Дневник стороннего наблюдателя

01.04.1991. Сегодня я решилась начать-таки вести дневник. Не могу гарантировать, что вести его буду прилежно, но не для того я его заводила. Видите ли, сегодня, на мой одиннадцатый День Рождения, в окно моей комнаты залетела сова. Я никогда раньше живьём сов не видела, только на картинках, так что не могу сказать, сова это была или филин, но называть это буду совой. Спешу вас заверить, что сова посреди Лондона — это вовсе не так страшно, как сова посреди Лондона с КОНВЕРТОМ В КЛЮВЕ. Странная птица швырнула конверт мне на кровать и вылетела через форточку. Было семь утра, только-только прозвонил будильник, и мне нужно было срочно просыпаться, завтракать и бежать в школу, а тут это. Честно говоря, я подумала, что мне это всё приснилось, убрала постель и занялась обычными делами. О конверте я вспомнила буквально только что, когда стелила постель. Он вылетел из одеяла и приземлился в центре комнаты. Конверт был тяжёлым и толстым и, судя по всему, сделанным из чего-то вроде пергамента. На нём значились лишь моё имя и адрес, причём без индекса. Никаких марок или адреса отправителя я не нашла, зато обнаружила, что заклеен конверт пурпурной восковой печатью, украшенной гербом, на гербе были изображены лев, орёл, барсук и змея, а в середине — большая буква «X». Вместе с утренним происшествием это напоминало чью-то шутку, только я не слышала, чтобы сов можно было дрессировать. В конверт были вложены три листа всё того же пергамента и маленький конвертик с чем-то сыпучим. Надеюсь, не порох. Вот что было на первом листе: «ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС». Директор: Альбус Дамблдор (Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волш., Верх. чародей, Президент Международной конфед. магов). Дорогая мисс Дженкин! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Школьный экспресс отбывает 1 сентября в 11 утра от платформы 9 и 3/4 вокзала «Кингс Кросс». Чтобы попасть на платформу, Вы должны пройти через колонну между платформами 9 и 10. Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора». Как вы понимаете, такие письма прояснению рассудка не способствуют. Не особенно вдумываясь в содержание письма, я просмотрела второй лист. Он оказался списком странной всячины. «Школа чародейства и волшебства «Хогвартс». Форма. Студентам-первокурсникам требуется: Три простых рабочих мантии (чёрных); одна простая остроконечная шляпа (чёрная) на каждый день; одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала); один зимний плащ (чёрный, застёжки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента. Книги. Каждому студенту полагается иметь следующие книги: «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс), Миранда Гуссокл; «История магии», Батильда Бэгшот; «Теория магии», Адальберт Уоффлинг; «Пособие по трансфигурации для начинающих», Эмерик Свитч; «Тысяча магических растений и грибов», Филлида Спора; «Магические отвары и зелья», Жиг Мышьякофф; «Фантастические звери: места обитания», Ньют Саламандер; «Тёмные силы: пособие по самозащите», Квентин Тримбл; Также полагается иметь: 1 волшебную палочку, 1 котёл (оловянный, стандартный размер № 2), 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов, 1 телескоп, 1 медные весы. Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫХ МЁТЕЛ. Всё вышеозначенное вы можете приобрести в Косом переулке». Меня пробило на ржач. Отсмеявшись, я взялась за третий лист: «Для того, чтобы попасть в Косой переулок, Вы можете воспользоваться летучим порохом, конверт с которым приложен к данному письму. Чтобы его использовать, возьмите щепотку пороха, встаньте в потушенный камин и бросьте щепотку себе под ноги, отчётливо произнеся: «Косой переулок». Это было очень мило, учитывая, что в нашей квартире камина не может быть по определению. Ладно, сегодня уже поздно, а завтра покажу это всё родителям. Как-то это всё слишком подозрительно, чтобы просто взять и от всего этого отмахнуться. 05.07.1991. Сегодня мы побывали в Косом переулке. Но всё по порядку. Родители отнеслись к письму спокойно, а поскольку привычки врать за мной замечено не было, то и про сову мне поверили. Дело было за малым — найти камин. Всё-таки это проще, чем искать Косой переулок. А вдруг он в Будапеште? Камин мы нашли у моей тёти по маминой стороне. Она с мужем живёт за городом, поэтому у них есть самый настоящий камин. Когда я в него залезала, я ни на что особенно не рассчитывала, но неизвестно откуда взявшийся вихрь перенёс меня, а потом и папу, в подозрительного вида питейное заведение под названием «Дырявый Котёл». Папа объяснил хозяину, кто мы такие и что нам надо, и через какие-то подворотни мы попали на самую странную улицу из всех, что я когда-либо видела. В том, что по ней ходили сплошь волшебники, я не сомневаюсь, потому что кроме них только психи могут носить такие странные одежды. А поверить в такую концентрацию свободно разгуливающих психов мне сложнее, чем в волшебников. Хозяин «Дырявого Котла» объяснил нам, что деньги у волшебников свои и обменять человеческие фунты на галеоны (полные пиастров, очевидно), можно в банке «Гринготтс». В банке этом заправляют мерзкого вида и характера существа, именуемые гоблинами. Совершив все финансовые операции, мы пошли по улице, высматривая магазины, в которых могло продаваться хоть что-нибудь из перечисленных в списке предметов. Мантии мы купили у некоей мадам Малкин, низкой и возмутительно розовой. К счастью, форменные мантии чёрного цвета. Ко всем прочим радостям, мадам Малкин меня сначала не заметила, а когда увидела, не поверила, что мне полных одиннадцать лет. Потом мы купили пергамент и перья. Мы с папой пришли в ужас от открывающихся перспектив. При моём уровне неуклюжести чёрные бесформенные мантии будут очень практичны. Интересно, почему нельзя писать обычными шариковыми ручками? Когда поеду в школу, возьму с собой запас, а то уж очень не хочется возиться с перьями и чернилами. Потом мы зашли в книжный магазин «Флориш и Блоттс», доверху забитый книжными полками. О том, что я первокурсница, продавец догадался с первого взгляда, и сходу выдал стопку нужной литературы. Правда, сверх того я попросила «Историю Хогвартса», «Магический Кодекс», учебник по рунам и ещё несколько изданий по новейшей истории магического мира. Чтобы было что почитать по теме. В аптеке ужасно воняло, хотя антураж был вполне ничего — Лавкрафту бы понравилось. Или не понравилось. Всё зависит от того, насколько он верил в то, что писал. Магазин волшебных палочек был на улице один-единственный. Мистер Олливандер напомнил мне Оле Лукойе. Он долго меня измерял, а потом протянул продолговатую коробочку, в которой лежала палочка. Подошла она мне с ходу, причём Оле Лукойе выглядел разочарованным и каким-то виноватым. По его словам волос единорога — это прекрасно, но мой единорог был пегим, и палочку эту Оле Лукойе дал мне скорее в шутку. В общем, характеристики моей палочки таковы: восемь дюймов, жёсткая, совсем не гибкая, волос единорога (пегого), ива. Я так поняла, сочетание не ахти. Но я ничего и не ожидала. Возвращались мы снова через «Дырявый Котёл» и тётю. 01.09.1991. Не понимаю, почему для того, чтобы попасть на школьный экспресс, надо убиться с разбегу о кирпичную стену. Поезд, похоже, на ходу ещё с девятнадцатого века. Не удивлюсь, если он на угле. Приехала я довольно рано, поэтому большинство купе было свободно. Вот я сейчас и сижу в одном из них. Незадолго до отправления в купе ввалились трое мальчишек — мелкий белобрысый, похожий на хорька, и два покрупнее, один похожий на хряка, а другой — на йети. Меня они, похоже, не заметили, ну да мне не привыкать. Впрочем, оно и к лучшему, поскольку, судя по их разговорам, если бы они меня заметили, то немедленно вышвырнули бы из купе. Умом, кажется, не блещет никто из троицы, а вот самомнение прёт изо всех щелей. Хорька звать Драко, видимо, Малфой, хряка — Крэбб, а йети — Гойл. Надеюсь, это мне не пригодится, но ни в чём нельзя быть уверенным заранее. Малфой распинался о том, как они все втроём чудненько попадут в Слизерин, но судя по одухотворённым рожам Крэбба и Гойла, мне придётся учиться вместе с ними в Хаффлпаффе (один из четырёх факультетов «Хогвартса»). Да, я почти уверена, что попаду в Хаффлпафф. Изучив историю Хогвартса, я взвесила свои шансы и поняла, что если мне где что и светит, то только там. Храбрости у меня нет, чистокровности — тем паче, да и мозгами меня природа обделила. Хотя, может, эти Крэбб и Гойл чистокровные? Вот по Малфою видно. Я читала, что ген, отвечающий за светлый цвет волос, рецессивный, он подавляется геном тёмных волос. Поэтому чем меньше человеческая популяция, внутри которой заключаются браки и, соответственно, идёт обмен генов, тем больше шансов, что человек родится блондином. Малфой же почти белый, а популяция чистокровных волшебников, судя по «Истории магии», должна быть довольно мала. Я довольно долго вглядывалась в Малфоя, но не могу сказать, видны ли на лице признаки вырождения. Если он совсем чистокровный, то уже должны проявиться-то, наверно. А он просто хорёк-хорьком. Ехать мы будем весь день, потому что «Хогвартс» находится в Шотландии. Где конкретно, в «Истории Хогвартса» не указано, а жаль. В любом случае, остановок в пути не предвидится, а мне вот интересно, есть ли в этом допотопном поезде туалеты. Судя по тому, что я выяснила о волшебниках, нет и не предвидится. Вскоре после отбытия по проходу прошла старушка с тележкой всякой всячины, и хряк с йети на хорьковы барыши нажрались так, что мне показалось, они сейчас лопнут. Старушка меня традиционно не заметила. Сейчас Малфой с дружками куда-то свалили, пойду и я. Поищу туалет, а заодно там переоденусь в форму. Кстати, видела из окна знаменитого Поттера. Ну, или мне так показалось. Он же в этом году должен в «Хогвартс» идти. Выглядел он так, словно его голодом морили. Хотя если он заморыш, то кто тогда я? Позже. Туалет я таки нашла. Даже человеческий. Когда вернулась в купе, зверинца там ещё не было, так что войти я смогла беспрепятственно. В дороге я читала, время от времени поглядывая за окно. Когда мы прибыли на платформу, уже стемнело. Все гурьбой принялись валить из вагонов, а я не захотела толкаться, поэтому решила подождать в купе. Из-за этого я едва не опоздала на «собрание первокурсников». На платформе стоял великан, очевидно, бывший лесничим по фамилии Хагрид (в «Истории Хогвартса» в конце было очень полезное приложение со списком текущих работников), и подзывал к себе первокурсников. Когда я только вылезла из вагона, он, очевидно, решил, что уже всех собрал и повёл к озеру. Пришлось срочно догонять. Замок, нависший над озером (в котором, кстати, живут гигантский кальмар и ещё куча всякой глубоководной гадости), был неописуемо величественен. Только тогда я поняла, что действительно попала в сказку. Только там я осознала, что волшебство действительно существует в нашем мире. Хагрид запретил садиться плотнее, чем по четыре человека в лодку, но ко мне всё время норовил подсесть пятый. Приходилось очень долго доказывать, в частности моим «солодочникам», что нас здесь уже четыре. В дверях «Хогвартса» нас встретила профессор МакГонагалл (декан Гриффиндора, преподаватель Трансфигурации и зарегистрированный анимаг, превращается в кошку). Она оказалась чопорной строгой пожилой дамой. Я таких не люблю, а они меня тем более. Когда меня замечают. Она провела нас в Большой Зал (там, между прочим, заколдованный потолок, выглядящий, как настоящее небо), где нас распределили по факультетам. Про Распределяющую Шляпу я читала, но меня всё равно покоробило, что мою судьбу действительно определит какой-то тысячелетний головной убор. Перед распределением сей головной убор решил ублажить наш слух песней, которую я, по счастливой случайности, запомнила. Вот она: Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Хаффлпафф ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Рэйвенкло. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надёжные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой. Конечно, не шедевр стихосложения. Поначалу я беспокоилась, что меня не внесли в список (как обычно), но, к счастью, этого не произошло. На пути к табурету, на котором стояла Шляпа, я истово молилась, чтобы у Годрика Гриффиндора не оказалось перхоти. А то в десятом веке в Европе с гигиеной было не очень, а я и так не красавица, чтобы ещё больше усугублять положение. Шляпа на мне некоторое время помедитировала, после чего внезапно распределила меня на Гриффиндор. Видимо, для Хаффлпаффа мне не хватило трудолюбия. Тогда получается, что на Хаффлпафф — трудолюбие, Слизерин — чистокровность, Рэйвенкло — мозги, а Гриффиндор — всё остальное? Потому что храбростью похвастаться не могу. Кстати, забыла упомянуть, перед распределением нас почтили присутствием местные призраки. Я всё приглядывалась к Толстому Проповеднику, а оказалось, надо было изучать Почти Безголового Ника (сэр Николас де Мимси-Порпиньон). Ну, это поправимо. После распределения ученики расселись за факультетские столы, и после исключительно содержательной директорской речи начался ужин. Еда появлялась на столах будто бы из ниоткуда, но на самом деле её магическим образом доставляли из кухни, расположенной под Большим Залом. Там трудятся домовые эльфы. Хотелось бы увидеть хоть одного. После ужина директор немного рассказал о правилах распорядка и мы спели гимн «Хогвартса». Его я вычитала заранее, поэтому директорская шпаргалка мне не понадобилась. Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Научи нас хоть чему-нибудь. Молодых и старых, лысых и косматых, Возраст ведь не важен, а важна лишь суть. В наших головах сейчас гуляет ветер, В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, Но для знаний место в них всегда найдётся, Так что научи нас хоть чему-нибудь. Если что забудем, ты уж нам напомни, А если не знаем, ты нам объясни. Сделай всё, что сможешь, наш любимый Хогвартс, А мы уж постараемся тебя не подвести. Получилась ужасная какофония, потому что каждый пел на свой лад. Какие-то рыжие близнецы исполнили его, будто похоронный марш. Видимо, очень любят они этот «Хогвартс», «но странною любовью». Потом гриффиндорский староста Уизли отвёл нас в общежитие Гриффиндора. Оно расположено в башне на восьмом этаже за портретом Толстой Дамы. Звать её, наверно, как-нибудь по-другому, надо бы выяснить. Пароль «Капут Драконис», что странно. Да, положим, девиз «Хогвартса» «Draco dormiens nunquam titillandus», и под драконом подразумевается «Хогвартс» (хотя название его переводится как «вепрь»), но головой дракона, мудрейшего существа на свете, должен быть Рэйвенкло, а уж никак не Гриффиндор. Странно. В общем, сейчас я в девчачьей спальне, завтра первый день занятий, так что мне пора спать. Да, кстати, знаменитый Гарри Поттер оказался со мной на одном факультете (что неудивительно при его родителях), правда Шляпа над ним долго тужилась. И, как вы видите, шариковые ручки в «Хогвартсе» работают. Видимо, потому что в них нет ничего электрического. Завтра напишу папе, что я приехала, всё хорошо и мне нужно ещё ручек. Спокойной ночи. 07.09.1991. Этот «Хогвартс» не школа, а сумасшедший дом. В прямом смысле этого словосочетания. Сам замок сошёл с ума. Лестниц здесь ровно сто сорок две, и все как одна какие-то чокнутые. Они то и дело перемещаются, зачастую прямо под ногами, у них исчезают ступеньки, иногда по пять штук подряд, и ещё много всяких гадостей. Двери тут тоже свихнувшиеся: к одним нужно подлизаться, других в определённом месте погладить, а третьих и то, и другое при том, что ведут они в глухую стену. Строители, наверно, были безмерно горды своим «остроумием». Ещё очень напрягают портреты. Не люблю, когда за мной подглядывают, а они за учениками не просто наблюдают, но ещё и активно комментируют их действия. Не сказать, впрочем, чтобы портреты вообще меня замечали. То же касается и привидений. Очень неприятно, когда они неизвестно откуда выскакивают у меня под носом, но ещё неприятней от того, что для них я — привидение, которое они вдобавок ещё и не видят. Впрочем, ещё хуже, когда меня не видят преподаватели. Особенно если учесть, что к моему сокурснику, то есть Гарри Поттеру, они наоборот проявляют повышенное внимание. Например, профессор Флитвик (декан Рэйвенкло, преподаватель Заклинаний) от восторга свалился со своей подставки (он настолько низкого роста, что рядом с ним даже я покажусь высокой). Назвав меня, он тоже свалился с подставки, но уже потому, что так старательно меня выглядывал. Кстати, профессор МакГонагалл, наш декан, Поттера никак не выделила, хотя меня и ей пришлось поискать. А вот профессор Снейп (декан Слизерина, преподаватель Зельеварения, бывший Пожиратель Смерти) прокатил Мальчика-Который-Выжил по полной программе. Вопросы, которые он задал Поттеру, были несложные, но тот, видимо, учебник даже не открывал. Меня профессор Снейп некоторое время пристально рассматривал в упор и, видимо, всё-таки рассмотрел. Ужас Подземелий, кстати, оказался не таким уж ужасным. Ну, характер противный, с кем не бывает? Мне вот что любопытно, у него такие страшно сальные лохмы, но совершенно нет перхоти (а на чёрной мантии она была бы здорово заметна). Если он совсем не моет голову, то что он с перхотью делает? Кстати, может, мне сегодня голову помыть? А то неделя, всё-таки. Да, о перхоти на распределении распереживалась, дура. В среду ночью у нас были занятия в Астрономической башне. Обычная астрономия, ничего сверхъестественного. Кроме того, трижды в неделю у нас занятия в теплице с профессором Спраут (декан Хаффлпаффа, преподаватель Гербологии). Терпеть не могу возиться с растениями — они дохнут либо прямо у меня на руках, либо чуть позже. Профессор Квиррел (преподаватель Защиты от Тёмных Искусств) просто клоун. Он всё время заикается, несёт какую-то ахинею и странно пахнет. Остальные утверждают, что это чеснок, но я не уверена. Уроки по Истории магии ведёт профессор Бинс, умерший где-то в восемнадцатом столетии. Рассказывает он довольно сухо, но очень точно и, хоть и почти не даёт никакого анализа, сообщаемым им фактам можно верить. Да, раз уж мы об этом заговорили. Вам, наверно, интересно, что это за Пожиратель Смерти? В середине века Великобританию терроризировал тёмный маг Том Мавроло Реддл, более широко известный как лорд Волдеморт. У него была куча приспешников, которые и именовались Пожирателями Смерти. Десять лет назад в результате несчастного случая, причиной которого мистическим образом стал Гарри Поттер, Волдеморт погиб. Пожирателей судили, но за Ужас Подземелий вступился наш директор. 08.09.1991. Знаете, в «Хогвартсе» просто изумительная библиотека! И, хотя с художественной литературой у волшебников не очень, здесь огромное количество самых разных книг, даже близко похожих я не найду в человеческой библиотеке! Библиотекарша здесь правда какая-то злобная, но это пережить можно. Ради такого сокровища-то! 10.09.1991. Сегодня мы соприкоснулись к одиннадцатой казнью египетской под названием квиддич. Означенный способ ритуального самоубийства кроме прочего предполагает полёт на метле. Именно этим мы сегодня и занимались. При этом делали мы это совместно со Слизерином, потому любой желающий мог наблюдать драму «Поттер и Малфой», акт энный. Эти двое собачатся по любому поводу и без него, поэтому лично у меня создаётся ощущение, что они друг к другу неровно дышат. При этом у Поттера отец был ловцом, а чистокровный Малфой имел возможность тренироваться с детства, так что уж в их-то лётных талантах сомневаться не приходилось. Не то, что у остальных. Нам сказали положить мётлы на траву, встать рядом с ними и, протянув руку, скомандовать метле: «Вверх». У Лонгботтома метла только чуть дёрнулась, у Грэйнджер принялась кататься по траве, а моя метла… меня проигнорировала. Ожидаемо. Потом нам показали, как надо на метле сидеть, чтобы не свалиться раньше времени. А потом потребовали взлететь. К счастью, этого мы сделать не успели — Лонгботтом ласточкой взмыл ввысь, а потом мешком картошки бухнулся об землю, по странному стечению обстоятельств лишь повредив запястье. Пока мадам Хуч водила его в больничное крыло, Малфой и Поттер опять подрались, на сей раз в воздухе. Кончилось это тем, что на площадку выбежала взбешённая профессор МакГонагалл и куда-то уволокла Поттера. Стало заметно тише. За обедом выяснилось, что наш декан от злости назначила Поттера ловцом в квиддичную команду факультета. Соболезную. Малфой от этого пришёл в дикий восторг и назначил ему дуэль. В полночь. Надеюсь, их поймают и выпорют. Ладно, завтра астрономия, надо выспаться. 13.09.1991. После двух недель занятий могу с уверенностью назвать свои любимые предметы. Это Астрономия, Зельеварение, История магии и Защита от Тёмных Искусств. Основной критерий отбора: не надо махать палочкой или иметь дела с живыми существами. На Астрономии я просто наблюдаю в телескоп, рисую карты, делаю расчёты. Ничего сложного. История магии без комментариев. Что касается Зельеварения, то руки у меня растут, конечно, из жопы, но если долго корячиться и точно следовать инструкциям (а за что я обожаю Зельеварение, так это за наличие чётких инструкций), то всё обязательно получится. Что касается Защиты от Тёмных Искусств, то на этих уроках можно спокойно читать под партой, не беспокоясь, что пропустишь что-нибудь важное. Основные проблемы на занятиях у меня всегда возникают с волшебной палочкой. Видимо, если мы с ней совместимы, то с любой другой я вообще колдовать не смогу. Теория у меня от зубов отскакивает, а вот превратить ту же спичку в иголку я не могу. Сколько ни билась, получается чёрте что. 17.09.1991 Сегодня я впервые летала на метле, поскольку никто, к сожалению, ничего не повредил, а в присутствии преподавателей Поттер и Малфой не рискуют собачиться в открытую. Высоко взлетать не пришлось, но мне всё равно показалось, что все внутренности у меня замёрзли насмерть. Надеюсь, скоро эти пытки прекратятся, иначе я не доживу до Нового Года. 31.10.1991. Сегодня на Заклинаниях тренировали заклятье левитации. На отработку в пару мне дали Браун. По-моему, она очень удивилась самому факту моего существования, хотя мы с ней спим на соседних кроватях. Если уж на то пошло, я бы предпочла в пару Грэйнджер. Мы с ней в чём-то похожи. Обе много знаем, обе старательно учимся, обе блестящи в теории (а она ещё и на практике) и у обеих нету друзей. Правда, у неё друзей нет, потому что она вечно всех поучает и наставляет, а у меня, потому что прежде чем со мной подружиться, меня сначала надо увидеть. Впрочем, после сегодняшнего происшествия, весьма вероятно, у неё друзья появятся. Как вам известно, сегодня Канун Дня Всех Святых, то бишь Хэллоуин, прототипом которого послужил кельтский сельскохозяйственный праздник Самайн, который христианские проповедники всячески проклинали и связывали с мёртвыми. По всему «Хогвартсу» в обилии разбросаны изувеченные тыквы (кстати говоря, первоначально для «светильника Джека» использовали брюкву или репу, и название своё он получил во второй четверти девятнадцатого века, а ассоциацию с Хэллоуином во второй половине). В общем, похоже, волшебники считают Хэллоуин чем-то вроде профессионального праздника, как день пожарника или ещё кого-нибудь. Весь замок провонял печёной тыквой, так что, мне кажется, в скором времени я этот запах возненавижу. Но не суть. Большой Зал неизвестные энтузиасты (скорее всего, домовые эльфы, но, судя по счастливым рожам, возможно и директор с профессором Флитвиком) также измордовали тыквами, заодно превратили его в место обитания полчищ летучих мышей, с визгом носившихся над головами. Мыши, видимо, были совершенно магическими, потому что следов помёта я нигде не обнаружила (а я очень тщательно изучила своё место, прежде чем сесть). Но пока вернёмся к нашим баранам. На том самом приснопамятном уроке в пару Грэйнджер достался Уизли, на мой взгляд, лишённый любых признаков более или менее интересной личности, мальчишка на редкость бестолковый, ленивый и упёртый. Разумеется, у такой пары ничего не получилось, они разругались вдрызг и Уизли бросил Грэйнджер в лицо то, о чём думал весь курс чуть ли не с начала учёбы. В общем, Грэйнджер вся в слезах и соплях ураганом вылетела из класса, сметя всех, кто случайно встал у неё на дороге (и я, между прочим, ощутимо бухнулась о стену и даже ободрала локоть!), долетела до ближайшего женского туалета и заперлась в кабинке, сидючи на толчке (что уж она в кабинке делала, сказать точно не могу). Патил пыталась её оттуда выманить, но ничего не получилось, а я этот спектакль до конца досматривать не стала. В общем, настал праздничный ужин, а страдалица Грэйнджер по-прежнему восседала на фаянсовом троне и оплакивала свою горькую судьбу заучки. Мне было немножко всё равно, поэтому я со всеми двинула в Большой Зал. И только я собралась как следует поесть, как наш тюрбанный клоун устроил представление. Квиррел пафосно распахнул двери Большого Зала (к слову, по моим наблюдениям они должны немало весить), пролетел по проходу между столами и обрушился на преподавательский стол прямо в директорскую тарелку. Срывающимся голосом он пропищал, что в подземелье забрался тролль, о чём Квиррел и посчитал нужным известить всех присутствующих, после чего картинно бухнулся в обморок. Разумеется, в зале немедленно поднялся визг, хотя из того, что я читала о троллях, для среднестатистического волшебника они опасности не представляют. Если, конечно, этот волшебник не зевает. Или не шарахается от собственной тени, как Квиррел. Как он вообще на должности преподавателя ЗоТИ оказался? Директор, конечно, выглядит старым маразматиком, но всему же есть предел! Короче, директор объявил, что ужин отменяется и спать мы сегодня идём на голодный желудок, причём немедленно. Староста попытался нас всех организовать, но кто-то меня неудачно толкнул, отчего очки слетели у меня с переносицы и исчезли где-то под столом. Поскольку без них я дальше своего носа ни шиша не увижу, то мне пришлось лезть под стол в их поисках. Разумеется, когда я вылезла, в зале уже не было никого, кроме Квиррела, покинувшего зал на скорости, удивительной для человека, только что валявшегося в глубоком обмороке. Я синдромом Бонда не страдаю, но мне, честно говоря, стало интересно, куда это он так спешит. Вряд ли навстречу к троллю, учитывая, как шустро он от него дунул к директору. В общем, я побежала за Квиррелом, но в какой-то момент из-за очередной чокнутой лестницы упустила его из виду. Смирившись с тем, что Джеймс Бонд из меня никакой, я завернула к гриффиндорскому общежитию. Путь мой пролегал мимо королевства Грэйнджер, и я подумала заглянуть к ней, сказать, что всё, что можно, она уже пропустила. Сначала я почувствовала ужасное зловоние, а потом услышала рычание, крики и шум ударов. Как оказалось, Грэйнджер наоборот заранее заняла наиболее выгодную для себя позицию — ну или тролль специально спешил навстречу именно к ней. Когда я добралась до места событий, всё уже было кончено. Не знаю, как именно, но Грэйнджер и почему-то оказавшиеся в женском туалете Поттер с Уизли втроём забороли тролля. Видимо, Поттер своей палочкой через троллиный нос достал ему до мозга. Когда я зашла в туалет (а меня, естественно, никто не заметил), Поттер как раз выдирал свою палочку у тролля из носа. В общем, я уже собралась покинуть место чужого преступления, как меня буквально швырнуло внутрь туалета. Причём в полёт меня отправил не кто-нибудь, а наш замечательный декан. Сзади в неё чуть не врезался профессор Снейп, а последним во внезапно ставший популярным туалет вполз Квиррел, немедленно сползший по стенке, хватаясь за сердце. Ужас Подземелий бросился проверять самочувствие тролля (кстати, он ощутимо хромал, лестница покусала?), профессор МакГонагалл принялась с пристрастием допрашивать Поттера, Уизли и Грэйнджер, а Квиррел продолжил скулить. На меня все, как всегда, забили. Возможно, потому что я отлетела внутрь разрушенной кабинки и запуталась в обломках. Хотя зачем я себя обманываю? Выпутавшись из досок, я по стеночке поползла к двери (когда я проползала мимо профессора Снейпа, он как-то странно дёрнулся, будто меня заметил; ха, если бы), а у меня на глазах ковалась вечная дружба Уизли, Поттера и Грэйнджер, героически возведшей на себя поклёп. К счастью для меня, больше в туалет никто вломиться не пытался, так что я спешно направилась к общежитиям. По дороге я чуть не налетела на Филча (школьный завхоз, на редкость замызганный и противный дядька), но, к счастью, всё обошлось. Ладно, всё ложусь спать, а то завтра с утра Зельеварение, а туда, не выспавшись, мне лучше не приходить, если только я не хочу оспорить у Лонгботтома звание «любимчика» Ужаса Подземелий. 02.11.1991. В ночь с четверга на пятницу в окрестностях «Хогвартса» облетела листва, причём сразу вся. Странное чувство, когда я ложилась спать, горы вокруг замка недвусмысленно зеленели, а утром за окнами простиралась бесконечная серая муть. Осень, особенно поздняя, исключительно унылое время года. Дождь, тяжёлые свинцовые тучи, холод, ветер, грязь… ненавижу. Сегодня утром состоялся первый матч ежегодного школьного квиддичного турнира. Массовое самоубийство, возведённое в разряд сакрального ритуала. Теперь-то я точно это знаю. Ко всем прочим гадостям, играли Гриффиндор и Слизерин, по неизвестной мне причине не переваривающие друг друга насмерть. Ведь, как я выяснила, на Слизерине учились и полукровки, и (изредка) даже маглорождённые (типа меня), да и Гриффиндор как-то особенно от тех же Рэйвенкло и Хаффлпаффа не отличается. В общем, тут творится что-то, лично мне категорически непонятное. Но меня, как водится, не спрашивали. Поддавшись общему энтузиазму, я решила одним глазком глянуть на этот самый квиддич. В частности, потому что не люблю узнавать что-то из вторых рук. Квиддичный стадион я много раз видела из окон замка — грандиозное цветастое сооружение, по краям которого возвышаются по три палочки для мыльных пузырей (в соответствующем масштабе). Вблизи он мне показался ещё более огромным. Трибуны расположены очень высоко, а о такой полезной штуке, как лифт, волшебники, разумеется, не имеют ни малейшего представления. Пока я забралась наверх, с меня сошло десять потов и я прокляла всё на свете. Коленки у меня до сих пор сводит. Судила матч мадам Хуч (мой личный враг). Сам матч, фактически, представлял собой беспорядочное метание по полю пятнадцати человек, пытающихся от одних мячей увернуться, а другие поймать. Было шумно, холодно и бестолково, и я уже собралась пойти в библиотеку, когда началось самое интересное. Мальчик-Которому-Всё-Неймётся вновь отжёг. Кульбиты, которые он начал выделывать, на мой взгляд, были трудносовместимы с жизнью, что отметили сидевшие рядом со мной Уизли, Грэйнджер и Хагрид. Грэйнджер немедленно принялась рассматривать противоположную трибуну, после чего с энергией молодого носорога куда-то рванула, чуть не сбив меня со скамейки. Мне стало интересно, что же такого она там углядела, и я навела на противоположную трибуну бинокль, который выронил кто-то из сидящих рядом болельщиков (куда-то торопящаяся Грэйнджер — это сила). Представшая моим глазам картина была комичной, если не сказать больше. Квиррел и сидевший рядом выше профессор Снейп неотрывно таращились на Поттера (по крайней мере, мне так показалось) и чуть ли не хором бубнили что-то себе под нос. И если Квиррела ещё можно было заподозрить в молитве, то молящийся на Поттера Ужас Подземелий (а Поттера он, по-моему, тихо ненавидит) лично мне показался неправдоподобным. Дальше больше. Носорог-Грэйнджер ураганом пронеслась по ряду, на котором сидел Квиррел, походя заставив тюрбанное чучело чуть ли не кувыркнуться через голову, после чего подожгла мантию профессору Снейпу. Я прибалдела — и откуда у неё столько наглости? Убедившись, что профессор Снейп обратил внимание на пожар, эта нахалка невозмутимо убрала пламя и стремительно унеслась прочь, повалив Квиррела ещё раз. Поттер тем временем завершил представление и поймал снитч, приносящий команде сто пятьдесят очков, благодаря чему выиграл Гриффиндор. Смысл произошедшего на стадионе мне не совсем понятен до сих пор. Я читала о заговорах, для которых не нужна палочка, но нужны монотонный бубнёж и зрительный контакт. Если бы оба преподавателя пытались Поттера убить, то у них бы это, несомненно, вышло задолго до того, как Грэйнджер успела бы до них добежать. Если же оба заговора были поддерживающими, то не совсем понятно, а с чего вообще вся бодяга. Вывод один: один профессор пытался Поттера убить, а другой наоборот предотвратить убийство. Есть ещё вероятность того, что на стадионе бубнил и кто-то третий, но двоих магов мог бы переплюнуть разве что директор, которого там не было, а если бы неизвестный третий желал Поттеру смерти, то тот обязательно бы погиб. Таким образом мы получаем, что либо профессор Снейп, либо Квиррел желают Поттеру сдохнуть. Вопрос: кто? Очевидным ответом кажется Ужас Подземелий, но в таком случае Квиррел не стал бы бороться самостоятельно, а поднял бы шум и гам (по аналогии с Хэллоуином). Либо я чего-то не понимаю (что весьма вероятно, я же не Шерлок Холмс), либо наш тюрбан не совсем тот, за кого себя выдаёт. Хотя, возможно, причиной тому моя личная неприязнь к Квиррелу. 14.11.1991. Сегодня я родилась второй раз. После уроков я шла в библиотеку, но по дороге задумалась о возможных способах оживления портретов, и в итоге оказалась совсем не там, где планировала. Эта часть замка была мне незнакомой, а доставившая меня в неизвестное мне место лестница благополучно отчалила, стоило мне только сообразить, в чём дело. Назад дороги не было, так что пришлось идти вперёд. В конце коридор, в котором я оказалась, упёрся в массивную дверь. Мне надо было сразу сообразить, что это за место, но за прошедшие с первого сентября два с половиной месяца я как-то забыла о запретном коридоре и поджидающей там всех желающих мучительной смерти. В общем, я сунулась в дверь. Это можно отнести к тем случаям, когда, как говорится, «очнулся уже на дереве». Тем не менее гигантскую трёхголовую собаку я каким-то чудом разглядеть успела. При этом пёс этот — не какая-нибудь брехалка, которая только лает и лает. Этот зверь рванулся в мою сторону с многозначительным молчанием Собаки Баскервилей. Я молниеносно выскочила наружу, да ещё и дверью хлопнула. В себя пришла уже у портрета Толстой Дамы. Чур меня, чур. 15.11.1991. Думала я тут об этом цербере (такого захочешь — не забудешь), почитала кое-чего. И вспомнился мне наш хромающий Ужас. Накануне матча я слышала разговор Поттера с компанией (совершенно случайно: я делала Гербологию, а они сидели рядом и разрабатывали какую-то теорию заговора). Так вот, Поттер вроде как пошёл к профессору Снейпу за какой-то книгой и нашёл его в учительской в компании Филча и перевязочных средств. При этом Ужас Подземелий упомянул какие-то три пасти. Я тогда не придала этому никакого значения, а сейчас оно как-то вспомнилось. И, кстати говоря, накануне того происшествия произошла вся эта история с Хэллоуином, во время которой Ужас и стал хромающим. То есть, он тогда за каким-то чёртом побежал к этой трёхголовой гадине? Зачем? Это его любимое домашнее животное и он испугался, что плохой страшный тролль его обидит? Не похоже. И странное поведение Квиррела… Что-то я совсем запуталась. Ладно, давайте по порядку. Собака явно в Хогвартсе первый год (это следует из директорской речи). И, судя по всему, завели её явно не в образовательных целях. Вывод: она что-то охраняет. Что-то, что с каким-то целями спрятали в замке, хотя, насколько я знаю, надёжней «Гринготтса» волшебники ещё ничего не придумали. Вот вам и вопрос столетия: и что всё это значит? И покушение на Поттера… Квиррел… Ужас… Действительно ужас. Моя голова сейчас взорвётся. Спокойной ночи. 12.12.1991. Холодрынь. Всё-таки замок зимой — не самое приятное место. Сквозняк на сквозняке и сквозняком погоняет. Вдобавок случилась жуткая метель, и «Хогвартс» замело чуть ли не до второго этажа. А хуже всего в подземельях — холодно и сыро. Интересно, почему никто не догадался ввести в качестве зимней школьной формы телогрейки? 21.12.1991. Сегодня услышала прелюбопытнейший разговор. Поднимаясь с Зельеварения, я чуть не врезалась в Поттера с компанией, беседующих с Хагридом. Они обсуждали Николаса Фламеля, Пушка и то, что означенный Пушок охраняет (и о чём Поттер с компанией знать не должны). Надо сказать, о том, кто такой Николас Фламель, прекрасно знают даже люди, и если от Поттера и Уизли можно было ожидать чего-то подобного, то Грэйнджер своим невежеством меня прямо-таки ошеломила. Если вкратце, то получается, что трёхголовый монстр по кличке Пушок (спасибо, что не Шарик) охраняет философский камень. Какая прелесть! Причём, очевидно, этот самый камень кому-то внезапно очень срочно понадобился. Бред какой-то. Остаётся лишь предположить, что Квиррел, ставший в этом году преподавателем ЗоТИ, испугался возможной гибели (а должность эта, как известно, проклята так, что никто на ней дольше года не задерживается), и решил обеспечить себя бессмертием. Правда, это не объясняет, какого фига камень вообще оказался в «Хогвартсе», да ещё и с такой защитой. «Всё страньше и страньше»… В конце концов, я не настолько глупа, чтобы поверить, что директор не представляет, что творится в замке. А поскольку никаких обструкций никому до сих пор не последовало, а Пушок тут и по-прежнему охраняет «что-то исключительно секретное», о чём знает даже Уизли, то оставлю-ка я весь этот дурдом директору, пусть развлекается дальше. Дело не моё и я в него лезть не намерена. Папа меня обрадовал. Его направили в командировку куда-то в США, по какому поводу мама решила провести Рождество у тёти. Всё, в принципе, ничего, но там же будет и дядя (то бишь тётин муж), который очень не любит, когда он чего-то не понимает, а меня и моё существование он не понимает совершенно. К моему счастью, в «Хогвартсе» можно остаться на рождественские каникулы, что я и собираюсь сделать. Маме я уже написала, оправдавшись, что много назадавали, а уроки требуют большого объёма специфической литературы. Не люблю, когда мне приходится при передвижении создавать много лишних громких звуков, чтобы не испугать дядю своим внезапным появлением. 25.12.1991. С Рождеством! В спальне я осталась одна, что не может не радовать. Каким образом доставили подарки, понятия не имею. Разве что перехватили на почте. Родители подарили Воннегута, а бабушка (которая обо мне знает лишь то, что я есть) — вязаный шарф нейтрального зелёного цвета. Хорошо, что меня не особенно замечают, иначе кто-нибудь однажды обязательно загрызёт. Кормили сегодня по-праздничному. Такого изобилия я даже представить не могла. Правда, фуа-гра не было, а жаль. Я бы попробовала. Поттер и семейство Уизли явились к столу в форменных свитерах. Как будто кто-то не знает, кто они такие и что они вместе. Директор по случаю праздника нацепил себе на голову цветочный ужас, и весь педсостав дружно напился. На глазах у детей, постыдились бы. В еде тут и там попадались хлопушки и прочие гадости вроде монеток (наш староста чуть зуб себе не сломал). 26.12.1991. Гуляла по «Хогвартсу». Просто, раз уж народа немного, решила осмотреться в спокойной обстановке. Правда, дуло изо всех щелей, и, честно говоря, я бы шарахалась от каждого гобелена, если б за прошедшие четыре месяца не привыкла к привидениям. Побывала в знаменитом женском туалете на втором этаже, где обитает призрак Плаксы Миртл. Миртл появилась в «Хогвартсе» совсем недавно — в тысяча девятьсот сорок третьем году. Она была ученицей, погибшей прямо в том туалете при невыясненных до сих пор обстоятельствах. Но написать я хотела не об этом. Неподалёку от кухни в одной из комнат я обнаружила странное зеркало. Сначала я даже не поняла, что это зеркало, потому что моего отражения там не было. Насколько я знаю, отражения нет лишь у вампиров, но жажды крови я за собой никогда не замечала. Только я подошла поближе, чтобы изучить это странное зеркало, как в комнату влетел Ужас Подземелий (вообще-то, всё ещё ощутимо прихрамывающий). Сначала он меня, как водится, не увидел, но потом, сосредоточив взгляд, всё-таки обнаружил. Лицо у него стало какое-то озадаченное, весьма вероятно, у него было ощущение, что видит он меня впервые в жизни. Я пробормотала под нос извинения и бочком выскользнула из комнаты. Догонять он меня не стал — видимо, решил, что померещилось. А теперь мораль сей басни. По верхней части рамы зеркала шла надпись: «Еиналеж еечяр огеома сеш авон оциле шавеню авыза копя». В переводе с зеркального на человеческий это значит: «Я показываю не ваше лицо, но ваше самое горячее желание». Странное у меня желание. 01.01.1992. С Новым Годом! 21.03.1992. Сегодняшний квиддичный матч я просто не могла пропустить. И дело даже не в том, что Гриффинодор его выиграл. Я раньше не писала, но издалека профессора Снейпа легко принять за гигантскую летучую мышь (особенно в темноте). Так вот, сегодня Ужас Подземелий решил попробовать себя в роли Ужаса, Летящего На Крыльях Ночи. Правда, почему-то днём. Короче, он с какого-то бодуна решил судить матч вместо мадам Хуч. По такому случаю на матч явился даже директор, так что, сами понимаете, меня там не быть не могло. Сложно сказать, что заставило Ужас воспарить к небесам, но на метле он выглядел так же, как я — то есть как человек, предпочитающий не приближаться к мётлам и на пушечный выстрел. В целом же на матче не произошло ничего интересного, правда, в Ужас попали бладжером (такой злющий мяч, цель жизни которого — убить как можно больше людей), а потом его же чуть не сбил Поттер, сразу после этого поймавший снитч. Да, вся прелесть этого матча была в его мизерной продолжительности. О, и ещё Малфой с дружками подрались с Уизли, Грэйнджер и Лонгботтомом (последний угодил в больничное крыло). Дальше интереснее. Мне не захотелось толкаться вместе со всеми на лестнице (ещё уронят с такой высоты и не заметят), поэтому я подождала, когда народ разойдётся, и только тогда полезла вниз. На подходе к замку я увидела, как из дверей выскользнула тёмная фигура в капюшоне, которой только не хватало таблички над головой с надписью «Я подозрительная личность, спешащая по своим подозрительным делам». И всё бы ничего, но эта личность так отчаянно хромала, что не узнать её было трудно. Я, каюсь, грешным делом подумала, что Ужас пошёл искать ближайший железнодорожный мост, чтобы там в крике выплеснуть всё скопившееся за матч раздражение, поэтому последовала за ним в предвкушении интересного зрелища. Я ошиблась. Профессор Снейп шёл быстро, а, добравшись до опушки леса, вообще перешёл на бег, так что я порядком запыхалась. Забравшись куда-то в гущу непролазную Ужас вырыл там Квиррела и устроил ему феерически идиотский допрос с пристрастием. Никакого ответа от Квиррела Ужас не добился, зато чётко и ясно изложил три вещи: 1) Пушок охраняет именно философский камень; 2) Квиррел зачем-то выяснял, как мимо этой твари пройти; 3) Ужас с Квиррелом совсем не дружат. Кроме того, профессор Снейп оборвал Квиррела на полуслове (замечу: так ничего внятного из него и не вытряся), картинно запахнулся в плащ и гордо ухромал назад в замок. Квиррел и я вместе с ним (но он этого не знал) остались на поляне в полном ступоре. Не знаю насчёт тюрбанного клоуна, но я смысл сей сцены не просекла. Он, по-моему, всё-таки тоже. Всё-таки приятно, когда что-то не понимаешь не ты один — чувствуешь себя не таким идиотом. Вечерело, после пробежки мне внезапно жутко захотелось есть, а ужин уже вовсю шёл, поэтому я оставила Квиррела наедине с его ступором и направилась в замок. 01.04.1992. Мне двенадцать лет. Боже, какая я старая! До экзаменов осталось два месяца. Пора начинать готовиться. Вот только… даже не представляю, как буду сдавать практику. 19.04.1992. У нас вовсю пасхальные каникулы, но домой, по-моему, никто не уехал. Домашних заданий нам надавали с горкой, и все сидят, зарывшись носами в справочную литературу. Никогда в библиотеке не было так людно. Мадам Пинс, кажется, совсем не в восторге. 10.05.1992. Мальчик-Который-Выжил снова что-то отмочил. Не знаю, что именно (для обычного шляния по школе в ночное время как-то многовато сняли), но Гриффиндор разом лишился ста пятидесяти баллов и откатился на последнее место в битве за Кубок Школы. Вместе с Поттером отличились Грэйнджер и Лонгботтом, и теперь на них смотрят, как на грязь. Я смотрю не на них, а в учебники. Это продуктивнее. Меньше месяца до экзаменов. Эх, где там мой коробок спичек? 31.05.1992. Всеобщий мандраж достиг своего высшего предела. Завтра первый экзамен — Трансфигурация. Если профессор МакГонагалл потребует более сложное превращение, чем спички в иголку, то я экзамен завалю. Кстати, у нас жара зверская, а в некоторых кабинетах просто нечем дышать. Куда, чёрт возьми, делись все эти сквозняки, когда они так нужны?! Зимой от них спрятаться было негде, а сейчас ни слуху ни духу. Похоже, хорошей погоды здесь вообще не бывает. 01.06.1992. Я жифф!!! Написать теорию было пустяком. Не заляпать при этом пергамент, себя и всех окружающих чернилами оказалось сложнее. Потому что нам раздали заговорённые перья, и никого не волновало, что я не умею ими писать. Впрочем, это действительно мои проблемы. В конечном счёте я таки опрокинула на сидевшего передо мной Малфоя чернильницу, правда, он так и не понял, кто это сделал. На моём пергаменте куча клякс, но прочитать его можно, так что надеюсь на У (Удовлетворительно). С практикой всё оказалось несколько сложнее. Профессор МакГонагалл выдала каждому по мыши (бедные животные) и сказала превратить их в табакерки (кстати, а с точки зрения этики или закона не является ли это умерщвлением несчастных мышек? Куда только зелёные смотрят?). В общем, моя табакерка получилась резная, с перламутровой инкрустацией и пейзажем в духе Теодора Руссо. А ещё у неё были усики и она очень резво бегала на своих четырёх ножках, хлопала крышкой и пищала. Она бегала от меня по всему столу, потом свалилась на пол, перебежала проход между рядами и принялась резво карабкаться по ноге Перкс. Та заверещала, как резаная, переполошив всю аудиторию, потому что девчонки решили повизжать вместе с ней. Профессор МакГонагалл долго всех успокаивала и выясняла, что же всё-таки произошло. Мышакерку я всё же поймала, но получу я за неё немного (или много, но по попе). Завтра у нас с утра Заклинания, а во второй половине дня ЗоТИ. Конец мой близок. 02.06.1992. Вот скажите мне, как вы себе представляете пляшущий ананас? Лично я — никак, поэтому задание профессора Флитвика поставило меня в тупик. Требующееся заклинание мне было известно, но вот так в лоб предложение заставить ананас выкидывать коленца (в отсутствие коленец) поставило меня в тупик. Потом меня поставила в тупик палочка, как обычно посчитавшая, что хороший волшебник — волшебник, не умеющий колдовать. В итоге ананас раза три натужно прыгнул, сделал тройное сальто с поворотом и взорвался. Ошмётки фрукта разлетелись по всему кабинету, заляпав меня и профессора Флитвика с ног до головы. Мне было очень неудобно перед профессором Флитвиком, но он к происшествию отнёсся философски. Чувствую, по итогам экзаменов выпрут меня из «Хогвартса». Экзамен по ЗоТИ был легче лёгкого. Никакой практики (а то не дай бог Квиррела испугаем), сиди себе, пиши ответы на вопросы. Вот оно, счастье. 03.06.1992. Что хорошо на Зельеваренье, так это то, что меня нельзя «забыть». Стоит котёл, в нём что-то варится. Ну не сам же по себе он варит, верно? Народ перенервничал зверски, а кружащий по кабинету Ужас успокоению нервов не способствовал. Хотя, вообще-то, в отнимающем память зелье нет ничего сложного. Я как будто наяву видела страницу из учебника с рецептом и инструкцией. А вот за руками приходилось усердно следить. Ладно, не буду тут размусоливать, скоро на Астрономию идти. 04.06.1992. Полоса препятствий пройдена! Правда, пока неизвестно, с каким результатом. На Астрономии всё было в порядке, но очень хотелось спать. На Гербологии, кажется, никто не умер. История магии — как два пальца об асфальт. Результаты экзаменов будут только через неделю, а пока я совершу набег на библиотеку. Ну, держитесь, мадам Пинс! 05.06.1992. Сегодня утром за завтраком я просто не смогла не подумать, что ночью Ужас Подземелий сквитался со своими недругами и ухайдокал Квиррела и Поттера разом. Правда, за столом ещё не было Уизли, но тот мог попытаться прикрыть своего друга с закономерным итогом (вместо одного трупа два). Правда, вскоре по школе прошёл слух, что прошедшей ночью Поттер с компанией вломились в запретный коридор и в жесточайшей схватке с Квиррелом отстояли философский камень. Квиррел в качестве главного злодея — до такого даже я бы не додумалась. Я думала, он обычное ничтожество, а он оказался эпичным ничтожеством. С Волдемортом в затылке. Герой же сейчас отлёживается в больничном крыле и посетителей не принимает. Сегодня прогулялась по Запретной секции библиотеки. Как я и ожидала, мадам Пинс меня не заметила, потому не остановила. Сегодня ничего не брала — только присматривалась. Вот только вопрос — умыкнуть книгу по-тихому или попробовать её официально оформить? Прокатит или не прокатит? 09.06.1992. В последний учебный день нам устроили торжественный банкет в честь того, что мы выжили. Кубок Школы седьмой раз подряд выиграл Слизерин, о чём недвусмысленно свидетельствовало оформление зала, так что подвоха никто не ожидал. Совсем никто. Очевидно, наш дорогой директор решил устроить всем сюрприз. Представляю, какое «спасибо» ему сказал потом Ужас. Мы ели, всё было спокойно, и тут прямо посередь трапезы в зал торжественно вошёл Поттер. Только фанфар не хватало. Народ как-то сразу смолк, а потом набросился на Поттера с вопросами. Насколько я слышала, ничего внятного он ответить не успел, поскольку явился директор. С мешком плюшек. Плюшки заключались в том, что Гриффиндору с горкой отсыпали баллов, в результате чего он занял первое место (вот уж волшебство, так волшебство). Все тихо прифигели, а директор резвенько сменил обстановку с зелено-серебряной на красно-золотую и предложил всем продолжить праздновать. Голливудский хэппи-энд, мать вашу за ногу. 10.06.1992. Сегодня объявили результаты экзаменов. Вот мои: Трансфигурация: теория — П (превосходно), практика — У. Итоговая оценка — В (выше ожидаемого) Заклинания: теория — П, практика — У. Итого — В. Гербология: теория — П, практика — В. Итого — В. Защита от Тёмных Искусств — П. Астрономия: теория — П, практика — В. Итого — В. Зельеварение: теория — П, практика — В. Итого — В. История магии — П. Не ожидала, честно не ожидала. Такое и родителям не стыдно показать, если вдруг спросят (с чего бы?). Всю прошлую неделю жила в библиотеке. Попробовала почитать на улице, но там слишком шумно — всюду гуляет и дурачится народ. Попыталась поискать более уединённое место — наткнулась на Гремучую Иву. Чокнутое дерево за каким-то фигом посадили в тысяча девятьсот семдесят первом году, и с тех самых пор оно нещадно избивает всех, до кого дотягивается. Чудом унесла ноги. В общем, поэтому я решила пожить в библиотеке — как-то спокойней. Завтра с утра поезд. Странное чувство. Я год прожила в этом чокнутом замке и теперь мне предлагается вернуться в привычную обстановку, но я себе просто представить не могу, как буду там жить. Вы себе представить не можете, какое это блаженство — забраться с книжкой в какую-нибудь нишу в каком-нибудь потайном ходу (а их тут сотни, практически весь замок из них состоит). Читай себе до полного опупения, тебя никто никогда не найдёт. А дома опять придётся запираться в своей комнате… Ну, ничего. Меня не отчислили, значит, на следующий год вернусь. Посмотрю, что ещё изобретёт наш Мальчик-У-Которого-Шило-В-Попе. 11.06.1992. По-моему, меня прокляли. Иначе какого фига я опять еду в одном купе с Малфоем и его зверинцем? К поезду первокурсников опять доставляли через озеро, но есть и более цивилизованный способ, которым пользуются все остальные ученики. Это запряжённые фестралами повозки. Выглядят эти фестралы дай боже, но у них есть одно замечательное свойство — их видят лишь те, кто своими глазами увидел чью-то смерть. Гений волшебников в действии — дёшево и эффектно, ведь кажется, будто повозка едет сама по себе. Ладно, повозки будут в сентябре, а сейчас мне, видимо, всю дорогу предстоит слушать излияния Малфоя на тему, как он ненавидит Поттера и всё с ним связанное. Пристрелите кто-нибудь уже беднягу, а то он же уже измучился весь. И меня измучил. Позже. На вокзале меня встречал папа, а дома — приготовленный мамой ужин. Мы вместе отпраздновали окончание учебного года. Кстати, забыла написать раньше. Нам раздали бумажки с напоминанием, что на каникулах нам колдовать запрещено. В принципе запрещено колдовать вне школы всем волшебникам с одиннадцати до семнадцати лет. Младше — ещё не умеют, старше — уже совершеннолетние. Это довольно забавная система, поскольку Министерство Магии не может отследить, кто конкретно пользуется магией. Фиксируется только место. Таким образом дети в семьях волшебников, если разрешают родители, могут спокойно колдовать и на каникулах. А вот маглорождённым... Сейчас я сижу у себя в комнате и думаю. Думаю о том, что будь моя воля, я вернулась бы в «Хогвартс» немедленно. Просто потому что там мне легче дышать. Он огромен, там так легко потеряться. А, ведь, если бы я просто забыла про то письмо, я бы сейчас не чувствовала себя так погано. Ступив в мир волшебников, я отрезала себя от мира людей. Кажется, я слишком много думаю. Лягу-ка я пораньше, а завтра с утра за домашку.