобнимает Джуда за шею, вдыхая его запах. — Ты просто прелесть, Омега, — шепчет Ричи, зарываясь носом в волосы Эдди, вдобавок к его природному запаху ещё совсем немного пахнущие сахаром, и даже не пытается сделать вид, что ему не нравится называть Эдди Омегой. Как и то, что ему хочется услышать, как Эдди снова назовёт его Альфой.       Безумно. — Нет, — бормочет Эдди в ответ, при этом всё равно вытирая щёки, чтобы скрыть свои слёзы.       Ричи чувствует соляной аромат в его запахе, но не берёт это в счёт, потому что знает, что слёзы вызваны лишь фильмом. Его руки крепко обёрнуты вокруг талии Эдди, близко держа его к груди, и тот время от времени пытается незаметно ёрзать, пусть его махинации и очевидны со стороны.       Когда Эдди ёрзает в третий раз, едва потираясь бёдрами, Ричи сглатывает, чувствуя, что его член начинает реагировать на прикосновения. Периодически Эдди останавливается, и Ричи тоже замирает, боясь шевельнуть руками, или бёдрами, или головой, прижатой прямо к мягким волосам парня, чтобы не спугнуть его, но затем Эдди двигается вновь, и от него исходит всё больше и больше феромонов.       Фильм подходит к концу, и на экране телевизора идут титры, и никто из них ничего не говорит, и от плотности заполняющего комнату напряжения, кажется, можно задохнуться.       Их смешанные запахи становятся ещё сильней, и оттого, как его собственный запах переплетался с запахом Эдди, у Альфы Ричи кружится голова. — Альфа? — всхлип Эдди тихий и низкий, и всё тело Ричи напрягается вокруг него, а глаза закрываются сами собой от изданного парнем звука. — Ты отведёшь меня в спальню?       Его голос сладкий и тягучий, словно патока, и Эдди должен понимать, что с ним делает. Из горла Ричи вырывается рык, и мгновение спустя он встаёт, поднимая Эдди со своих колен, и ноги Омеги оборачиваются вокруг его талии так, что они оказываются лицом к лицу. — Хочешь, чтобы я отвёл тебя в спальню, Омега? — переспрашивает Ричи, и, несмотря на напряжённость момента, его слова звучат мягко и осторожно, и Эдди отдаётся ему целиком. — Да, Альфа, — едва не мечтательным голосом отвечает он.       Ричи сглатывает, взглядом задерживаясь на губах, которые он вчера лишь на пару мгновений смог попробовать на вкус, и кивает, прежде чем осторожно сделать шаг в сторону спальни и крепче подхватить Омегу, чтобы не уронить свой ценный груз.       Коленом открыв дверь, он направляется в сторону, где должна быть кровать, в полной темноте, и, аккуратно опустив Эдди на край постели, он хочет было сделать шаг назад, чтобы включить свет, потому что не хочет упустить ничего из виду. — Подожди... — Эдди замолкает, шебурша в темноте, и мгновение спустя комнату заполняет мягкое свечение гирлянды, обёрнутой вокруг стоящей на прикроватной тумбочке рождественской ёлки. — Это чертовски мило, — с улыбкой говорит Ричи, осматривая украшенное деревце.       Взглянув на него, Эдди вновь опускается на подушки и указывает пальцем на потолок, и улыбка Ричи становится ещё шире, когда он замечает то, на что показывает парень.       Омела. — Всё продумал, м? — спрашивает он, не находя в себе ни сил, ни желания сменить тон на поддразнивающий. Эдди лишь щурится и вновь тыкает в омелу, на этот раз настойчивее. — Да, прости.       Ричи дарит ему последнюю улыбку, прежде чем наклониться так, чтобы их лица замерли в считанных сантиметрах друг от друга. — Привет. — Привет, — глаза Эдди сверкают в восхищении, и Ричи знает, что в его взгляде можно увидеть то же самое.       Когда их губы наконец встречаются, и это похоже на столкновение планет, потому что Ричи понимает — это оно.       Он опускается на кровать, не прерывая поцелуя, и Эдди открывает перед ним ноги, заключая между своих бёдер. Ричи неторопливо проводит языком по губам Омеги, и оттуда сразу же вырывается стон, на который он отвечает своим, углубляя поцелуй.       Эдди отдаётся ему полностью, передаёт весь контроль, распахивая губы перед Ричи и позволяя ему провести языком по кромке своих зубов, пока Альфа нежно скользит ладонью поверх надетой на нём толстовки — толстовки Ричи, пахнущей ими обоими.       Не открывая глаз и не отрываясь от губ парня, Эдди кладёт свою руку поверх его руки, и Ричи сначала не замечает то, как он опускает его ладонь ниже, под свою кофту, слишком увлечённый поцелуем, но затем чувствует жаркую, нежную кожу живота Эдди под подушечками пальцев и слышит, как тот делает резкий вдох от прикосновения, из-за чего отстраняется, совсем чуть-чуть. — Ты уверен? — спрашивает Ричи в его губы. — Абсолютно, — на выдохе шепчет Эдди, прогибаясь в спине и подаваясь навстречу его ладони. — Мы не... — всё, на чём он может сфокусироваться, это волнами окутывающий его запах Омеги, поэтому находить слова получается с трудом. — Мы можем не доходить до конца. Есть другие... другие вещи, которые можно попробовать.       Рука Эдди поверх его на мгновение замирает, но затем он сжимает его запястье и ощутимо впивается в кожу ногтями. — Если ты в ближайшем будущем не окажешься во мне, я найду кого-нибудь другого, — вполне решительно отрезает Эдди.       Ричи знает, что он говорит это специально, чтобы подтолкнуть его, спровоцировать реакцию, но всё, что слышит его Альфа — как Эдди угрожает уйти от него к кому-то другому.       Из его груди вырывается очередной рык, ещё ниже, чем раньше, и Эдди моментально мякнет в его руках, удовлетворённо вздыхая и отклоняя голову, полностью отдавая Ричи контроль. Альфе до дрожи хочется сорвать с него всю одежду, но, с другой стороны, ему очень нравится то как Эдди пахнет ими обоими, пусть после того, к чему всё это ведёт, они и так оба будут пахнуть друг другом.       Сначала Ричи раздевает парня под собой, покрывая поцелуями каждый сантиметр открывающейся ему кожи и периодически оставляя лёгкий укус, каждый раз вызывающий во всём теле Эдди дрожь. Одна из рук Омеги покоится на спине Ричи, периодически цепляясь за материал надетой на нём футболки, пока пальцы другой впиваются в простынь, и Ричи разрывает от желания сразу перейти к главному, пока Альфу внутри него трясёт от необходимости оказаться внутри Эдди, и смаковать каждое мгновение, потому что Эдди заслуживает всей заботы и любви, которые только есть в этом мире.       И что делает всё намного лучше — то, как Эдди просто предлагает ему себя, несмотря на свой местами вспыльчивый и гордый характер.       Руки Альфы замирают поверх резинки надетых на Эдди лосин, пока указательный палец поддевает эластичную ткань, прежде чем он поднимает на парня взгляд. Дыхание того заметно участилось, и на мгновение их взгляды встречаются, прежде чем Эдди коротко кивает, давая ему разрешение, и Ричи начинает стягивать вниз и легинсы, и пастельно-розового оттенка нижнее бельё в небесного цвета горошек.       С каждым мгновением запах Эдди становится ещё сильнее, и Ричи не сдерживает низкий стон и зарывается носом в его пах, вдыхая дурманящий аромат. — Ах! — высоко стонет парень, подаваясь бёдрами навстречу прикосновению. — Блять, я... Альфа...       Он вновь вздрагивает всем телом, и Ричи с трудом сглатывает и поднимает на него взгляд, жадно вбирая то, как зрачки Эдди полностью поглотили его радужку, переливаясь в мягком свете гирлянд. — Я рядом, Омега, — шепчет он, заставляя себя отстраниться, чтобы окончательно избавить Эдди от одежды.       Легинсы путаются у лодыжек, цепляясь за носки, и Эдди тихо хихикает, едва заметно лягаясь, чтобы помочь Ричи. Смех и неловкие движения растворяют часть напряжения, и, когда он вновь нависает над Эдди, тот тянет его за футболку. — На тебе слишком много одежды, — бормочет он, звуча искренне оскорблённым и тем самым вызывая у Ричи улыбку.       Он едва не падает с кровати в процессе раздевания, потому что не хочет ни на мгновение отстраняться от Эдди, но в конце концов успешно избавляется ото всей одежды, и когда они вновь соприкасаются друг с другом, кожа к коже, он буквально чувствует облегчение, исходящее от Омеги.       Нежно заключая его лицо между своих ладоней, Ричи вновь подаётся вперёд, касаясь губ Эдди своими. — Позволь позаботиться о тебе, — шепчет он в поцелуй, в ответ получая тихий всхлип.       Медленно проведя по руке Омеги, Ричи восхищается реакции, которую вызывает в его теле — мягкая кожа вслед за его прикосновениями моментально покрывается мурашками. Оставляя на губах Эдди последний поцелуй, он касается его бёдер, и парень под ним стонет и вздрагивает, раскрывает перед Ричи ноги.       Перед Альфой открывается ещё лучший вид, чем прежде, и потрясающий запах возбуждения Эдди проникает глубоко в его лёгкие. — Держи руки над головой, хорошо? Для меня? — мягко спрашивает Ричи, переплетая их пальцы и поднимая руки парня над его головой, оставляя их на подушке. — Вот так, милый. Такой послушный.       Дыхание Эдди срывается, когда он вновь сплетает их губы в поцелуе, и бёдра Ричи толкаются вперёд сами по себе, пока от ощущения обнажённой, обжигающей кожи на своей у него едва не плывёт перед глазами. Головка его члена скользит по животу Эдди, и тот подрагивает, подаваясь навстречу прикосновению. — Такой хороший Омега, — шепчет Ричи, вниз проводя пальцами по его телу и замирает поверх рёбер, пока он думает о всех тех вещах, которые хочет сделать с Эдди.       Но на это будет время потом, в следующий раз.       Он проводит по изящной татуировке слов «‎Жизнь — это тоже приключение» на прекрасном теле Эдди и поднимает на него взгляд. — Такой красивый. — Ричи... — на выдохе шепчет Эдди, задыхаясь, когда Ричи обхватывает губами бусину одного из его сосков и мягко проводит по ней зубами.       Его тело сковано сводящим изнутри возбуждением, и он знает, что Эдди чувствует себя так же, дрожа под его руками и губами, и у него уходит немало самоконтроля на то, чтобы просто не перевернуть Омегу на живот и поднять его на колени, ягодицами кверху.       Но это их первый раз вместе, и Ричи хочет, чтобы всё прошло правильно.       На остальное у них будет время потом.       Если повезёт, то снова, и снова, и снова.       Ричи прикусывает один из сосков, достаточно сильно, чтобы оставить метку, и Эдди шипит, и когда их взгляды вновь встречаются, его глаза выглядят блестящими и помутнёнными. — Боже, просто... быстрее, — стоном тянет он, и губы Ричи трогает улыбка, прежде чем он переключается на другой сосок, с пирсингом из розовых алмазов по обе стороны блестящего стержня.       Ричи проводит по нему языком, прежде чем укусить — сильно — наслаждаясь тем, как Эдди громко стонет его имя и прогибается в спине. Руки Омеги сжимаются в кулаки, и он очевидно хочет коснуться Ричи, но останавливает себя.       Потому что Ричи так ему сказал.       Альфе Ричи безумно приятно, что Омега слушается его, делает то, что он от него просит, пусть в глазах Эдди всё ещё заметны угольки, напоминающие об обычно пылающем там огне. Это делает всё ещё лучше, естественнее, что в нём всё ещё есть эта искра, и Ричи невольно задаётся вопросом, каким Эдди будет после того, как достигнет оргазма — подчинится ли он окончательно.       Сделав очередной глубокий вдох, наслаждаясь изменившимся запахом Омеги, сладким и тягучим, как самый редкий сорт экзотического мёда, Ричи приходится сделать небольшую передышку, потому что его голова кружится от одного лишь осознания, почему изменился запах Эдди.       На мгновение закрыв глаза перед тем, как пойти дальше, он касается тазовых косточек и ведёт подушечками пальцем ещё ниже, мелко подрагивая от острой необходимости коснуться смазки, которая, он знал, находится между бёдер Эдди. Ричи спускается ещё ниже по кровати, едва не сгибаясь пополам, и его ладони разводят ноги Омеги ещё шире, наслаждаясь срывающимися с его губ стонами. — Милый, ты весь мокрый, — на выдохе шепчет Ричи, наконец останавливаясь жадным взглядом на блестящем от смазки входе Эдди, и тот отчаянно всхлипывает, прогибаясь на постели. — Боже...       Ему приходится обхватить свой член у основания и пару раз провести по нему рукой, чтобы облегчить сковывающее его напряжение, и затем Ричи наклоняется к паху парня, но не сразу касается его члена, вместо этого покрывая поцелуями чувствительную кожу вокруг, проводя по ней языком и оставляя укусы на бёдрах и в низу живота.       Тело Эдди резко вздрагивает, когда он касается тонкой полоски волос, ведущей к паху, и зарывается в них носом. — Ты восхитительно пахнешь. Просто, блять, потрясающе.       Откидывая голову назад, Эдди протяжно стонет, пока его волосы рассыпаются по подушкам. Ими будут пахнуть не только простыни и наволочки — запах впитается в саму постель и останется там на ближайшие пару недель. Однако Ричи планирует повторить всё это столько раз, чтобы их переплетённые запахи остались там навсегда. — Ричи-и, — Эдди всхлипывает, и яркий румянец скользит с его щёк вниз по шее, расцветая на груди. Его соски затвердели и блестят от слюны, и Ричи поднимает руку и мгновение играется с пирсингом, прежде чем зарыться лицом в нежную кожу, где внутренняя сторона бедра встречается с пахом. — Пожалуйста...       После этого слова Ричи невольно напрягается, поднимая на Омегу взгляд — его глаза всё ещё закрыты, а руки над головой сжимаются и разжимаются, мелко подрагивая, пока блестящие от слюны губы распахиваются в беззвучном стоне. — Скажи это снова, сладость, — шепчет Ричи, надеясь на то, что Эдди понимает, что от него требуется.       Загорелая кожа парня в который раз покрывается мурашками, либо в ответ на прикосновения, либо — на нежное прозвище.       Ричи надеется, что и на то, и на другое. — Пожалуйста, Ричи, прошу, — Эдди вынуждает себя открыть глаза и встретиться с Альфой взглядами, и тот дарит ему довольную, тёплую улыбку. — Ты так так прекрасно умоляешь меня, маленький Омега. Хочешь кончить для меня?       Его пальцы вновь начинают поддразнивать пирсинг, а губы наконец касаются члена Эдди, и он проводит языком вдоль длины, собирая солоноватую смазку, проступившую на головке, на вкус как полную противоположность смазке между бёдер Эдди — в этом Ричи был уверен.       Обхватив губами головку члена, он слизывает новую каплю смазки и жадным взглядом вбирает то, как Эдди стонет и вновь отбрасывает голову назад, прогибаясь и толкаясь бёдрами вперёд, пытаясь глубже оказаться во рту Ричи.       Однако Альфа отстраняется, наслаждаясь последовавшим за этим недовольным всхлипом Эдди. — Сколько раз ты можешь кончить, малыш? — мягко спрашивает он. — Я не... Я не знаю, — отстранённо шепчет Эдди, хмурясь, очевидно недовольный тем, что Ричи больше его не касается. — У тебя должно быть хотя бы какое-то представление, Эдди, — настаивает Ричи, возвращая свой рот на член Омеги и вырывая из него всевозможные стоны и всхлипы. Тело Эдди продолжает метаться на простыням, и его запах становится ещё тягучее, пока медовый аромат переплетается с розами и цитрусом. — Давай, милый, скажи мне.       Эдди хмурится и сглатывает, очевидно пытаясь привести свои мысли в достаточный порядок, чтобы подобрать слова. — Трижды? Может, четыре раза? — наконец неуверенно отвечает он подрагивающим голосом.       Кивнув, Ричи внезапно полностью заглатывает его член, и с губ Эдди срывается громкий стон, похожий на крик. Рвотный рефлекс Ричи никогда не был проблемой, пусть член Эдди и относительно большой для Омеги, и благодаря потрясающему запаху, наполняющему его лёгкие, и лежащему под ним восхитительному мальчику несложно забыть про ощущения, граничащие с дискомфортом.       Эдди продолжает стонать, и его бёдра вздрагивают так, словно он хочет податься навстречу Ричи, но сдерживает себя, потому что всё ещё слушается Альфу.       Ричи ускоряет темп, смыкая губы на бархатной, влажной от его слюны коже члена, и затем резко дёргает стержень пирсинга, наслаждаясь последовавшим вскриком. Пальцы Эдди цепляются за подушку над его головой, чтобы не двигать руками, и от того факта, что он всё ещё пытается слушаться, член Ричи пульсирует, требуя к себе внимания. — Как насчёт того, чтобы начать с двух, малыш? Оставим остальные на потом, — говорит он, отстраняясь и посылая Эдди развратную улыбку, от которой тот вновь выгибается в спине и ещё крепче впивается в простыни. Возможно, из-за обещания ещё одного захода позже, с большим количеством оргазмов, или из-за прозвища, но, в любом случае, между бёдер Эдди проступает ещё больше смазки, и Ричи сходит с ума. — Будешь держать руки над головой для меня? Позволишь сделать это с тобой? — Да, — шепчет Эдди с дрожью в голосе.       Губы Ричи окрашивает удовлетворённая улыбка, и он в последний раз касается пирсинга Эдди перед тем, как податься вперёд и вовлечь Омегу в небрежный поцелуй. — Можно попробовать тебя на вкус, там?       Глаза Эдди закатываются, а с распахнувшихся губ срывается высокий стон, пусть это и не положительный или отрицательный ответ. — Ты должен сказать, что я могу, Эдди. Я не сделаю ничего, пока ты не дашь мне своё разрешение.       Из горла Эдди вырывается очередной звук, что-то среднее между всхлипом и раздражённым стоном, но когда Ричи поднимает взгляд на парня, тот долгое мгновение смотрит на него полным любви и доверия взглядом и наконец кивает, и Ричи оставляет дорожку поцелуев на его бедре, прежде чем опуститься ниже.       Впервые пробуя смазку Эдди, он едва не кончает прямо там — на вкус она такая же сладкая и насыщенная, как и её медовый запах, а может и лучше, что раньше казалось Ричи невозможным. С каждым малейшим движениям губ и языка между ягодиц Эдди тот мечется по постели, пытаясь податься вперёд и насадиться на его лицо.       Часть Ричи хочет остановить Омегу, полностью держать контроль над происходящим, но он не будет лишать Эдди наслаждения и вырывать его из момента, поэтому лишь проводит языком по уже расслабляющемуся, поддающемуся ему колечку мышц, и стоны Эдди не прекращаются, пока движения его бёдер задают свой ритм.       Судя по издаваемым им звукам, он в считанных мгновениях от оргазма, и продолжающая выделяться его телом смазка лишь подтверждает эту мысль. — Звуки, которые ты издаёшь, сводят меня с ума, — шепчет Ричи хриплым голосом, совсем немного отстраняясь, чтобы обдать влажную, липкую кожу прохладным воздухом.       Тело Эдди, покрытое испариной, подрагивает словно в лихорадке, а с губ срывается громкий всхлип, и Ричи отстраняется с характерным хлюпающим звуком, и c его подбородка буквально капают смазка и слюна. — Кончишь для своего Альфы? — мягко спрашивает он, пристально, лишь каплю взволнованно наблюдая за реакцией Эдди.       Ему не стоило волноваться.       После его слов рот Эдди распахивается в громком стоне, и он достигает пика, пусть Ричи больше и не прикасается к нему, и Альфе остаётся лишь наблюдать за ним широко распахнутыми в восхищении глазами.       Однако он быстро приходит в себя и мгновение спустя нависает над Эдди, впиваясь в его губы жадным поцелуем, сталкиваясь зубами и позволяя ему попробовать его же смазку на вкус. Парень отвечает на поцелуй немного вяло, всё ещё чувствуя себя израсходовано после оргазма, но по его тихим всхлипам можно понять, что ему нравится вызванная им реакция. — Мой Омега, — шепчет Ричи, разрывая поцелуй, чтобы посмотреть в прекрасные, блестящие от слёз глаза. — Мой Альфа, — дрожащим голосом отвечает Эдди, и слеза всё-таки стекает с его ресниц вниз по виску, оставляя за собой мокрую, солоноватую дорожку.       Ричи вновь вовлекает его в поцелуй, глубокий, но нежный, и мгновение спустя проникает языком в его рот, чувствуя, как внутри после слов Омеги разгорается первобытное желание. — Мне нужно оказаться внутри тебя.       Голова Эдди дёргается так резко, когда он лихорадочно кивает, что они едва не сталкиваются лбами. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — на выдохе просит Эдди, и Ричи улыбается, носом проводя по нежной коже его щеки. — Люблю, когда ты умоляешь меня, малыш, — шепчет он. — В будущем я хочу услышать ещё больше этого.       Как бы сильно он не хотел отстраняться от Эдди ни на мгновение, ему всё равно приходится сделать это, и Ричи опускает взгляд на испачканный спермой живот Омеги и собирает её и слизывает с пальцев.       Эдди ёрзает бёдрами и всхлипывает, смотря на то, как Ричи облизывает свои пальцы, и, кажется, собирается, наконец, опустить руки, но всё равно не делает этого. — Альфа... — бормочет он, пытаясь подтолкнуть Ричи к действиям, очевидно не желая больше терпеть.       Вновь располагаясь между ног Эдди, Ричи опускает руки на его бёдра и разводит их ещё шире. Его ладонь скользит от щиколотки вверх, по бархатной коже внутренней стороны бедра Эдди, и он едва проводит ногтями по ней ногтями, прежде чем опуститься ниже, где смазка покрывает не только бёдра Эдди, но и простыни под ними, и с его губ срывается низкий стон. — Ты такой мокрый для меня.       Он подхватывает одну из ног Эдди и кладёт её себе на плечо, пока другая оборачивается вокруг его талии, и Эдди толкается бёдрами вперёд, всхлипывая. — Ричи.... Рич, Боже, можешь просто сделать это? — шепчет он на выдохе.       Ричи наклоняется вперёд, тем самым надавливая на закинутую на его плечо ногу Эдди, раскрывая его ещё больше, и Омега стонет и прогибается в спине, но даже близко не выглядит так, словно ему больно.       Нависая над ним, Ричи зарывается лицом в шею Эдди, и тот послушно отклоняет голову, цепляясь за подушку пальцами. Потеревшись носом о чувствительную кожу, Ричи останавливается прямо поверх сонной артерии и делает глубокий вдох, пьянея от потрясающего запаха.       То, как Эдди безоговорочно подчиняется ему, выбивает последние осознанные мысли из его головы. — Ты всё ещё хочешь этого? — Ричи оставляет граничащий с болью укус на его подбородке, вызывая в теле парня под ним дрожь. — Ты же уже кончил. — Ричи...       Эдди едва ли не плачет, и Альфа знает, что он чувствует его улыбку на коже своей шеи. — Хочешь мой узел, да? — он вновь прикусывает чувствительную кожу поверх пульсирующей артерии и тут же вбирает её в рот, и тело Эдди под ним вздрагивает. — В этом ты так отчаянно нуждаешься? — Пожалуйста! — Омега с трудом открывает глаза, слезящиеся, покрасневшие и умоляющие. — Я хочу твой узел, Альфа.       Ричи утробно рычит, оставляя болезненный укус на его шее, и неосознанно толкается бёдрами, из-за чего его член скользит прямо между влажной от смазки кожи ягодиц Эдди, и тот громко стонет, подаваясь ему навстречу.       Ричи не прокусывает кожу — он бы не сделал этого с телом Эдди, пока нет — но оба парня чувствуют вложенное в укус намерение, и Альфа внутри него рвёт и мечет, нуждаясь в том, чтобы сейчас же оказаться как можно глубже в теле Эдди, доставляя удовольствие им обоим, и окончательно связать себя с Омегой Эдди самым сокровенным способом, помимо метки.       Ричи делает глубокий вдох, чтобы успокоить колотящееся сердце и стучащую в ушах кровь, пусть всё, что он может почувствовать, это Эдди, из-за чего под кожей начинает зудеть, но у него выходит взять свои инстинкты под контроль.       Оставив последний поцелуй на покрытой испариной шее Эдди, он отстраняется и смотрит в сторону двери. — Мне нужно сходить за презервативами, они в моей сумке.       В ответ качая головой, Эдди указывает на прикроватную тумбочку, и Ричи открывает её, обнаруживая там закрытую упаковку презервативов.       Дыхание Эдди давно сбилось, и его пирсинг поблёскивает в сумраке комнаты, ловя на себе свечение гирлянд на маленькой рождественской ёлке, и Ричи надевает презерватив и вновь нависает над Омегой, перекладывая его ногу с плеча к себе на талию и с довольной ухмылкой замечая, как дыхание Эдди вновь вздрагивает. — Тебе это нравится, малыш? — спрашивает он тягучим, низким голосом. — Нравится, что я делаю с твоим телом всё, что захочу?       Рот Эдди открывается, словно он собирается что-то сказать, но затем Ричи толкается бёдрами вперёд, чтобы скользнуть внутрь его жаркого, влажного от смазки тела — Омеге больше не нужна никакая подготовка, благодаря рту Ричи и биологии, и Ричи и сам видит, что он готов. — Пожалуйста, Ричи, — хнычет Эдди. — Пожалуйста, я...       Мгновение спустя головка члена Ричи оказывается внутри, и Эдди моментально напрягается всем телом, из-за чего Альфа замирает, позволяя ему привыкнуть к проникновению. Но затем Эдди сам насаживается на его член, и Ричи низко стонет, прежде чем впиться пальцами в его бёдра и вжать Омегу в кровать. — Просто. Жди, — рычит он сквозь сжатые зубы, и они встречаются взглядами.       Это игра, соревнование — кто же здесь главнее — и мгновение спустя Эдди сдаётся, обнажая свою шею, и его тело мякнет под Ричи, растекаясь по простыням. — Вот так, милый. Позволь позаботиться о тебе, как я и говорил.       Эдди сглатывает, но не поднимает голову, ожидая, что Ричи сделает дальше.       Медленно, сантиметр за сантиметром входя в тесное, послушное и жаркое тело до самого конца, Ричи наконец замирает, и из его груди вырывается рык, пока Эдди через силу выдыхает, привыкая к проникновению. — Альфа? — всхлипывает он, привлекая внимание Ричи. — Можно прикоснуться к тебе? Мне... Мне нужно коснуться тебя.       Ричи закрывает глаза и кивает, глубоко вдыхая и зарываясь лицом в обнажённую перед ним шею, поддаваясь инстинкту искупать себя в запахе Эдди. Мгновение спустя тот обнимает его за шею, притягивая как можно ближе к себе, и Ричи наконец выходит из тела Омеги, только чтобы тут же вогнать свой член до основания. — Ты идеален, — не сдерживает себя он. — Абсолютно идеален. — Это... так приятно, — подрагивающим голосом стонет Эдди, и Ричи вновь вбирает кожу его уже покрытой следами зубов и всевозможными засосами шеи в рот, ускоряя темп толчков.       Между ними не остаётся свободного места, и даже дыхание — одно на двоих, и Эдди протяжно стонет, чувствуя, как формирующийся у основания члена Ричи узел начинает цепляться внутри него. — Мой... Так, маленький Омега? — спрашивает или скорее рычит Ричи, стискивая зубы и ощущая, как пульсирует его узел. — И ты мой, — голос Эдди отстранённый, словно он вот-вот потеряет сознание, но в нём всё равно слышны нотки привычной дерзости, которую Ричи просто обожает.       Делая дрожащий вдох, он отстраняется от шеи Эдди, чтобы вовлечь его в небрежный, мокрый поцелуй. — Кончай, мой Омега, — говорит ему Ричи, толкаясь в последний раз и уже не имея возможности выйти из-за разбухшего узла.       Рот Эдди распахивается в протяжном громком стоне, и он цепляется за вспотевшие плечи Ричи, пока член Альфы обдаёт новой волной смазки, а всё вокруг утопает в сладком, как патока, запахе мёда, указывая на то, что Эдди кончил вновь, просто от узла Ричи поверх своей простаты, давящего на чувствительный комок нервов. — Альфа! — его голос едва не срывается на крик, и всё тело Эдди мякнет в руках Ричи, за исключением тесно сжимающих его член внутри стенок.       Мгновение спустя Ричи кончает вслед за ним, сцепляя их изнутри и изливаясь в презерватив. — Мой Омега, — шепчет он, падая на кровать и стараясь не придавить Эдди своим весом, и сгребает его в своих руках, осыпая поцелуями его плечи и шею. — Мой идеальный Омега.       Эдди улыбается в его ключицы, и его дыхание наконец выравнивается, и через пару минут они оба засыпают с одним сердцебиением на двоих.

***

      Последнее, чего Ричи хочется, когда утром его встречает запах секса и его Омеги, это выбираться из кровати. В глазах неприятно покалывает, потому что вчера он забыл снять линзы — были дела поважнее — и парень морщится и переворачивается на спину, доставая их сухими пальцами. Разумеется, у него есть для этого и раствор, и контейнер, но он всё равно сегодня будет носить очки, потому что никому из них не нужно покидать квартиру.       Кроме как сейчас. — Эдди, — его голос выходит низким и хриплым после сна, и со стороны Эдди слышится недовольный стон, прежде чем Омега пытается зарыться лицом в его грудь. — Эдди, ты можешь остаться здесь, но мне надо уйти. — Нет, — слышится тихий всхлип, и затем пальцы Эдди цепляются за его бедро, — останься.       Тело Эдди мягкое и заманчивое, и Ричи сильнее всего на свете хочется вновь залезть под одеяло, но вместо этого он убирает руку парня, тут же получая в ответ на свои действия недовольный стон. Затем Эдди наконец поднимает голову, потирая глаза, и всё внутри Ричи сжимается при виде его лица.       Его губы выглядят опухшими, а глаза — покрасневшими, и на шее Омеги, усыпанной засосами и следами зубов, почти нет живого места.       Из-за Ричи.       Он это сделал.       Множество раз после первого захода, кстати — именно поэтому они проснулись так поздно, пусть, согласно общепринятым правилам, в Рождество и нужно вставать как можно раньше. — Боже, ты такой красивый, — на выдохе шепчет Ричи, наклоняясь и оставляя поцелуй на губах Эдди, и когда отстраняется, то щёки парня покрывает румянец. — Я только на пару минут, ладно? — Заче-е-ем? — хнычет Эдди, надувшись и хмурясь. — Мне нужно кое-что взять, — с улыбкой отвечает ему Ричи.       Внезапно, всю сонливость Эдди словно рукой снимает, и он щурится и отстраняется от Ричи. — Ты забыл мой подарок? На Рождество? — неверяще спрашивает он, закатывая глаза. — Думаю, мне уже нужен новый Альфа.       Мгновение спустя по комнате разносится визг, когда Ричи резко тянет его на себя и прикусывает покрытую тёмными, оставленными прошлой ночью метками кожу его шеи, и Эдди тут же поддаётся ему, забывая про возмущение, и хихикает, когда Ричи вновь опускает его на кровать.       Он более чем уверен в том, что теперь обожает Эдди ещё сильней, потому что даже несмотря на всё произошедшее прошлой ночью, с подчинением Омеги ему и передачей полного контроля, утром, пусть они и лежат в пахнущей ими обоими кровати без какой-либо одежды, Эдди всё ещё остаётся собой. Всё такой же игривый с каплей дерзости, более чем готовый показать Ричи его место. — Я не забыл твой подарок, мой Омега, — говорит ему Ричи, потираясь носом о его щёку и наслаждаясь дрожью в его теле после слов с неприкрытым оттенком собственничества. — Просто... Я хотел, чтобы это был сюрприз, ладно? — Хм-м... Ладно.       Эдди дарит ему игривую улыбку, прежде чем зевнуть и потянуться, поднимая руки над головой и прогибаясь в спине. От вида всей этой обнажённой кожи во рту Ричи моментально становится вязко, и под его собственной кожей зудит от желания наброситься на Эдди, оставить на нём ещё больше следов и затем никогда не выпускать его из своих рук.       Вместо этого он лишь наклоняется и едва прикусывает бусину одного из сосков — того, что без пирсинга — и затем заставляет себя вылезти из кровати. — Эй!       Лишь рассмеявшись в ответ на писк Эдди, Ричи выходит из комнаты, не обращая внимания на свою наготу, и через пару мгновений возвращается обратно с сумкой в руках, очками на переносице и всё ещё полностью голый, и в запахе Эдди не так уж и трудно уловить заинтересованность. — Я чувствую твой запах, малыш, — поддразнивает его Ричи, и парень закатывает глаза. — Бип-бип, Рич, — бубнит он, прежде чем также вылезает из кровати. — Я начну готовить завтрак, пока тебя не будет.       К тому моменту, когда Ричи возвращается обратно в квартиру, таща с собой громадный подарок Эдди, внутри него всё сворачивается и в волнении, и предвкушении одновременно, и он пользуется запасными ключами, которые ему перед уходом отдал парень, чтобы открыть входную дверь.       С самого порога его встречает аромат корицы и cчастья, пока с кухни доносится спокойная музыка, под которую Эдди танцует, одетый в небесного цвета бельё и одну из футболок Ричи, свисающую с его плеча — его бёдра двигаются в такт песне Джулии Майклз, пока он нарезает ягоды для испечённых им вафель.       Ричи бесконечно им очарован.       Повернувшись к парню лицом, Эдди замечает принесённый им подарок, и его глаза, как и губы, распахиваются в полном шоке. — Это... Что это? — Кажется, тебе придётся потерпеть, чтобы узнать, — с ухмылкой отвечает Ричи.       На мгновение поджав губы, Эдди берёт лежащий на столе блестящий конверт с красным бантиком и затем подходит к Ричи. — Я могу узнать прямо сейчас, если мы не будем ждать до вечера, — он машет конвертом перед его лицом. — Ну, если бы вчера ничего не получилось, я бы просто прикрепил огромный бант на свою пятую точку и сел на твой узел, пока до тебя бы не дошло, что я твой, но, думаю, и так сойдёт.       Глаза Ричи вспыхивают после слов парня, но он отгоняет от себя эту мысль, чтобы сфокусироваться на настоящем времени. — Звучит неплохо, — соглашается он, потому что всегда любил открывать подарки как можно раньше.       Эдди разрывает обёрточную бумагу на мелкие кусочки — Беверли и Ричи остановили свой выбор на трёх разных рулонах — и радостно вскрикивает, когда видит, что находится внутри. — О Боже!       Огромный Стич, которого Ричи решил подарить сейчас, а не на день рождения, едва ли помещается у Эдди в руках. Высота игрушки составляет примерно полтора метра, и если Эдди ляжет рядом с ней, то они будут примерно одного роста, и именно это Ричи себе и представлял, когда заказывал её в интернете.       Возможно, он также спал с ней в обнимку несколько ночей, чтобы мягкая шерсть пропиталась его запахом, и Эдди это, кажется, чувствует, зарываясь в игрушку лицом и делая глубокий вдох.       Когда он наконец встречается с Ричи взглядом, его глаза блестят, а губы украшает искренняя улыбка. — Стич — мой любимчик, — мягко говорит Эдди.       Ричи улыбается ему в ответ. — Я знаю, милый. — Ты должен открыть свой подарок! — Эдди вручает ему конверт, и его рука сразу же возвращается в шерсть мягкой игрушки.       Кивнув, Ричи аккуратно открывает свой подарок, потому что конверт в его руках кажется намного более хрупким, чем полутораметровая плюшевая игрушка, и внутри него обнаруживает два билета. — Ахереть, My Chemical Romance?! — Ты сказал, что не смог достать билеты на их новый тур, — Эдди пожимает плечами, выглядя до жути очаровательно с громадным Стичем в руках. — Я порылся в интернете и смог достать две штуки, так что мы сможем пойти вместе.       Ричи подхватывает на руки и Эдди, и Стича, и усыпает своего радостно хихикающего Омегу поцелуями.

***

      Прямо как после гона, Ричи не совсем уверен, чего именно ожидал, если ему вдруг повезёт завладеть вниманием Эдди именно так, как ему того хотелось.       Часть его пыталась об этом не думать, потому что он не хотел надеяться на что-либо даже несмотря на полную уверенность во взаимности своих чувств. Другая же его часть полагала, что они запрутся в одной из их квартир аж на несколько недель, отказываясь отрываться друг от друга даже на мгновение.       Они определённо запираются в квартире Эдди, но проводят время не только за сексом.       Их совместные рождественские каникулы — это неловкие приёмы душа в маленькой ванной комнате Эдди, где Ричи вечно перекрывает душ своей головой и забирает всю горячую воду, а Эдди в качестве мести щипает его за всё, до чего только может дотянуться.       Это разогретая, оставшаяся после Рождества еда или же приготовление тостов, потому что они поздно легли в кровать прошлой ночью, а затем, на следующий день, около часа поспали во время полудня, так что их режим безвозвратно сбился и они не почувствовали голод, пока не наступила полночь.       Это шуточные споры, кто будет мыть посуду, а кто — её сушить, и Эдди надувает губы и по-щенячьи смотрит на него, пока Ричи не сдаётся, позорно быстро, и не соглашается взять на себя мойку.       Это фотографирование уснувшего на диване Эдди, одетого в огромную толстовку Ричи и руками и ногами обнимающего плюшевого Стича.       Это разговоры об их семьях, когда Ричи узнаёт о том, как психологическое насилие мамы Эдди оставило на нём след, от которого он всё ещё пытается избавиться, и в ответ Ричи рассказывает, что его родители — хорошие люди, но они не особо близки и его это устраивает.       Это обнаружение одного из его шарфов, запрятанных под подушку Эдди, пока Омега краснеет и признаётся, что запах Ричи помогает ему лучше спать.       Тем не менее, немалое количество времени определённо занимает секс.       Это утро после Рождества, когда Эдди будит Ричи своими губами на его члене перед тем, как заглотить его полностью, при этом как-то умудряясь выглядеть невинно со знающей ухмылкой на губах, обёрнутых вокруг основания члена Ричи.       Это возможность притянуть Омегу к себе за талию, когда ему это только вздумается, ладонью приобнимая его за шею и тщательно, но в то же время нежно помечая его своим запахом.       Это решение напиться и устроить онлайн-шоппинг, каким-то образом спустя полчаса заканчивающийся на секс-шопе, и в итоге Эдди захлопывает ноутбук и забирается к Ричи на колени, лихорадочно расстёгивая его ширинку.       Это Эдди, ждущий его на кровати на локтях и коленях, открывающий Ричи потрясающий вид на своё не менее потрясающее тело, и каждый инстинкт Альфы внутри него пробуждается, всплывая на поверхность и требуя наброситься на Омегу перед ним.       Это медленные, чувственные движения их тел, когда они вместе просыпаются в кровати после дневного сна, полностью обнажённые под просачивающимся сквозь приоткрытые шторы солнцем, пока их тела сцепляет узел Ричи, а его рука обёрнута вокруг члена Эдди с губами поверх его лопаток и шеи.       Это то, как Эдди подчиняется ему, нелегко, но и не с боем, и Ричи чувствует себя так, словно заслужил его, заслужил его доверие, и он готов поклясться, что никогда не устанет от прекрасного вида и запаха Омеги, лежащего под ним.

***

      Двадцать девятого числа они всё же на пару часов выбираются из квартиры Эдди. Ричи нужны новые вещи, потому что пусть в течение последних месяцев Эдди и накапливал у себя его одежду, к ней не относится нижнее бельё и штаны, и даже несмотря на то что большую часть времени Ричи проводит без одежды, она ему всё ещё нужна.       Когда они забирают несколько боксеров и джинсов из его квартиры, которые Ричи кладёт в рюкзак, то находят там упаковку мармелада, и Эдди смеётся и предлагает сходить на «‎Кошек» в кино. — Это будет ужасно, — предупреждает Ричи, ухмыляясь. — Это будет отвратительно, — соглашается с ним Эдди, отправляя в рот оранжевую мармеладку.       Их слова оказываются абсолютной правдой.       Фильм такой же плохой, как и пишут в рецензиях, и под воздействием второй по счёту пачки мармелада они смеются надо всем происходящем на экране, и что делает всё ещё ужаснее — смешнее — что в зале сидят люди, которые на полном серьёзе пришли посмотреть этот фильм.       На моменте, когда кошка Джейсона Деруло начинает танцевать и петь, Ричи едва ли не гогочет во весь голос, из-за чего женщина в паре рядов от них шикает на него. Эдди тут же заливается смехом, зарываясь лицом в плечо Ричи, и пусть во время песни Дженнифер Хадсон атмосфера и сменяется на более серьёзную, через пару минут они вновь во всю смеются, и потом Ричи на добрые полчаса затаскивает Эдди в туалет.       С началом их отношений невозможно не заметить, как сильно переплетаются их запахи, но Ричи всё равно прикладывает как можно больше усилий, потираясь носом о шею Эдди и помечая его своим запахом, прежде чем они наконец покидают туалет с припухшими от поцелуев губами и Ричи вызывает им такси.       Их запах заполняет всё заднее сидение машины, и пусть водитель и оказывается Бетой, он очевидно его чувствует, судя по тому, как морщится, когда Ричи ловит его взгляд в зеркале заднего вида.       Однако не то чтобы они могут что-то с этим поделать, и не то чтобы они вообще что-либо делают, не считая того, как скандально высоко ладонь Ричи покоится на бедре Эдди, пока запах возбуждения пропитывает весь воздух в машине настолько, что водителю приходится открыть окна, и Ричи продолжает дёргать коленом, а Эдди кусает губы и постоянно бросает на Альфу томные взгляды.       Они едва терпят до квартиры, прежде чем Ричи толкает Эдди в сторону дивана, ни на мгновение не отрываясь от его губ, и тот дразнит его, словно хочет взять контроль в свои руки, положив ладони на грудь Ричи так, будто собирается оттолкнуть Альфу от себя.       Но затем его глаза широко распахиваются, а с губ срывается отчаянный всхлип, когда Ричи сжимает его запястья, прямо на грани между дискомфортом и болью. — Ты не хочешь быть здесь главным, маленький Омега. Не играйся с огнём, — предупреждает он и отстраняет от себя руки Эдди, наслаждаясь новой волной запаха возбуждения, исходящего от Омеги.       Розы и мёд заполняют его лёгкие, уже наверняка навсегда пропитавшие его изнутри, и Ричи обхватывает Эдди за талию и едва не швыряет его на диван. Со стороны парня слышится вскрик и затем смешок, моментально срывающийся на стон, когда Ричи заключает его тело между собой и диваном без шансов на побег.       Не то чтобы Эдди даже рассматривает этот вариант.       В следующее мгновение он переворачивает Эдди на живот, и тот резко вдыхает, прежде чем Ричи срывает с него джинсы с бельём, оставляя их скомканными у колен, и его глаза невольно закатываются от внезапно открывшегося ему запаха смазки, уже стекающей вниз по бёдрам его парня. — Уже такой мокрый, — шепчет он, оставляя лёгкий укус на нежной коже ягодиц. — Поторопись! — Эдди пытается звучать строго и недовольно, но этого нелегко добиться из позиции, в которой он сейчас находится, с лицом в диванных подушках и спущенными до колен джинсами.       Ричи лишь улыбается в ответ, прежде чем начать растягивать уже текущего Эдди сразу двумя пальцами, и с довольной ухмылкой наблюдает за тем, как тот прогибается в спине и насаживается на его руку.       Сначала Эдди кончает на его пальцах, затем — когда Ричи одной рукой обхватывает шею Омеги, надавливая на его горло, но недостаточно сильно, чтобы перекрыть дыхание, а другой проводит по члену Эдди, и третий раз — с Ричи глубоко внутри него.       После, парень поудобнее усаживает их обоих на диване, и его губы продолжают скользить по деликатному изгибу шеи Эдди, выводя на нежной коже незамысловатые узоры.       Он не может сказать «‎Я люблю тебя»‎, потому что ещё слишком рано, но признание определённо скапливается внутри него, и Ричи не даже не пытается скрыть то, как и его Альфа, и его запах, и буквально всё показывает это Эдди. — Я тоже, — тихо шепчет Эдди, настолько тихо, что Ричи вряд ли бы услышал его, если бы они не находились на одной и той же волне, как и всегда.       Ричи знает, что не произнёс эти слова вслух, но всё равно понимает, что именно на них отвечает Эдди, и его губы в который раз украшает искренняя улыбка, пока он зарывается носом в шею Омеги и вдыхает запах счастья.

***

      Новый Год Ричи встречает вместе со своими лучшими друзьями, и своим Омегой.       Беверли настояла на том, чтобы все они надели ободки с цифрами «‎2020», и кудри Ричи цепляются за них каждый раз, когда Эдди утаскивает его от остальных в ванную или спальню и пальцы парня зарываются в его волосы, но Альфе как-то всё равно.       Все они сегодня остаются у Ричи с ночёвкой, пусть это и не совсем удобно из-за ограниченного количества спальных мест, но им как-то всё равно — у них полно алкоголя, и даже Стэн и Билл, самые ответственные в компании, напиваются, пока Майк разливает отвратительные неоново-зелёные шоты текилы, а по всей кухне и гостиной разбросаны тарелки и подносы с едой, которую им после Рождества передали родственники. — К окну, быстрее! — кричит Эдди, когда Беверли включает федеральный канал, на котором идёт отчёт до полуночи и прямой эфир с Таймс-Сквера. — Мы должны увидеть салюты! — Не думаю, что мы их пропустим, — смеётся Билл над его рвением. — Тебе легко говорить, — бубнит Эдди в ответ. — Тебе не надо вставать на носочки, чтобы увидеть хоть что-то за чужими головами и найти удобную позицию. — Я покажу тебе удобную позицию, — шепчет раскрепощённый парой шотов Ричи ему на ушко.       Майк фыркает, пусть рука Билла и лежит на его шее в собственнической манере, которой Бета определённо наслаждается — со стороны выглядит так, будто он пытается раствориться в теле своего парня, так что кто бы говорил. — Хватит думать своими узлами! — восклицает Беверли. — Будете волноваться о них в следующем десятилетии! — Ты же Альфа, да? — уточняет Стэн, поднимая бровь. — Не суть, — отмахивается девушка. — А теперь заткнитесь! — О! Восемь... Семь... — начинает отсчитывать Бен вместе с доносящимся из телевизора голосом ведущего прямого эфира. — Стой, то есть мы должны заткнуться, а Бену можно говорить? — возмущается Эдди себе под нос, и со стороны Майка и Стэна слышатся смешки.       Ричи лишь ухмыляется, опуская подбородок на макушку головы Эдди, и крепко обнимает его поперёк груди, ближе прижимая к себе. — Шесть... Пять.... Четыре! — присоединяется к Бену и ведущему Беверли, и, кажется, в её просьбе заткнуться есть исключение, если они будут не разговаривать, а считать вместе с ней.       Поэтому к ним присоединяются и остальные. — Три... Два! — вместе кричат они, и из окон и сквозь тонкие стены квартиры доносятся чужие голоса, но Ричи как-то всё равно. — Один! С Новым Годом!       Вдалеке сразу в трёх разных местах взрываются фейерверки, и Майк радостно восклицает, пока Беверли громко хлопает в ладоши, но Ричи лишь мягко поддевает подбородок Эдди и наклоняется, вовлекая его в нежный поцелуй.       Поцелуй с его Омегой.       Через пару мгновений всё вокруг будет греметь, когда Ричи вернётся в реальность, и он обязательно обнимет и расцелует всех своих друзей, вдыхая их родной запах, но сейчас всё, что ему нужно —‎ это Эдди.       Он вдыхает счастье, и радость, и розы с солнечным светом, и всё кажется идеальным, поэтому Ричи просто хочет ещё ненадолго задержаться в этом мгновении.       Когда он наконец отстраняется, касаясь носом Эдди своего, то встречается с ним взглядами, и Эдди улыбается ему так ярко, что сердце Ричи болит оттого, насколько счастливо он сейчас себя чувствует. — Мой, — шепчет он так тихо, что его слышит лишь Эдди, в этой какофонии радостных криков, музыки и салютов, но эти слова предназначаются лишь ему.       Подушечка его большого пальца скользит по ключицам Эдди, которые оголяет слишком большая футболка, принадлежащая Ричи, и он нежно касается того места, где в недалёком будущем навсегда оставит свою метку, прежде чем опустить ладонь на грудь Эдди, прямо поверх его сердца. — Мой, — возвращает Эдди его слова и обхватывает его запястье, в такой же крепкой и собственнической манере, в которой Ричи сейчас держит его в своих руках.       Их запахи, полные счастья, переплетаются друг с другом и с запахами, излучающими радость, их друзей, и это самое прекрасное сочетание на свете.       И Ричи наклоняется за ещё одним поцелуем, чувствуя ровный, совпадающий с его сердцебиением стук сердца подушечками своих пальцев.