Любовный треугольник

— И раз, и два, и три, и четыре, — кричит на всю улицу Ямато, которого ты попросила тебя немного потренировать, но тебе тут же пришлось пожалеть об этом, потому что парень, видимо, совсем забыл, что перед ним стоит девушка, которая хоть и может в нос ударить, но точно не вынести такие тренировки. — Ты уже все? — удивленно спрашивает японец, продолжая отжимания. — Я даже не начинала, — говоришь ему, присаживаясь рядом с ним. Одного взгляда на Годая хватило, чтобы успеть устать. — Спорт — залог крепкого здоровья, — начинает Ямато, но тут же замолкает, когда перед ним появилась твоя рука, говорящая, что на сегодня криков достаточно. Поднявшись с места, ты последний раз взглянула на мужчину, который неустанно отжимался, и невольно позавидовала с какой легкостью он это делал, начиная представлять какое же у него тело, скрытое под одеждой. — Наверное, невероятно сильное и соблазнительное, — говоришь сама себе. — Что именно? — раздается голос справа от тебя, заставляя подскочить на месте и ругнуться не самым приятным словом. Рядом с тобой стоял Хаджиме, который так же, как и ты, пялился на крикливого японца, чьи отжимания перевалили за сотню. — Да так, ничего, — начинаешь бормотать и судорожно соображать как перевести тему разговора. — Мне нужна твоя помощь, раз этот балбес так занят своими делами. Поможешь? — спрашивает у тебя надзиратель, наконец посмотрев на тебя. — Конечно, — с готовностью откликаешься, радуясь, что Сугороку не продолжил развивать тему.

***

Хаджиме нужно было помочь с кучей бумажной работы, которую он не успевал делать из-за вечно сбегающих заключенных тринадцатой камеры. Пока вы сидели и молча сортировали бумагу, ты отвлеклась, рассматривая сосредоточенное лицо Хаджиме, который как всегда хмурился. Из-за духоты в кабинете, ему пришлось снять пиджак и закатать рукава, показывая сильные руки, отчего перехватывало дыхание. — Я на минуту, — резко говоришь и даже не дождавшись ответа мужчины, выскакиваешь за дверь, сильно хлопнув ее. Прислонившись к стене, начинаешь судорожно хватать ртом воздух, размышляя почему уже второй мужчина в твоем корпусе кажется тебе неимоверно сексуальным. — Боже, Т/и, надо тебе завести парня, — размышляешь в слух, совсем не заметив Ямато, который стоял напротив тебя и во все глаза наблюдал за тобой. — Вот черт. — Прости, я не хотел, просто так получилось, — начинает извиняться японец, пытаясь натянуть дружелюбную улыбку. Опустив глаз вниз от стыда, твой взгляд наткнулся на выступающий бугорок, который Ямато пытался прикрыть рукой, но получалось плохо. — Поможет друг другу? — задаешь неожиданный вопрос мужчине, хватая его за руку и таща в сторону туалетов.

***

Прогнувшись в спине, тихо стонешь, чтобы никто не услышал вас, но волна удовольствия, которая накрывает с головой, заставляет простонать громче, царапая сильные плечи Годая, который начинал рычать, когда почувствовал как стенки влагалища равномерно сокращаются вокруг его члена, заставляя двигаться быстрее и жестче, отчего возбуждение опять накрыло тебя. — Что тут происходит? — неожиданно громкий голос, заставил вас отвлечься друг от друга, но застыть в одной позе. Из-за возбуждения, тебе было совсем не стыдно, что Сугороку поймал вас, наоборот, воображение рисовало самые неприглядные картины в объятиях этих мужчин, что сейчас находились в одной комнате с тобой. — А ты хочешь присоединиться? — спрашиваешь у Хаджиме, прикусив нижнюю губу и проведя ладонью по широким плечам Ямато, который еле сдерживался, чтобы не начать двигаться даже в присутствии друга. — Я-я н-не хочу, — смущенно проговорил надзиратель. разворачиваясь к выходу. — Да? А твой дружок другого мнения, — говоришь ему вдогонку, замечая, что Сугороку возбудился.

***

Запутавшись рукой в твоих волосах Хаджиме запрокинул голову назад, двигая бедрами, стараясь сделать так, чтобы войти глубже. — Тс, зубы, — прорычал он, оттянув твою голову от себя. — Осторожнее, — На его слова ты только улыбнулась, поворачивая голову к Ямато, который стоял и ждал твоей ласки. Поэтому ни медлишь и секунды, осторожно облизываешь головку, рукой помогая Сугороку дойти до пика. — Так нечестно, — шипит он, смотря на наглое лицо Годая.