Просто братья или что-то большее?

      Ларри не мог оторвать взгляд от рук дорогого ему человека, истерзанных до такой степени, что левое запястье, обычно безумно светлое с парой уже заросших царапин, сейчас выглядело, как «мясная каша», по-другому это назвать нельзя было никак. Сал же практически сразу выдернул свои руки из рук брата, и, забыв, что на на нём нет протеза, до вкуса металла во рту, закусил губу.       — Что это? — максимально по-доброму, как это можно было, спросил металлист.       — Это не твоё дело, — засовывая руки в карманы, ответил Салли.       — Не моё дело значит… Не изображай из себя взрослого! — Ларри снова сорвался на крик, хотя он, честное слово, не хотел этого, но ничего не мог поделать с этим. Единственное, что патлатый хотел сейчас сделать, это забить на всех и вся, пойти к себе в комнату, включить на полную катушку новый альбом «Sanytis Fall» или «Skillet» (эта группа, вроде бы, в 90-х ещё не существовала, но и ладно) и готовиться к конкурсу, который он был намерен выиграть, а из-за этих вечных проблем с братом, шансов становилось гораздо меньше. — Сал, что с тобой происходит? Можешь мне нормально объяснить? Я же не какой-то там посторонний тебе человек.       — Просто, — Фишер ещё сильнее прикусил губу. — Ты уезжаешь на целых два месяца, у родителей какие-то проблемы на работе, а в школе… — парень не стал договаривать, ибо к его горлу подкатил ком, и он не мог выдавить из себя не слова. Ему захотелось расплакаться, закричать, да так, чтобы голос сорвался, но не стал этого делать. Всё же показывать свою слабость перед Джонсоном-младшим Салли не особо желал.       — Ты только из-за этого так издеваешься над собой? Боже, это же глупо. Я не навсегда улетаю в Мэн. О одноклассниках можешь не беспокоиться, я уже говорил тебе, что там никто тебя пальцем не тронет. А родители… они справятся. Всё же они не первый год работают в «Johnson & Johnson». Тебе незачем беспокоиться.       Сал безумно хотел сказать что-то, но слёзы, подкатившие к глазам, не дали ему это сделать. Он мог в любой момент заплакать, но всё ещё держался. Поскольку протезник молчал как будто набрал воды в рот, Ларри продолжил свою речь:       — Не хочешь, можешь сегодня в школу не идти, родителям скажем, что у тебя высокая температура была. А контрольную в другой день сдашь, если она тебе так важна.       — Х-хорошо, — через силу и сжатые в кулак руки, выдавил из себя Салли.

***

      Этот день дался обоим парням очень трудно. Сначала они вместе позавтракали овсяной кашей и печеньем с шоколадом, а после собирали вещи в ларрину поездку. Одежды и инвентаря для рисования набралось столько, сколько вместил в себе один чемодан средних размеров и рюкзак, с которым патлатый обычно ходил в университет. И пока они складывали вещи в чемодан, Ларри рассказал брату подробнее о конкурсе.       Конечно, Сал сам искал подробности об этом, но виду не подавал и сидел с лицом полным заинтересованности и любопытства. Что-что, а актёром голубоглазый был хорошим.       В общем, этот конкурс назывался «Cuervo blanco», что в переводе с испанского означало «Белая ворона». Конкурс организовали какие-то популярные художники-авангардисты из Испании. Сам конкурс будет проходит в столице штата, городе Огаста, в музее, который одновременно ещё был художественной галереей — «Morris Museum of Art», там же и будет вывешены картины трёх победителей. А человек, занявший первое место, ещё и получит тысячу долларов на продвижение своего занятия. Для того, чтобы начать участие там нужно было пройти отборочный этап, который Ларри прошёл ещё месяц назад, отправив фотографию своей работы по почте, и даже попал в пятёрку лучших. После будут проходить ещё испытания. Одно испытание — одна неделя, после каждой недели одного самого худшего участника будут выгонять. В конце концов останутся лучшие из лучших, три участника пройдут в финал.       В общем-то, этот конкурс будут транслировать по телевизору, поэтому Сал с родителями сможет посмотреть на успехи шатена. Хотя Джим и Лиза на вряд ли бы наблюдали за успехами собственного сына. Они давно считали его самостоятельным и думали, что он не нуждается в их внимании. К сожалению, это было не так. Они бросили его на произвол судьбы ещё в шестнадцать лет, наверное поэтому Ларри такой отстранённый от общества, хоть старается и не показывать этого.

***

      День вылета. Ребята проснулись довольно поздно. Где-то в десять утра. До самолёта оставалось ещё пять часов, и это время они планировали провести только вдвоём за просмотром какого-нибудь нового фильма, но к ним в квартиру ввалились два урагана по имени «Эшли» и «Тодд». Рыжик был слегка пьян, скорее всего, он решил выпить из-за того, что они с Нилом поругались как раз перед тем, как темноволосый обратно уехал на учёбу в Нью-Йорк. Но скоро они помирятся, это и Кэмпбелл, и Джонсон, и Фишер знали прекрасно. Но всё же, разница в их увлечениях сейчас была видна, как никогда раньше.       Сейчас все друзья сидели на диване в гостиной, ели чипсы и смотрели фильм, который был запланирован на просмотр Ларри и Салли. Конечно, всем не хотелось расставаться с металлистом на неопределённый срок, но тем не менее, все были рады за него, ведь если ему удастся одержать победу, он сможет осуществить свою мечту с двенадцати лет — стать профессиональным художником. Но Салу казалось, что он здесь один будет безумно скучать по Джонсону. У Эшли была лучшая подруга, с которой они общались практически двадцать четыре часа в сутки, а у Тодда парень, с которым они, несмотря на ссоры, переписывались, в свободное от пар и лекций время. Фишер же не был уверен в том, что они с братом будут поддерживать общение все эти недели, а то и месяцы.