Chalet style

- Когда-нибудь мы еще встретимся. - Надеюсь, тогда ты уже будешь бездыханным трупом. *** Швейцария, второе января. Впереди – волнистые просторы, на которых высокие густые ели создают особое разнообразие на белом полотне, позади – многочисленные горы со снежными шапками. Таков типичный ландшафт северной страны, к которой Куроо питает особые чувства. Тетсуро не впервые отмечает новый год (да и проводит отпуск) в Швейцарии. Здесь – уже привычные места и абсолютная тишина после того, как Бокуто с остальными ребятами пришлось уехать сегодня днем. Сам же хозяин типичного двухэтажного дома в стиле шале решил остаться еще на пару дней и полностью собраться с мыслями. Отделанные деревом стены, потолки, лестницы, и даже мебель; камин из камня теплого цвета с потрескивающими внутри поленьями, грязно-коричневые кресла и диваны – всё это создает особый уют и заставляет лишь расслабиться. 20:51. Куроо сидит в гостиной, у того самого камина, и листает новостную ленту на экране телефона. За окном уже давно стемнело, а из звуков – лишь треск дерева и порывистое отдаленное завывание ветра. На низком столике впереди оставались следы дневного застолья: несколько тарелок с закусками, пара бутылок вина и полупустая – бренди. Своеобразный эффект присутствия, который не то чтобы необходим, но… Куроо ведь один. Глаза уже устали читать, и Тетсуро откинулся на спинку кресла, массируя их большим и указательным пальцем. Он решает отвлечься и переводит взгляд на одно из многочисленных высоких окон, за которым падают гонимые ветром крупные хлопья снега. Здесь – тишь да гладь, а в остальном мире, судя по новостям, третья мировая назревает. Но Куроо это уже не касается: он давно отошел от политики, проблем правительства и всего, что каким-либо образом связано с законами. Он просто хотел забыть об угрозах жизни, вернуться к размеренности, но… Жизнь имеет на него другие планы. До слуха доносится тихий рокот, который не несет за собой ничего хорошего. Тетсуро замирает, откладывая телефон на кресло и пригибаясь. Он пальцами скользит по дереву кофейного столика, подцепляя прикрепленный под ним пистолет. Отошел от дела, да? А вот дело от тебя не отошло. Вскоре оказывается, что Куроо не ошибся – рокот принадлежал мотоциклу, который (этого еще не хватало) остановился прямо у крыльца его дома. И как он только пробрался сквозь эти сугробы? Тетсуро концентрируется и слышит хруст снега под ногами, а прямо у двери – вновь тишина. Три стука. Не выстрелы, не пинки, не крики. Куроо медленно щелкает замком и также не спеша приоткрывает дверь. А после замирает. *** - Ты встретил меня с пистолетом! – возмущение слышно, кажется, во всем доме. – Меня! Мы же не виделись почти два года! «Еще бы столько не видел» осталось не озвученным, пока Куроо подносил попрошенную зачем-то аптечку. - Вот именно, два года, – с нечитаемыми эмоциями повторил тот, оставляя аптечку на столе и наблюдая за тем, как его гость избавляется от верхней части своей гоночной экипировки – темно-зеленой с грязно-желтыми вставками. – Ты до сих пор не изменяешь байкам? - Ага, – будто с гордостью отвечает Сугуру, растягивая губы в улыбке. Следом за курткой вверх поднимается футболка, и вот уже видна причина просьбы гостя. – Ты что, обижаешься? Весь пояс Дайшо стянут бинтами, в которых местами просочилась кровь. Вопрос внезапно заседает где-то в голове, но вместо ответа на него Куроо выдает: - Ты всё еще… - Всё еще, – не дает договорить Сугуру и на мгновение становится серьезным, а потом внезапно тянет ножницы. – Может, поможешь? Тетсуро моргает удивленно, а потом усмехается, принимая из чужих рук ножницы. Он садится рядом на корточки и разрезает сбоку ткань успевшего посереть бинта. - Тогда тебя нужно было встречать с целым арсеналом, Дайшо. Секундная тишина заполнилась звуком разрезающейся ткани, и Сугуру залился смехом, но резко закряхтел, чуть согнувшись. А вот и причина. - Ты мне льстишь, Куроо, – чуть морщится парень, отцепляя припекшуюся к коже марлю. Он тут же опережает застывший в глазах напротив вопрос: – Неудачная погоня. Погоня? Действительно. Это ведь обычное дело, раз о ней парень говорит так с п о к о й н о. - Ты сейчас серьезно? – Тетсуро уже и не знал, ругаться или смеяться, поэтому голос просто оставался возмущенным. – Опять нарушаешь законы, а потом едешь ко мне? На последнем слове акцент был сделан особо эмоционально, ведь Куроо совсем недавно был с законом на одной стороне. А точнее – защищал его. Так они и познакомились. - Ну. Да? – Тетсуро уже начинал закипать, а Сугуру, чертов психолог, всегда это чувствовал и ловко переводил тему. – О, вино? Давай отметим нашу встречу? Обычно из них двоих Куроо всегда был более разговорчивым, но сейчас он находится в какой-то прострации, будто это все неправда и происходит не с ним. Они не виделись два года, а последняя встреча по сей день всплывала в воспоминаниях яркими картинами. - Сначала обработай рану, балда. За делом разговор постепенно оживлялся, и уже вскоре от неловкости не осталось и следа. Со стороны может показаться, что эти двое – давние друзья, если не учитывать, что один из них работал на государство, а другой – против. Сугуру находится в розыске в нескольких странах мира, и обязанность Куроо, как законопослушного гражданина – сдать его властям. Но… Обязанность Дайшо – устранять служителей закона. - У тебя по-прежнему восемь жизней? – Сугуру опускает футболку и кивает в знак благодарности, а пока Тетсуро собирает аптечку, не теряет времени и откупоривает бутылку. - Все при мне, – усмехается Куроо и, предугадывая ответ Дайшо, говорит с ним одновременно: – пока что. И тут же добавляет: - Ты все такой же предсказуемый. - Просто у нас особая связь, – лукавит тот в ответ, а с ним и не поспоришь. Ведь как иначе объяснить то, что Тетсуро в один злополучный весенний вечер лишился одной из девяти кошачьих жизней, а не всех сразу. Он мог выстрелить, но почему-то застрелил подельника, целящегося Куроо в спину. «Он мне никогда не нравился», – кинул тогда Сугуру со своей фирменной смазливой ухмылкой. – «А вот ты…» Все девианты бросают какие-то бредовые фразы, сбивают с толку, заставляют проникнуться их больными идеями. Этому нельзя поддаваться, но Дайшо либо этого не делал, либо уже поймал бывшего защитника закона на крючок. - Ты помнишь, что я тебе сказал в последний раз? – Тетсуро берет предложенный ему бокал вина, наблюдая за тем, как Сугуру заполняет свой. - Конечно, – высовывает кончик языка тот, оставляя бутылку на столе и поднимая бокал, будто произносит тост. – Лежать бездыханным трупом. И они выпивают. *** Из звуков – лишь треск дерева и порывистое отдаленное завывание ветра. Куроо сидит в гостиной, у того самого камина, и листает новостную ленту на экране телефона. Всё, что изменилось – это время, перевалившее за полночь, и то, что все три бутылки, оставшиеся после гостей – пустые. Хотя… Теперь он не один. «Ты мне нравишься, поэтому и живой», – отдается в голове недавний разговор. – «Можно ли считать комплиментом то, что жив я?» «Потеряйся уже, а», – отмахивается от недофлирта Куроо, а самому смешно от того, насколько всё это абсурдно. Он смотрит на мирно спящего на диване Сугуру, в футболке и гоночных штанах. И как этот парень умудряется полностью довериться тому, кто в любой момент может просто вызвать полицию и сдать чокнутого криминалиста властям? Тетсуро лениво поднимается – все движения стали тяжелыми от выпитого алкоголя – и садится на край низкого столика, разглядывая Дайшо ближе. Бледной коже придает жизнь лишь теплый свет от огня, сам он дышит почти незаметно, отчего Куроо еле слышно усмехается. И правда: бледный, лежит, почти не дышит. Как он и желал. Но вдруг осознает, что не хотел бы такого исхода. А самому Сугуру об этом знать не стоит. Дайшо раздражает, но с ним всегда есть, о чем поговорить. Он цепляет за живое, но всегда откровенен в ответ. В другой ситуации они вряд ли бы когда-нибудь стали друзьями, потому что для такого человека понятия дружбы не существует. Враг, соперник, союзник, возможно, даже любовник. Но не друг. На последнем предположении Куроо усмехается самому себе, но позволяет алкоголю вести мысли в данном направлении. И, возможно, завтра пожалеет об этом, свалит всё на помутнение рассудка, усталость, высокую концентрацию алкоголя в крови, но сейчас он склоняется над Дайшо и касается его губ своими. Раньше они только кулаками махали и оставались с равноценными ссадинами и кровоподтеками, иногда даже переломами, а сейчас… А сейчас он чувствует ответ. *** Куроо Тетсуро, 28 лет – бывший агент уголовного розыска Японии. Сугуру Дайшо, 28 лет – член криминальной организации Нохеби, занимающейся покупкой и сбытом нелегального оружия и наркотических веществ. Миссия Сугуру – устранять всех, кто угрожает существованию организации и мешает её деятельности. Но он оставил в живых одного из таких. Миссия Куроо – защищать закон и противостоять криминалу, устраняя всех, кто подрывает мирную жизнь страны. Но он оставил в живых одного из таких.