Любовный треугольник

Шин проходит в квартиру и тяжело вздыхает, снимая верхнюю одежду. Да, не легко подменять Хякушики, но одно радовало — это временно. Каждый день Саузандо возвращался выжатым, как лимон и с нетерпением ждал момента оказаться в кровати после душа. Даже на ванную не было сил. Но сегодня все было по-другому. Приятный аромат распространился по всей квартире, а из ванной комнаты был слышен шум воды. Мужчина только улыбнулся своей догадке, но сильно радоваться не стал. — Я и не думала, что ты вернешься так поздно, — подходишь к Шину и помогаешь ему снять верхнюю одежду, вешая ее в шкаф. — Ванна для тебя готова, а ужин совсем скоро будет подан, — улыбаешься мужчине и уходишь по своим делам. — И тебе привет, — с выдохом произносит Саузандо, сразу проходя в ванну и закрывая ее на ключ. С Шином вы знакомы очень давно. Еще со времен садика. Каждый день виделись, играли вместе, ели, спали рядом. С возрастом каждый стал понимать, что вы тянетесь друг к другу. Никто и не сопротивлялся, считая, что эта тяга всего лишь как брата к сестре, но все же вы решили перейти на новый уровень отношений в старшей школе. Начали встречаться и, казалось, что вообще ничего не изменилось. Вы так же играли, пели, танцевали, ходили на учебу вместе и возвращались тоже. Шин даже решил сделать более серьезный шаг и предложил жить вместе. Наверное, еще тогда мужчину должен был напрячь твой ответ: «Я подумаю», но он проигнорировал странное чувство и покорно ждал, ведь это и вправду серьезный шаг в ваших отношениях. Ты согласилась спустя пару месяцев и все плохое, что успел надумать себе Саузандо разом испарилось, оставив место только предвкушению и радости от совместного проживания. Шли дни, а счастья становилось все меньше. Ты стала чаще пропадать на работе, а сам Шин тоже решил, что неплохо бы и ему найти работу, что он и сделал, устроившись работать в Нанбу. Сначала он был просто охранником, чем неимоверно гордился и поделился этим с тобой, на что ты лениво улыбнулась ссылаясь на усталость. Не за горами было и повышение Шина и после слов, что теперь он официально является начальником женской тюрьмы, летел на радостях рассказать все тебе, да только вернулся домой не вовремя, застав тебя в одной постели с Сугороку, который только неловко покашлял, извинился и ушел, оставив вас одних. — Ты уже собрала вещи? — вытирая голову полотенцем, Саузандо заходит на кухню, намекая тебе про коробки в коридоре. — Да, завтра утром приедет грузовик и заберет их, — отвечаешь мужчине, вытаскивая из духовки курицу. Шин молча следил за всеми твоими действиями и ему хотелось плакать. Может кто-то скажет, что это неправильно, но черт возьми, как же ему не хотелось тебя отпускать. Казалось, что измена — всего лишь иллюзия и ее не было, и Саузандо мог спокойно подойти и обнять любимую, оставить несколько легких поцелуев, которые, возможно, зашли бы дальше простых поцелуев, но нет. Ты давно не принадлежала ему. Еще с самого начала ваших отношений. Спутала привязанность к Шину с любовью. Да, ты любила и любишь его, но не как мужчину. Скорее как друга, возможно, брата, но не больше. Стоило дать вам шанс, может что-то и получилось бы. И получилось ведь, правда, зашло все слишком далеко. Не так ты хотела. — Я люблю тебя, — слышишь у себя за спиной, пока разрезала курицу на более удобные кусочки. — Правда, — чувствуешь чужое дыхание у себя на шее, а потом невесомый поцелуй. Выдыхаешь и сжимаешь столовые приборы крепче. — Нет, — бросаешь нож и вилку и резко разворачиваешься к Шину, серьезно смотря ему в глаза. — У тебя есть хоть капля гордости? — видимо, ты настроена решительно, ведь сама долго думала об этом мужчине. Почему тебя зацепил Сугороку, который ждет тебя завтра утром с коробками, а не Саузандо. — Ты и вправду хороший, добрый и милый, Шин, — выдыхаешь и стараешься спокойно донести свою мысль. — Но в тебе нет той мужественности, которая есть в Хаджиме. Он более решителен и властен, а ты для меня слишком нежный, — заканчиваешь и ждешь реакции Шина. — Понятно, — единственное что он произносит, отстраняясь от тебя. — Мне ножку, пожалуйста, — и садиться за стол, все еще влюбленно смотря на девушку, которую безмерно любит. Это был ваш последний ужин, после которого ты уехала в свой новый дом, а утром грузчикам пришлось позвонить тебе, потому что из дома Саузандо никто не открывал. Быстро приехав к Шину домой, кое-как отдышавшись, ты с волнением просовываешь в замок ключ, молясь, чтобы этот мужчина ничего с собой не сделал. Но твои опасения были напрасны. В доме не было ничего. Как будто в нем никто и не жил. Ни мебели, ни фотографий, ничего. Только твои одиноко стоящие коробки напоминали о том, что тут когда-то жило счастье.