История Биатрис

— И где же эта ваша не разговорчивая? Прогуливает? — съязвила Мари с торжествующим видом. — Ее отсутствие хоть кого-то волнует в отличии от твоего, — огрызнулась Мира. Мари оскорбленно подхватила рюкзак и уже собиралась уходить. Только что объявили конец последнего урока, так что все уже мысленно были дома. — Попрошу не расходиться, — в класс зашла низенькая полненькая тетенька в розовом свитере. — Итак, класс, присаживайтесь. Меня зовут Алевтина Храдоврок… — Будьте здоровы! — выкрикнул кто-то из мальчишек, на что тетенька невозмутимо его поблагодарила и продолжила: — Я заместитель главного бухгалтера по работе с несовершеннолетними. По общеимперским стандартам обучения в общеобразовательных учебных заведений школа обязана обучить вас минимальной финансовой грамотности и подготовить вас к жизни, и наиболее эффективным способом, коим в данном случае является практика, но по теории мы кратко пройдемся… — монотонно скрипучим голосом на чистом истинноимперском вещала тетенька, на экране, загоревшемся за ее спиной, появились какие-то надписи вещавшие про налоги и охрану труда, но Биатрис из них почти ничего не запомнила, уснув еще на первой половине ее речи. Проснувшись где-то под конец, она обнаружила, что такая не одна. Спал или уже выспался, кажется, весь класс. — Итак, завтра у вас будет первый день рабочей практики. Если у Вас есть желание, запишитесь на одну вакансий. Биатрис в числе первых записалась на уборку в библиотеке и пулей вылетела из класса. — Вот уж не думала, что ты с такой скоростью можешь линять из школы, — усмехнулась Мира, догнавшая ее только на крыльце. — Сие действие нецелесообразно, — передразнила Биатрис скрипучий голос Алевтины. Мира рассмеялась, но тут же обиженно добавила: — А вот нафиг ты меня тогда Инне сдала? Она теперь меня на каждой работе от тебя осаживает. — Зато теперь ты действительно готовишься и учишь, — без тени раскаяния заметила Биатрис. — Как мне готовиться-то, если она их дает, когда в голову взбредет? — возмутилась Мира. — Готовься всегда, — Биатрис пожала плечами. — Я не хочу… Это все так-то очевидно, я просто правило сформулировать не могу, а как все пишется я знаю, — заявила Мира, но под скептичным взглядом Биатрис сдалась, — ну и с запятыми у меня проблема… — Пунктуация. Правила постановки знаков препинания — это пунктуация, — поправила ее Биса. — Не умничай, — закатила глаза Мира, — Я же не осуждаю тебя, что ты сет от трипса не отличаешь. — Осуждаешь. — Да когда такое было? Ты гонишь… — Эй, Биса, Мира, — окликнул их сзади Джордан, прервав перепалку, — Посидим у нас? Я у старших пацанов чипсы достал и еще так по мелочи. — А что это старшие тебя постоянно подкармливают? — Я помог им мимо охраны бухло пронести. — Что? Ты?! Как? — удивилась Мира. — Фокусники не раскрывают своих секретов, — начал Жора привычную песню, — Ну, так что? — Ну, раз ты угощаешь, — улыбнулась Биатрис, — Но сначала заскочим в жральню? Я умру с голода… Не то чтобы вредная и вкусная еда была в приюте в дефиците. У старших она была всегда и в достатке. У старших. Но делились они неохотно, а то, чем все же делились, заканчивалось очень быстро. Так что предложение Жоры звучало крайне соблазнительно. Но не так соблазнительно, как котлеты в жральне… Горячие… После обеда, как и условились, собрались в комнате у пацанов, которая ничем особо не отличалась от девчачьей, разве что балкон выходил на сторону двора. Да и корпус этот точно такой же: и бардак в коридоре, и пестрые рисунки с постерами на стенах. — О, привет! — Тим вскочил при их появлении, — Бис, раз уж ты здесь… — вкрадчиво начал он. — С чем помочь? — Биатрис тяжело вздохнула, закатив глаза, Мира раздраженно цокнула языком. Мало этого было в школе, теперь и после не отдохнуть. — С математикой, — жалобно произнес Тим, протягивая тетрадь, — Ты же поможешь?.. — Оплата вперед, — кивнула Биатрис Жоре, взяла тетрадь и плюхнулась на пол. Помощь Тиму и поедание Жориных запасов постепенно вытекло в коллективное выполнение домашки. Мира поначалу сопротивлялась, делая вид, что пасьянс куда интереснее и важнее, но все же сдалась и присоединилась. Все это время Биатрис смущали двое мальчишек, сидящих на кровати в углу и о чем-то тихо разговаривавших между собой. Она их даже не заметила, когда вошла. Оба худые, с длинными волосами, в грязной и рваной одежде зыркали на их компашку подозрительно, испуганно. — Ах, вот вы где! А я вас везде ищу, — в дверях появился рыжий парень, то ли из старших, то ли очень молодой воспитатель, и обращался явно к тем двоим. За ним в дверном проеме появилась голова Хелен.  — Вы почему на обеде не были? — спросил парень, но быстро сменил гнев на милость, — Ладно уж, шпана, идем за мной. Мальчишки быстро выскользнули из комнаты. — А что это за мальчишки? — спросила Биатрис, кивнув в сторону двери, за что остальные наградили ее такими взглядами, словно она спросила что-то крайне неприличное. — Она ж домашняя… — попыталась оправдать ее Мира. Биатрис снова передернуло от этого слова. — Новеньких никогда не видела? — со скепсисом спросил Тим. — Да к ним только фанатиков селили, — пояснила Мира. — И как они? — спросил Тим, тем же надменным тоном. Все снова обернулись на Бису. — Одна в изоляторе, другая умотала к своим. — Лучше уж так, чем с ними водиться. — А вы как в приют попали? — спросила Биатрис, игнорирую недовольный взгляд Миры. Она и не ждала, что кто-то ответит. — Меня родители сдали. Привели и оставили. Чуть больше года назад. Потому что больше этого не вынесут, и что хотят нормально ребенка, — первым нарушил молчание Джордан глядя в окно. — Меня изъяли, когда родители бросили меня на улице в мороз, — произнесла Мира, тоже глядя куда-то в сторону и как бы невзначай. — Тьфу ты, собрались нытики! — пробубнил Тим, — Ну давай расскажи, как тебя бросили, поддержи групповые страдания, — обратился он к Бисе. — Меня продали, — ответила она, сама удивившись, как легко далось ей откровение. Она еще отходила от Мириных слов. А ведь ее родителям тоже угрожали, что и без денег заберут. — А вот у меня никогда не было родителей и ничего, — бодро ответил Тим, — Так что хватит тут нюни распускать. Что там с яблоками? — резко сменил он тему. — Ах, да, — Биатрис снова склонилась над учебником, — Ну, смотри… Неловкость все еще витала в воздухе некоторое время. Бездомных взрослых Биса еще видела пару раз в прошлой жизни, но детей… Да не похоже, что самого Тима это как-то волновало в отличии от Миры или Жоры. Ну, было и было… Со свистом влетевший в балконную мяч, оставил яркий след в тетради Миры и поскакал к стене. — Чур я подаю! — крикнул Жора и ринулся за мячом, но Тим его опередил. — Ну, уж нет, — крикнул он и, уклонившись от Жориных объятий побежал к двери. Мира поставила ему подножку. Тим выронил мяч. Мира с размаху пнула мяч, выкинула его из комнаты, и сама выбежала на балкон. — Ну ты! — Тим выбежал следом. Биса с Жорой тоже присоединились. Во дворе старшие играли в футбол. Белобрысый парень уже вел мяч к воротам, но тут у него из-под ног выбила мяч Ванесса и пасанула другой девочке. Еще один пас. Гол! Вратарь пнул мяч обратно на поле. Началась неразбериха. Игроки заметались по полю. Поднялось облако пыли. Мяч полетел в сторону ворот. Мальчишки уже готовились кричать «ура» и… Мяч прилетел в голову воспитателя. Прямо в яблочко! Народ на улице как-то сразу разбрелся кто куда. Пришлось вернуться к урокам. — Эх, сейчас бы в поход, — грустно вздыхал Джордан по дороге с ужина. — Это еще зачем? — удивился Тим. — Романтика: звездное небо, песни у костра… — мечтательно произнес Жора. — Насекомые… — ехидно добавил Тим. — Да ну тебя… Все лучше, чем сидеть постоянно в четырех стенах, — обиделся Жора. — Ладно, мы пойдем, — прервала Биса их препирания и уже повернулась к женскому корпусу. — Ну, пока… — ответил Тим, но его резко перебил Жора: — А оставайтесь на ночевку! — Чего? Опять девчонок зовешь… — Тим явно не был воодушевлен этой идеей. — Ну, теперь это дело чести, — Мира схватила Бису под руку, — Мы в деле. — Да ладно, тебе классно будет, — Жора ободряюще толкнул друга в плечо, — Устроим поход прямо здесь. — На улице спать будем? — Нет, сделаем палатку прямо на балконе! Все так и получилось, как он описывал. Пара покрывал и скотч — крыша, пол застелили одеялом. Хоть лето уже приближалось, но вечером уже было прохладно. «Палатку» сквозило. В прочем веселая компания и вкусная еда согревали не только душу, но и тело. Приподнимая покрывало, Биатрис поглядывала, как приют погружается в тьму. — Бу! — раздалось откуда-то сзади. Биатрис тихо ахнула и обернулась. Жора размахивал фонариком, в свете которого была видна какая-то борьба и что-то розовое. — Да не ори ты! Всю столицу перебудишь, — зло прошипел Тим. — С чего ты взял, что я буду орать?! — так же зло процедила Мира, дерущийся ком расцепился. — А чего от вас девчонок еще ждать? — ехидничал Тим, но тут ему резко кто-то влепил по затылку. — Нечего девочек обижать, — в луче фонарика наконец появилась Хелен. — А у тебя хобби везде быть незваным гостем? — спросила Биатрис, сразу догадавшаяся, кого к ним принесло. — Сказал человек, спалившийся на выпускной дискотеке, — не осталась в долгу Хелен, — А вы знаете, что спать на балконе плохая примета? — спросила она, вырвав у Жоры фонарик и подсветив лицо снизу. Тим разочарованно цокнул языком. — Почему? — спросила Биатрис. — Это было лет 20 назад, как я слышала, воспитатели закрыли на улице одну девочку из старших, которая не успела вернуться в корпус до отбоя. Это был конец осени, лил сильный дождь. Поняв, что ей не откроют, она попыталась залезть на балкон, но соскользнула и упала, и сломала ногу. Она не смогла доползти до крыльца и замерзла на смерть. Но ее призрак еще здесь, и он жаждет мести и утащит любого, кто выйдет на балкон после отбоя… У Биатрис по спине пробежали мурашки. Повисло напряженное молчание. — Ой, да брехня это все. Вы правда верите в эту сказку, которую воспитатели малышне рассказывают, что б они после отбоя не шумели? Да и призрак тупой какой-то. Он с балконами счеты сводит, что ли? — усмехнулся Тим, и остальные тоже захихикали, — Да и вы правда думаете, что воспитатели бы кого-то бросили умирать? Да у нас тут за Эллу весь приют… — он постучал ладонью по кулаку. Биатрис тоже помнила, что ночью на крыше со старшими никаких призраков не видела. — Элла, между прочим, теперь тоже призрак, — прервала его Хелен, — И ее уже видели на крыше женского корпуса. — Где? — Тим приподнял покрывало, так что стало видно крышу напротив, пересилив страх Биатрис тоже посмотрела, но на крыше не было никого. — Ее те же трусишки видели небось, — язвительно произнес Тим. — В приюте есть и другие призраки! — упиралась Хелен. — Какие? — Мальчик в столовой, например. Тим снова цокнул языком, но Хелен продолжила, встретив заинтересованные взгляды: — Если когда-нибудь увидите в столовой маленького мальчика, сидящего одного за столом, никогда к нему не садитесь. Его несколько дней морили голодом за попытку сбежать из приюта, и он съел своих соседей… На этом моменте Тим прыснул со смеху. — Ууу, я страшный мальчик людоед, — рыча, он повалил Хелен на спину и начал щекотать, от чего та начала громко ржать. — Тихо вы! Всех перебудите! — шикнул на них Жора. — Сам расскажи, если такой умный, — едва отдышавшаяся Хелен швырнула в Тима фонариком. — Пф, да пожалуйста, — он резко выключил свет. Палатка тут же погрузилась во тьму. Не привыкшие к ней глаза могли выхватить лишь пару полосок света. — Вы не зря боитесь, что нас запалят, — прошептал Тим, — Призраки просто выдумка, а вот маньяки реально существуют. И один из них в нашем приюте. Он маскируется под воспитателя. Днем вы его не встретите, но ночью он выходит на охоту… Он ходит по коридору с фонариком и ищет тех, кто не спит. Если встретите, его бегите! Не успеваете забежать к себе, забегайте в случайную комнату и ложитесь спать. Чтобы дальше не происходило, не поднимайте головы, вообще не двигайтесь, не реагируйте. Даже если вам посветят фонариком в лицо… И может быть вы выживите… — драматично подытожил Тим. К концу его рассказа глаза уже попривыкли к полумраку и фонарик был особо не нужен. — Звиняй, но это еще больше похоже на пугалку для малышни, чтоб она после отбоя не шлялась, — прокомментировала Хелен. — А вы слышали про кабинет без номера? — подал голос Жора и не услышав утвердительного ответа продолжил, — Я бы сам не поверил, если бы не увидел. Мне долго оформляли документы сюда, и когда я в очередной раз сидел в здании администрации, в холле я увидел дверь с табличкой «кабинет №», но номера не было. Я тогда не решился бы не в один кабинет зайти просто так, и в этот тоже, но мне потом рассказывали всякое… Поняв, что это очередные байки и слухи Биатрис, отогнув край покрывала, снова начала разглядывать улицу, слушая вполуха. — Кто-то говорит за ним просто кирпичная стена, а кто-то, что там целая комната игрушек и сладостей, но если зайти уже не выйдешь… — Фигня это все, — вставила Мира, — Хотите чего-то по-настоящему страшного? Вы знаете, кто приносит подкидышей? Безрогие демоны… — Чего? — Тим снова хотел зайтись смехом, но его ткнула локтем Хелен. — Шшш, дай ей договорить хоть, — зло прошептала она. — Демоны, — повторила Мира, -Они только маскируются под людей. Их черная одежда эта тьма и скверна. Ночью эти трави приходят к тем, кто уже разочаровался в жизни и отдал свою душу злу, и пожирают их. Но младенцы для них слишком невинны и навредить они им не могут. После всех сегодняшних страшилок Биатрис слушала с неким скептицизмом. Как вдруг она увидела силуэты на крыше одно из домов на другой стороне улицы. Те быстро скользнули вниз, скрывшись во мраке переулка. По телу пробежали мурашки. Сердце громко забилось в груди. Силуэты вынырнули из мрака на краю пятна, освещенного фонарем у КПП. — А сюда-то они их зачем приносят? — спросил Тим, но Биса его перебила: — Эй, смотрите. Ребята прилипли к перилам. Балкон как раз находился в ближней к КПП части здания. В круг света, держа на руках ребенка, вышла девушка с длинными черными волосами, собранными в 2 хвоста, вся в черном с красными полосами на рукавах и брюках. Охранник тут же выбежал ей на встречу. Похоже он что-то у нее спросил, но она покачала головой, и присоединилась к еще двоим и они исчезли во мраке. Через пару минут на проходную прибежала воспитательница и унесла ребенка в девчачий корпус. Ребята сидели тихо, боясь пошевелиться. — Я же говорила, — шепнула мира в гробовой тише, и всех как ветром сдуло с балкона. Мальчишки закрыли дверь и забаррикадировали ее столом. Штору задернули и прижали по углам тумбочками. Соседи по комнате недовольно, но молча на них поглядывали, поднимая головы от подушек. — Жуть, — прокомментировал Жора. — А как же мы теперь к себе пойдем? — спросила Биса, растерянно оглядываясь. — Оставайтесь, мест много, — ответил Тим все еще подрагивающим голосом и принялся придвигать стол к двери. Мира вдруг махнула рукой на дверь и шумно выдохнула, схватившись за сердце. — Тебе плохо? — Биатрис подошла ближе и услышала, как подруга шепчет поднос «Нрутас, защити». Это было похоже на то, как обращались к своему божеству фанатики. — Я бы тоже помолился, но родители говори таких как я бог не защищает, — грустно заметил подошедший Жора, — Вон та кровать, — он указал Бисе на ту, что в углу на нижнем ярусе. Биатрис была счастлива завернуться в тепло одеяло и уже хотела отвернуться к стенке, как почувствовала, что на нее кто-то смотрит. Резко обернувшись и оглядев комнату, она не увидела ничего, кроме смутных очертаний мебели в темноте. И хоть сколько она не вглядывалась, все оставалось по-прежнему, страх, что вот-вот выскочит какой-нибудь призрак не проходил. И тьма сегодня какая-то не такая. Биатрис еще никогда не было так страшно засыпать. Если когда и было, то это в родительском доме, но там она и не спала никогда ночью. Но боялась она не монстров под кроватью или призраков, а пьяных родительских дружков — единственных монстров, что там были. А если б другие и были они бы тоже сидели с ней за шкафом, и боялись бы они вместе. Биса не верила никогда в какого-то конкретного бога, но, когда с наружи раздавался шум драки, ей очень хотелось, чтоб он был и заглянул в их маленькую квартирку, заваленную бутылками. Биатрис свесилась с кровати и заглянула под нее. Пыль, отвалившийся плинтус и больше ничего. Никакого монстра, который бы боялся вместе с ней. Она облегченно растянулась на кровати. Значит все монстры остались там.